Трио чудаков

Тишина в Глэйде стояла такая, что было слышно, как Чак переворачивается во сне.

Томас не спал. Он стоял у ворот, глядя на каменные створки, и в голове у него пульсировала одна мысль: там ответы. Там всё.

- Не делай этого.

Голос Николь раздался из темноты неожиданно, но Томас даже не вздрогнул.

- Ты не спишь, - сказал он, не оборачиваясь.

- Я никогда не сплю. А ты собираешься сделать глупость.

- Я собираюсь найти ответы.

- Ты собираешься найти смерть, - поправила Николь, подходя ближе. В свете луны её голубые глаза казались почти белыми. - Ночью в Лабиринте не выживают. Даже Минхо не рискует.

- Минхо не рискует, потому что у него есть что терять, - Томас наконец повернулся к ней. - А у меня нет. Я ничего не помню. Но я знаю, что там - часть меня. Я чувствую.

Николь долго смотрела на него. Потом неожиданно усмехнулась.

- Знаешь, Златовласка сейчас спит и видит десятый сон, а ты тут собрался геройствовать.

- Златовласка? - Томас моргнул.

- Ньют, - пояснила Николь. - У него же волосы светлые. А у Минхо теперь будет «Тень», потому что он вечно из темноты выскакивает. Ты - «Бешеный», потому что ты реально бешеный, раз собрался в Лабиринт ночью. А Берт - «Ключник», тут без вариантов.

- А ты?

- Я - «Единственная адекватная», но это слишком длинно, - отрезала Николь. - Так вот, «Бешеный». Не ходи.

- Поздно, - Томас шагнул к воротам.

- Стой! - Николь схватила его за руку. Её пальцы были холодными и сильными. - Если ты войдёшь, я пойду с тобой.

Томас замер.

- Зачем?

- Затем, что если ты сдохнешь в первую же ночь, мне придётся учить следующего новичка, а я устала. - Она отпустила его руку. - И потом... кто-то же должен прикрывать твою безумную задницу.

Томас посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то - не благодарность даже, а удивление.

- Ты правда пойдёшь?

- Я правда придумываю идиотские прозвища, когда нервничаю, - огрызнулась Николь. - Да, пойду. Но если мы умрём, я тебя убью.

Они шагнули в проём одновременно.

---

Глэйд проснулся от криков.

- Томас! Николь! - Минхо метался у ворот, его лицо было белым как мел. - Они ушли! Ночью!

Альби, прибежавший первым, схватил его за плечи.

- Куда?

- В Лабиринт! - Минхо вырвался. - Я должен идти за ними.

- С ума сошёл? - Альби повысил голос. - До рассвета три часа. Если они не вернутся к открытию ворот, мы их не увидим.

- Значит, я умру с ними, - отрезал Минхо.

- А Глэйд? - Альби шагнул вперёд, загораживая проход. - Кто поведёт Бегунов, если ты сдохнешь? Думаешь, Томас и Николь хотели бы, чтобы ты присоединился к ним в могиле?

Минхо замер, его кулаки сжались.

Берт, стоявший в толпе, вдруг шагнул вперёд.

- Я иду.

- Куда? - обернулся Альби.

- К воротам. Буду ждать. Если они выживут, им понадобится помощь. - Он посмотрел на Альби с неожиданной твёрдостью. - Я не герой, Альби. Но я не могу просто стоять.

Галли, мрачный как туча, подошёл к Берту и молча встал рядом.

- Ты чего? - удивился Берт.

- Ты идиот, - буркнул Галли. - Но идиотов надо прикрывать. Это закон братства.

Берт моргнул, потом расплылся в улыбке.

- Галли, ты...

- Молчи, - оборвал Галли. - И не вздумай умереть. Кто тогда будет слушать мои пророчества?

Дина стояла чуть поодаль, её зелёные глаза были прикованы к воротам. Рядом с ней замер Ньют.

- Они вернутся, - сказала она тихо.

- Откуда знаешь?

- Статистика, - ответила Дина. - Николь - лучший Бегун после Минхо. А Томас... с ним что-то не так. В хорошем смысле. Он знает Лабиринт. Я видела, как он смотрит на стены. Это не страх. Это узнавание.

Ньют сжал её руку. Коротко, но крепко.

- Надейся, - сказал он.

- Я не надеюсь, - поправила Дина. - Я вычисляю. Это точнее.

---

В Лабиринте было темно. Очень темно.

Николь бежала рядом с Томасом, её дыхание было ровным, хотя сердце колотилось как бешеное.

- Ты хоть знаешь, куда мы бежим? - прошипела она.

- Нет, - честно ответил Томас. - Но я чувствую.

- Великолепно. Просто великолепно. Мы умрём из-за твоих чувств.

- Ты могла не идти.

- Могла, - согласилась Николь. - Но тогда я бы всю жизнь гадала, что с тобой стало. А я ненавижу гадать. Это для Дины.

Они свернули за угол и замерли.

Впереди, в тусклом свете, который непонятно откуда проникал в Лабиринт, виднелась стена. Но не просто стена - на ней были вырезаны символы. Цифры. Слова.

- Что это? - выдохнула Николь.

Томас подошёл ближе, провёл рукой по камню.

- Это... код. Или сообщение. - Он всмотрелся. - WCKD. Здесь написано WCKD.

- WCKD? - Николь нахмурилась. - Что за...

Она не договорила.

Сзади раздался звук. Металлический, скрежещущий, жирный - именно так, как она описывала Томасу.

Гривер.

- Бежим, - сказала Николь тихо.

- Но...

- Бежим, идиот!

Они рванули назад. Сзади нарастал звук - быстрее, ближе, смертоноснее.

Томас бежал, и вдруг в его голове вспыхнуло - он знал этот коридор. Знал, куда ведёт следующий поворот. Знал, что за ним есть тупик, но если свернуть в третий проход, можно выиграть время.

- Сюда! - крикнул он, хватая Николь за руку и утягивая в боковой проход.

Она не спорила. Она просто бежала за ним.

Гривер был совсем близко. Его щупальца хлестали по стенам, высекая искры.

- Нам не уйти! - выдохнула Николь.

- Уйдём! - Томас рванул в очередной поворот, и вдруг перед ними возник просвет - ворота. Обычные ворота, ведущие в Глэйд.

- Это... это невозможно, - прошептала Николь. - Мы не могли...

- Бежим!

Оони вылетели из Лабиринта за секунду до того, как Гривер врезался в решётку, отделяющую Глэйд от коридоров. Тварь заскрежетала, дёрнулась и исчезла в темноте.

Томас и Николь рухнули на траву, хватая ртом воздух.

Над ними склонились Берт и Галли.

- Живые, - констатировал Галли с непроницаемым лицом.

- Бешеные, - поправил Берт, но в его голосе слышалось облегчение. - Совершенно бешеные.

Николь перевернулась на спину и уставилась в небо.

- Никогда больше, - выдохнула она. - Никогда. Томас, если ты ещё раз потащишь меня в ночной Лабиринт, я лично отдам тебя Гриверу. С бантиком.

- Договорились, - улыбнулся Томас, глядя на звёзды.

Подошли Альби и Минхо. Альби смотрел на них с выражением, в котором смешивались гнев и облегчение.

- Вы идиоты, - сказал он жёстко. - Полные, законченные идиоты. Ты, Николь, Бегун с опытом, повелась на его безумную идею? Ты, Томас, вообще как до такого додумался?

- Я не додумался, - ответил Томас, садясь. - Я просто знал. Это звучит безумно, но я знал, куда бежать. Знал про повороты. Знал про ворота.

Альби замолчал. Минхо переглянулся с Ньютом.

- Это не нормально, - тихо сказал Галли.

- В Глэйде вообще ничего нормального нет, - отрезала Николь, поднимаясь. - Альби, мы нашли надписи. На стенах. Слово «WCKD» и цифры.

Альби побледнел.

- WCKD?

- Ты знаешь, что это?

- Нет, - слишком быстро ответил Альби. - Ничего не знаю. Иди отдыхать. Все идите отдыхать. Утро вечера мудренее.

Он развернулся и ушёл, оставив всех в недоумении.

- Странно, - заметила Дина, подходя. - Очень странно. Альби что-то знает.

- Альби много чего знает, - буркнул Минхо. - Просто не говорит.

- Заговорит, - пообещала Николь. - Я сегодня же с ним поговорю.

- Сейчас? - удивился Берт. - Ты только что чуть не умерла!

- Именно поэтому, - отрезала Николь. - Ключник, следи за языком. И за своим ключом заодно.

Берт хмыкнул, но спорить не стал.

---

Николь нашла Альби у хижины картографов. Он сидел один, глядя на карты, и вид у него был такой, будто он постарел лет на десять.

- Альби.

Он поднял голову.

- Я сказал - отдыхай.

- А я сказала - поговорим. - Николь села напротив. - Ты знаешь, что такое WCKD.

- Не твоё дело.

- Моё, - жёстко сказала Николь. - Я только что чуть не сдохла в Лабиринте из-за этого слова. Томас чуть не сдох. Мы нашли это на стенах. И ты знаешь, что это. Говори.

Альби долго молчал. Потом закрыл лицо руками.

- Это организация, - сказал он глухо. - Я не знаю точно, но... до того, как я попал сюда, я слышал это слово. В новостях. Или в разговорах. WCKD. Они что-то делали с детьми. Эксперименты. Я не знаю подробностей, Николь. Клянусь.

- Но ты знаешь достаточно, чтобы бояться.

- Да, - тихо ответил Альби. - Я знаю достаточно, чтобы бояться.

Николь посмотрела на него долгим взглядом.

- Спасибо, - сказала она наконец. - За честность.

- Ты первая, кто выбил из меня правду, - усмехнулся Альби. - Обычно я покрепче.

- Обычно ты не имеешь дела с Бегунами, которые только что обнимались с Гривером, - парировала Николь, поднимаясь. - Спокойной ночи, Альби.

- Спокойной ночи, Николь.

Она уже отошла, когда он окликнул её:

- Николь!

- Что?

- Береги себя. И этого... Томаса. С ним что-то не так. Но, может быть, это спасёт нас всех.

Николь кивнула и ушла в темноту.

---

Утро началось с того, что лифт заскрипел.

- Ещё один, - простонал Фрайпен. - Сколько можно?

Дверь отъехала, и из темноты шагнул парень. Русые волосы, карие глаза, рост чуть ниже среднего. Он был одет в лёгкую куртку, джинсы и кроссовки - как будто только что вышел из обычного городского утра.

Но его лицо...

Он смотрел на Глэйд с выражением чистого, незамутнённого ужаса. Стены, люди, крики - всё это обрушилось на него как лавина.

- Где я? - прошептал он. - Что это?

Он попятился, споткнулся о край лифта и едва не упал.

- Эй, полегче, - Берт шагнул к нему, протягивая руку. - Добро пожаловать в райский уголок.

Парень отдёрнулся, как ошпаренный.

- Не трогайте меня! - выкрикнул он. - Кто вы? Зачем я здесь?

- Классика, - вздохнула Николь, подходя ближе. - Слушай, новенький. У нас тут протокол: ты орёшь, мы ждём, ты успокаиваешься, мы объясняем. Давай сразу перейдём к объяснениям, а?

Парень смотрел на неё, тяжело дыша. Его карие глаза метались от лица к лицу.

- Меня зовут Келвин, - выдавил он. - Я... я ничего не помню. Только имя. И это... это всё ненормально.

- Гениальное наблюдение, - одобрила Николь. - Келвин, запоминай: ты в Глэйде. Вокруг Лабиринт. По ночам приходят монстры. Днём мы пытаемся выжить. Вопросы?

Келвин открыл рот и закрыл. Потом ещё раз.

- Монстры?

- Гриверы, если по-научному. Дина, добавь научности.

Дина, стоявшая с тетрадью, кивнула.

- Биомеханические существа, предположительно созданные для охраны периметра. Тактильные щупальца, высокая скорость, уязвимость к свету. Будешь записывать?

Келвин посмотрел на неё как на сумасшедшую.

- Вы все тут сошли с ума, - выдохнул он.

- Частично, - согласился Берт. - Но это помогает. Пойдём, Келвин. Покажу тебе, где тут столовая. Фрайпен сегодня недосолил похлёбку, но это даже лучше - меньше риск гипертонии.

Келвин, всё ещё трясущийся, позволил увести себя от лифта.

Николь смотрела ему вслед.

- Ещё один, - вздохнула она.

- Напуганный, - заметил Томас, подходя.

- Ещё бы. Ты в первый день тоже бегал как угорелый. Келвин хотя бы на месте трясётся, а не по Глэйду носится.

- Справедливо.

- Кстати, - Николь повернулась к нему. - Ты как? После ночи?

- Жив, - улыбнулся Томас. - Ты тоже.

- Я живучая, - отрезала Николь. - Ладно, «Бешеный», иди отдыхай. Завтра снова в Лабиринт. Теперь уже по правилам.

- По правилам?

- По моим правилам, - уточнила Николь. - Я тут главная по выживанию идиотов.

Она развернулась и ушла, оставив Томаса с улыбкой на лице.

---

Вечером у костра Келвин сидел тихо, вжав голову в плечи. Он почти не говорил, только слушал, как Берт травит байки, а Дина комментирует их с научной точки зрения.

- А ты чего молчишь, новенький? - спросил Берт, пододвигая ему миску. - Ешь давай. Силы пригодятся.

- Я не хочу есть, - тихо сказал Келвин.

- Хочешь, - возразил Берт. - Все хотят есть. Это базовый инстинкт. Даже Гриверы хотят есть. Нас, например.

- Берт, не пугай ребёнка, - осадила его Николь.

- Какой он ребёнок? Ему лет семнадцать.

- Восемнадцать, - поправил Келвин едва слышно. - Мне кажется, восемнадцать.

- Ну вот, уже прогресс, - одобрил Берт. - Завтра вспомнишь, что ты, например, любил делать до всего этого.

Келвин покачал головой.

- Я ничего не помню. Только страх. И... и почему-то музыку. Какую-то мелодию. Всё время в голове играет.

- Музыку? - Дина заинтересованно подняла голову. - Какую?

- Не знаю, - Келвин зажмурился. - Грустную. На пианино.

- Пианист, - хмыкнула Николь. - Будешь «Клавишником». У нас уже есть «Ключник», теперь будет «Клавишник».

- Ты опять раздаёшь прозвища? - устало спросил Минхо.

- Только самым достойным, - парировала Николь. - Ты у нас «Тень», не забыл.

- Я помню. Я пытаюсь забыть, но ты не даёшь.

- Это моя работа - напоминать.

Галли, сидевший рядом с Бертом, неожиданно хмыкнул.

- Она права, - сказал он. - Прозвища помогают запомнить. Когда ничего не помнишь, любая зацепка - спасение.

- Галли, ты сейчас защищал Николь? - изумился Берт.

- Я защищал логику, - отрезал Галли. - Не путай.

- Ну конечно.

Келвин смотрел на эту перепалку, и в его глазах впервые за день мелькнуло что-то, кроме страха. Удивление? Любопытство?

- Вы... вы правда здесь живёте? - спросил он тихо. - Все эти годы?

- Кто сколько, - пожал плечами Берт. - Я, например, уже несколько месяцев. Николь дольше. Альби вообще старожил.

- И вы не сошли с ума?

- А это мы сами не знаем, - честно ответил Берт. - Может, и сошли. Но вместе как-то легче.

Келвин замолчал, глядя на огонь.

Где-то в темноте за стенами заскрежетало - Лабиринт готовился к ночи. Но сегодня этот звук не казался таким страшным.

Потому что рядом были люди.

Странные, шумные, нелепые.

Но живые.

- Добро пожаловать в Глэйд, Келвин, - тихо сказала Дина. - Надеюсь, ты продержишься.

- Я постараюсь, - ответил он.

И впервые за день улыбнулся.

. .

Я надеюсь что это фф хоть как-то читать