24 часть
Аслан вернулся на седьмой день после исчезновения Елены.
Лагерь у пещеры жил в напряжённом ожидании. Поисковые группы уходили и возвращались ни с чем. Могрин, старый волк, исхудал и посерел — он почти не спал, почти не ел, только нюхал воздух и качал головой. Каспиан не отходил от свёртка с доспехами Елены — он сидел рядом с ним днём и ночью, как пёс, охраняющий самое дорогое.
Лис не вернулся.
Утром седьмого дня, когда солнце только начало подниматься над верхушками деревьев, воздух в лагере изменился. Это ощутили все — и люди, и звери. Птицы замолчали, ветер затих, даже костры, казалось, горели тише обычного.
Могрин: Он идёт— прошептал Монгрин, поднимая голову.
Из леса вышел Аслан. Он не был похож на себя прежнего — в его походке чувствовалась усталость, в глазах — глубокая, всепроникающая печаль. Он обошёл всю Нарнию, как обещал. Он искал свою дочь. И не нашёл.
— Аслан вернулся — разнеслось по лагерю. Все, кто мог стоять, вышли ему навстречу. Кто-то падал на колени, кто-то плакал, кто-то просто замирал в благоговении. Аслан прошёл сквозь строй, не останавливаясь, и направился прямо к Каспиану.
Принц сидел у костра, положив руки на свёрток с доспехами. Он не встал — не из неуважения, а потому что ноги не держали его. Он посмотрел на Льва, и в его глазах была такая боль, что даже камни сжалились бы.
Каспиан: Ты не нашёл её— сказал Каспиан. Это не было вопросом.
Аслан: Нет — ответил Аслан, и в Его голосе впервые прозвучало нечто, похожее на сожаление — Я обошёл всю Нарнию. Я был в самых дальних углах, куда не ступала нога человека. Я говорил с деревьями и камнями, с ветрами и реками. Никто не знает, где она.
Питер: Как это возможно? — спросил Питер, подходя ближе — Ты - Аслан. Ты создал этот мир. Как может что-то в нём быть скрыто от тебя?
Аслан: Я создал этот мир— ответил Лев — Но не все его тайны. Есть двери, которые я не открываю. Есть пути, по которым не хожу. Есть выборы, которые не контролирую. Моя дочь сделала такой выбор. И теперь... теперь я не могу её найти.
Каспиан: Какой выбор?— вырвалось у Каспиана — Что она сделала? Где она?
Аслан: Не знаю— сказал Аслан, и это признание было тяжелее любого удара — Я знаю только, что она жива. Я чувствую её - как свет вдали, как тепло за стеной. Она жива. Но где - я не знаю.
Каспиан закрыл лицо руками. Его плечи дрожали. Могрин подошёл и положил голову ему на колени — единственное утешение, которое мог предложить старый волк.
Питер: Мы нашли её доспехи— сказал Питер, нарушая тишину— В гроте, за пещерой. На столе из заката и рассвета
Аслан повернулся к нему. В Его глазах вспыхнуло что-то — интерес? Надежда?
Аслан: Покажи— сказал Он.
Питер принёс свёрток. Аслан долго смотрел на доспехи, на меч, на плащ. Он коснулся их носом, и Его дыхание прошлось по холодному металлу.
Аслан: Здесь нет её запаха— сказал Он. — Только запах камня и времени. Как будто они лежали там много лет.
Эдмунд: Но они лежали всего несколько дней — сказал Эдмунд — Мы видели её в них после битвы.
Аслан: Значит, кто-то или что-то стёрло след — сказал Аслан
Люси: Зачем? — спросила Люси— Зачем ей скрываться от нас?
Аслан: Не знаю— снова сказал Аслан— Но я узнаю. Я буду искать. Столько, сколько потребуется.
Питер: А что нам делать? — спросил Питер— Идти в Тельмар? Коронация Каспиана?
Каспиан: Нет — твёрдо сказал Каспиан. Все обернулись к нему. Он поднял голову, и в его глазах горел огонь - не отчаяния, а решимости — Я не взойду на престол без неё.
Питер: Каспиан— начал Питер— ты же знаешь, что Нарния нуждается в короле...
Каспиан: Нарния нуждается в Елене— перебил его Каспиан — Я - всего лишь мальчишка, который вырос в тени врага. Я не герой. Я не легенда. Я не сын Аслана. Я - никто без неё.
Аслан: Ты не никто— сказал Аслан, и Его голос был мягким, но твёрдым— Ты - тот, кого она выбрала. Тот, кого я благословил. Ты - король Нарнии. Не после неё. Не вместо неё. Сам по себе.
Каспиан: Нет— упрямо сказал Каспиан — Я не буду королём, пока она не вернётся. Она - моя королева. Моё сердце. Без неё нет трона. Без неё нет королевства. Без неё нет меня.
Аслан долго смотрел на него. В Его глазах читалось что-то — уважение? Понимание? Печаль?
Аслан: Ты любишь её— сказал Он.
Каспиан: Да — ответил Каспиан— И я не сяду на трон, который принадлежит ей по праву. Я не буду править страной, которую она спасла. Я не буду носить корону, пока она не наденет свою рядом со мной.
Питер: Тогда что ты предлагаешь? — спросил Питер.
Каспиан: Ждать — сказал Каспиан— Искать. Надеяться. Верить. Но не занимать её место. Никогда.
В лагере воцарилась тишина. Воины, собравшиеся вокруг, смотрели на Каспиана с новым уважением. Этот мальчишка, который рискнул всем, чтобы спасти Елену, теперь отказывался от трона — ради неё. Ради любви. Ради веры.
Эдмунд: Ты уверен? — спросил Эдмунд.
Каспиан: Уверен — ответил Каспиан — Я не буду королём без своей королевы. Я лучше останусь принцем на всю жизнь, чем сяду на трон, который она заслужила больше, чем я.
Аслан шагнул вперёд и коснулся носом плеча Каспиана.
Аслан: Ты достоин её— сказал Он— Не потому, что готов отказаться от трона. А потому, что любишь её больше, чем власть. Такая любовь - редкость. Даже среди королей.
Каспиан: Я не король— тихо сказал Каспиан.
Аслан: Пока нет— ответил Аслан— Но станешь. Когда она вернётся. И вы будете править вместе. Как и задумано.
— А если она не вернётся? — спросил кто-то из толпы.
Аслан: Вернётся — сказал Аслан— Я не знаю когда. Не знаю как. Но она вернётся. Она - моя дочь. А дети Аслана не исчезают навсегда.
Каспиан: Будем ждать— сказал Каспиан, глядя на восток— Сколько понадобится.
И они ждали. Дни превращались в недели, недели — в месяцы. Каспиан не надевал корону. Он не садился на трон. Он жил в лагере у пещеры, храня доспехи Елены, и каждую ночь смотрел на звёзды — те самые, на которые они смотрели вместе.
Могрин был с ним. Лис не вернулся. Елена не вернулась. Но надежда не умирала.
Потому что Аслан обещал. Потому что Каспиан верил. Потому что любовь — единственное, что сильнее времени, сильнее расстояния, сильнее самой смерти.
А тайна исчезновения Елены всё ещё ждала своего часа.