Пепел Селенхейна

Они вышли на околицу, где у покосившегося сарая их ждал Эннон. Оруженосец стоял под навесом, прижимая к груди банку с золотопанцирным жуком, и когда увидел приближающегося господина, сразу отлепился от стены, выпрямился.

-Господин.-он кивнул Лоргону, и его взгляд скользнул на фигуру в красном плаще, что шла на пару шагов позади.

Лоргон остановился в нескольких метрах от оруженосца. Кейтлин замерла за его спиной, не делая попытки выйти вперёд. Капюшон скрывал её лицо, но Эннон всё равно чувствовал напряжение, исходящее от неё - как от сжатой пружины.

-Это...-начал Лоргон и вдруг запнулся.

Он повернул голову, посмотрел на девушку за своей спиной. Синие глаза встретились с зелёными, точнее с тем, что от них было видно из-под капюшона. За всё время он ни разу не спросил, как её зовут. У водопада она не представилась. В доме капитана - тоже. И только теперь, когда нужно было назвать её имя при Энноне, он понял, что не знает его.

-Кейтлин.-представилась она за него. Голос её звучал ровно, без вызова, но и без дружелюбия.

-Она пойдёт с нами.

Эннон перевёл взгляд с Лоргона на Кейтлин и обратно. Он коротко кивнул и двинулся следом за Лоргоном, который уже развернулся и зашагал к лесу.

Прошло несколько часов.

Лес постепенно темнел, погружаясь в сумерки, которые дождь делал ещё более плотными и тяжёстыми. Кроны деревьев смыкались над головой, пропуская лишь редкие капли.

Лоргон выбрал место для привала на небольшой поляне, где старые деревья расступались, образуя естественный шатёр. В центре уже потрескивал костёр, который разжёк Лоргон.

Он сидел на поваленном стволе, вытянув ноги к огню, и смотрел на пламя.

Эннон устроился чуть поодаль, под раскидистой елью, чьи нижние ветви свисали почти до земли, создавая подобие живого шатра. Оруженосец сидел на корточках, прижимая к груди банку с золотопанцирным жуком, и время от времени поглядывал в темноту, не столько из осторожности, сколько из привычки.

Кейтлин выбрала дерево.

Старый дуб, росший на краю поляны, с широкими ветвями, начинавшимися высоко над землёй. Она забралась на самую толстую из них, прислонилась спиной к шершавому стволу и поджала под себя ноги. Красный плащ, накинутый поверх платья, сливался с темнотой, и только рыжие волосы, выбившиеся из-под капюшона, выдавали её присутствие.

Она предпочитала держаться подальше от сомнительной компании в виде крестоносцев.

Даже сейчас, когда жемчужина была у Лоргона в кармане, когда она согласилась на эту сделку, когда уже несколько часов шли через лес в одном направлении, она не доверяла им. Не могла. Слишком много веков прошло с тех пор, как её сородичей убивали те, кто носил кресты.

-Господин.-голос Эннона нарушил тишину.

Лоргон не обернулся. Только чуть склонил голову, давая понять, что слышит.

-Не стоит лезть туда, где тебе не рады, Эннон.-произнёс он спокойно, и в голосе его не было угрозы, лишь усталая мудрость человека, который слишком часто видел, чем заканчиваются разговоры, начатые не вовремя.

-Я всё понимаю, господин.-Эннон переступил с ноги на ногу-Но должен всё равно сказать. Пусть это вам даже не понравится.

Он помолчал секунду, собираясь с мыслями.

-Как по мне, вы перегнули палку. Пусть вы и правы отчасти, но всё же... мне кажется, наш капитан влюблён в Ли́су. Как, в принципе, и она в него.

Лоргон усмехнулся - коротко, безрадостно.

-Это и дураку понятно.-сказал он, подбрасывая в костёр сухую ветку.

-Тогда почему вы против желания Айвена помочь эльхам?-спросил Эннон, и в его голосе прозвучало искреннее недоумение.

-Я не против, но я не уверен, что он это делает ради благородной цели. А не из-за чувства любви.-сказал Лоргон, повернув голову и посмотрел на оруженосца. Синие глаза блеснули в отсветах костра.

-Результат в любом случае правильный.-вмешался Эннон, не дожидаясь ответа.-Пусть даже из-за любви сделанный. Это плохо? Разве кто-то может судить его, если он хочет сделать добро? Если он осознал свою ошибку?

-Ошибку?-переспросил Лоргон, и в голосе его проскользнуло что-то опасное.

-Я про войну, господин.-Эннон не отвёл взгляда, хотя Лоргон видел, как побелели его пальцы, сжимающие банку.-Я не совсем понимаю её смысл, который был. Быть может, я просто недостоин столь сокровенной истины. Но разве не Высший всех создал? Разве не Его была воля, чтобы эльхи веровали во что-то своё? Те же самые ксоны, почитали своих предков и идолов?

-Аккуратнее, Эннон.-голос Лоргона стал тише, но от этого не менее твёрдым. В нём зазвучало предостережение.

-Разве истребление - это более правильная цель, чем решение помочь тем, кто нуждается в помощи?-Эннон сделал шаг вперёд, выходя из тени ели. Жук в банке замер, будто тоже прислушивался.

-Про что ты говоришь?

-Я про то, господин, что не понимаю ваших страхов.-Эннон выпрямился, расправил плечи.-Вы сами говорили Айвену: "Мы - святой рыцарский орден крестоносцев". Так чего же нам бояться?

-Слухов, Эннон. Взглядов людей. Я просто не могу предсказать последствия этого. Одно дело - сражаться с церковью, с Кровавым братством на поле брани. Другое - со всем миром за дипломатическим столом. Тут я не силён.

-Вы этого боитесь?-тихо спросил Эннон.

Лоргон молчал несколько секунд. Пламя костра отражалось в его глазах, делая их почти чёрными - такими, какими они становились в моменты сильных эмоций.

-...Нет.-ответил он наконец, и голос его звучал глухо.-Я этого не страшусь. Но я боюсь за наших братьев и сестёр. Был бы я один, просто убил бы всех недовольных. Но я не один.

-Именно, господин!-Эннон кивнул, и в его глазах загорелся огонёк, которого Лоргон раньше не замечал.-Я же вам говорил: вы не один. Так может, не стоит одному принимать эти решения? Может, стоит поговорить со всеми рыцарями?

Лоргон замер.

Он смотрел на своего оруженосца, который только что использовал его же слова против него самого. И в этом была такая ирония, что Лоргон не сдержал усмешки, на этот раз искренней, почти тёплой.

-А вы поглядите.-произнёс он, качая головой.-Мои же методы против меня же используешь.

-Я ваш оруженосец.-Эннон чуть склонил голову, и в его позе появилось что-то почти торжественное.-Жуконосец. Если бы я не был таким умным, вы навряд ли меня бы взяли.

Лоргон хмыкнул.

-Скромности тебе не занимать.

-Господин, можно я скажу прямо?-спросил Эннон, и, получив короткий кивок, продолжил, стараясь подбирать слова осторожнее, но не в ущерб честности.-Я много слышал о вас с Айвеном. О том, какие вы страшные люди, легендарные воины. Но я считаю, что вы оба... эгоисты. И недальновидны. Вы пытаетесь принимать решения за всех, исходя лишь из своего опыта. Пусть вы и старшие, пусть Айвен - капитан...

*****

Эннон поднялся с корточек, поправил на рукаве крест, тускло блеснувший в отблесках догорающего костра.

-Господин, я осмотрю окрестности.

Лоргон кивнул, не отрывая взгляда от пламени.

-Не уходи далеко.

-Как скажете, господин.

Оруженосец растворился в темноте между деревьями.

Кейтлин молчала с того самого момента, как они покинули Посики. Не проронила ни слова за несколько часов пути, не ответила на единственную попытку Лоргона заговорить, тот спросил, не нужно ли остановиться, чтобы она могла перевести дух, но Кейтлин лишь покачала головой и продолжила идти, прихрамывая, но не сбавляя шага.

Лоргон не настаивал.

Он вообще не отличался навязчивостью, за шестьсот лет жизни он усвоил простую истину: если человек хочет говорить, он заговорит сам. Если нет - никакие расспросы не помогут.

И сейчас, когда они остались вдвоём у костра, а Эннон ушёл в разведку, Лоргон не ждал, что она нарушит молчание.

Поэтому он удивился, когда услышал её голос.

-Люди и существа сами выбирают, в кого верить, а в кого - нет.-голос Кейтлин прозвучал негромко, но отчётливо.

Лоргон поднял голову.

Она сидела на ветке дуба, всё так же прислонившись спиной к стволу. Капюшон сполз, открывая рыжие волосы, которые тускло блестели в свете костра. Зелёные глаза смотрели оттуда, сверху - не на Лоргона, а куда-то в огонь, но он чувствовал, что слова обращены к нему.

-У меня на Востоке верили в нас, кицунэ, как в богов.-продолжила она, и в голосе её не было гордости.-И во многих других существ. Люди приходили к нам за советом, за помощью, за исцелением. Они оставляли подношения у наших храмов и молились о хорошем урожае.

Она сделала паузу, и Лоргон услышал, как скрипнула кора под её пальцами.

-Поэтому даже вы крестоносцы не имеете право навязывать другим свою веру и Бога.

Лоргон поднял на неё взгляд. В его глазах, отражающих пламя, не было насмешки. Он задумчиво повертел в руках сухую ветку, которую собирался бросить в огонь.

-Ты считаешь, что мы не имеем права навязывать свою веру, потому что ты сама была божеством для людей на Востоке?-спросил он тихо.

Кейтлин чуть склонила голову набок, не сводя с него глаз.

-Я считаю, что никто не имеет права говорить другому, какой должна быть его душа. Люди в Селенхейне - утром молились вашему Всевышнему, а вечером надевали на нас цепи. Где была ваша вера в тот момент, крестоносец?

Лоргон усмехнулся, но в этой усмешке была горечь.

-Мы не были в Селенхейне. И если бы мы знали...-он запнулся.-Если бы мы знали, что творится в том королевстве, возможно, наши мечи обагрились бы кровью не эльхов, а рабовладельцев. Но мы не всезнающие боги, Кейтлин. Мы - воины. Нас посылают туда, куда укажут.

-О-о.-протянула она с усмешкой.-Так ты думаешь, что виноваты только работорговцы?-Кейтлин повернулась на ветке, свесив ноги, и посмотрела на него снизу вверх.-Нет, крестоносц, там были виноваты поголовно все.-сказала она, выделив последнее слово.-Ты стоишь в обносках почти в центре города, весь в грязи и крови, в тяжёлых цепях, которые весили в половину твоего веса, а мимо тебя проходили люди. Много людей смотрели на тебя как на грязь, как на какую-то тварь. Даже отношение к бездомной собаке было лучше, чем к нам. Проходящие мимо дети были не менее жестоки, чем взрослые, они кидали в нас камни, для них это было развлечением. И это лишь малая часть того, что происходило.

Она замолчала, но тишина эта была тяжелой, густой, как дым от костра. Лоргон не перебивал. Он сидел неподвижно, глядя на огонь, и в его синих глазах отражались пляшущие языки пламени. Желваки на его скулах чуть заметно напряглись - единственный признак того, что её слова задели.

Кейтлин свесила ноги с ветки, качнув ими в воздухе. Жест был почти детским, но в голосе её звенела сталь.

-Ты знаешь, что самое страшное?-продолжила она, и голос её стал тише, но от этого не менее пронзительным.-Не то, что нас били. Не то, что нас продавали. А то, что они делали это с улыбками. Смеялись. Шутили. Искренне считали, что мы - просто вещи. Тысячи людей. Каждый день. Годами.

Она посмотрела на свои руки, разглядывая пальцы в неверном свете костра.

-Ты говоришь, что вы не знали. Что вас посылали туда, куда укажут. Но ведь вы знали, что эльхи - живые существа? Знали, что они чувствуют боль? И всё равно шли убивать, потому что вам так сказали. Потому что ваша вера - единственная правильная, да?

Она горько усмехнулась, и в этой усмешке было столько боли, сколько Лоргон не слышал за последние столетия.

-Где ваше милосердие, крестоносец? Где ваша любовь к ближнему, если ближний - это не человек? Или ваша вера работает только для людей? Для тех, кто похож на вас?

Она замолчала, и в тишине стало слышно, как потрескивает костёр да где-то вдалеке ухнула сова.

Продолжение следует...........⁠ᘛ⁠⁐̤⁠ᕐ⁠ᐷ.....