Я выбираю тебя...

Кто бы мог подумать, что именно здесь, на вершине горы под ночным небом Валенсии, я отыщу свою любовь. Обычный парень, о котором я толком ничего не знаю, умудрился запасть мне в душу с первых же дней знакомства. Мы виделись всего несколько раз, но меня не покидало стойкое ощущение: Лукас — мой надежный союзник. И неважно, что я до сих пор не знаю, сколько ему лет.

Конечно, родители никогда бы не одобрили подобный союз. Хотя о чем я вообще говорю? Возможно, у нас ничего и не получится. Вдруг всё это — лишь плод моего воображения, и я вижу его таким, каким просто хочу видеть?

Этот темноволосый красавец с пронзительным, глубоким взглядом за считаные часы очаровал мое сердце. Как я и думала раньше, первая подростковая влюбленность в шестнадцать лет прошла мимо меня — и к лучшему. Те детские обиды и симпатии не шли ни в какое сравнение с тем, что я испытывала сейчас. Мои бабочки в животе не просто проснулись, они отчаянно щекотали изнутри, требуя свободы. И всё же в сознание трусливо закрадывалась пугающая мысль: а что, если эти чувства пылают только во мне? Что, если для него это была лишь мимолетная прогулка, и он испытывает ко мне совсем другие — дружеские или мимолетные — ощущения?

Днем, как мы и планировали, ко мне приехала Луиса. После вчерашней ночи на горе я порхала по комнате, глупо улыбаясь каждому углу. Секрет с художественным вузом казался пустяком, а недомогание испарилось без следа. Я была окрылена.

— Ну что, влюбленная Джульетта, пошли отрабатывать папину легенду? — Луиса заговорщически подтолкнула меня к выходу. — Пора официально познакомиться с твоим инженером-механиком.

Мы вышли за ворота нашего «замка» и пересекли узкую элитную улочку. Ворота старого гаража Лукаса были гостеприимно распахнуты, оттуда доносился приглушенный рок и ритмичный стук инструментов. Я сделала глубокий вдох, готовясь увидеть его теплую, искреннюю улыбку, которую он подарил мне вчера под звездами.

Но стоило нам переступить порог, как весь мой уютный мир с грохотом разлетелся на мелкие осколки.

Лукас действительно был там. Слегка испачканный мазутом, в серой майке, подчеркивающей крепкие плечи, он увлеченно ковырялся под капотом старого винтажного седана. Вот только он был не один.

Прямо на крыле полированной машины, бесцеремонно закинув ногу на ногу, восседала брюнетка. Короткий топ, джинсовые микро-шорты, дерзкий пирсинг в носу и вызывающий взгляд. Она лениво потягивала колу из жестяной банки через трубочку и громко смеялась.

— Милый, ну скоро ты там закончишь? Ты обещал, что вечером мы поедем на пляж, — капризно протянула она, накручивая на палец прядь темных волос.
— Еще пару минут, Карла, потерпи, — не оборачиваясь, отозвался Лукас. Его голос звучал привычно спокойно. — Нужно дожать этот болт.

«Милый. Карла. Пляж».
Эти три слова вонзились в мою грудь почище любого перцового баллончика. Воздух в гараже мгновенно стал удушливым, пахнущим бензином и чужим, ворованным счастьем. Вся моя ночная сказка про долги дедушки, наушник с музыкой и бескрайнее небо Валенсии оказалась глупой иллюзией. Для него я была просто скучающей богачкой из дома напротив, с которой можно весело скоротать время после победы. А здесь, на капоте, сидела его настоящая жизнь.

Я замерла, чувствуя, как к горлу подступает горький ком, а щеки начинает жечь от унижения. Мне захотелось провалиться сквозь землю или сбежать обратно в свою золотую клетку.

К счастью, Луиса среагировала мгновенно. Она крепко сжала мою локоть, не давая мне сделать шаг назад и окончательно опозориться.

— Кхм-кхм! — громко и преувеличенно весело кашлянула Лу, привлекая к нам внимание. — Добрый день рабочему классу Валенсии! Лукас, привет! Мы пришли познакомиться поближе, раз уж ты теперь официально «мой лучший друг» для отца Ноа.

Лукас резко выпрямился, утирая лоб тыльной стороной ладони. Увидев нас, он на секунду замер, и в его темных глазах промелькнуло явное замешательство. Карла же прекратила пить колу и смерила нас с Луисой оценивающим, откровенно враждебным взглядом с ног до головы.

Лукас резко выпрямился, утирая лоб тыльной стороной ладони. Увидев нас, он на секунду замер, и в его темных глазах промелькнуло явное замешательство. Карла же прекратила пить колу и смерила нас с Луисой оценивающим, откровенно враждебным взглядом с ног до головы.

— О, Ноа, Луиса... Привет, — Лукас быстро бросил инструмент на верстак. Было заметно, как он мгновенно напрягся. Выдавленное «привет» совсем не походило на тот мягкий, интимный шёпот, которым он укутывал меня вчера на горе.

— Лукас, милый, а это еще кто? — Карла демонстративно спрыгнула с капота. Её шлёпанцы громко шлёпнули по цементному полу. Она подошла к Лукасу со спины и по-хозяйски положила руки ему на плечи, прижимаясь всем телом. — Твои новые клиентки? Из этих... элитных замков за забором?

Лукас слегка повёл плечом, словно ему было неуютно от её объятий на наших глазах, но сбрасывать её руки не стал.

— Это Ноа, моя соседка. А это её подруга Луиса, — глухо представил он нас. А затем, сделав короткую паузу, от которой у меня внутри всё окончательно вымерзло, добавил: — Девочки, это Карла. Моя девушка.

Слово «девушка» прозвучало как финальный судебный приговор. Карла победоносно вскинула подбородок и ехидно улыбнулась, заметив, как я на долю секунды отвела взгляд.

— Надо же, соседка, — Карла протянула руку с длинными ярко-красными ногтями, но не для рукопожатия, а чтобы просто продемонстрировать свой маникюр. — Лукас много работает, так что у него обычно нет времени на пустую болтовню с соседями. Правда, любимый?

Внутри меня закипала ярость пополам с дикой, удушающей обидой. «Разве так ведут себя надежные союзники?» — кричал мой внутренний голос. Еще вчера он грел меня своим теплом, а сегодня молча стоит и позволяет своей развязной девчонке швырять в меня шпильки.

На секунду я поймала взгляд Лукаса. В его глазах не было насмешки — там читалась паника и какое-то странное, отчаянное моление о помощи. Он смотрел на меня так, словно сам задыхался в этой ситуации. Но моя гордость была ранена слишком глубоко, чтобы сочувствовать ему.

Я вспомнила маму. Вспомнила её холодный, идеальный взгляд, который всегда заставлял людей отступать. И впервые в жизни я искренне поблагодарила её за то, что она научила меня прятать эмоции под броней.

Я выпрямила спину, натянула самую вежливую, ледяную улыбку из своего арсенала и посмотрела на Карлу как на надоедливое насекомое.

— Не переживайте, Карла, — мой голос прозвучал на удивление ровно и равнодушно. — Мы зашли буквально на минуту. Луиса хотела лично поблагодарить Лукаса за то, что он согласился подыграть нам перед моим отцом. Чистая деловая услуга. Не будем вам мешать, ведь у вас... планы на пляж.

Я перевела взгляд на соседа и кивнула ему с подчеркнутым высокомерием:
— Спасибо еще раз, Лукас. Легенда в силе. Хорошего вечера.

— Ноа, постой... — сделал шаг вперед Лукас, но Карла тут же перехватила его за локоть:
— Луки, ну куда ты? Болт же не докручен! И нам пора ехать, солнце сядет!

— Пойдем, Лу, — не оборачиваясь, бросила я подруге.

Мы развернулись и быстрым шагом вышли из душного гаража под палящее солнце Валенсии. Стоило воротам остаться позади, как я прибавила шагу, чувствуя, что если прямо сейчас не спрячусь в своей комнате, то просто разрыдаюсь на глазах у всего мира.

Едва мы переступили порог моей комнаты, я с разбегу рухнула на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Плечи судорожно затряслись, и слезы, которые я так отчаянно сдерживала в гараже, наконец-то брызнули из глаз.

— Да она же просто размалеванная кукла! — Луиса яростно зашагала по комнате, размахивая руками. — Видала её когти? Да ей только в цирке выступать! А манеры? «Милый, любимый»... Тьфу, меня чуть не стошнило прямо на этот их полированный капот!

Лу села рядом со мной на кровать и мягко погладила меня по спине:
— Ноа, ну не плачь, слышишь? Он не стоит твоих слез. Да, накосячил, не сказал про девушку. Но ты видела, как он на тебя смотрел, когда она к нему липла? У него же на лице было написано: «Убейте меня кто-нибудь». Он застрял в этих отношениях, это же очевидно!

— Мне плевать, Лу, — глухо пробормотала я в подушку, вытирая мокрые щеки. — Мне просто... чертовски обидно. Я дура, напридумывала себе сказку под звездами.

— Так, отставить депрессию! — Луиса резко поднялась и уверенно направилась к моему шкафу. — Знаешь, что мы сделаем? Сегодня первокурсники из моего университета устраивают закрытую вечеринку в клубе у побережья. Мы идем туда. Наденешь самое сексуальное, что у тебя есть, и мы докажем этому автомеханику, кого он потерял.

К вечеру мы были готовы. На этот раз мы обошлись без кастома: я выбрала облегающее черное платье на бретельках, которое идеально подчеркивало фигуру, и дополнила образ той самой цепочкой из белого золота. Макияж со стрелками сделал мой взгляд холодным и уверенным. Настоящая сбежавшая принцесса, которая не собирается ни по кому страдать.

Клуб встретил нас неоновым светом, грохотом басов и толпой раскрепощенной молодежи. Луиса сразу потащила меня к стойке, но стоило нам взять по коктейлю, как возле нас нарисовался высокий парень.

— Привет. Я Адриан, — улыбнулся он, глядя на меня долгим, восхищенным взглядом.

Он оказался настоящим красавчиком: светлые кудри, открытая улыбка и стильная дорогая одежда. Адриан учился на втором курсе и мгновенно взял меня в оборот. Он шутил, делал мне тонкие комплименты и крутился рядом весь вечер, принося напитки и пытаясь угадать мои мысли. Скажу честно — он был чертовски неплох собой, обходителен и явно привык добиваться внимания девушек. На мгновение я даже забыла о дневном унижении.

Ближе к полуночи атмосфера в клубе изменилась. Толпа у входа зашевелилась, и мое сердце сделало болезненный кульбит. В дверях появились они. Лукас и Карла. На нем были черные джинсы и футболка, Карла же сияла в блестящем топе. Стоило Лукасу войти и обвести взглядом зал, как его глаза расширились. Он почти сразу заметил меня. И Адриана, который в этот момент как раз что-то шептал мне на ухо, заставив меня рассмеяться.

Я увидела, как у Лукаса на секунду сжались челюсти, а кулаки в карманах напряглись.

В этот момент ритм музыки резко сменился. Тяжелые басы уступили место тягучему, невероятно красивому медляку. Свет в зале приглушили, оставив лишь интимные синие и фиолетовые блики.

Адриан тут же повернулся ко мне, слегка склонив голову, и протянул руку:
— Подаришь мне этот танец, Ноа?

Я бросила быстрый взгляд в сторону входа. Лукас стоял неподвижно, проигнорировав Карлу, которая уже дергала его за локоть, утягивая на танцпол. Он смотрел только на меня. В его глазах полыхал такой яростный, ревнивый огонь, какого я еще никогда не видела.

— С удовольствием, Адриан, — громко произнесла я, вкладывая свою ладонь в руку блондина.

Мы вышли в самый центр зала. Адриан аккуратно положил руки мне на талию, и мы медленно закружились в такт музыке. Он был идеальным партнером, что-то тихо говорил, но я его почти не слышала. Мое сознание было сосредоточено на другом человеке.

Через плечо Адриана я упрямо ловила взгляд Лукаса. Он танцевал с Карлой на другом конце площадки, но его тело двигалось на автомате. Всё его внимание было приковано ко мне. Мы переглядывались сквозь полумрак, разделенные толпой, чужими людьми и его дурацкими обязательствами. Мой взгляд транслировал ледяное безразличие и вызов, а его — отчаянную, глухую тоску и ревность. В этот момент, под медленную музыку, между нами искрило сильнее, чем во время нелегальных гонок. И Лукас наконец-то понимал: он упускает то единственное, что впервые в жизни зажгло в его сердце настоящий пожар.

Медленный танец подошел к концу. Музыка снова взорвалась тяжелыми басами, разрушая ту хрупкую, искрящуюся нить, что связывала наши с Лукасом взгляды через весь зал.

— Ты потрясающе танцуешь, Ноа, — улыбнулся Адриан, нехотя убирая руки с моей талии. — Пойдем, принесу нам чего-нибудь освежающего?
— Да, спасибо. Я подожду тебя у колонны, — кивнула я, пытаясь унять дрожь в руках.

Адриан растворился в толпе, уходя к бару. Я прислонилась спиной к прохладному бетону колонны и прикрыла глаза, делая глубокий вдох. Весь этот пафосный блеск клуба, коктейли и даже симпатичный блондин рядом не могли заглушить глухую обиду в груди.

— Нам нужно поговорить. Прямо сейчас.

Я резко распахнула глаза. Передо мной, перекрывая неоновый свет, стоял Лукас. Карлы рядом не было. Его лицо было бледным, челюсти сжаты, а в темных глазах плескалась такая смесь злости, паники и упрямства, что я невольно сделала шаг назад, упираясь в стену.

— Нам не о чем разговаривать, Лукас, — я попыталась скопировать мамин ледяной тон, но голос предательски дрогнул. — Возвращайся к своей девушке. Она, кажется, искала тебя.
— К черту Карлу, Ноа! Послушай меня... — он резко подался вперед, сокращая расстояние между нами до опасного минимума. От него исходила волна бешеного тепла. — То, что ты видела в гараже... всё не так просто. Я не хотел тебя обидеть. Вчера на горе...
— Вчера на горе была ошибка, — безжалостно перебила я его, хотя внутри всё буквально разрывалось на части от его близости. — Ты развлекся после гонок, я поняла. А теперь оставь меня в покое.

Лукас дернулся, словно я ударила его наотмашь. Он протянул руку, собираясь перехватить мое запястье, чтобы удерживать на месте:
— Ноа, прекрати врезаться в амбиции! Я впервые в жизни чувствую...

— Эй, приятель, руки убрал.

Между нами, как из-под земли, вырос Адриан. В его руках были два стакана с напитками, которые он тут же поставил на ближайший столик. Блондин выглядел спокойным, но в его светлых глазах появилось опасное предостережение. Он мягко, но решительно задвинул меня себе за спину, закрывая от Лукаса.

— Она же ясно сказала: разговор окончен, — ровно произнес Адриан, глядя на соседа сверху вниз. — Тебе лучше уйти к своей подружке, пока у тебя не начались проблемы.

Эта фраза стала последней каплей. Лукас, который и так едва сдерживал бушующий внутри пожар ревности, окончательно потерял контроль. Его глаза потемнели от ярости. Он сделал шаг в упор к Адриану, едва не сталкиваясь с ним грудью.

— Проблемы? — опасно и тихо переспросил Лукас, и в его голосе прорезались те самые жесткие, дикие нотки ночного гонщика. — Ты сейчас серьезно, маменькин сынок в дорогой шмотке? Ты понятия не имеешь, с кем связался. Свали с дороги, пока я тебя не подвинул.

— Попробуй, — Адриан даже не дрогнул, его плечи напряглись под стильной курткой. Ситуация накалилась так, что в воздухе буквально запахло грозой. Окружающие студенты начали оборачиваться, предвкушая зрелищную драку.

— Прекратите оба! — я не выдержала и резко вклинилась между ними, упираясь ладонями в грудь Лукаса. Под моими пальцами бешено, как сумасшедший, колотился его пульс. — Лукас, уходи. Пожалуйста. Не позорь меня и себя.

Лукас замер, глядя на мои ладони на своей футболке, а затем поднял глаза на мое лицо. В его взгляде промелькнуло столько невыносимой боли и разочарования, что мне захотелось забрать свои слова обратно. Он тяжело дышал, переводя взгляд с меня на Адриана. Карла, которая наконец-то заметила потасовку, уже бежала к нам через весь зал, выкрикивая его имя.

— Отлично, — глухо выплюнул Лукас, делая шаг назад и убирая мои руки от себя. — Играй в свои благородные игры дальше, принцесса.

Он развернулся и стремительной, злой походкой направился к выходу из клуба, на ходу грубо оттолкнув Карлу, которая попыталась схватить его за рукав. Карла обиженно прикрикнула и побежала за ним, а я осталась стоять посреди неонового полумрака, чувствуя, как внутри меня выгорает всё дотла.

Адриан мягко коснулся моего плеча, заставляя отвлечься от мыслей:
— Ноа, ты в порядке? Кто этот сумасшедший байкер? Он угрожал тебе?
— Всё хорошо, правда. Это просто… сосед. У него вспыльчивый характер, — тихо ответила я, пряча дрожащие руки в карманы.
— Слушай, тебе не нужно здесь оставаться. Вечеринка испорчена. Давай я отвезу тебя домой? — предложил он, заглядывая мне в глаза.

Я благодарно кивнула. Луиса понимающе сжала мою ладонь на прощание, шепнув, что доберется на такси. Дорога с Адрианом прошла в тишине; он оказался джентльменом и не стал донимать меня расспросами. Когда его дорогая машина притормозила у ворот моего «замка», я коротко поблагодарила его за вечер и поспешила скрыться за забором.

Я тихо поднялась на второй этаж, стараясь не разбудить родителей. Но ночная прохлада и тяжесть на сердце не давали уснуть. В халате я вышла на террасу. Во дворе дома напротив горел яркий свет. Внезапно тишину элитного квартала разрезали яростные голоса. Из открытого окна гаража Лукаса доносился грандиозный скандал.

— Ты опозорил меня перед всеми! — визжала Карла. — Устроил сцену из-за этой богачки! Ты думаешь, я слепая? Ты смотришь на неё так, будто готов на коленях ползать!
— Хватит, Карла! Перестань орать! — глухо и уставше рявкнул Лукас.
— Нет, не хватит! Ты изменился, Лукас! Ты стал холодным! Ты вообще меня любишь?!

Наступила секундная тишина, от которой у меня перехватило дыхание. Я крепче вцепилась в перила, боясь пропустить хоть слово.

— Ты хочешь правду? — голос Лукаса прозвучал устрашающе спокойно и надрывно. — Хорошо. Я больше не могу врать ни тебе, ни себе. Я притерся к тебе, Карла. Мы вместе просто по привычке, потому что так было проще выживать. Но я не люблю тебя. И никогда, черт возьми, по-настоящему не любил!

Послышался звон бьющегося стекла и громкий плач Карлы. Моё сердце пропустило удар, а бабочки в животе снова затрепетали.

На следующее утро я проснулась удивительно рано. Из-за ночного разговора, подслушанного на террасе, уснуть толком так и не удалось. Слова Лукаса: «Я притёрся к тебе... Но я не люблю тебя» — до сих пор эхом отзывались в моей голове, заставляя сердце биться в сумасшедшем ритме.

Около полудня в ворота нашего «замка» позвонили. Родители с самого утра уехали на очередное подписание бумаг, поэтому дом был в моем полном распоряжении. Открыв дверь, я удивленно моргнула. На пороге стояли сияющая Луиса и Адриан, который держал в руках три огромные коробки с горячей, умопомрачительно пахнущей пиццей.

— Привет, принцесса! Спасательный отряд прибыл, — широко улыбнулся Адриан, проходя внутрь. — Вчерашний вечер закончился на какой-то слишком мрачной ноте, поэтому я решил, что лучшая терапия для нас всех — это углеводы и хороший фильм.

Я не смогла сдержать улыбки. Вчера в клубе он показался мне высокомерным мажором, но сейчас, в простых джинсах и худи, Адриан раскрылся как невероятно заботливый и классный парень, с которым безумно легко общаться. Мы поднялись на мой второй этаж. Забравшись с ногами на огромную кровать, ребята разложили пиццу, включили на ноутбуке какую-то комедию и начали весело спорить о сюжете. Мне наконец-то удалось по-настоящему расслабиться.

Наш смех прервал тихий, едва уловимый стук. Но стучали не в дверь, а в стекло балкона с обратной стороны террасы.

Сердце мгновенно ушло в пятки. Я перевела взгляд на окно и сквозь тюль увидела знакомый силуэт. Лукас. Он перелез через забор нашего двора и поднялся по пожарной лестнице прямо к моей террасе. Он выглядел измученным, под глазами залегли темные тени после бессонной ночи, а одежда казалась слегка помятой. В его позе читалась отчаянная решимость.

— Опа... — Луиса замерла с куском пиццы в руках, проследив за моим взглядом. — Это твой Ромео?

Адриан тоже напрягся, оторвавшись от экрана, но я поспешно вскинула руку, умоляюще глядя на друзей:
— Ребят, пожалуйста... Сделайте звук фильма погромче. Мне нужно поговорить с ним. Один на один.

Адриан понимающе кивнул, хотя в его глазах промелькнуло беспокойство. Он молча прибавил громкость на ноутбуке, демонстрируя, что полностью на моей стороне и не собирается устраивать сцен.

Я тихо поднялась с кровати, на цыпочках подошла к балконной двери и аккуратно приоткрыла её. Лукас тут же сделал шаг навстречу, его дыхание было тяжелым.
— Ноа, прошу тебя, впусти меня, — глухо произнес он, заглядывая мне в глаза. — Нам нужно поговорить. Я больше не могу так.

— Тссс, — я приложила палец к губам и указала на комнату. Там, уставившись в монитор и делая вид, что ничего не замечают, сидели Лу и Адриан. — У меня гости. Иди за мной и не издавай ни звука.

Лукас осторожно перешагнул порог. Я вела его через полумрак спальни, буквально кожей ощущая, как между нами искрит воздух. Мы прошли мимо кровати, где ребята демонстративно хрустели пиццей, стараясь не смотреть в нашу сторону. Лукас бросил быстрый взгляд на Адриана, но на этот раз в его глазах не было слепой ярости — только глухая, изматывающая усталость.

Мы вышли на дальнюю часть террасы, скрытую за густыми лианами и цветочными горшками. Я плотно прикрыла за нами стеклянную дверь, отрезая нас от звуков фильма. Мы остались наедине в звенящей тишине полуденной Валенсии.

Лукас облокотился на перила, зарылся пальцами в свои темные растрепанные волосы и тяжело выдохнул.
— Я расстался с Карлой, Ноа, — без предисловий сказал он, поворачиваясь ко мне. Его голос дрожал от переполнявших его эмоций. — Вчера ночью. Всё кончено. Я больше не мог врать. Я притерся к ней за эти годы, мы были вместе просто по привычке... Но то, что произошло между нами на горе... То, что я чувствую, когда смотрю на тебя — это происходит со мной впервые в жизни. Я напуган, Ноа. Я безумно напуган тем, как сильно ты мне нужна.