Запад-Восток

...Фахрие вместе с генералом Цой Як-чоном(как представился военный, которого она встретила, придя в себя уже в Северной Корее) шла по дороге в сторону деревни, где жил Як-чонъ. Периодически, Фахрие потирала голову, так как ещё в самолёте, во время попадания в ураган ударилась головой о кресло и потом она заметила, что у неё на месте ушиба есть ссадина, даже немного кровь. Як-чонъ помог Фахрие обработать рану.

-Does it hurt a lot(Сильно болит)?- Спросил Як-чонъ, придерживая Фахрие за плечи.

-Not as much now... How much longer do we have(Теперь уже не так... Сколько нам ещё осталось)?

-About 3 more km. Just don't worry. I'll try to help(Примерно, ещё 3 км. Ты, главное, не волнуйся. Я постараюсь помочь).

Фахрие немного помолчала, заметив, как начало темнеть, и снова спросила Як-чона:

-Is it true that things are so... hard over there in North Korea? I mean, as bad as the media portrays them to be(Это правда, что у вас, в Северной Корее, всё настолько... сложно? Я имею ввиду, так, как описывают СМИ)?

-North Korea is one of the best countries in the world! Our country is following its own path, we are strong, independent, and proud of it(Северная Корея - одна из лучших стран мира! Наша страна идёт своим путем, мы сильные, независимые и гордимся этим),- выпрямил плечи Як-чонъ, его взгляд стал на мгновение жёстким.

-Independent? From whom or... from what(Независимые? От кого или... от чего)?

-From the oppression of the capitalist world, which tries to impose its values ​​on us. As our great leader, Kim Jong-un, said: "Our country is the most just and prosperous in the world, where every citizen is happy and confident in the future." We have everything we need for a happy life: free education, healthcare, housing. As for the Western media, they deliberately distort the truth about us(От гнёта капиталистического мира, который пытается навязать нам свои ценности. Как говорил наш великий вождь, Ким Чен-ын: «Наша страна – самая справедливая и процветающая в мире, где каждый гражданин счастлив и уверен в завтрашнем дне». У нас есть всё, что нужно для счастливой жизни: бесплатное образование, медицина, жильё. Что касается западных СМИ, они намеренно искажают правду о нас).

Фахрие нахмурилась: разве не очевидно, что сказанное Як-чоном - ложь?

-How interesting... And the lack of internet and freedom of movement – ​​is this also part of a happy and confident life? Perhaps I just don't understand all the joys of living in the most just country in the world(Как интересно… И отсутствие интернета и свободы передвижения - это тоже часть счастливой и уверенной в будущем жизни? Наверное, я просто не понимаю всех прелестей жизни в самой справедливой стране мира),- сказала она со сдержанным сарказмом. Як-чонъ в ответ лишь промолчал, о чём-то задумавшись...

Деревня Чхонгакдо, Северная Корея.

Когда Фахрие и Як-чонъ добрались до деревни последнего, был уже поздний вечер. Фахрие была очень уставшей, еле-еле шла, и Як-чонъ взял её на руки, донеся до своего дома.

Дом Як-чона оказался совсем не таким, каким Фахрие ожидала увидеть жилище северокорейского генерала в глухой деревне. Это был скромный, но ухоженный дом с просторным садом. Стены выкрашены в светлый цвет, крыша — черепичная, с чуть изогнутыми краями. Подходя ближе, Фахрие заметила, что перед входом заботливо высажены цветы, их яркие краски контрастировали с зеленью окружающего леса.

Внутри дом оказался неожиданно просторным. Первая комната, куда они вошли, служила и гостиной, и столовой. Стены были оклеены простыми бумажными обоями, а пол устлан циновками. У окна стоял низкий деревянный стол, окруженный подушками. В углу располагался небольшой шкаф с посудой и книгами. Несколько стульев, простая кровать в углу, небольшой комод – вот и вся мебель. На полках стояли глиняные горшки с цветами, а на стенах висели вышитые картины с изображением мирных пейзажей.

Но больше всего внимание Фахрие привлекли два больших портрета, висевших над входом. На них были изображены два мужчины почтенного возраста с добрыми лицами и проницательными взглядами. Один – с густой шевелюрой, глубокими морщинами и в строгом костюме, другой – с более мягкими чертами лица и тоже в строгом костюме. Они как будто наблюдали за каждым, кто входил в дом. Под портретами висели небольшие флажки с изображением красной звезды.

-This is(Это же)...- Начала Фахрие, но Як-чонъ слегка перебил её:

-Yes. This is Kim Il-sung and Kim Jong-un. The great leader, Comrade Kim Il-sung, founded our country in 1948, and Leader Kim Jong-un, his grandson, has led Joseon since December 17, 2011(Да. Это Ким Ир-сен и Ким Чен-ын. Великий лидер товарищ Ким Ир Сен и основал нашу страну в 1948-м году, а Вождь Ким Чен-ын, его внук, возглавляет Чосон с 17-го декабря 2011-го года).

-Joseon(Чосон)?

-That's what we call our country. The official name of our country is "Joseon Minjujui Inmin Gonghwaguk" - Democratic People's Republic of Korea(Так мы называем нашу страну. Официальное название нашей страны - "조선민주주의인민공화국(Joseon Minjujui Inmin Gonghwaguk)" - "Корейская Народная Демократическая Республика"),- в голосе Як-чона появились нотки гордости.

Фахрие кивнула и зевнула. Её уже начало клонить в сон. Як-чонъ постелил ей свою кровать, сам же лёг спать на полу. Фахрие была тронута его заботой. Она всё ещё не могла поверить, что попала в Северную Корею, но старалась верить в хорошее...

Проснулась утром Фахрие от громкого шума на улице. Как выяснилось, шумом был женский голос из громкоговорителя на улице, говорящий на корейском:

-좋은 아침입니다! 운동을 시작해요(-joh-eun achim-ibnida! undong-eul sijaghaeyo! - Доброе утро! Давайте же начнём нашу зарядку)!

Конечно же, Фахрие не поняла корейскую речь. Як-чонъ, который будто давно проснулся, одеваясь в свою форму, ответил ей:

-This is a call to morning exercises. In our country, it's quite common. I have to go, I need to get back to duty at the border, near where I found you yesterday. Try not to leave the house. If you're seen, they'll suspect me of treason, and you of spying. Be careful(Это призыв к утренней зарядке. В нашей стране это весьма распространённое явление. Я пойду, мне надо вернуться к службе на границе, недалеко от которой я тебя вчера нашёл. Постарайся не выходить из дома. Если тебя увидят, то меня заподозрят в предательстве, а тебя - в шпионаже. Будь осторожна)!

Он хотел было уйти, но потом остановился и, указав на стул у шкафа, сказал:

-You'd better change. Your outfit... um... isn't exactly suitable for life in our village. Besides, you could easily get dirty. I left some food, too(Тебе лучше переодеться. Твой наряд... эм... не совсем подходит для жизни в нашей деревне. К тому же, ты запросто можешь испачкаться. Еду я тоже оставил).

И после этого Як-чонъ точно ушёл, Фахрие услышала, как он запирает дверь. Оставшись одна в доме, она вдруг услышала с улицы, тоже из громкоговорителя, песню на корейском:

-붉게 타는 저녁놀 아래

푸른 옷자락 휘날리며

조국의 아침을 노래하네

우리 맘 끓어오르네

(bulg-ge taneun jeonyeognol alae

puleun osjalag hwinallimyeo

jogug-ui achim-eul nolaehane

uli mam kkeulh-eooleune)

Послушав немного песню, хоть и без понятия, о чём она, Фахрие подошла к зеркалу, чтобы осмотреть своё фиолетовое платье и красные сапоги, её аутфит.

"Как я могу испачкаться?"- удивилась мысленно Фахрие и потом её взгляд упал на стул, который указал Як-чонъ. На нём лежало обычное белое платье в синий горошек и бежевая кофта, а у стула стояли обычные серые ботинки...

Дом семьи Озтюрк. Улица Лале 27, район Бешикташ, Стамбул, Турция.

Картал нервно ходил по залу, перебирая руками. Он только что говорил с Лейлой. В зале так же был и Назар, сидящий на диване и читающий книгу. Севда, зашедшая в зал, подошла к мужу:

-Ee canım? Leyla ne dedi(Ну что, дорогой? Что сказала Лейла)?

-Yerel polisle iletişime geçti. İngilizcesini biraz anladılar ve Tokyo'daki Türk büyükelçiliğine gitmesine yardımcı oldular(Она обратилась в местную полицию. Те кое-как поняли её по-английски и помогли отправиться в турецкое посольство в Токио).

-Peki ne dediler(И что они сказали)?

-Leila'ya göre polis endişeli. Japon ve Filipinli yetkililerle iletişime geçeceklerine söz verdiler. Ellerinden gelen her şeyi yapacaklarını söylediler. Ancak iddiaya göre işler o kadar basit değil. Kaza çok ücra bir bölgede meydana geldi. Fahriye'yi nerede arayacaklarını bilmiyorlar(По словам Лейлы, полиция обеспокоена. Они пообещали связаться с японскими властями, с филиппинскими. Они сказали, что сделают всё возможное. Но, якобы, не всё так просто. Крушение произошло в очень отдалённом районе. Они не знают, где искать Фахрие).

-Leila nerede(А где сама Лейла)?- Спросила снова Севда.

-Tokyo'daki Türk Büyükelçiliği'nde. Ona uçak gönderdim; İstanbul'a dönecek. Bir adresleri var... Hatırlıyorum! 2-33-6, Jingumae, Shibuyaku, Tokyo 150-0001, Japonya(В турецком посольстве в Токио. Я отправил ей самолёт, она вернётся в Стамбул. У них адрес какой-то... Вспомнил! 2-33-6, Дзингумаэ, Сибуяку, Токио 150-0001, Япония).

После небольшой паузы Картал провёл рукой по волосам, в его глазах отразилось отчаяние:

-Onu kendim bulacağım! Dünyayı altüst edeceğim ama kızımı bulacağım(Я сам найду её! Я переверну весь мир, но найду свою дочь)!

-Sakin ol canım. Fahriye bulunacak, her şey yoluna girecek(Успокойся, дорогой. Фахрие найдётся, всё будет хорошо)!

-Umarım(Надеюсь)...- С этими словами Картал вышел из зала, не сказав больше ни слова.

Как только он скрылся из виду, Назар с грохотом отложил книгу:

-Bardağı taşıran son damla! Ya Fahriye gerçekten bulunursa? Hayat daha da güzelleşti(Ещё этого не хватало! А что, если Фахрие и правда найдётся? Только жизнь наладилась)!

В глазах Севды блеснул лукавый огонёк. Она подошла к сыну и положила руки на плечи:

-Sakin ol Nazar. Babanın ne dediğini duydun mu? Japon polisi Fahriye'yi nerede arayacağını bilmiyor. Tam tersini mi duydun(Успокойся, Назар. Ты же слышал, что сказал отец - полиция Японии не знает, где именно искать Фахрие. Разве ты слышал обратное)?

-Bilmiyorlar, ha! Ya bulunursa(Они не знают, ха! Но что, если она найдётся)?- С вызовом спросил Назар.

-Nazar, oğlum(Назар, сынок)!- Севда понизила голос, словно боясь, что их услышат.- Fahriye'nin kaybolması bizim için faydalı. Sonuçta babanın işine giden yolu açacak; şirketini devralabilirsin! Bunu istemez misin(Исчезновение Фахрие выгодно для нас. Ведь это откроет тебе путь к бизнесу отца, ты сможешь заполучить его компанию! Разве ты этого не хочешь)?

Назар взглянул на мать - он и правда хотел стать управляющим "Bosphorus Global", это правда.

-Ama Fahriye şirketi miras almalı, değil mi(Но ведь Фахрие должна передаться компания)?

-Aptal! Sende potansiyel var, peki ya o? O kaba kadın şirketin müdürü olmak bile istemedi! Ama sen başaracaksın! Kartal ve Fahriye konusunda, sanırım açık: Fahriye öldü, bu yüzden onu arama çalışmaları yakında sona erecek. Kartal, sevgili kızının öldüğünü kabullenecek ve seni şirketin varisi yapacak. Sen Bosphorus Global'ı yöneteceksin, ben de sana yardım edeceğim(Глупенький! У тебя есть потенциал, а у неё? Эта хамка, к тому же, и сама не хотела быть управляющей компании! А у тебя удастся! Насчёт Картала и Фахрие, я думаю, всё очевидно: Фахрие по любому умерла, так что её поиски скоро прекратятся. Картал просто смирится с тем, что его любимая доченька погибла, и сделает тебя наследником компании. Ты будешь управлять "Bosphorus Global", а я буду тебе помогать).

Назар злобно усмехнулся, ему понравилось предложение матери. Но тут же он снова нахмурился:

-Peki ya Defne(Ну а что насчёт Дефне)?

-O aptaldan bahsetme. Ona bir kuruş bile vermeyeceğim. Ben hiç kız çocuğu istemedim. Kader Fahriye'den kurtulmamızı sağladığı gibi, Defne'nin başına da benzer bir şey gelecek(Об этой дуре не упоминай. Она и гроша не получит. Я никогда не хотела дочь. Как судьба нам помогла от Фахрие избавиться, так и с Дефне случится что-то аналогичное)!

С этими словами Севда зло засмеялась и ушла, Назар последовал за ней. Но ни Назар, ни Севда не знали, что остаток разговора подслушала Дефне, которая проходила мимо зала и, услышав, как о ней отзывается Севда, была шокирована. Дефне решила, что разгадает, что именно те задумали и ушла...

Окрестности границы между КНДР и Китаем по реке Ялуцзян, Северная Корея.

Як-чонъ, одетый в строгий военный мундир, стоял на границе между Китаем и КНДР, у реки Ялуцзян. Величественная река, разделяющая два мира, несла свои воды мимо пограничных столбов и колючей проволоки. Як-чонъ, как всегда, был собран и внимателен, его взгляд сканировал горизонт. Он служил здесь, на этом участке границы, уже несколько лет и знал каждый камень этой земли. К нему подошел рядовой Ри Мун-гё, молодой солдат с робким взглядом. Он вытянулся перед генералом в струнку и отчеканил:

-장군 동지! 제가 먼저 말씀드리겠습니다(jang-gun dongji! jega meonjeo malsseumdeuligessseubnida! - Товарищ генерал! Разрешите обратиться)!

Як-чонъ кивнул, не отрывая взгляда от реки.

-말해, 문계(malhae, mungye - Говори, Мун-гё),- произнёс он.

-장군 동지, 오늘 아침 통림 마을 어부들이 중국 해안에서 수상한 움직임을 발견했습니다. 그들은 여러 사람이 배에서 트럭으로 상자를 옮기는 것을 보았다고 말했습니다(jang-gun dongji, oneul achim tonglim ma-eul eobudeul-i jung-gug haean-eseo susanghan umjig-im-eul balgyeonhaessseubnida. geudeul-eun yeoleo salam-i baeeseo teuleog-eulo sangjaleul olmgineun geos-eul boassdago malhaessseubnida - Товарищ генерал, сегодня утром рыбаки из деревни Тонним заметили подозрительную активность на китайском берегу. Они говорят, видели, как несколько человек перегружали ящики с лодки на грузовик).

Як-чонъ нахмурился. Контрабанда была обычным делом на границе, но он не любил, когда его подчинённые тревожили его по пустякам.

-그래서 뭐? 국경 관리국에 신고하세요. 그들이 알아서 할 일입니다(geulaeseo mwo? guggyeong gwanligug-e singohaseyo. geudeul-i al-aseo hal il-ibnida - И что? Сообщи в пограничную службу. Это их дело).

-장군 동지, 그 상자들이 매우 이상했다고 합니다. 무기 운반에 쓰이는 것과 비슷했다고 합니다. 그리고 그 병사들은 휘장 없이 검은색 제복을 입고 있었다고 합니다(jang-gun dongji, geu sangjadeul-i maeu isanghaessdago habnida. mugi unban-e sseu-ineun geosgwa biseushaessdago habnida. geuligo geu byeongsadeul-eun hwijang eobs-i geom-eunsaeg jebog-eul ibgo iss-eossdago habnida - Товарищ генерал, они говорят, что ящики были очень странные, похожие на те, что используют для перевозки оружия. И они говорят, что люди были одеты в чёрную форму без опознавательных знаков).

Теперь Як-чонъ заинтересовался. Незаконный оборот оружия был гораздо серьёзнее.

-좋아, 문교야. 내가 직접 확인해 볼게. 차 준비해(joh-a, mungye. naega jigjeob hwag-inhae bolge. cha junbihae - Ладно, Мун-гё. Я сам посмотрю. Приготовь машину).

Через несколько минут они уже ехали по ухабистой дороге вдоль реки. Як-чонъ молча смотрел на китайский берег, пытаясь разглядеть хоть что-то подозрительное...

Деревня Чхонгакдо, Северная Корея.

Фахрие находилась в доме Як-чона, осматривая обстановку. Она всё же одела то платье, блузку и сапоги, которые ей оставил Як-чонъ. Волосы Фахрие, которые она обычно распускала, сейчас были собраны в хвост. Фахрие знала, что в Северной Корее нет ни Интернета, ни Wi-Fi тем более. Ведь в КНДР подобные вещи считаются "символом американского капитализма", а Северная Корея США ненавидит. Чтобы не скучать, Фахрие решила приготовить гёзлеме, что очень любила в детстве. Но кухня в доме Як-чона была минималистичной, и, разумеется, тех продуктов, которые Фахрие хотела найти(шпинат, сливочное масло и сыр фета) не было. Зато она обнаружила муку, растительное масло(подсолнечное), лук, картофель и мясо(говядину), но мясо было в совсем небольшом количестве. Смотря на такой набор продуктов, Фахрие поняла, что приготовить гёзлеме ей не получится. Очень жаль!

И вдруг снаружи, на улице, в калитку кто-то постучал и послышался женский голос:

-최 장군님? 집에 계세요(choe jang-gunnim? jib-e gyeseyo? - Генерал Цой! Вы дома)?

Фахрие с ужасом застыла на месте. Кого это ещё принесло? А что, если её найдут? Фахрие, тихо, как мышь, пробралась в зал и быстро зашторила окна, убедившись, что её никто не видел. Она спряталась за шкафом, боясь быть обнаруженной.

-최 장군님, 아세요? 요즘 마을에 이상한 소문이 돌고 있어요… (choe jang-gunnim, aseyo? yojeum maeure isanghan somuni dolgo isseoyo… - Генерал Цой, вы знаете? В последнее время в деревне ходят странные слухи)…- Снова послышался женский голос на улице. А что, если пришедшая женщина - осведомитель, ведь в тоталитарном режиме это очень даже возможно? Фахрие, практически не понимая корейской речи(разумеется), ещё больше напугалась, но молчала, зная, что один неверный звук её может выдать.

-Aman Tanrım! Ne yapacağım? Ne olacak benim halim(Господи! Что делать? Что со мной будет)?!- Тихо, как можно тихо прошептала Фахрие, закрыв рот рукой.

Но тут на улице снова послышался тот голос, уже тише:

-집에는 정말 아무도 없는 것 같아요... 이상하죠(jib-eneun jeongmal amudo eobsneun geos gat-ayo... isanghajyo - Видимо, действительно никого нет дома… Странно всё это).

С этими словами послышались отдаляющиеся шаги. Фахрие, подкравшись к окну, аккуратно выглянула оттуда, чтобы убедиться, что женщина ушла. Затем она опустилась на пол и облегчённо вздохнула.

"Надо будет рассказать об этом Як-чону",- решила Фахрие...