Эпилог
Эпилог.
(Много лет спустя)
Я рассказал эту историю эльфятам. Всю. Без утайки. Они слушали, раскрыв рты. Девочка плакала. Мальчик сжимал кулаки и смотрел в пол.
— Дедушка, — спросила девочка, когда я замолчал. — А легенда... легенда про Калиопа-героя... она неправда?
— Правда, — сказал я. — Но только для тех, кто хочет в неё верить.
— А как было на самом деле?
Я посмотрел на голубой меч, который висел на стене кузницы — потускневший, тихий, без огня внутри.
— На самом деле было больно, — сказал я. — И грязно. И никто не ушёл домой счастливым.
— Но почему же все рассказывают красивую сказку? — спросил мальчик.
Я погладил его по голову. Ладонь у меня была чёрная, в копоти и старых шрамах.
— Потому что, малыш, все хотят героев. Им нужен свет в темноте. Даже если этот свет — выдумка. Даже если настоящий герой лежит в могиле, убитый тем, кого он называл тенью.
— А Понно? — спросила девочка шёпотом. — Понно тоже был тенью?
Я покачал головой.
— Понно был человеком. Который слишком сильно любил. И слишком поздно понял, что любовь не должна быть односторонней.
Я замолчал. Дети сидели тихо. Пепел у горна больше не шевелился.
— Дедушка, — сказал мальчик после долгой паузы. — А что стало с мечом?
Я посмотрел на стену. Голубой камень не светился. Драконий огонь уснул — может, навсегда, может, до тех пор, пока не появится тот, кто будет достоин.
— Меч ждёт, — сказал я. — Он всегда ждёт.
— Кого?
— Того, кому не нужны легенды. Того, кто сам станет легендой — не потому, что хочет, а потому что не может иначе.
Дети переглянулись.
— А такой есть? — спросила девочка.
Я усмехнулся. Встал. Взял молот.
— Ещё не родился, — сказал я. — Но когда-нибудь родится. Обязательно.
Я ударил по наковальне. Звон разнёсся по кузнице, вылетел в дверь, ушёл в лес. Где-то далеко — может, в горах, может, в сердце мира — голубой камень мигнул. Один раз. Коротко. Как обещание.
— А теперь, — сказал я детям, — бегите. Ваша мать заругает, если вы испачкаетесь в угле.
— А ты? — спросил мальчик.
— А я буду работать, — сказал я. — Кто-то же должен ковать мечи для новых героев. И надеяться, что они окажутся лучше старых.
Дети убежали. Я остался один в кузнице. Взял голубой меч со стены. Провёл пальцем по холодному, мёртвому лезвию.
— Спи, — прошептал я. — Ты заслужил отдых.
И мне показалось — на секунду — что камень чуть потеплел. Или это просто старые пальцы ничего уже не чувствуют. Кто знает. Кто теперь разберёт, где правда, а где легенда.