36 часть
Полдень наступил внезапно, как удар кинжала. Солнце висело прямо над полем, заливая всё вокруг жёстким, беспощадным светом. Тени исчезли - остались только две армии, замершие друг напротив друга, и двое всадников на холме, которые всё ещё не двинулись с места.
Армия Мираза снова выстроилась в боевой порядок. Чёрные ряды Детей Ночи колыхались, как живое существо, готовое броситься вперёд и растерзать всё на своём пути. Впереди, на вороном коне, стоял сам Мираз - в чёрных доспехах, с забралом, поднятым, чтобы все видели его холодное, торжествующее лицо.
Мираз: Время вышло- крикнул он, и его голос разнёсся над полем - Я ждал до полудня. Ваши таинственные друзья не спустились с холма. Значит, они не решатся. Или их нет.
Питер: Они здесь- ответил Питер, выезжая вперёд- И мы готовы.
Мираз: Готовы умереть? - усмехнулся Мираз- Это я вижу. Но я хочу говорить не с тобой, король Питер. Ты - прошлое. Я хочу говорить с ней.
Он поднял руку и указал на холм. Все взгляды - нарнийцев, Детей Ночи, самого Питера - последовали за его жестом.
На холме, там, где ещё минуту назад стояли двое всадников, теперь были трое. Но двое из них не двигались - они замерли, как статуи, чёрные кони под ними не шевелились. А третья...
Третья стояла впереди.
Елена.
Она была в доспехах - но не в тех, старых, с Алой Лилией. Новые доспехи были чёрными, как сама ночь, как глубина бездны. Они не блестели на солнце - они впитывали свет, делая её фигуру почти призрачной. Шлема не было - только распущенные волосы, чёрные, как вороново крыло, и глаза - ледяные, прозрачные, сияющие как два драгоценных камня.
Рядом с ней, чуть позади, на серебристом коне, сидел Арвак. Его белые глаза смотрели на поле битвы с выражением древней, всезнающей печали.
Мираз улыбнулся - холодно, торжествующе.
Мираз: Вот она- сказал он- Дочь Аслана. Хранительница. Вернулась наконец. Я думал, ты бросила своих.
Он развернул коня и направился в её сторону - медленно, не спеша, как хищник, уверенный в своей силе.
Елена тронула своего коня. Чёрный жеребец - такой же тёмный, как её доспехи - шагнул вперёд. Арвак последовал за ней, не отставая ни на шаг.
Они встретились на середине поля - Мираз, Елена и Арвак, застывший молчаливой тенью за её спиной. Питер остался там, где стоял, наблюдая, сжимая меч. Он знал - сейчас не его время.
Голос Елены разнёсся над полем. Он был негромким, но его слышали все - и нарнийцы, и Дети Ночи, и сам Мираз. В этом голосе было что-то нечеловеческое - как звон далёкого колокола, как скрежет льда по стеклу, как шёпот самой вечности.
Елена: Советую сдаться сразу - сказала она.
Мираз усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень тревоги.
Мираз: Я не сдамся- ответил он- И не дрогну перед твоей армией. Перед твоими доспехами. Перед твоим проводником. Ты можешь быть дочерью Аслана, но ты всего лишь женщина. А я - тот, кто победил Нарнию. Тот, кто заточил тебя в темницу. Тот, кто привёл Детей Ночи.
Елена: Ты ничего не победил бывший Лорд узурпатор - голос Елены стал ещё холоднее, ещё пронзительнее- Ты захватил, но не победил. Ты заточил, но не сломил. Ты привёл тьму, но свет всё равно победит.
Мираз: Кто принесёт этот свет? Ты? - Мираз покачал головой- Ты изменилась. Я вижу. Твои волосы стали чёрными, как ночь. Твои глаза - холодными, как лёд. Ты сама стала тьмой.
Елена: Я стала тем, кем должна была стать- ответила Елена- Сильнее. Холоднее. Твёрже. Но тьма - не во мне. Я несу свет. Просто теперь я знаю, как защищать его.
Мираз: я не сдамся - повторил Мираз.
Елена посмотрела на него - и в её ледяных глазах не было ни капли жалости.
Елена: Тогда я предпочту посмотреть, как король Каспиан вырывает твоё сердце- сказала она, и её голос эхом разнёсся над полем, заставляя даже Детей Ночи вздрогнуть.
Мираз побледнел. Его рука, лежащая на эфесе меча, дрогнула.
Мираз: Ты не посмеешь- прошептал он.
Елена: Я - дочь Аслана- ответила Елена - Хранительница мира между мирами. Госпожа Луны и Солнца. Королева Нарнии. Я посмею всё, что нужно, чтобы защитить мою Нарнию. Даже ценой своей жизни
Среди нарнийских воинов, стояла Люси. Она смотрела на Елену - на её чёрные доспехи, на её ледяные глаза, на её властную, почти пугающую фигуру. И вдруг она поняла то, чего не замечала раньше.
Люси: Она изменилась- прошептала Люси.
Сьюзен: Что? - спросила Сьюзен, стоящая рядом.
Люси: Елена- ответила Люси- Она стала старше. Не просто взрослее - старше. Как будто время в том мире шло иначе. Как будто она прожила там годы, а не месяцы.
Сьюзен прищурилась, вглядываясь в фигуру подруги. И правда - в осанке Елены, в повороте головы, в том, как она держала поводья, было что-то новое. Что-то, что говорило о годах, а не о месяцах. О боли, о потерях, о мудрости, которая приходит только с временем.
Сьюзен: Сколько же тебе теперь лет? - прошептала Сьюзен- И кто ты теперь?
Каспиан тоже смотрел на Елену. Его сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Он видел её - такую далёкую и такую близкую, такую родную и такую чужую. Он видел её чёрные волосы, её ледяные глаза, её доспехи, сотканные из тьмы. И он знал - это всё ещё она. Его Елена. Та, кто пела в темноте. Та, кто смотрела на звёзды. Та, кто любила его.
Каспиан: Возвращайся - прошептал он - Пожалуйста.
Мираз стоял, не в силах вымолвить ни слова. Армия Детей Ночи за его спиной замерла, ожидая приказа. Нарнийцы сжимали оружие, готовые броситься в бой по первому слову своих командиров.
Елена смотрела на Мираза сверху вниз - хотя их кони были одной высоты, она казалась выше. Намного выше.
Елена: У тебя есть время до заката- сказала она- Уведи свою армию. Уйди за Ледяные горы. И никогда не возвращайся.
Мираз: А если я откажусь? - спросил Мираз, и в его голосе слышалось уже не торжество, а страх.
Арвак: Тогда ты увидишь, что значит гнев Хранительницы- грозно прошептал он- И поверь мне, Мираз, ты не хочешь этого видеть.
Елена развернула коня и, не прощаясь, поехала обратно к холму. Арвак последовал за ней, его серебристая фигура мерцала в лучах полуденного солнца.
Мираз остался один на середине поля. Его рука, лежащая на эфесе меча, дрожала. Его лицо было белым, как мел. Он смотрел вслед Елене - и в его глазах застыл ужас.
Он знал - она не шутит. И он знал - у него есть только несколько часов, чтобы решить свою судьбу.
Среди нарнийских воинов, Каспиан сжимал в руках доспехи Елены и смотрел на неё - такую далёкую, такую близкую, такую новую.
Каспиан::Вернись- прошептал он- Пожалуйста. Вернись ко мне.
И ему показалось, что она, стоя на холме, повернула голову и посмотрела прямо на него. В её ледяных глазах на мгновение вспыхнуло тепло - то самое, которое он помнил. То, которое она хранила для него.
Елена: Я здесь- сказала она одними губами- Я всегда была здесь.
А часы тикали. До заката оставалось всё меньше времени. И судьба Нарнии висела на волоске.