Красная помада и разбитые костяшки

Вечер окутал Универсам густыми сумерками, превращая знакомые дворы в лабиринт теней. Дина возвращалась из магазина, крепко прижимая к себе пакет с продуктами — на ужин нужно было приготовить что-то нормальное, чтобы Валера не ворчал, что мы питаемся одним чаем.

Она срезала путь через пустырь за старыми домами, не заметив, как за ней от самого магазина тянутся двое парней — явно не с нашего района, с наглыми, «голодными» глазами. Они тихо переговаривались, ускорив шаг.

— Эй, красавица, подожди! — крикнул один из них, когда Дина уже почти дошла до освещенного участка улицы.

Дина вздрогнула и прибавила ходу, но дорогу ей перегородили. Сердце ухнуло куда-то в пятки. Пакет выпал из рук, продукты рассыпались по асфальту. Один из парней схватил её за локоть, грубо разворачивая к себе.

— Ты чего такая дерзкая? Поговорить хотим, — прошипел он, приближаясь слишком близко.

Дина попыталась вырваться, в горле застрял крик, но тут из темноты, со стороны гаражей, раздался ленивый, тяжёлый голос:

— Слышь, «говоруны». А вы не перепутали ничего?

Из тени вышел Кащей. Он выглядел как всегда — невозмутимый, чуть сонный, но от одного его взгляда парни тут же отпрянули. Он не выглядел агрессивным, просто стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на них так, будто они — досадная помеха в его вечерней прогулке.

— Это... Кащей? — пробормотал один из нападавших, мгновенно бледнея.

— Ну я, — Кащей сделал шаг вперед. — Вопросы есть? Или мне помочь вам побыстрее с этого района уйти, пока ноги целы?

Парни, не дожидаясь приглашения, рванули в сторону темных дворов так, что только пятки сверкали. Дина стояла, прижавшись спиной к фонарному столбу, стараясь унять дрожь в руках.

Кащей перевел взгляд на неё. Он не стал подходить вплотную, сохраняя деликатную дистанцию, но в его глазах, которые обычно казались холодными, промелькнуло что-то непривычно мягкое. Он опустился на корточки и начал молча собирать рассыпавшиеся продукты: пачку сахара, батон, яблоки...

— Испугалась? — тихо спросил он, протягивая ей пакет.

Дина взяла его, чувствуя, как пальцы всё ещё подрагивают.
— Спасибо... я не заметила их.

Кащей выпрямился, поправил воротник куртки и задержал на ней взгляд чуть дольше, чем того требовала вежливость.

— Не ходи тут одна по вечерам, — сказал он совсем не командным, а почти заботливым тоном. — Район сейчас неспокойный. Вон, у тебя брат — Валера, скажи ему, пусть встретит в следующий раз. Или... — он замялся на секунду, — если что, зови меня. Я тут часто мимо хожу.

Дина замерла. Кащей — грозный, суровый Кащей — сейчас выглядел как обычный парень, который просто пытается защитить девушку.

— Хорошо, — едва слышно ответила она.

— Давай провожу до подъезда? — предложил он, уже не спрашивая, а просто делая шаг рядом с ней.

Они шли до самого дома молча. Эта тишина была уютной, почти хрупкой. Когда они подошли к подъезду, Дина обернулась, чтобы поблагодарить его еще раз, но он уже разворачивался, чтобы уйти.

— Спокойной ночи, Дина, — бросил он через плечо.

Она смотрела, как он уходит, и впервые за долгое время почувствовала, что этот суровый «авторитет» — совсем не тот, кем его считают остальные. Это был странный, милый момент, который перевернул всё в её голове.

Дина стояла у подъезда, прижимая пакет с продуктами к груди так крепко, будто это был единственный спасательный круг в мире. Она смотрела вслед Кащею, пока его высокая фигура окончательно не растворилась в ночных тенях, и только потом выдохнула.

«Только бы не сказать Валере», — пронеслось у неё в голове. Она знала: если брат узнает, что рядом с ней крутились какие-то залётные, да ещё и то, что на помощь пришёл именно Кащей — в доме начнётся настоящий пожар. Валера и так на взводе из-за всего, что происходит на районе, а тут такой повод для скандала.

Она осторожно зашла в квартиру, стараясь не шуметь. В коридоре было тихо, из комнаты брата доносились приглушённые звуки радио. Дина быстро юркнула на кухню, спрятала продукты и прислонилась к раковине, пытаясь унять стук сердца. В ушах всё ещё стоял голос Кащея — низкий, неожиданно спокойный. Никакой «понта», никакой «старшаковской» агрессии. Просто человек, который помог.

На следующее утро Валера, как обычно, крутился на кухне, собираясь по делам.

— Дин, ты вчера поздно вернулась, — он мельком взглянул на неё, наливая кофе. — Нормально дошла? Никто не цеплялся?

Дина замерла с полотенцем в руках. Это был тот самый момент. Она встретилась с ним взглядом, и внутри всё сжалось от вранья, но она лишь коротко кивнула, стараясь выглядеть максимально буднично:

— Да всё нормально, Валер. Пусто на улице, тихо. Я быстро добежала, даже не встретила никого.

Валера, видимо, не заметил фальши, просто буркнул что-то про «хорошо» и снова уткнулся в свои мысли. Дина выдохнула. Она знала, что скрывать это от него — значит ходить по лезвию ножа, но она почему-то была уверена: эта тайна с Кащеем сейчас принадлежит только ей. И эта мысль — странная, запретная и немного пугающая — грела её больше, чем утренний чай.

Весь день она ловила себя на том, что смотрит в окно, хотя знала, что он не придёт — не в стиле Кащея вот так просто заявляться к дверям. Но когда стемнело, она снова надела пальто. И, сама не зная почему, вместо того чтобы пойти в магазин по проторенному маршруту, она свернула именно на ту самую пустырь-дорогу.

Она шла медленно, вглядываясь в каждый тёмный угол, и в сердце боролись два чувства: страх, что он не придёт, и дикое волнение от того, что он *может* появиться.
____________

— ТЫ ВСТРЕЧАЕШЬСЯ СО СВИНЬЁЙ?!
Боже, я не могу с них
Привет, мои сладкие!
Как вы поживаете?
Ваша Вишенка 🍒