Пепел Селенхейна

В двадцати минутах ходьбы от деревни Посики, на опушке, где старые сосны расступались, образуя небольшую поляну, стоял дом лесничего. Место было глухое, забытое людьми, но обжитое.

Дом был сложен из тёмного, потемневшего от времени дерева, поросшей мхом, и маленькими окнами, за которыми угадывался тусклый свет масляной лампы. Рядом, под навесом, где штабелями лежали дрова для печи, стояли троя.

Лоргон Валлер прислонился плечом к шершавому стене, поддерживающему навес. Красное пальто, несмотря на сырость, выглядело так, будто его только что выгладили – ни капли грязи, ни намёка на влагу. Пепельные волосы чуть шевелились под порывами ветра, а пронзительные синие глаза смотрели куда-то в темноту, туда, где лес встречался с полем.

Рядом, чуть поодаль, стоял Эннон.

Молодой оруженосец выглядел уставшим, под глазами залегли тени, плечи слегка ссутулились, а на щеке, чуть выше скулы, темнел свежий синяк, который ещё не успел полностью затянуться.

У стены дома, скрестив руки на груди, стоял Айвен.

Чёрные волосы капитана крестоносцев были влажными от дождя. Красная повязка на лбу, повязанная чуть набок, скрывала крест. Его красные глаза цвета запёкшейся крови, внимательно следили за каждым движением брата.

Эннон переступил с ноги на ногу, хрустнув гравием под подошвой сапог.

—Господин.–произнёс он негромко, и голос его звучал непривычно тихо, в нём смешались усталость, сожаление–Я, возможно, перегнул палку. Сказался наш поход.

Лоргон медленно повернул голову. Синие глаза скользнули по лицу оруженосца.

—Понимаю.–ответил он, и в его голосе не было осуждения.–Видишь труп?

Эннон проследил за его взглядом. Тело на земле. Тёмная лужа вокруг него была не дождевой водой – кровью, уже начавшей сворачиваться, превращаясь в липкое, тёмное месиво.

—Это же...–начал Эннон и осекся, узнав вырезанный красный крест на лбу.

—Да.–кивнул Лоргон, не отводя взгляда.–Один из рыцарей Кровавого братства. Его надобно сжечь.

Голос его звучал спокойно, будно он обсуждал не труп еретика, а погоду за окном.

—Ты забываешься, Лоргон.–вмешался Айвен–Он тоже Высшим создан. Сжигать тела нельзя.

Он не сдвинулся с места, не изменил позы. Только красные глаза сверкнули ярче, поймав свет фонаря.

Лоргон повернулся к брату. В его взгляде мелькнуло что-то, может быть, насмешка, может быть, горечь, но лицо осталось непроницаемым.

—Он Высшим создан – это да.–произнёс он медленно, чеканя каждое слово.–Вот только он Его отверг. И не заслуживает погребения в земле Высшего.

—Я понимаю.–Айвен отлепился от стены и сделал шаг вперёд.–Но не тебе его судить.

Лоргон усмехнулся. Уголок его губ дёрнулся вверх, не улыбка, а скорее тень улыбки, признак того, что внутри него бушуют эмоции, которые он не позволяет вырваться наружу.

—Ты стал мягче.–бросил он. В голосе не было упрёка только удивление, смешанное с чем-то, отдалённо напоминающим разочарование.

Айвен подошёл вплотную. Красные глаза вонзились в синие, и воздух между ними, казалось, нагрелся от напряжения. Эннон, стоявший в стороне, невольно попятился, он уже видел такие взгляды между капитаном и его заместителем. Ничего хорошего они обычно не предвещали.

—Ага.–протянул Айвен, и в его голосе прорезались стальные нотки.–Но по бубну настучать у меня сил хватит.

Повисла тишина. Тяжёлая, густая, как смола.

Лоргон смотрел на брата несколько секунд и вдруг напряжение схлынуло. Он первым отвёл взгляд, кивнул, признавая поражение или, скорее, признавая, что сейчас не время и не место для этого спора.

Парни расселись.

Айвен вернулся к стене, снова прислонившись к ней спиной. Лоргон остался у столба, но теперь его поза была менее напряжённой.

—Ты слышал его, Эннон.–произнёс Лоргон, не глядя на оруженосца.–Зарыть тело нужно. На потеху червям.

Эннон кивнул, уже собираясь подойти к трупу, но Айвен поднял руку.

—Похорони его за тем камнем.–капитан указал на небольшой холм в нескольких десятках метров от дома, где из земли торчали два серых валуна, похожие на надгробия, которыми они никогда не были.–Крест не ставь.

—Хорошо, господин.–Эннон сделал шаг в сторону тела.

—Да подожди ты пока.–остановил его Айвен, и его голос смягчился–Пусть раны затянутся.

Эннон обернулся. На его лице заиграла слабая улыбка – усталая, но искренняя.

—Всё в порядке, капитан. Мне уже намного лучше. Мазь помогла.

—Неудивительно.–хмыкнул Лоргон, и в его голосе проскользнула тень одобрения.–Мазь-то от нашего рыцаря. От Брани. Он в этих делах толк знает.

Эннон кивнул и направился к телу. Подошвы его сапог хлюпали по мокрой земле, оставляя глубокие следы, которые тут же затягивались дождевой водой.

Лоргон проводил его взглядом и повернулся к брату.

—Ты давно с братьями и сёстрами виделся?–спросил Айвен, и в его вопросе прозвучало то, что нельзя было назвать тоской – скорее, лёгкой грустью.

Лоргон молчал несколько секунд. Ветер трепал его пепельные волосы, бросая их на лоб, но он не убирал их, просто стоял и смотрел куда-то вдаль, поверх мокрых крыш, поверх леса, туда, где, возможно, сейчас сидели у костра его братья и сёстры по оружию.

—Очень давно, капитан.–наконец ответил он.–Очень давно.

Айвен вздохнул – тяжело, по-человечески, забывая на секунду о том, что он капитан, что за ним идут двадцать крестоносцев, что короли склоняют перед ним головы.

—Пойдём в дом, отвара пригубим.–произнёс он бодро, нарочито громко, словно пытаясь разогнать сгустившуюся вокруг них тьму.

Он отлепился от стены и сделал шаг к дверям.

И в этот момент с неба тело рухнуло на землю.

Продолжение следует........…⁠ᘛ⁠⁐̤⁠ᕐ⁠ᐷ.....