Глава 7| Платок
В зале уже вовсю шла разминка. Тренер громко отсчитывал ритм, коллеги синхронно выполняли связки — но мои мысли витали где‑то далеко. В голове только одна картина:
*Я иду по длинному коридору к тренировочному блоку, замечаю в тёмном ответвлении возле запасного пожарного выхода Миру: она сжалась у стены, плечи вздрагивали от беззвучных рыданий.*
Вместо чёткой хореографии перед глазами стояло заплаканное лицо Миры: её дрожащие губы, покрасневшие глаза. Почему я не смог просто пройти мимо?
Тренер резко хлопнул в ладоши:
— Мартин! Ты сегодня в облаках витаешь! Соберись!
Я вздрогнул, кивнул и заставил себя сосредоточиться на тренировке. Но даже когда мы перешли к отработке сложных связок, где требовалось предельное внимание, образ Миры не исчезал. Он словно отпечатался где‑то внутри — и никак не хотел стираться.
После тренировки я направился в студию — сегодня была назначена встреча с продюсерами. В груди теплилась надежда: может, сегодня они прислушаются? Я вложил в эту песню душу.
Зашёл в переговорную, положил перед ними флешку.
— Пожалуйста, послушайте её ещё раз.
Продюсер Ким покрутил флешку в руках, вздохнул:
— Мартин, мы это уже обсуждали. Слишком нестандартно. Фанаты такого не поймут.
— Но это искреннее, — я сжал кулаки. — Это то, что я чувствую. Разве не в этом смысл музыки?
— В музыке смысл — в хитах, — отрезал он. — А это... бред. Оставь себе, если она тебе так дорога.
Внутри всё оборвалось. Я кивнул, забрал флешку и вышел из комнаты.
На телефоне высветилось сообщение от Сонхёна: «Ну что, взяли?»
Коротко ответил: «Нет».
Он тут же перезвонил:
— Опять? Мартин, ты же знаешь их политику. Они боятся рисковать.
— Но почему? Почему нельзя хотя бы попробовать?
— Потому что цифры важнее души, — хмыкнул он. — Привыкай.
Я отключился и побрёл по коридору. День окончательно превратился в череду разочарований.
Зашёл в гримёрку, сел перед зеркалом. Отражение смотрело на меня уставшими глазами. Взглянул на часы — скоро сбор группы для обсуждения нового концепта. Глубоко вдохнул, провёл рукой по лицу. Нужно собраться.
(POV Мира)
Я всё‑таки собралась с силами и вернулась к работе. Дыхание постепенно выровнялось, а дрожь в руках почти прошла. Я глубоко вдохнула, расправила плечи и села за стол.
Остаток дня прошёл как в тумане. Я механически проверяла документы, сверяла цифры, отвечала на письма — всё это будто на автопилоте. Мысли то и дело возвращались к Мартину: к его спокойному голосу, к тому, как он протянул платок, не брезгуя моей слабостью.
Часы на стене показывали без десяти шесть. Почти конец рабочего дня. Я сложила последние бумаги в стопку, закрыла ноутбук и направилась к лифту. Нажала кнопку вызова — кабина приехала почти сразу.
Двери открылись, и моё сердце пропустило удар. Внутри стояли участники CORTIS — вся группа целиком. Они оживлённо переговаривались.
«Ну конечно, — пронеслось в голове. — Именно сейчас, именно этот лифт...»
Я замерла на секунду, но отступать было поздно.
— Добрый вечер.— тихо пробормотала я и шагнула внутрь.
Старалась не смотреть ни на кого конкретно, особенно на Мартина. Опустила глаза, прижала к груди пустую папку. В голове лихорадочно металась мысль: «Надо отдать ему платок. Но как? ...»
Лифт медленно полз вниз. Группа продолжала болтать, обсуждать сет‑лист, шутить над каким‑то забавным случаем на репетиции. Я стояла у стенки, стараясь стать как можно незаметнее.
Мы почти доехали до первого этажа. Я поняла: сейчас все выйдут, и момент будет упущен.
Быстро, почти незаметно, я опустила руку в папку, вытащила аккуратно сложенный платок Мартина и вложила его внутрь, поверх пустых листов. Затем, сделав вид, что просто поправляю содержимое, чуть выдвинула папку вперёд.
— Ой, простите, — я слегка задела его локтем, будто случайно. — Вот, возьмите... тут, кажется, какие‑то бумаги для вас.
Он на мгновение замер, потом взял папку, слегка нахмурившись. Наши пальцы на долю секунды соприкоснулись.
— Хорошо, — коротко ответил Мартин, глядя мне прямо в глаза. В его взгляде мелькнуло что‑то.
Двери лифта открылись. Ребята отправились к выходу. Я вышла следом.
«Получилось?» — думала я, глядя, в сторону уходящей группы.
Глубоко вдохнула. Впервые за день на губах появилась лёгкая улыбка.
День, начавшийся с унижения, заканчивался... не так уж плохо.