7 часть
Щелчок прозвучал для неё громче любого грома. Он эхом отозвался в тишине, которая была её единственным спутником. Это был не звук тюремщика — тот всегда тащил ноги и ворчал. Это был звук вторжения. Звук надежды, отпирающей дверь.
Елена затаила дыхание, прижавшись спиной к холодной стене. Вся её существо превратилось в один сплошной слух. Боль от побоев отступила, уступив место ледяному, сосредоточенному адреналину. Кто? Стража с новыми пытками? Или...
Шаги. Несколько пар. Лёгкие, осторожные, но твёрдые. Они не пытались скрыть своё присутствие — лишь двигались быстро и целенаправленно. По винтовой лестнице. Всё ближе. Сердце Елены колотилось так, что, казалось, эхо его стука выдаст её раньше времени. Она медленно, превозмогая боль в рёбрах, поднялась с пола. Ноги дрожали, но она впилась пальцами в неровности камня, чтобы устоять. Она не встретит их на коленях. Королевы не преклоняются. Даже перед спасением.
Тень заколебалась на стене у входа в её камеру. Затем показалась фигура. Не в тельмаринских доспехах. Более тёмная, более... знакомая. Молодой человек с мечом наготове. Его лицо было напряжённым, а глаза, привыкшие к полумраку, метались по камере, пока не нашли её.
Елена замерла, вглядываясь в незнакомые черты. Это не были Певенси. Но в нём не было и жестокости Мираза.
За ним появились другие. Коренастые, бородатые гномы с боевыми топорами. И ещё двое... Двое, от вида которых у неё перехватило дыхание.
Высокий, золотоволосый воин с лицом короля и мечом, на эфесе которого угадывался символ льва. И рядом с ним — тёмноволосый юноша с умными, проницательными глазами и щитом. Их доспехи... их осанка...
Мир покачнулся. Тьма заплясала перед глазами. Это было невозможно. Сон наяву, порождённый болью и отчаянием.
Золотоволосый воин шагнул вперёд, и его взгляд, полный шока, ярости и немой боли, скользнул по её избитому лицу, рваной одежде, по всей картине унижения. Он опустил меч.
Питер: Елена... — произнёс он, и в этом одном слове была вся буря веков разлуки, вся вина и вся нежность.
Это был голос Питера.
Елена попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь хриплый, сдавленный звук. Она качнулась, и мир поплыл.
Вперёд бросился тёмноволосый юноша — Эдмунд. Он ловко подхватил её, не давая упасть, его руки были удивительно твёрдыми и бережными.
Елена: Мы здесь — прошептал он ей в самое ухо, и его голос дрожал — Мы здесь. Всё кончено.
Елена: Питер... Эдмунд... — наконец выдавила она, и слёзы, которые не могли пробиться сквозь боль, хлынули потоком, смывая кровь и грязь. Она смотрела на них, не веря, цепляясь взглядом за каждую черту, боясь, что видение рассыплется.
Питер: Мы нашли твои письма— сказал Питер, его лицо было жёстким, как скала, но глаза блестели— Мы прочитали всё. Мы знаем.
В этот момент в камеру протиснулся молодой человек, который был первым.
Каспиан: Королева— сказал он, и в его голосе было глубочайшее почтение— Меня зовут Каспиан. Я привёл их к вам. Нам нужно уходить. Сейчас.
Его слова вернули её к реальности. Он был прав. Они были в самом сердце вражеской крепости. Она кивнула, пытаясь взять себя в руки. Боль снова накатила, но теперь её заглушало нечто большее — ликующий, безумный свет надежды.
Елена: Я... могу идти— сказала она, хотя её ноги едва держали.
Эдмунд: Нет, не можешь— твёрдо сказал Эдмунд— Норд!
Один из гномов, низкорослый и жилистый, тут же снял с плеч свёрнутую плащ-палатку из плотной ткани.
—Прикажи, Король.
Питер: Мы понесём её— распорядился Питер, уже оценивая ситуацию стратегическим взглядом — Каспиан, ты знаешь путь назад. Веди. Эдмунд, ты сзади. Я прикрою.
Без лишних слов гномы быстро соорудили из плаща и пары древков от факелов импровизиные носилки. Эдмунд и один из гномов бережно подняли Елену. Прикосновение к её рёбрам заставило её вскрикнуть, но она тут же стиснула зубы.
Эдмунд: Прости— пробормотал Эдмунд, лицо его исказилось от сострадания.
Каспиан: Идём — скомандовал Каспиан, уже стоя в дверном проёме, его тесак был наготове.
Они двинулись обратно по лестнице — теперь отряд призраков, уносящий своё самое ценное сокровище из недр ада. Елена лежала на носилках, смотря в низкий каменный потолок, и слёзы текли по её вискам, но на губах играла улыбка. Самая настоящая, первая за столько столетий.
Они пришли. Аслан, они пришли.
И в этот момент снаружи, из глубины замка, донёсся тревожный, протяжный крик. Затем другой. Загремели колокола тревоги. Их обнаружили.
Питер обернулся, его глаза встретились с её взглядом.
Питер: Всё в порядке— сказал он, и в его голосе была вся непоколебимая уверенность Верховного Короля — Мы выберемся. Вместе.
Их путь на свободу только начался, но самое страшное было уже позади. Они нашли её. А она, наконец, перестала быть всего лишь легендой в темноте.