Doctor Moormeier

Ночь после ужина с Ником превратилась для Адель в сплошной кошмар. Она то просыпалась от удушья, то снова проваливалась в тяжелый, липкий сон. Ей снилась дождливая загородная трасса, разбитый черный автомобиль и искаженное от ужаса лицо девушки. В её сне Ник стоял на обочине дороги в своем дорогом джемпере, тепло улыбался и аккуратно складывал в папку окровавленные снимки, говоря: «Бизнес есть бизнес, Адель».

Когда в семь утра прозвенел будильник, Адель чувствовала себя так, словно по ней проехался тот самый грузовик. Кожа была бледной, почти прозрачной, а под глазами залегли отчетливые темные тени. Наскоро выпив таблетку от головной боли и даже не притронувшись к завтраку, она натянула привычные строгие брюки, накинула плащ и поспешила в клинику.

В отделении диагностики утреннее солнце едва пробивалось сквозь плотный лондонский туман. Адель на автомате поднялась на лифте, дошла до своего кабинета и тихо приоткрыла дверь.

Пэйтон уже был на месте. Он сидел за своим столом, окруженный стопками медицинских карт, и что-то сосредоточенно читал на планшете. Его трость, как всегда, покоилась рядом, прислоненная к подлокотнику кресла. Слыша тихий шорох двери, Мурмаер медленно поднял голову. Его карие глаза мгновенно зафиксировали фигуру Адель.

Девушка замерла на пороге, не зная, куда деть взгляд. После вчерашнего вечера в ресторане ей казалось, что на ней крупными буквами написано «я общаюсь с чудовищем из твоего прошлого». Ей было безумно стыдно и страшно, хотя она все еще пыталась убедить себя, что это просто дурацкое совпадение.

Пэйтон молча смерил её долгим, изучающим взглядом от макушки до носков туфель. На его лице не отразилось ни капли прежней ехидности. Напротив, его брови слегка сошлись на переносице, а в глазах промелькнуло странное, глухое беспокойство.

— Доброе утро, мистер Мурмаер, — едва слышно выдавила Адель, проходя к своему рабочему месту и пытаясь спрятать дрожащие руки в карманах плаща.

Пэйтон ничего не ответил. Он молча отложил планшет, медленно поднялся со своего кресла, опираясь на трость, и подошел к маленькому кофейному столику в углу кабинета. Адель спиной чувствовала его тяжелые, размеренные шаги. Послышался тихий стук фарфора. Через минуту Пэйтон подошел к её столу и с глухим стуком поставил перед ней большую белую чашку, от которой поднимался густой, ароматный пар. Это был горячий чай с мятой и лимоном — именно такой, какой она пила вчера в ресторане, чтобы успокоить нервы.

Адель удивленно подняла на него глаза. Пэйтон стоял совсем рядом, нависая над ней своей огромной тенью. Его лицо оставалось бесстрастным, но взгляд был непривычно мягким.

— Пейте, Рид, — сухо, но без малейшей агрессии произнес он. — Вы выглядите так, словно всю ночь разгружали вагоны с углем. Если вы упадете в обморок прямо посреди отделения, мне придется самому заполнять ваши дурацкие таблицы. А у меня нет на это времени.

Адель невольно улыбнулась уголками губ, чувствуя, как внутри разливается неожиданное тепло. В этой грубой, чисто «мурмаеровской» фразе скрывалась такая искренняя забота, которой она никак не ожидала от своего сурового босса.

— Спасибо, — тихо сказала она, обхватывая теплую чашку ладонями. — Я просто... плохо спала.

— Это заметно, — Пэйтон еще секунду помедлил, глядя на её бледное лицо, словно хотел сказать что-то еще, но потом резко повернулся и пошел обратно к своему столу. — Возвращайтесь к работе. Сегодня нам понадобится трезвая голова. Брайс и Джейден со вчерашнего вечера копают под ту закрытую клинику, куда увезли Марка Вэнса. Скоро должны быть результаты.

Адель сделала глоток чая и включила компьютер. Ей стало немного легче, но гнетущие мысли о Нике никуда не делись. Они сидели глубоко внутри, как бомба с часовым механизмом.

Ближе к полудню дверь кабинета буквально влетела внутрь. На пороге появился Брайс Холл. Его обычно аккуратная прическа была растрепана, а на лице читалась смесь триумфа и дикого испуга. Следом за ним быстрым шагом вошел Джейден, на ходу закрывая ноутбук.

— Мистер Мурмаер, у нас серьезные проблемы, — без предисловий заявил Брайс, подлетая к столу начальника. — И одновременно у нас есть зацепка. Мы с Джейденом всю ночь взламывали защищенный сервер той самой пригородной клиники «Грин-Валли», куда четыре месяца назад Хендерсон перевел Марка Вэнса.

Пэйтон мгновенно подобрался, откладывая все бумаги. Адель тоже затаила дыхание, впиваясь взглядом в парней.

— И что вы там нашли? — хмуро спросил Пэйтон.

Джейден открыл ноутбук и повернул экран к Мурмаеру:

— Самого Марка Вэнса там больше нет. Две недели назад он скончался. В официальном заключении написано «острая сердечная недостаточность», но самое жуткое не это. Все его медицинские анализы, токсикологические карты и даже история поступления были полностью удалены из внутренней базы клиники. Стерты под корень. Причем запрос на удаление данных пришел из той же адвокатской конторы Хендерсона, якобы в целях «конфиденциальности и защиты прав покойного».

— Они заметают следы, — подала голос Адель, и её собственный голос показался ей чужим. — Вэнс слишком много знал или его симптомы могли вывести на чистую воду того, кто его отравил. Его просто убрали, как и улики.

— Именно, Адель, — кивнул Брайс, переводя на неё серьезный взгляд. — Но преступник совершил одну ошибку. Один из дежурных лаборантов «Грин-Валли» успел скопировать первичный анализ крови Вэнса на свою личную флешку еще до того, как приехал Хендерсон с бумагами. Он хотел подстраховаться. Джейден смог вытащить этот файл из облака лаборанта. Мы сравнили формулу токсина с тем, что сейчас убивает нашего пациента Лэнгли. Это один и тот же нейротоксин, Адель! Модифицированный, редкий яд, который не продается в обычных аптеках. Его создают в закрытых лабораториях.

В этот момент у Брайса зазвонил телефон. Он быстро нажал на громкую связь, и в кабинете раздался шумный, прерывистый голос Джоша Ривза. Судя по звукам, детектив куда-то быстро шел, тяжело дыша.

— Брайс! Пэйтон! Вы меня слышите? — из динамика доносился шум лондонской улицы. — У нас ЧП. За мной и за Райли со вчерашнего вечера велась слежка. Какие-то парни на черном внедорожнике пасли нас от самого архива. Час назад они попытались прижать машину Райли к обочине на выезде из её квартала. К счастью, я был рядом, успел подрезать их. Они скрылись. Наш отравитель понял, что «Lumina Crown» засунула нос в его дела. Они перешли к открытым угрозам!

Адель испуганно ахнула, прижимая ладонь к губам. Райли! Её лучшая подруга в опасности! Внутри всё сжалось от дикого страха за неё.

После резких слов Джоша в трубке повисла тяжелая, гнетущая тишина. Адель сидела неподвижно, чувствуя, как холодный пот катится по спине. Все эти события развивались со скоростью лесного пожара. Еще вчера она была простой практиканткой, а сегодня за всей их командой может вестись слежка.

— Слушайте меня внимательно, — голос Ривза из динамика телефона Брайса звучал настойчиво и хрипло. — Паники не наводить. Всем можно ехать домой, но передвигаться по городу максимально аккуратно. Никаких лишних прогулок, людных мест и ночных клубов. Домой — и сидеть тихо. Держаться парами, чтобы в случае чего подстраховать друг друга. Просто ждите моего звонка и не высовывайтесь.

— Поняли, детектив. Будем тише травы, — серьезно ответил Брайс.

Адель импульсивно подалась вперед к телефону. Страх за подругу перевесил всё остальное.

— Джош! Я хочу поехать к Райли! Мы могли бы побыть вдвоем, так безопаснее...

— Исключено, Адель, — отрезал Джош. — Райли уже у меня дома, под моим личным присмотром. Я не могу разорваться и караулить вас двоих, если нагрянут неприятности. Твоя квартира в спальном районе сейчас тоже не самый безопасный вариант. Тебе нужен кто-то рядом.

Связь оборвалась. Адель растерянно опустила голову. Получалось, что Райли уже в безопасности у Ривза, Брайс и Джейден давно жили вместе в съемной квартире, а она оставалась одна.

Брайс и Джейден переглянулись. Было видно, что им тоже не по себе, но рабочая жилка взяла верх.

— Мистер Мурмаер, — Брайс повернулся к начальнику. — Мы с Джейденом решили еще немного задержаться в клинике. Проверим базы данных других, простых пациентов, которые поступали за последние месяцы. Вдруг у кого-то были смазанные симптомы, которые мы пропустили? А потом сразу на такси и к нам домой.

Джейден согласно кивнул и посмотрел на Адель, а затем на хмурого Пэйтона.

— Мистер Мурмаер, Адель, уходите-ка вы лучше пораньше. Пока туман на улице и на дорогах относительно спокойно. Смысла сидеть тут до темноты нет.

Пэйтон молча выслушал парней, медленно поднялся со своего кресла, опираясь на трость, и внимательно посмотрел на Адель. Его карие глаза больше не были холодными — в них читалось твердое, непреклонное решение.

— Хакер, Холл — выполняйте. Как закончите, сразу доложите мне, — скомандовал Пэйтон. Затем он перевел взгляд на ассистентку. — Собирайте вещи, Рид. Вы едете со мной.

— Что? Но я хотела поехать к себе домой... — попыталась возразить Адель, но Мурмаер даже слушать её не стал.

— Ваше упрямство сейчас неуместно, Рид. Детектив ясно дал понять: никто не должен оставаться один. Из всей группы без пары остались только вы и я. И поскольку я несу за вас ответственность, вы проведете это время там, где безопасность гарантирована на сто процентов. Двигайтесь.

Спорить с Пэйтоном в таком тоне было бесполезно. Адель тяжело вздохнула, сложила в сумку планшет, блокнот и накинула плащ.

Они спустились на подземную парковку клиники. Пэйтон подошел к своему роскошному, мощному черному внедорожнику. Адель невольно затаила дыхание, вспомнив его рассказ об аварии. Она думала, что после пережитого он вообще не садится за руль, но Мурмаер уверенно открыл водительскую дверь. Трость он аккуратно положил на заднее сиденье.

Несмотря на травмированную ногу, Пэйтон вел машину первоклассно. Его движения были четкими, уверенными и плавными. Он полностью контролировал дорогу, то и дело поглядывая в зеркала заднего вида, чтобы убедиться, что за ними нет хвоста. Адель сидела на пассажирском сиденье, завороженно наблюдая за его профилем.
Они ехали не в сторону её привычных серых окраин. Машина свернула в один из самых престижных, дорогих и респектабельных районов Лондона — Белгравию. Вокруг мелькали безупречно чистые улицы, викторианские фасады и роскошные современные жилые комплексы с закрытой территорией.

— Ого... Мы едем сюда? — не удержалась Адель, разглядывая сияющие витрины и дорогие автомобили вокруг. — Здесь же квартиры стоят космических денег.

— Деньги — это просто инструмент, Рид, — спокойно ответил Пэйтон, поворачивая руль. — После аварии мне нужно было место с абсолютным уровнем приватности и круглосуточной вооруженной охраной на въезде. Здесь случайных людей не бывает.
Внедорожник плавно заехал на подземный паркинг элитного жилого комплекса. Пэйтон забрал трость, и они поднялись на бесшумном скоростном лифте на один из верхних этажей.

Когда электронный замок на массивной двери тихо щелкнул, и Пэйтон пропустил Адель вперед, она буквально замерла на пороге. Квартира Мурмаера была огромной, двухэтажной, и выглядела как воплощение безупречного мужского стиля и дорогой классики. Никакого дешевого пластика или ярких цветов. Дизайн был выполнен в благородных, глубоких тонах: стены идеального белого цвета контрастировали с полами и мебелью из темного, почти черного мореного дуба. На огромных панорамных окнах, из которых открывался потрясающий вид на туманный Лондон, висели тяжелые бордовые шторы из дорогой плотной ткани. По всему периметру потолка и вдоль плинтусов шла мягкая, скрытая неоновая подсветка приятного теплого оттенка, которая создавала уютную и немного таинственную атмосферу.

— Раздевайтесь, Рид. Чувствуйте себя как дома, насколько это возможно, — негромко произнес Пэйтон, вешая свое пальто.

Видя, как Адель с любопытством озирается по сторонам, он ухмыльнулся уголками губ:

— Раз уж вам так интересно, давайте я проведу вам небольшую экскурсию, чтобы вы не заблудились.

Пэйтон медленно пошел по коридору, мерно постукивая тростью по дорогому паркету.

— На этом этаже у нас гостиная, кухня и две гостевые спальни.

Он приоткрыл двери комнат. Гостиничные спальни были оформлены в таком же лаконичном стиле — идеальная чистота, большие кровати, заправленные белоснежным бельем.

— Выбирайте любую, какая понравится, — отметил он.

Затем они поднялись по деревянной лестнице на второй уровень. Пэйтон показал свою комнату. Его спальня была еще просторнее, в центре стояла огромная двуспальная кровать из темного дерева. Мурмаер скользнул взглядом по ровно заправленному покрывалу и как бы мимоходом, совершенно спокойным, но непривычно мягким голосом произнес:

— Правда, спать в таком доме бывает слишком одиноко. Огромное пространство иногда давит.

Адель почувствовала, как её щеки мгновенно обдало жаром. Она быстро отвела взгляд, делая вид, что рассматривает картину на стене. Пэйтон никак не прокомментировал свою реплику, лишь тихо хмыкнул и пошел дальше.

— А вот здесь мой рабочий кабинет, — он открыл массивную дверь. — Тут мы и обоснуемся. Нам нужно работать удаленно, пока Ривз не даст отмашку.

Кабинет Пэйтона напоминал его рабочий кабинет в клинике, только здесь было еще уютнее из-за мягкого света ламп. В центре стоял большой стол, на котором расположились пара мониторов и мощный ноутбук.

Они устроились за столом. Пэйтон открыл рабочие файлы, подключился к закрытому серверу клиники и углубился в изучение присланных Брайсом медицинских отчетов простых пациентов. Адель открыла свой планшет и ноутбук, делая вид, что перепроверяет аннотации.

В кабинете воцарилась звенящая, тихая атмосфера. Слышался только мерный стук дождевых капель по стеклу и шорох клавиатуры. Но Адель работать не могла. Приказ Джоша сидеть тихо сковал её тело, но разум продолжал лихорадочно искать ответы. Имя Ника Хендерсона не давало ей покоя.

«Я должна проверить. Прямо сейчас, пока Пэйтон занят графиками», — пронеслось в её мыслях.

Она дрожащими пальцами открыла вкладку браузера. Её сердце колотилось где-то в районе горла. Она аккуратно, буква за буквой, вбила в поисковик: «Ник Хендерсон, адвокат, Лондон».

Экран на секунду замер, обрабатывая запрос, а затем выдал сотни ссылок. Первая же вела на официальный сайт крупной лондонской юридической фирмы «Хендерсон и партнеры».

Адель сглотнула подступивший к горлу комок и кликнула по ссылке. Страница медленно загрузилась. Вверху красовался золотой логотип фирмы, а чуть ниже шла вкладка «Старшие партнеры и основатели».
Адель опустила взгляд на экран, и в ту же секунду весь мир вокруг неё окончательно рухнул.

С экрана компьютера на неё смотрела большая, профессиональная фотография высокого качества. Мужчина в дорогом идеальном костюме, с безупречной укладкой и легкой, располагающей к себе улыбкой. Это были те самые глаза, тот самый изгиб губ, та самая теплая, уверенная улыбка, которую она видела вчера вечером в итальянском ресторанчике.

Под фотографией четким черным шрифтом было написано: «Николас Хендерсон. Главный управляющий партнер. Специализация: корпоративные споры, защита интересов крупных клиентов в судах высшей инстанции».

Это был он. Её знакомый Ник. Тот самый парень, который пять лет назад уничтожил жизнь Пэйтона Мурмаера, пересадив пьяного мажора за руль другой машины и стерев записи с камер. Тот самый адвокат, который четыре месяца назад спрятал и, возможно, помог устранить свидетеля Марка Вэнса, отравленного тем же ядом, что и Лэнгли.

Адель сидела перед экраном, не в силах вздохнуть. Её лицо стало мертвенно-белым, а руки плетями упали на колени. Всё это время враг и хладнокровный преступник находился в её самом близком окружении. Он знал о каждом её шаге, о её работе, о клинике. Он выспрашивал у неё про Мурмаера не из ревности — он проверял, помнит ли Пэйтон что-нибудь об аварии!

В этот момент тихий стук трости о паркет заставил Адель вздрогнуть всем телом. Она в панике попыталась закрыть вкладку, но пальцы в полуобморочном состоянии судорожно соскользнули с мышки.

Пэйтон медленно подошел к её столу, держа в руках планшет.

— Рид, посмотрите на эти показатели... — начал было он, но осекся на полуслове, заметив её застывшую позу и дикий, полный ужаса взгляд.

Мурмаер перевел взгляд с Адель на экран её компьютера. Его карие глаза скользнули по яркой фотографии Николаса Хендерсона, а затем опустились на имя под снимком.

Адель затаила дыхание, с ужасом наблюдая за лицом своего босса. Она увидела, как в одно мгновение лицо Пэйтона превратилось в каменную маску. Челюсти Мурмаера сжались с такой силой, что на скулах заходили желваки. Пальцы, сжимающие деревянную ручку трости, побелели от колоссального напряжения. В его взгляде, устремленном на экран, вспыхнула такая первобытная, яростная испепеляющая ненависть, что Адель стало по-настоящему страшно. Он узнал его. Это был тот самый парень-юрист.

Пэйтон медленно перевел свой тяжелый, пугающий взгляд на Адель.

— Откуда... — его голос прозвучал как глухой, зловещий шепот из самой преисподней. — Откуда вы знаете этого человека, Рид? И почему вы ищете его на моем компьютере?