5
Амина аккуратно подхватывает тебя под локоть, чуть морщась, когда ты встаёшь. Колени сразу отзываются тупой, тянущей болью — как будто кожу не просто содрали, а оставили гореть под тонкой плёнкой воздуха. Кровь всё ещё проступает сквозь рваные колготки, медленно, упрямо, оставляя тёмные пятна на светлой ткани.
Ты стискиваешь зубы, чтобы не зашипеть слишком громко.
— Блять... — тихо вырывается у тебя, когда вес тела полностью ложится на ноги.
Амина поддерживает крепче.
— Давай, аккуратно... вот так.
Ты выпрямляешься, чувствуя, как всё внутри ещё дрожит — не только от боли, но и от того, что всё это вообще произошло. За школой снова шумно, будто ничего и не случилось: кто-то орёт, где-то хлопает дверь, мимо проходят ученики, даже не задерживая взгляд.
Даня всё ещё стоит рядом.
Руки в карманах, плечи расслаблены, будто он вообще ни при чём. Но взгляд у него всё равно цепкий — он смотрит на тебя так, будто проверяет, нормально ли ты вообще стоишь, не упадёшь ли сейчас обратно.
И от этого странно... неуютно.
Но не страшно.
Ты на секунду задерживаешь на нём взгляд.
И тихо, чуть хрипло от пережитого, говоришь:
— Спасибо...
Слово звучит как-то непривычно в этом месте. В этом дворе, среди грязного асфальта, сигарет и чужих голосов.
— Угу, — отвечает он спокойно.
И всё.
Ни «не за что», ни лишних слов.
Просто факт.
Ты ловишь себя на том, что всё ещё смотришь на него чуть дольше, чем надо. И быстро отводишь взгляд, будто это уже слишком.
Амина рядом тихо матерится, осматривая свои колени.
— Бля, я щас домой пойду и всех нахуй пошлю...
— Пошли, — бурчишь ты, пытаясь сделать шаг.
Боль сразу отдаёт в ногу, и ты невольно морщишься.
Даня замечает это.
Слишком быстро.
— Ты вообще идти можешь? — спрашивает он вдруг.
Ты напрягаешься.
— Могу.
— Уверена?
— Да.
Пауза.
Он смотрит на тебя пару секунд, потом слегка выдыхает, будто его это не особо устраивает, но спорить он не собирается.
— Ладно.
И снова это его «ладно», будто он всегда всё решает внутри себя, а не словами.
Он отходит на шаг назад, пропуская вас с Аминой вперёд, но не уходит.
Просто идёт рядом.
Молча.
Его компания держится чуть позади, переговариваясь, иногда смеясь, но уже тише. Без прежней агрессии. Как будто что-то поменялось в атмосфере, и никто не хочет это нарушать.
Ты идёшь медленно, чувствуя каждый шаг.
Асфальт под ногами кажется слишком твёрдым, слишком громким.
А Даня идёт сбоку.
И ты всё время ощущаешь его присутствие — не навязчивое, но устойчивое. Как будто он просто решил, что пока вы не дойдёте, он не исчезнет.
Амина шепчет тебе:
— Чё за хуйня вообще...
Ты пожимаешь плечами.
— Я сама не понимаю...
Но это правда.
Ты реально не понимаешь, почему он сейчас здесь.
Почему не ушёл, как остальные.
Почему вообще влез.
Вы проходите мимо угла школы, где обычно толпятся ребята. Кто-то из них смотрит на вас, на Даню, и сразу отворачивается. Быстро. Осторожно.
— Домой? — вдруг спрашивает он у тебя, не глядя прямо.
Ты моргаешь.
— Ага...
— Понял.
И всё.
Снова тишина.
Но уже другая.
Не давящая, как раньше.
Ты ловишь себя на том, что впервые за долгое время идёшь по школьному двору и не чувствуешь, что сейчас на тебя могут накинуться.
И это странно.
Потому что рядом идёт человек, который вроде как должен быть частью той же самой системы.Но почему-то он сейчас — не там.
Вы доходите до выхода с территории школы.
Амина останавливается первой.
— Я тут... — она кивает в сторону. — Мне туда.
Ты киваешь.
— Давай, я тоже скоро.
Она бросает взгляд на Даню, потом на тебя.
— Ты аккуратнее, ладно?
— Ага.
Амина уходит, всё ещё оглядываясь пару раз.
И вы с Даней остаетесь вдвоём на секунду.
Слишком заметно.
Слишком тихо.
Он достаёт из кармана пачку сигарет, крутит её пальцами, но не закуривает сразу. Просто смотрит куда-то вперёд, на улицу за школой.
— Они часто доёбываются? — спрашивает он вдруг.
Ты хмыкаешь.
— Иногда.
— Понятно.
Пауза.
Он всё-таки закуривает, прикрывая зажигалку ладонью от ветра.
— Если ещё раз полезут... — он затягивается, потом добавляет ровно: — скажешь.
Ты поднимаешь брови.
— И что будет?
Он слегка усмехается уголком губ.
— Поговорим.
И в этом «поговорим» почему-то нет ничего смешного.
Ты киваешь медленно.
— Ладно...
Он выдыхает дым в сторону, не в твою.
И на секунду тебе кажется, что он сейчас просто уйдёт.
Как обычно.
Как все.
Но он не уходит сразу.
Смотрит на тебя ещё раз — коротко, внимательно.
— Диана, да?
— Да.
— Запомнил.
И только после этого разворачивается и идёт к своим.
Рыжие волосы ловят солнце, и он растворяется в потоке школьного шума, будто всегда там и был.
А ты остаёшься стоять у выхода, с больными коленями, с пластырем на руке и странным ощущением внутри, которое никак не получается назвать.