Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 23
Я не сразу поняла, зачем мама позвонила.
Мы и так в последнее время разговаривали редко. После всей истории с Даниэлем наши отношения стали какими-то натянутыми. Не ужасными. Не такими, чтобы вообще не общаться. Но и близкими их назвать было нельзя.
Поэтому, когда на экране телефона появилось «Мама», я даже удивилась.
— Привет.
— Привет, Ника.
Она помолчала.
Странно.
Обычно мама никогда не молчала.
Она всегда знала, что сказать.
— Что-то случилось?
— Нет. Просто нужно поговорить.
Я невольно нахмурилась.
Когда родители говорят фразу «нужно поговорить», ничего хорошего обычно ждать не приходится.
— Слушаю.
— Мы с папой улетаем через несколько дней.
— Куда?
— В Сингапур.
Я кивнула сама себе.
Отец давно говорил про какие-то проекты за границей. Честно говоря, я особо не вникала.
— И?
Мама снова помолчала.
— Нам нужна помощь.
Я чуть не рассмеялась.
Помощь.
От меня.
Кажется, впервые за последние несколько лет они просили меня о помощи, а не рассказывали, как мне жить.
— Какая?
— Алиса.
Я сразу выпрямилась.
— Что с ней?
— Ничего не случилось.
— Тогда?
— Мы не хотим брать её с собой.
Алиса.
Моя младшая сестра.
Семилетнее чудо с огромными глазами и бесконечным запасом энергии.
Если честно, иногда мне казалось, что родители любят её настолько сильно, что просто забыли про существование старшей дочери.
И я даже не могла их за это винить.
Алису невозможно было не любить.
— Няня же есть.
— Есть.
— Тогда в чём проблема?
— Мы бы хотели, чтобы ты иногда приезжала.
Или забирала её к себе.
Я молчала.
Это было настолько неожиданно, что я даже не знала, что ответить.
— Ника?
— Конечно.
Ответила раньше, чем успела подумать.
Потому что это была Алиса.
Маленькая девочка, которая вообще ни в чём не виновата.
⸻
В субботу мы с Гришей ехали за город.
К дому моих родителей.
И если честно, нервничала я сильнее, чем тогда, когда знакомилась с его мамой.
— Ты сейчас ремень порвешь.
Гриша бросил взгляд на мои руки.
Я посмотрела вниз.
И правда.
Пальцы так вцепились в ремень безопасности, будто от этого зависела моя жизнь.
— Всё нормально.
— Врёшь.
— Не вру.
— Врёшь.
— Отстань.
Он усмехнулся. И погладил меня по ноге.
— Нервничаешь?
— Немного.
— Из-за родителей?
— Нет.
— Из-за сестры?
— Да.
На самом деле из-за всего сразу.
Мы не виделись с Алисой уже несколько месяцев.
Постоянно созванивались.
Переписывались.
Но это не то же самое.
— Она тебя любит.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что каждый раз, когда ты говоришь про неё, у тебя голос меняется.
Я повернулась к нему.
— Что значит меняется?
— Становится добрым.
— Очень смешно.
— Я серьёзно.
Я закатила глаза.
Но улыбнулась.
⸻
Когда мы подъехали к дому, я на несколько секунд просто замерла.
Странное чувство.
Будто возвращаешься в прошлую жизнь.
Высокий забор.
Большой участок.
И дом.
Огромный.
Когда я была ребёнком, мне казалось, что он вообще бесконечный.
Сейчас просто большой.
Но всё равно впечатляющий.
— Ничего себе.
Я посмотрела на Гришу.
Он стоял рядом с машиной и рассматривал дом.
— Что?
— Теперь я понимаю, почему ты говоришь про своё детство так спокойно.
— В смысле?
— Ника.
Он обвёл взглядом участок.
— Это огромный дом.
Я усмехнулась.
— Ну да.
— Я думал, ты преувеличиваешь.
— Не преувеличивала.
— Теперь верю.
В следующую секунду входная дверь распахнулась.
— НИИИИКА!
Я даже не успела ничего сказать.
Маленький вихрь в розовой куртке уже летел через весь двор.
— Алиса!
Я едва успела присесть, как она врезалась в меня со всей силы.
— Ты приехала!
— Конечно приехала.
— Ты долго не приезжала.
— Знаю.
— Очень долго.
— Знаю.
— Очень-очень долго.
Я рассмеялась.
— Всё, сдаюсь.
Она крепко обняла меня за шею.
А потом вдруг посмотрела мне за спину.
На Гришу.
И подозрительно прищурилась.
Я чуть не засмеялась.
— Алиса.
— Что?
— Поздоровайся.
Она продолжала изучать его взглядом.
Гриша выглядел максимально серьёзно.
Хотя я видела, что ему уже смешно.
— Привет.
— Привет.
— Ты Гриша?
— Да.
— Тот самый?
Я закрыла лицо ладонью.
— Господи.
Гриша заржал.
— Наверное.
— А ты правда музыкант?
— Правда.
— А покажешь потом?
— Что показать?
— Всё.
На этот раз уже засмеялись мы оба.
И почему-то именно в этот момент я поняла, что всё будет хорошо.
Потому что Алиса уже взяла его за руку.
Словно знала всю жизнь.
А это был лучший показатель из всех возможных.
Я уже собиралась что-то ответить Алисе, когда из дома вышла женщина лет сорока.
Няня.
Я её помнила.
Она появилась в доме несколько лет назад, когда родители окончательно ушли с головой в работу.
— Ника, здравствуй.
— Здравствуйте.
Она тепло улыбнулась мне.
Потом посмотрела на Гришу.
— Добрый день.
— Здравствуйте.
— Родители уже уехали утром. Просили передать, что будут на связи.
Я только кивнула.
Если честно, меня это полностью устраивало.
Ни желания, ни сил на очередные разговоры сейчас не было.
— Тогда мы с Алисой быстро соберём вещи, и можете ехать.
— Хорошо.
— Максимум минут двадцать.
Алиса тут же схватила меня за руку.
— Нет, быстрее!
— Алиса.
— Ну десять!
— Пятнадцать.
— Ладно...
Она недовольно надулась и потащила няню обратно в дом.
Я проводила их взглядом.
И только потом заметила выражение лица Гриши.
Он смотрел куда-то вверх.
На дом.
Снова.
— Что?
— Ничего.
— Врёшь.
— Просто...
Он ещё раз окинул взглядом фасад.
— Каждый раз нахожу что-то новое.
Я засмеялась.
— Это просто дом.
— Ника.
— Что?
— Это нихуя себе дом.
Я подняла голову.
Ну дом и дом.
Большой.
Да.
Но я здесь выросла.
Для меня он всегда был обычным.
Наверное, именно поэтому я никогда не задумывалась, как это выглядит со стороны.
— Пойдём.
— Куда?
— Покажу тебе свою комнату.
Он удивлённо посмотрел на меня.
— Серьёзно?
— Ну ты же явно хочешь посмотреть.
— Очень хочу.
— Любопытный.
— Конечно.
Мы вошли в дом.
Внутри почти ничего не изменилось.
Тот же светлый холл.
Та же огромная лестница.
Те же картины на стенах.
Даже запах остался прежним.
Я сама не заметила, как замедлила шаг.
Странно.
Словно возвращаешься в какое-то место из прошлой жизни.
Гриша же наоборот всё рассматривал.
Спокойно.
Молча.
С интересом.
— У вас тут реально можно заблудиться.
— Не преувеличивай.
— Я уже два раза чуть не свернул не туда.
— Потому что не смотришь, куда идёшь.
— Потому что здесь три километра коридоров.
Я рассмеялась.
Поднявшись на второй этаж, я толкнула одну из дверей.
— Вот.
Он заглянул внутрь.
И замер.
Я прекрасно поняла почему.
Потому что большинство людей ожидали увидеть что угодно.
Комнату подростка.
Какие-нибудь плакаты.
Мягкие игрушки.
Горы книг.
Розовые стены.
Что угодно.
Но только не это.
Моя комната выглядела почти так же, как выглядит сейчас моя квартира.
Светлая.
Аккуратная.
Минималистичная.
Большая кровать.
Рабочий стол.
Книжный шкаф.
Нейтральные цвета.
Никаких ярких деталей.
Никаких постеров.
Никаких подростковых экспериментов.
Всё слишком правильно.
Слишком спокойно.
— Ничего себе.
Я облокотилась на дверной косяк.
— Что?
— Я ожидал вообще другое.
— Например?
— Не знаю.
Он вошёл внутрь.
Оглядываясь по сторонам.
— Что тут будет хотя бы один плакат.
— Зачем?
— Потому что тебе было пятнадцать.
— И что?
— Люди в пятнадцать обычно странные.
— Спасибо.
Он усмехнулся.
А потом медленно прошёлся взглядом по комнате.
— Такое ощущение, будто ты родилась взрослой.
— Очень смешно.
— Я серьёзно.
Он остановился возле стеллажа.
Там стояли старые фотографии.
Несколько рамок.
Книги.
Сувениры которые мне привозила Валя.
Маленькая музыкальная шкатулка.
Именно они и выдавали, что здесь действительно кто-то жил.
Не дизайнер создавал интерьер для каталога.
Не гостиница.
Не выставочный образец.
А человек.
— Это ты?
Он поднял одну из фотографий.
Я подошла ближе.
На снимке мне было лет десять.
Рядом стояла большая собака.
«Брауни»
— Да.
— Господи.
— Что?
— Ты вообще не изменилась.
— Врунишка.
— Нет.
— Гриша.
— Ну хорошо.
Он прищурился.
— Стала немного вреднее.
— Немного?
— Очень.
Я толкнула его плечом.
Он засмеялся.
Потом ещё раз осмотрел комнату.
Уже внимательнее.
Будто пытался найти в ней что-то важное.
Что-то, что объяснило бы ему меня.
— Знаешь, что странно?
— Что?
— Я думал все будет совершенно по другому.
Я удивлённо посмотрела на него.
— Это ещё что значит?
— Ну...
Он развёл руками.
— Не знаю.
Что-то очень вычурное.
Очень дорогое
Очень показательное.
А тут просто...
Он оглядел комнату ещё раз.
— Просто ты.
И почему-то именно эти слова заставили меня улыбнуться.
Потому что он был прав.
Несмотря на весь этот огромный дом.
На деньги родителей.
На дизайнерскую мебель.
На дорогой ремонт.
Комната действительно оставалась моей.
Такой же спокойной.
Такой же собранной.
Такой же немного скучной.
Как и я сама.
И почему-то именно это он заметил первым.
Я уже собиралась выйти из своей комнаты, когда Гриша вдруг остановился возле двери.
— Подожди.
— Что?
— А где комната Алисы?
Я усмехнулась.
— Далеко.
— Насколько далеко?
— Пойдём покажу.
Он явно не ожидал моего ответа.
Мы вышли в коридор.
Потом прошли ещё один.
Потом ещё.
Спустились по небольшой лестнице.
Снова повернули.
И только через пару минут дошли до нужной двери.
Гриша остановился посреди коридора.
— Ника.
— Что?
— Это другой дом.
Я засмеялась.
— Не другой дом.
— Тогда другое государство.
— Перестань.
— Я серьёзно.
Он обвёл рукой коридор.
— Почему твоя сестра живёт в другом часовом поясе?
— Потому что здесь детское крыло.
— Детское крыло...
Он посмотрел на меня так, будто я только что сказала какую-то абсолютно безумную вещь.
— Ты сейчас это серьёзно сказала?
— Абсолютно.
— Господи.
— Теперь ты знаешь какого мне было узнать что ты с Кридом дружишь.
— Один/Один
Я снова рассмеялась и открыла дверь.
И вот здесь контраст был настолько сильным, что даже мне каждый раз бросался в глаза.
Потому что моя комната выглядела спокойно.
Сдержанно.
Практично.
Комната Алисы выглядела так, будто туда взорвался магазин игрушек.
Розовые подушки.
Плюшевые медведи.
Кукольный домик почти в человеческий рост.
Книжные полки.
Раскраски.
Конструкторы.
Какие-то детские рисунки на стенах.
Фотографии.
Грамоты.
Медали.
И маленькие балетные туфельки, аккуратно стоящие возле шкафа.
Гриша медленно осматривал всё это.
— Вау.
Я ничего не ответила.
Потому что сама смотрела вокруг.
И замечала то, чего раньше будто не видела.
Здесь родители действительно участвовали.
Очень сильно.
Это чувствовалось буквально во всём.
В фотографиях.
В игрушках.
В кружках.
В расписании занятий, прикреплённом к стене.
В каждой мелочи.
Будто всё внимание, которое когда-то могло достаться мне, постепенно перетекло сюда.
Странно.
Когда-то меня бы это задело.
Сейчас — нет.
Просто факт.
— Ника!
Из гардеробной вылетела Алиса с рюкзаком размером почти с неё саму.
— Я готова!
Следом вышла няня.
— И чемодан тоже готов.
Я посмотрела на чемодан.
Потом на Алису.
Потом снова на чемодан.
— Ты вещи собирала или переезжать решила?
— А вдруг понадобится?
— Что именно?
— Всё.
Логика железная.
Спорить бесполезно.
Гриша уже смеялся.
— Мне нравится её подход.
— Конечно.
— Человек мыслит масштабно.
— Вы друг друга нашли.
Алиса гордо подняла голову.
Будто только что получила очень важный комплимент.
⸻
Минут через двадцать мы наконец погрузили вещи в машину.
Гриша сел за руль.
Я рядом.
Алиса устроилась сзади.
Ровно на две минуты.
Потом начался допрос.
— Гриша.
— Да?
— А ты правда музыкант?
— Правда.
— Настоящий?
— Надеюсь.
— А сколько у тебя песен?
— Много.
— Сколько?
— Не считал.
— А почему?
— Потому что ленивый.
Я отвернулась к окну, пряча улыбку.
— Ника.
— М?
— Он смешной.
— Я заметила.
— Нет, правда смешной.
— Спасибо большое.
— Не тебе.
— Ещё лучше.
Алиса рассмеялась.
И почему-то мне было удивительно легко наблюдать за этим.
Потому что некоторые люди рядом с детьми начинают вести себя неловко.
Не знают, что сказать.
Как реагировать.
Как разговаривать.
Гриша вообще не пытался казаться каким-то особенным.
Он просто разговаривал с ней как с человеком.
Маленьким.
Очень любопытным.
Но человеком.
И Алиса это моментально почувствовала.
Через десять минут они уже обсуждали мультфильмы.
Через пятнадцать спорили, какой супергерой сильнее.
Через двадцать она показывала ему фотографии своей любимой лошади из конного клуба.
А я просто слушала.
Иногда вставляла какие-то комментарии.
Иногда смеялась.
Иногда ловила себя на том, что слишком долго смотрю на них.
И внутри становилось тепло.
Очень странное чувство.
Потому что ещё несколько месяцев назад я вообще не представляла Гришу рядом со своей семьёй.
Да и семьи как таковой у меня будто не было.
А сейчас моя младшая сестра с серьёзным лицом рассказывала ему про балетные выступления.
А он внимательно слушал так, будто это был самый важный разговор в его жизни.
— И потом я заняла второе место.
— Почему не первое?
— Потому что Катя занимается на год дольше.
— Нечестно.
— Я тоже так считаю.
— Тогда в следующий раз надо победить.
— Конечно.
— Вот это настрой.
Я улыбнулась.
Поймав его взгляд в зеркале заднего вида.
Он тоже улыбнулся мне.
Совсем чуть-чуть.
И почему-то именно в этот момент я подумала, что мне невероятно нравится видеть его таким.
Не на сцене.
Не на концертах.
Не в студии.
А вот так.
За рулём.
С моей младшей сестрой на заднем сиденье.
С совершенно обычным разговором о балете и мультфильмах.
И почему-то именно такие моменты ощущались настоящими больше всего.
Когда мы уже расплачивались на кассе, Алиса вдруг потянула меня за рукав.
— Ника.
— М?
Она кивнула куда-то в сторону Гриши, который в этот момент складывал продукты в пакеты.
— А он хороший.
Я невольно улыбнулась.
— Да?
— Да.
— И как ты это определила за два часа знакомства?
Алиса задумалась настолько серьёзно, будто решала задачу по математике.
— Он не делает вид.
— В смысле?
— Ну... взрослые часто делают вид.
Я нахмурилась.
— Какой вид?
— Что им интересно.
Ответ прозвучал слишком неожиданно для семилетнего ребёнка.
Я посмотрела на сестру.
Она пожала плечами.
— А ему правда интересно.
И убежала к тележке раньше, чем я успела что-то ответить.
А я ещё несколько секунд стояла на месте.
Потому что, кажется, понимала, о чём она.
Гриша действительно никогда ничего не изображал.
Если ему было весело — он смеялся.
Если злился — это было видно сразу.
Если переживал — тоже.
Если любил...
Я быстро оборвала эту мысль.
И пошла за ними.
⸻
До дома мы доехали уже затемно.
Алиса почти всю дорогу рассказывала что-то без остановки.
Про балет.
Про школу.
Про какую-то девочку Машу, которая украла её фломастер ещё в октябре.
Про учительницу.
Про кошку соседей.
Про мультфильм.
Про ещё что-то.
И каким-то образом Гриша поддерживал абсолютно каждую тему.
Я сидела рядом и слушала вполуха.
Больше наблюдала.
За ними.
За тем, как Алиса уже через пару часов начала обращаться к нему так, будто знала его давно.
За тем, как он отвечал ей без раздражения.
Без натянутой вежливости.
Просто нормально.
По-человечески.
И от этого почему-то становилось очень тепло.
⸻
Когда мы поднялись в квартиру, Алиса первым делом замерла в прихожей.
Потом медленно посмотрела направо.
Налево.
Снова направо.
И только потом выдала:
— Это всё?
Я не выдержала и рассмеялась.
— Да.
— В смысле всё?
— В прямом.
Она снова осмотрелась.
— А где второй этаж?
Гриша согнулся пополам от смеха.
Я закатила глаза.
— У меня нет второго этажа.
— А третий?
— Тоже.
— А бассейн?
— Алиса.
— Ну мало ли.
Она задумчиво посмотрела на потолок.
— Странно.
— Что именно?
— Ну просто дом меньше нашей гостиной.
— Спасибо.
— Я не обидеть хотела.
— Я знаю.
Она тут же подошла и обняла меня за талию.
— Мне нравится.
И это прозвучало настолько искренне, что я не смогла не улыбнуться.
— Мне тоже.
⸻
Пока мы разбирали продукты, Алиса носилась по квартире, изучая буквально каждый угол.
Потом нашла полку с книгами.
Потом коллекцию старых пластинок.
Потом мой фотоаппарат.
Потом старый альбом.
Потом ещё что-то.
И вопросов становилось всё больше.
— А это что?
— А это?
— А почему?
— А когда?
— А зачем?
В какой-то момент Гриша посмотрел на меня с таким сочувствием, будто только сейчас понял, через что мне предстоит пройти ближайшие дни.
Я показала ему язык.
Он показал мне свой.
Взрослые люди.
Очень взрослые.
⸻
Ужин решили готовить вместе.
Точнее, готовили мы с Гришей.
Алиса командовала.
— Нет.
— Что нет?
— Так нельзя резать.
— Почему?
— Просто нельзя.
— Понятно.
— И лук должен быть мельче.
— Кто сказал?
— Я.
— Очень авторитетный источник.
— Спасибо.
Я отвернулась к плите, пытаясь скрыть смех.
Потому что спорили они уже минут десять.
И, кажется, оба получали от этого удовольствие.
⸻
Когда еда была готова, Алиса поела быстрее всех.
После чего устроилась на диване с планшетом.
Пообещав, что будет тихо.
Конечно же, через пять минут из комнаты донеслись звуки какого-то мультфильма.
Но это уже мелочи.
Я мыла посуду.
Гриша стоял рядом, вытирая тарелки.
На кухне было спокойно.
Тепло.
По-домашнему.
Настолько, что даже непривычно.
— Устала? — тихо спросил он.
Я покачала головой.
— Нет.
— Врёшь.
— Немного.
Он усмехнулся.
— Так и думал.
Я поставила последнюю тарелку на сушилку.
И только тогда почувствовала его руки на своей талии.
Совсем легко.
Осторожно.
Будто спрашивая разрешение.
Я автоматически откинулась назад, прижимаясь к нему спиной.
— Так лучше?
— Намного.
— Хорошо.
На несколько секунд кухня погрузилась в тишину.
Такую уютную, что её совсем не хотелось нарушать.
Я чувствовала его дыхание возле виска.
Тепло его рук.
И это странное ощущение спокойствия.
Когда ничего не происходит.
Но именно поэтому хорошо.
— Ты очень красивая сегодня.
Я тихо фыркнула.
— Сегодня?
— Сегодня особенно.
— Подлизываешься.
— Конечно.
— Зачем?
— Чтобы ты меня любила.
Я закатила глаза.
— Ужас какой.
— Согласен.
— Манипулятор.
— Сто процентов.
Я всё-таки улыбнулась.
Потому что невозможно было не улыбаться рядом с ним.
Гриша наклонился и легко поцеловал меня в висок.
Потом в щёку.
Потом ещё раз.
— Прекрати.
— Нет.
— Алиса увидит.
— Ну и что?
— Гриша.
— Что?
Я повернулась к нему.
И тут же встретилась с его совершенно довольной улыбкой.
Той самой.
Из-за которой сердиться на него было невозможно.
Абсолютно невозможно.
А через секунду из комнаты донеслось:
— Я всё вижу!
Мы одновременно вздрогнули.
После чего рассмеялись.
Алиса довольно захихикала из гостиной.
И почему-то именно в этот момент мне показалось, что ближайшие несколько дней будут очень шумными.
Но очень счастливыми.
Я всё ещё улыбалась после этой сцены на кухне, когда у Гриши завибрировал телефон.
Он достал его из кармана, посмотрел на экран и тихо вздохнул.
— Что?
— Студия.
— Сейчас?
— Ага.
Он поморщился.
— Я думал, завтра доделаем.
Я сразу поняла по его лицу, что выбора особо нет.
Работа есть работа.
Тем более когда речь шла о музыке.
— Надолго?
— Не знаю. Часа на три-четыре.
— Тогда езжай.
— Уверена?
— Конечно.
Он всё равно выглядел виноватым.
Будто бросал нас посреди чего-то важного.
Хотя буквально ехал работать.
— Гриш.
— М?
— Всё нормально.
— Я знаю.
Но по лицу было видно, что переживает.
В этот момент в кухню влетела Алиса.
— Что случилось?
— Мне нужно уехать ненадолго.
Она остановилась.
— Куда?
— На работу.
— Сейчас?
— Сейчас.
— А потом?
— Потом вернусь.
Алиса нахмурилась.
Очень серьёзно.
Так серьёзно, что я уже начала подозревать какую-то драму.
— Точно?
Гриша сначала не понял.
— Что точно?
— Вернёшься.
Он моргнул.
Потом посмотрел на меня.
Потом снова на неё.
И вдруг улыбнулся.
Кажется, тоже понял.
— Конечно вернусь.
— Обещаешь?
— Обещаю.
— Точно-точно?
— Точно-точно.
Алиса всё ещё выглядела подозрительной.
— А если ты обманешь?
— Тогда Ника меня наругает.
— Сильно.
— Очень сильно.
— Тогда ладно.
Я прыснула со смеху.
Гриша тоже.
Алиса, кажется, решила, что вопрос закрыт.
⸻
Пока он собирался, я стояла рядом в прихожей.
Наблюдала, как он надевает куртку, ищет ключи, снова снимает куртку, потому что забыл телефон.
Потом ищет телефон.
Потом оказывается, что телефон всё это время лежал у него в руке.
— Ты невозможный.
— Я знаю.
— Как ты вообще живёшь один?
— Хороший вопрос.
— И?
— Намекаешь что пора это исправить?
— Очень остроумно.
Он усмехнулся.
Потом шагнул ближе.
И привычно коснулся губами моего лба.
Так просто.
Так естественно.
Будто всегда так делал.
— Не скучай.
— Не обещаю.
— Жестоко.
— Сам виноват.
Он тихо рассмеялся.
А потом обнял меня.
На пару секунд.
Крепко.
По-настоящему.
Я уткнулась носом ему в плечо и неожиданно подумала, что совсем недавно подобные моменты казались чем-то невозможным.
А теперь стали частью моей жизни.
Настолько привычной, что без неё уже странно.
— Я быстро, — тихо сказал он.
— Угу.
— Правда.
— Я верю.
⸻
Когда он уже открыл дверь, из комнаты снова выбежала Алиса.
В одной руке планшет.
В другой какая-то плюшевая игрушка.
— Подожди!
Гриша остановился.
— Что?
Она подбежала почти вплотную.
— А ты когда вернёшься?
Я закатила глаза.
— Алиса...
— Что?
— Он уже отвечал.
— Ну вдруг передумал.
Гриша прыснул.
— Не передумал.
— Точно?
— Точно.
— Сегодня?
— Сегодня.
— Вечером?
— Да.
— Не завтра?
— Не завтра.
— Не через неделю?
— Не через неделю.
— Хорошо.
Она кивнула.
Очень важно.
Будто подписала какой-то официальный договор.
А потом вдруг обняла его.
Совершенно неожиданно.
Даже для самой себя, кажется.
Потому что сразу смутилась.
— Ну... пока.
Гриша явно растерялся на секунду.
Но тут же обнял её в ответ.
— Пока, мелкая.
— Я не мелкая.
— Конечно.
— Мне семь.
— Это очень серьёзный возраст.
— Да.
— Тогда увидимся вечером.
Она наконец отпустила его.
И только после этого позволила уйти.
⸻
Когда дверь закрылась, в квартире вдруг стало непривычно тихо.
Алиса несколько секунд смотрела на дверь.
Потом перевела взгляд на меня.
— Он правда вернётся?
Я не выдержала и рассмеялась.
— Да.
— Точно?
— Алиса.
— Что?
— Он уехал на четыре часа.
— Ну мало ли.
Я покачала головой.
— Вернётся.
Она подумала пару секунд.
Потом удовлетворённо кивнула.
— Хорошо.
И убежала обратно к своему планшету.
А я осталась стоять в прихожей.
Смотрела на закрытую дверь.
И поймала себя на очень странной мысли.
Мне тоже хотелось, чтобы он поскорее вернулся.
Не потому что было скучно.
Не потому что я не могла провести вечер без него.
Просто...
Дом с ним почему-то ощущался чуть более домом, чем без него.
Комментарии