Осколки сердца || Минхо

Советую при прочтении включить песни: Run Boy Run - Woodkid; Warriors - Imagine Dragons; Unstoppable - The Score; Goliath - Woodkid; Far from home (The Raven) - Sam Tinnesz. (советую именно в такой последовательности). Приятного прочтения.

Разочарование. Такое едкое, тягучее чувство, словно что-то липкое медленно растекается внутри, не давая ни вдохнуть нормально, ни выдохнуть. Вот ты, например, живёшь с человеком, доверяешь ему, привыкаешь к его голосу, взгляду, даже к его молчанию, и в какой-то момент он делает такой поступок, который просто не укладывается в голове. Неприятный поступок, резкий, как удар, от которого внутри всё сжимается. И ты разочаровываешься — не просто в нём, а в том образе, который сама же и построила. Или когда ты ожидаешь чего-то от человека, тихо надеешься, что он поступит правильно, что не подведёт... но он не соответствует этому, рушит всё одним действием. И это тоже разочарование — глухое, холодное, оставляющее после себя пустоту. Я думаю, что в ПОРОКе часто чувствовала его, почти каждый день, словно это было нормой. И в Глэйде ничего не изменилось — здесь оно только стало острее, больнее, потому что теперь у нас было больше, что терять. С каждым годом нашей жизни мы разочаровываемся всё больше и больше, будто это неизбежная часть взросления. Но при этом нас всё ещё могут удовлетворять и радовать какие-то мелочи — редкие моменты спокойствия, короткие улыбки, иллюзия безопасности. Но в сегодняшнем дне не было ничего такого. Только разочарование. Не только в ситуациях, но и в людях... в тех, кому я когда-то доверяла.

Когда мы придумали план, всё казалось зыбким, будто одно неверное движение — и всё рухнет. Ребята, что были снаружи, ушли собирать вещи, стараясь не привлекать внимания. Томас сделал вид, что он без сознания, лежал неподвижно, даже дыхание старался контролировать, чтобы не выдать себя. А мы с Терезой просто ждали, и это ожидание было самым тяжёлым — каждая секунда тянулась бесконечно, заставляя сердце биться всё быстрее. Вскоре пришли какие-то приспешники Галли. Они без лишних слов достали нас из кутузки, грубо, резко, словно мы были не людьми, а мешками. Они делали это не очень любезно — в их движениях не было ни капли осторожности. Они слишком больно заломали руки мне и Терезе, так, что в глазах потемнело от резкой боли. Пальцы немели, суставы ныли, а я с трудом сдерживала крик. Томаса вообще чуть ли не волокли по земле, его тело безвольно тянулось за ними, цепляясь за неровности. Ну естественно, мы начали возмущаться, потому что молчать было просто невозможно:

-Осторожнее! -сказала Тереза, дернувшись, пытаясь вырваться из грубых рук.
-Полегче! Мы девочки всё-таки. -сказала я, морщась от боли и пытаясь освободить запястья.

Парень, что держал меня, резко дёрнул меня на себя, заставляя потерять равновесие, и наклонился к моему уху. Его дыхание было неприятно горячим, липким, и от этого стало только хуже.
-Ты, в своём положении, вообще не должна сопротивляться. -он сжал мои руки сильнее, причиняя боль. -Ты в моих руках и моём распоряжении, -он ухмыльнулся очень похабно и толкнул меня вперёд, заставляя споткнуться.

-Придурок. -прошептала я, стиснув зубы и стараясь не показать, насколько мне больно.

Они вывели нас к трём столбам, точнее палкам, возле входа в Лабиринт, и от одного вида этого места по коже пробежал холодок. Огромные стены возвышались над нами, словно живые, давящие, готовые сомкнуться в любой момент. Томаса бесцеремонно кинули на землю, и глухой звук удара отозвался внутри неприятным эхом. От этого я слегка поморщилась, чувствуя, как внутри поднимается злость вперемешку со страхом. Я подняла глаза и увидела сочувствие и решимость в глазах Адель — это было почти как спасательный круг среди всего этого безумия. Она чуть кивнула, будто молча говорила: «Мы рядом», и это дало мне хоть каплю сил. Я кивнула в ответ, стараясь удержать себя в руках.

-Столько потерь... -начал свою речь Галли, и его голос звучал слишком уверенно, слишком спокойно для происходящего. Нас с Терезой всё ещё держали, и от этого чувство беспомощности только усиливалось. Я увидела, как Минхо подошёл поближе, его лицо было напряжённым, глаза внимательно следили за каждым движением.

Уинстон: Галли... -прозвучал его голос, он сделал шаг вперёд, сжимая кулаки. -Это неправильно, -он покачал головой, глядя прямо на него.

Джефф: Да, а что если Томас прав? -продолжил он, нервно оглядываясь. -И он поможет попасть нам домой, -его голос дрогнул, но в нём звучала надежда.

Я переглянулась с Терезой, и в её глазах отразилось то же самое удивление, что и у меня. Это было неожиданно — трещина в их уверенности, слабое место в решимости Галли. Ведь, судя по рассказам, все, кроме нашей компашки, согласились с ним, приняли его безумие как истину.

Галли: Мы уже дома. Ясно? -начал свою шарманку он, резко вскинув голову, словно защищаясь.

Я закатила глаза, не в силах сдержаться. Он не поймёт. Никогда не поймёт, что это не наш дом. Как бы он этого не хотел, как бы не убеждал себя, это место никогда не станет нашим домом.

Галли: Я не хочу больше вычёркивать имена на той стене. -его голос стал тише, но в нём появилась болезненная жёсткость.

Тереза: Ты думаешь, что наше изгнание что-то изменит? -вклинилась она, резко дёрнувшись в верёвках.

Галли: Нет. -сказал он, почти без паузы, словно давно всё решил. -Но это не изгнание, а подношение.
-Что? -спросила я, не веря своим ушам, и в этот момент парень, что держал меня, грубо схватил меня за руки. Он резко поднял их над моей головой, прижимая к столбу так, что плечи пронзила боль. Он начал привязывать их там, туго затягивая верёвки.
-Отпусти, придурок! -крикнула я, дёргаясь и пытаясь вырваться.

-Стой! Галли! Что ты делаешь? -кричала Тереза, её голос срывался, пока её привязывали точно так же.

-Это уже перебор! -снова крикнула я, чувствуя, как страх начинает медленно перерастать в панику.

Галли: Вы правда думаете, что я просто отпущу Томаса в лабиринт после всего, что он сделал?! -говорил он, резко оборачиваясь ко всем. -Взгляните вокруг! -он развёл руками, указывая на Глэйд. -Взгляните на Глэйд! Это единственный выход. И когда Гриверы получат то, зачем пришли — всё станет как раньше, -его голос звучал почти фанатично.

Краем глаза я увидела неподалёку Чака с оружием и рюкзаком, и эта деталь, такая маленькая, вдруг стала якорем надежды. Ещё не всё потеряно. Я заставила себя сосредоточиться, несмотря на то, что верёвки впивались в кожу. Вырваться уже не получалось, поэтому я как смогла повернулась к Глэйду, пытаясь оценить ситуацию.

Тереза: Вы это слышали? Вы так и будете там стоять? -кричала она, отчаянно оглядываясь. -Он же псих! -её голос дрожал, но в нём была злость.

-Галли, одумайся! Гриверы будут приходить, пока не заберут каждого отсюда. -я пыталась отвлечь внимание, заставить его усомниться хотя бы на секунду.

Галли: Заткнитесь. -сказал он холодно, даже не посмотрев на нас. -Привязать его, -приказал он, указывая на Томаса.

Но вот парни его не послушали. Они замерли, переглянулись, и в их глазах мелькнуло сомнение. Я слегка усмехнулась, чувствуя, как внутри появляется слабая надежда, но она исчезла почти сразу же.

Галли: Оглохли?! Я сказал привязать его! -повторил он, уже с яростью, делая шаг вперёд.

И парни повиновались. Они подхватили Томаса, грубо, неуверенно, словно сами не хотели этого делать, и потащили его к столбу. Но именно в этот момент всё изменилось — мы начали наш план. Томас резко упёрся ногой в землю, напрягся всем телом и ударил сначала одного парня, затем другого, повалив обоих на землю. Всё произошло слишком быстро, почти мгновенно.

Минхо подбежал ко мне, его движения были точными и быстрыми, он разрезал верёвки и освободил меня. Ньют в это же время освободил Терезу. Верёвки спали с рук, оставляя после себя жгучую боль, но сейчас это было неважно.

Минхо: Ты как? -тихо спросил он, быстро оглянувшись, передавая мне мачете.

-Нормально. -я слабо улыбнулась, чувствуя, как адреналин заглушает боль, и крепче сжала оружие.

Мы встали в кучку, сбившись вместе, как единое целое. Адель и Чак присоединились к нам, их лица были напряжёнными, но решительными. И теперь мы стояли против них — против тех, кто ещё недавно был на нашей стороне. И в воздухе повисло что-то тяжёлое, зловещее, как затишье перед бурей.

Галли: Ты полон сюрпризов, да? -он развёл руками, делая шаг вперёд, и его голос прозвучал с насмешкой, но в глазах мелькнула тревога.

Томас: Ты не обязан идти с нами, но мы уходим! -он крепче сжал копьё, его пальцы побелели от напряжения. -Все, кто хочет уйти — это ваш последний шанс, -он обвёл взглядом всех, пытаясь достучаться до каждого.

Галли: Не слушайте его, он вас запугивает. -он резко повернулся к остальным, словно пытаясь удержать их на месте, его голос стал жёстче.

Томас: Я не запугиваю вас! -он сделал шаг вперёд, его голос прозвучал громче, перекрывая всё вокруг. -Вам и так страшно. И мне страшно, -он на секунду задержал взгляд, будто признавая это самому себе. -Но я скорее рискну жизнью там, чем проведу её здесь.

Его слова повисли в воздухе. Многие задумались, я видела это по их лицам — по дрогнувшим взглядам, по напряжённым челюстям.

Томас: Нам здесь не место. Поймите, это не наш дом, -он говорил уже тише, но в этом спокойствии было что-то куда более убедительное. -Нас поместили сюда. Мы здесь в ловушке, -он сжал зубы, будто сам ненавидел эти слова. -И там у нас хотя бы есть выбор. Мы можем выбраться. Я это знаю, -он уверенно кивнул, словно не допуская сомнений.

После этих слов несколько человек сорвались с места и перешли к нам. Я увидела Уинстона и Джеффа, их лица были напряжёнными, но в глазах впервые появилась надежда. Это было странное чувство — видеть, как страх начинает уступать чему-то другому.

-Галли, всё кончено. Пошли с нами? -сказала я, делая шаг вперёд и глядя прямо на него.

Внутри всё сжалось. Я не хотела его терять, каким бы говнюком он ни был. В памяти всплывали моменты, когда он помогал мне, когда следил за мной в те ужасные времена в самом начале, когда всё казалось бесконечным кошмаром. Он всё равно был мне близок, несмотря ни на что, несмотря на его жестокость и упрямство. Галли молчал. Его взгляд метался между нами и остальными, словно он пытался найти правильный ответ, но не мог. В какой-то момент мне даже показалось, что он сдастся. Но затем его лицо снова стало холодным, закрытым.

Галли: Удачи против Гриверов. -сказал он, чуть склонив голову, и в его голосе не было ни тепла, ни сожаления.

Я посмотрела на него в последний раз, стараясь запомнить этот момент, и кивнула. В груди неприятно кольнуло, но времени на это не было.

И мы побежали.

Сейчас мы бежим на выход, на встречу к тому самому выбору, про который говорил Томас, и каждый шаг отдавался гулом в ушах. Земля под ногами казалась неровной, дыхание сбивалось, а сердце билось так сильно, будто пыталось вырваться наружу. Стены Лабиринта нависали над нами, давили, словно хотели остановить, не выпустить.

Мы бежали не долго, но и не мало — время растянулось, потеряло смысл. Из нас всех бегунов было лишь пару человек, остальные с трудом держали темп, спотыкаясь, задыхаясь, но не останавливаясь. Поэтому путь занял больше времени, чем хотелось бы, и каждая лишняя секунда казалась опасной.

В общей сумме нас было пятнадцать. Лишь пятнадцать человек решились на этот шаг. Побежать в неизвестность, туда, где нас могло ждать что угодно — смерть, свобода... или что-то куда хуже.

По пути Томас иногда подбадривал нас, его голос звучал впереди, как ориентир, как якорь. Он говорил коротко, уверенно, стараясь вселить в нас хоть какую-то уверенность, удержать нас от паники.

Когда мы добежали до прохода, про который говорили Томас и Минхо, мы резко остановились за стеной. Камень был холодным, шершавым, я прислонилась к нему, пытаясь перевести дыхание. Все столпились в круг, слишком близко друг к другу, словно это могло защитить.

Томас осторожно выглянул из-за стены, его движения были медленными, почти бесшумными.

Чак: Это Гривер? -спросил он, его голос прозвучал тихо, но в нём явно слышался страх, он сжал руки, пытаясь не дрожать.

Томас: Да. -он кивнул, не отрывая взгляда от того, что было впереди, его лицо стало каменным.

Чак: Чёрт... -выдохнул он, опуская голову, его плечи слегка дрогнули.

Минхо: Возьми это, Чак. -он протянул ему железяку, быстро оглянувшись по сторонам. -Держись за нами.

Тереза: Не бойся, держись нас. -сказала она, мягко глядя ему в глаза. Мы с Адель кивнули, стараясь поддержать его хотя бы этим.

Адель: Мы будем рядом и поможем тебе. -сказала она и положила руку ему на плечо, слегка сжав, передавая тепло. В это время Минхо легонько наклонился ко мне, его лицо оказалось слишком близко, и он прошептал так тихо, что никто больше не услышал:

Минхо: Будь осторожна. -его голос был серьёзным, почти холодным. -Если с тобой что-то произойдёт — я сам тебя убью. Поняла? -он посмотрел прямо мне в глаза, не давая возможности отшутиться.

-Да. -сказала я, коротко кивнув, стараясь выглядеть уверенно. -Ты тоже будь осторожен, -добавила я, сжимая рукоять оружия сильнее. Минхо лишь кивнул, его взгляд на секунду задержался на мне, а затем он отвернулся.

Томас: Когда прорвёмся, она активирует и откроет дверь. -он указал на ключ, на ту самую железяку, его голос был сосредоточенным. -Если мы будем держаться друг друга — всё получится, -он обвёл нас взглядом, словно проверяя, готовы ли мы. -Мы выберемся сейчас или мы покойники, -его слова прозвучали как приговор. -Готовы? -он поднял копьё.

Он резко ударил им о землю, и этот звук разнёсся по коридору, отозвался гулким эхом, будто что-то в глубине Лабиринта откликнулось.

Послышались согласные слова, кто-то крикнул, кто-то просто кивнул, но напряжение стало почти осязаемым.

Томас: Хорошо. Вперёд! -закричал он, резко разворачиваясь.

И в следующую секунду мы с криками кинулись в проход, туда, где нас уже ждал Гривер. И тогда я поняла, что назад пути уже не было.

Гривер сразу же запрыгал на месте, издавая жуткие скрежущие звуки. Его движения были резкими, дергаными, неестественными, и от этого становилось только страшнее. Он словно чувствовал нас, чувствовал страх, и это только подогревало его ярость. Я, Адель, Тереза и Чак были чуть позади, держась вместе, словно это могло хоть как-то защитить. Сердце колотилось так сильно, что я почти не слышала ничего вокруг, только собственное дыхание. Парни кинулись на Гривера, не раздумывая, с яростью и отчаянием одновременно, протыкая его десятком копий. Металл скрежетал, плоть рвалась, но он всё равно двигался, словно его невозможно было остановить. Они дрались, изо всех сил, не давая ему приблизиться к нам. Вдруг Гривер резко дернулся и схватил одного парня, его лапа сжалась вокруг него, как тиски. В следующую секунду он вылетел с этого моста в бездну, и его крик оборвался где-то внизу, в темноте. Парни на секунду замешкались, страх пронзил их, но затем, будто разозлившись ещё сильнее, продолжили драться с ещё большей яростью.

Лапа Гривера вдруг с грохотом приземлилась прямо перед Терезой, настолько близко, что камни разлетелись в стороны. Но она не растерялась — резко шагнула вперёд и ударила его по лапе, вкладывая в этот удар всю силу. Лапа отлетела в сторону, но этот момент стоил нам слишком дорого. Тереза немного не рассчитала силу и задела руку Чака, в которой был ключ. Всё произошло слишком быстро — ключ вылетел из его рук, блеснув в воздухе, и покатился прямо к обрыву.

Чак: Чёрт! -он резко бросился вперёд, вытянув руку, его голос сорвался от паники.

Ключ уже перелетел край, и на долю секунды мне показалось, что всё кончено. Но каким-то чудом Чак успел его схватить, вцепившись в него пальцами. Вот только сам он чуть не сорвался вниз, его тело повисло над пропастью.

-Тащите меня! Тащите! -закричал он, его голос дрожал от ужаса, пальцы судорожно цеплялись за край.

Мы с Адель мгновенно схватили его с двух сторон, вцепившись в его одежду, в его руки, тянули изо всех сил. В мышцах сразу отозвалась боль, но отпускать было нельзя. В этот момент всё вокруг будто исчезло — остался только он, его крик и бездна под ним. Мы вытащили его, резко дёрнув вверх, и все втроём рухнули на землю. Но передышки не было. Мы быстро встали, и перед нами оказалось ещё два Гривера. Они двигались так же жутко, их тела скручивались, издавая мерзкие звуки.

-Чёрт! -мы с Адель одновременно выставили свои мечи вперёд, инстинктивно принимая защитную позицию. А парни тем временем скинули первого Гривера в бездну, его тело исчезло в темноте, и сразу же повернулись к нам. Увидев ещё двух, они без слов рванули в нашу сторону, чтобы прикрыть нас. Тереза и Чак побежали к двери, не оглядываясь, зная, что от этого зависит всё. А мы с Адель остались, чтобы выиграть им время. Мы несколько раз ударили Гриверов по лапам, отталкивая их, не давая приблизиться. Удары отдавались в руках болью, но останавливаться было нельзя. Благодаря парням, которые приняли на себя основной удар, мы смогли отступить и добежать до Чака и Терезы, чувствуя, как страх буквально подгоняет нас вперёд.

Двери открылись с глухим скрежетом, и перед нами оказался круглый проход с каким-то устройством — панелью с цифрами. Воздух внутри был странным, тяжёлым, как будто здесь давно никто не был. Парни приближались, отбиваясь от Гриверов, их крики смешивались со звуками ударов. Ещё один парень не удержался — его задело лапой, и он улетел в бездну, исчезнув так же быстро, как и предыдущий.

Чак: Чёрт! -сказал он, судорожно сжимая ключ, его руки дрожали. Я начала быстро перебирать варианты, что за пароль это может быть. Мысли метались, но вдруг одна зацепилась.

-Последовательность... -прошептала я, пытаясь собрать всё воедино.

Адель: Что? -она повернулась ко мне, её взгляд был напряжённым.

-Последовательность открытия секций. Здесь всего восемь цифр, как и секций. Это может быть паролем. -сказала я, чувствуя, как внутри появляется слабая надежда. Прежде чем я успела что-либо ещё сказать, Тереза резко обернулась:

Тереза: Минхо! Какая последовательность секций?! -крикнула она, перекрывая шум боя.

Минхо: Что?! -крикнул он в ответ, отбиваясь от удара.

Томас: Какая последовательность секций в лабиринте?! -повторил он, резко оборачиваясь.

Минхо: 7...1...5...2...6...4... -он начал перечислять, сбиваясь, пытаясь вспомнить, его голос прерывался. Но вдруг раздались крики:

-Осторожно! -кто-то закричал, и в этом крике была паника. Я обернулась — и увидела самое ужасное, что могла. Один из Гриверов с грохотом свалился прямо на Минхо, придавив его своим телом.

-Чёрт! Последние две цифры 8 и 3! -крикнула я, и не думая, рванула к нему.

Когда я добежала, Джефф уже пытался помочь, копьем отбивал Гровера от Минхо, его лицо было перекошено от напряжения. Я вцепилась в Минхо помогая ему вылезти из-под тяжёлого тела. Мы с Минхо быстро отбежали в сторону и я повернула в голову. В этот момент я увидела, как один из Гриверов схватил Джеффа. Он даже не успел закричать. Его утащили так быстро, что я просто не успела среагировать. Вдруг раздался щелчок.

Дверь открылась.

И сразу же начали двигаться стены, медленно, но неумолимо, сдвигаясь, придавливая Гриверов. Их тела скрежетали, издавая жуткие звуки, от которых по спине пробежал холод. Мы не теряли ни секунды — быстро забежали в круглое помещение, практически влетели внутрь. За нами с глухим ударом закрылась дверь.

Темнота. Полная, густая, давящая. Было слышно только наше тяжёлое дыхание, прерывистое, неровное, и где-то внутри всё ещё звучали крики тех, кто остался там. Минхо нащупал мою руку в темноте и сжал её. Я сразу поняла, что это он — его руки были липкими, покрыты слизью Гривера. Это ощущение было отвратительным, холодным, вязким. Он замер на секунду, словно тоже это понял. Мы молча вытерли руки об одежду, почти одновременно, не говоря ни слова. И после этого он снова взял меня за руку, уже крепче.

Вдруг Тереза нащупала дверь и резко открыла её. Свет хлынул внутрь, ослепляющий, резкий, режущий глаза. Я прикрыла глаза свободной ладонью, морщась, пока зрение медленно возвращалось. Когда я открыла их, первое, что я сделала — обвела ребят взглядом. Нас осталось десять. Пять человек погибли. Эта мысль ударила сильнее, чем всё остальное. Мы вышли из закрытого пространства и оказались в каком-то коридоре, похожем на подвал больницы. Стены были серыми, холодными. Вдруг свет начал загораться по всему коридору, один за другим, создавая длинную линию, уходящую вперёд. Минхо слегка дёрнул меня за руку, привлекая внимание:

Минхо: Ты не поранилась? -мягко спросил он, заглядывая мне в глаза, в его взгляде читалось беспокойство.

-Нет. А ты как? Понравилось под Гривером? -я чуть усмехнулась, пытаясь разрядить обстановку.

Минхо: Не очень, знаешь ли. -он усмехнулся в ответ, слегка качнув головой. Он наклонился ближе, и его голос стал тише: -Под тобой было бы лучше. -он подмигнул и тут же выпрямился, будто ничего не произошло. И просто пошёл за остальными, которые уже начали двигаться вперёд. Я ошарашенно стояла на месте, глядя ему вслед, не в силах сразу осмыслить услышанное. Адель подошла ко мне, взяла под локоть и слегка потянула за собой:

Адель: Что такого он тебе сказал, что ты впала в ступор? -тихо спросила она, прищурившись.

-Я тебе потом расскажу... -тихо ответила я, всё ещё находясь в лёгком шоке. Я ожидала всего. Но точно не этого.

Мы шли по коридору осторожно, почти бесшумно, каждый шаг отдавался эхом. В любой момент могло случиться что-то ещё, и это ощущение не отпускало. Мы дошли до двери с надписью «Выход».

Фрайпан: Обалдеть. -прочитал он вслух, выдохнув, его голос прозвучал почти неверяще.

Томас осторожно открыл дверь, его движения были медленными, напряжёнными. Послышался тихий звук сирены. Перед нами открылось помещение, наполненное дымом, в воздухе стоял запах гари и чего-то металлического. Мы увидели тела. Много тел. Они лежали на полу в разных позах, неподвижные, мёртвые. Это были и военные, и врачи.

-Что здесь произошло?... -спросила я, делая шаг вперёд, ощущая, как холод пробирается внутрь. Мы прошли внутрь, осторожно, словно боялись нарушить покой мёртвых. Тела лежали повсюду, и от этого становилось только тяжелее дышать. Мы прошли в главное помещение. Стёкла были разбиты, осколки хрустели под ногами, но что-то ещё оставалось целым... и это пугало даже больше.

Все разбрелись по помещению, медленно расходясь в разные стороны, словно каждый боялся сделать лишний шаг и нарушить гнетущую тишину, повисшую в воздухе. Пространство вокруг казалось холодным и чужим, стены отдавали металлическим блеском, а слабый гул техники создавал ощущение, будто само здание живёт своей жизнью. Я ловила каждый звук — шаги, дыхание, шорохи — и от этого внутри нарастало странное напряжение, словно нас всё ещё кто-то наблюдает. Ньют подошёл к экранам, его движения были осторожными, почти настороженными, будто он не доверял даже полу под ногами. На экранах было видно Глэйд — знакомое место, которое теперь казалось таким далёким и нереальным, словно это была чужая жизнь. Он всматривался в изображение, его взгляд становился всё тяжелее, и в голосе, когда он заговорил, появилась едва заметная дрожь.
-Они и правда наблюдали. Все время... - он провёл рукой по экрану, словно хотел стереть это изображение.
Потом взгляд Ньюта упал на бумаги, лежащие рядом, и его лицо резко изменилось — брови нахмурились, губы сжались. Он медленно взял их, будто боялся того, что там написано. Я подошла ближе, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, и заглянула в эти бумаги. Строки казались обрывочными и холодными.

ДОКУМЕНТ: ЛИЧНОЕ ДЕЛО ОБЪЕКТА

Код: A-5
Имя: Ньют
Возраст: 17
Статус: Испытуемый
Психологическое состояние: стабильное / под наблюдением
Уровень адаптации: высокий
Примечания:
— Лидерские качества выражены
— Высокая эмпатия
— Склонность к самопожертвованию
Семейное положение:
— сестра: Соня (младшая)
— сестра: Эвелин (младшая двойняшка)
Дополнительная информация:
— данные частично утрачены
— память модифицирована

Ньют ошарашенно смотрел на эти строчки, его глаза бегали по тексту снова и снова, словно он надеялся, что слова изменятся или исчезнут. Его дыхание стало неровным, плечи напряглись, и в этот момент он выглядел потерянным, как никогда раньше. Затем он медленно поднял взгляд на меня, и в его глазах мелькнуло что-то между страхом и надеждой.
-Мы... - он запнулся, слова застряли в горле, и я видела, как тяжело ему их произнести.
-Брат и сестра, да. Мы двойняшки с тобой. - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось.
-Ты знала? - он нахмурился, делая шаг ближе, его взгляд стал пристальным.
-Да. - сказала я, опуская глаза всего на секунду.
-Почему раньше не сказала? - он не понимал, в его голосе появилась резкость.
-А как ты себе это представляешь? «Эй, Ньют, я знаю, что у нас тут куча проблем, но я твоя сестра.». - сказала я, нервно усмехнувшись и развела руками.
Он тяжело вздохнул, будто внутри него что-то надломилось, и ничего не ответил, просто смотрел на меня ещё мгновение. Вместо слов он резко притянул меня к себе и крепко обнял, так, будто боялся, что я исчезну. Я на секунду замерла, а затем обняла его в ответ, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и болезненное одновременно.

-Ты дурочка. - прошептал он, уткнувшись мне в волосы, его голос был тихим, почти сломанным.

-Воссоединение семьи? - спросил Томас, проходя мимо нас, бросив короткий взгляд и криво усмехнувшись.

-Заткнись. - буркнула я без злости, не отпуская Ньюта сразу и на мгновение позволяя себе просто стоять так, закрыв глаза и наслаждаясь этим редким ощущением спокойствия среди хаоса. Когда мы отстранились, я сделала шаг назад, словно возвращаясь в реальность, и пошла чуть дальше, пытаясь снова сосредоточиться на окружающем. Помещение казалось ещё более мрачным, чем раньше, будто стены впитали в себя всё, что здесь происходило. Когда я осматривала его, мой взгляд неожиданно столкнулся с Минхо. Он стоял чуть в стороне, наблюдая за нами, и в его глазах мелькнула лёгкая улыбка — тёплая, понимающая. Моё сердце на секунду дрогнуло, и я хотела подойти к нему, сказать что-то, но не успела.

Томас нажал на какую-то кнопку, и резкий щелчок разрезал тишину, заставив всех обернуться. На одном из экранов внезапно высветилось видео с белокурой женщиной, и свет от экрана озарил наши лица холодным голубоватым оттенком. Мы все толпились у экрана, словно не могли оторваться, даже если хотели. Внутри у меня всё сжалось, предчувствие было тяжёлым, почти удушающим. Когда видео начало воспроизводиться, я невольно задержала дыхание.

-Здравствуйте. Меня зовут доктор Ава Пейдж. - сказала она спокойно, словно говорила о чём-то обыденном. «Так вот как ты выглядишь», промелькнуло у меня в голове. -Я исполнительный директор департамента специальных проектов компании «ПОРОК». Если вы это смотрите — значит вы успешно прошли испытание «Лабиринтом». Хотела бы я лично присутствовать там, чтобы поздравить вас, но обстоятельства похоже препятствуют этому. -Она говорила ровно, без эмоций, и от этого её слова звучали ещё страшнее. -Я уверена, сейчас вы все в полном замешательстве. Рассерженны. Напуганы. Я лишь могу заверить вас, что все, что с вами произошло, все, что мы с вами сделали, у всего этого была причина. -На экране начали мелькать ужасающие картинки и видео — пламя, разрушенные города, люди, кричащие от боли. -Вы этого не помните, но солнце спалило нашу планету. Миллиарды людей погибли в огне. -Кадры сменялись слишком быстро, но каждый из них будто врезался в память, оставляя после себя холод. -От голода, в муках. По всему миру. Последствия были невообразимыми. -Мне стало трудно смотреть, глаза начинали болеть, но отвести взгляд было почти невозможно. -Но потом стало еще хуже. Мы назвали это «Вспышкой». Смертельный вирус поражающий мозг. -На экране показывали опыты, органы, микроскопы, и от этого становилось по-настоящему тошно. Я резко отвернула лицо и уткнулась в плечо Минхо, закрывая глаза, стараясь не видеть этих кадров и слушать только её голос. Его присутствие рядом немного удерживало меня, не давая окончательно сорваться. -Он беспощаден. Непредсказуем. Неизлечим. Так мы думали. Но со временем появилось новое поколение способное противостоять вирусу, и тогда у нас появилась надежда на лекарство. -Я всё же заставила себя снова посмотреть на экран. -Но поиск его обещал быть сложным. Юношей необходимо было протестировать. Даже пожертвовать ими. Только в условиях агрессивной среды можно было изучить деятельность мозга. В общем, все, что угодно, чтобы понять, что делает их особенными. Что делает вас особенными. -Её голос оставался таким же спокойным, и это пугало больше всего. -Вы можете не понимать этого, но вы для нас очень важны. К несчастью ваши испытания еще только начинаются. -Сзади неё начали появляться искры, фигуры людей в форме, вспышки выстрелов — всё это происходило прямо во время её речи. -Вы очень скоро узнаете. Не все одобряют наши методы. Прогресс слишком медленный. Люди напуганны. Может уже поздно для нас, для меня, но не для вас. Внешний мир ждет вас. И помните: ПОРОК - это хорошо. -Она медленно приставила пистолет к голове, и в этот момент всё вокруг словно замерло, время растянулось, а воздух стал густым. Раздался выстрел, резкий, оглушающий, и я резко отвернула голову, не в силах смотреть дальше, чувствуя, как по спине пробегает холод.

Я осторожно вошла в соседнее помещение, сердце билось так громко, что казалось, его слышат все вокруг. В углу комнаты я заметила тело — оно лежало без движения, почти как замороженное во времени, и на мгновение мне показалось, что оно вот-вот встанет. Оно было пугающе похоже на её тело, словно чья-то жуткая игра сделала из неё куклу, оставив передо мной этот мертвый силуэт. Я замерла, дыхание сбилось, руки слегка дрожали, а внутри всё сжалось от ужаса и тревоги. Медленно, будто пытаясь быть незаметной, я начала пробираться к нему, каждый шаг отдавался глухим эхом по помещению, а тени стен сгущались вокруг меня, будто сами хотели меня остановить. В этот момент резкий скрип двери разрезал тишину. Я дернулась, сердце подскочило, а по спине пробежал холодный пот.

-Все кончено? - с надеждой и одновременно страхом спросил Чак, делая осторожный шаг, будто боясь даже дыхания в этом зловещем пространстве. Его глаза метались по комнате, словно он искал хоть малейший знак безопасности.

-Она сказала, мы важны... и что же нам теперь делать? - Ньют окинул нас взглядом, полным отчаяния и беспомощности, и я почувствовала, как паника медленно поднимается внутри меня.

-Я не знаю. - прошептал Томас, голос едва слышный, будто он боялся произнести слова вслух и тем самым спровоцировать что-то ужасное. -Нужно убираться отсюда.

Я едва успела кивнуть, как сзади раздался резкий, пронзительный голос, полный отчаяния и злобы:

-Нет!

Мы резко обернулись, и моё сердце сжалось до боли. В дверном проёме стоял знакомый силуэт — Галли. Но это был не тот Галли, которого мы знали. Его глаза были почти полностью черными, вены расползлись по шее, словно чернильные дорожки, а в руках он сжимал пистолет. Его взгляд сверкал безумием, а губы сжались в тугую линию, срываясь на хриплый вздох.

-Галли? - прошептала я, дыхание застряло в горле, а тело дрожало. Томас сделал шаг вперед, но Тереза резко схватила его за руку, удерживая.

-Том, он ужален. - сказала она тихо. Галли глотал слезы, его руки дрожали, и из рук вывалился ключ. Я моргнула, не понимая, откуда у него второй.

-Нам не уйти... - его голос дрожал, пистолет дрожал вместе с ним, и в груди у меня сжалось от ужаса. Я инстинктивно прижалась к Минхо, ощущая, как его тепло рядом чуть ослабляет страх.

-Нет, Галли, мы выбрались. - начал Томас, голос дрожал, но он пытался говорить уверенно, чтобы хоть как-то удержать ситуацию.

-Мы свободны, Галли... - тихо сказала я, голос срывался, а глаза жгли слёзы, - мы смогли выбраться...

-Свободны? Думаешь, там мы будем свободны? - Галли смотрел на меня с таким отчаянием. -Нет. Из этого места не выбраться. -Он навёл пистолет прямо на Томаса, и мир вокруг будто сузился до этой одной точки.

-Галли, опусти пистолет. - мягко сказала Адель, голос её был как тихий шёпот в буре хаоса.

-Послушай меня... - осторожно начал Томас, руки подняты, стараясь не спровоцировать выстрел. -Ты не в своём уме. Ты ужален. Мы можем помочь тебе. -Краем глаза я увидела, как Минхо забирает копьё у Ньюта, готовясь к любому повороту.

-Моё место в Лабиринте. - сказал Галли, его голос хриплый, руки дрожали, пальцы сжимали пистолет так крепко, что казалось, что он стиснет сам себя.

-Опусти пистолет. - мягко повторял Томас, его слова были словно якорь в буре безумия.

-Как и всех нас! - прокричал Галли, и мгновение спустя раздался выстрел. Всё произошло одновременно: копьё, которое держал Минхо, вонзилось в грудь Галли, и он рухнул, задыхаясь, истекая кровью.

-Томас! - закричал Чак, отталкивая его в сторону.

-Галли! - я подбежала и села рядом, сердце разрывалось, дыхание рвалось.

-Галли... - прошептала я, слёзы стекали по щекам, руки дрожали.

-Эви... прости меня. - хрипло сказал он, закрывая глаза, и внутри меня что-то треснуло.

Но тут прозвучал тихий голос Чака:

-Томас... - он пытался ухватиться за него, но упал на спину.

Я обернулась и увидела, как Чак истекает кровью. Он прикрыл Томаса, но теперь умирал сам. Я бросилась к ним, опустилась рядом с Томасом и прижала Чака к себе.

-Чак... Чак! - почти кричала я, рыдая, задыхаясь от собственных слёз.

-Чёрт, чёрт! - кричал Томас, тряс его, - Смотри на меня! Смотри на меня!

Я пыталась зажать рану на груди Чака, понимая, что это почти бессмысленно.

-Чак, мы с тобой! Не закрывай глаза! Прошу! - я рыдала, держала его руки.

-Пожалуйста, держись. - плакал Томас, глаза блестели от слёз.

-Эй, ребят... ребят... - тихо прошептал Чак. Он достал из кармана ту самую фигурку и протянул Томасу.

-Нет, нет, Чак. Ты сам отдашь это им. - кричал Томас.

-Я обещала тебе, Чак. Мы выберемся и ты отдашь им это. Помнишь? - говорила я, рыдая.

-Возьмите это. -хрипел Чак и Томас взял фигурку.

-Спасибо...спасибо. -прошептал он и сделал последний вздох. И больше он не дышал. Он погиб героически прикрыв Томаса. Я всегда говорила, что этот малыш старше, чем он есть. Но я никогда не думала, что он умрет вот так. Этого не должно было быть. Ни Чак, ни Галли не должны были умереть! Я громко заплакала:

-Нет, Чак!

-Чак, эй..-Томас начал трясти его, словно может разбудить, но он уснул вечным сном. -Очнись, Чак! Ну же, очнись! -кричал Томас. Мы все плакали. Чак был нам всем очень близок. Единственные, кто кричали и плакали в голос были я и Томас. Мы не могли смириться.

-Прости! -крикнул Томас. -Прости, что не спас тебя..

Вдруг помещение ворвались люди. Минхо подхватил меня на руки, и я не переставала кричать, моля о спасении Чака и Галли. Нас посадили в вертолёт. Я села рядом с Минхо. Мы взлетели, и я посмотрела в окно: Лабиринт простирался гигантским, мрачным, почти живым. Мы выбрались... но какой ценой! Я положила голову на плечо Минхо. Он обнял меня, тихо прошептав:

-Поспи. Тебе это сейчас нужно. Ты слишком вымотана.

Неизвестный мужчина, который сидел с нами, снял маску и сказал:

-Скоро всё будет хорошо, ребятки.

Но мне не верилось. Ава сказала, что это только начало... и значит, впереди будет ещё хуже.