Глава 4
Мия (Зеленоглазка)
Как только дверь закрылась за тремя парнями, которые подписали себе смертный приговор, я решила, что с этого дня сделаю всё, чтобы сделать жизнь Николаса Грейсона Кинга невыносимой. Даже если это будет стоить мне отчисления из университета. Нужно было сжечь машину к чёрту, а не царапать её — так ущерб был бы заметнее и весомее. Если царапины вывели его настолько из себя, то я представляю, что он сделает, когда я нанесу по-настоящему страшный удар по самолюбию Дьявола.
— Даже не смей, — голос Ви вывел меня из очень плохих мыслей. — Я прекрасно знаю, какие именно шестерёнки в твоей голове заработали, поэтому даже не смей, Мия, я серьёзно.
Ну конечно, она догадалась, что сейчас со мной происходит. Она всегда знала меня лучше всех. Иногда мне и вовсе казалось, что она знает меня лучше меня самой.
— Девочки, — Эми вышла из комнаты нашей новой соседки, с которой мне тоже нужно было разобраться сразу после того, как я закончу с Дьяволом. — Она такая классная! И вы не поверите, но она приехала с Кавказа! Я поверить не могу! — Я никак не разделяла её восторг, в отличие от Ванессы, которая явно заинтересовалась Мелиссой.
— Что такое Кавказ? — Ви выгнула бровь и вопросительно посмотрела на нашу подругу, у которой не сходила радостная улыбка с лица.
— Я никогда сама там не бывала, но очень много читала про него, — она направилась к нам, уселась на диван и скрестила ноги в турецкой позе. — Она там пока разбирает вещи. Я вам немного расскажу из того, что она поведала мне.
Ви уселась рядом с ней, и я посмотрела на ещё одну предательницу, которая смотрела на меня с чувством вины. Я понимала, что, если она смогла понравиться мне, то точно понравится и другой моей близкой подруге, и такой расклад событий меня вовсе не устраивал.
— Ну, в общем, она студентка по обмену, которая приехала из Кабардино‑Балкарии, — Эми еле‑еле смогла выговорить это длинное и явно русское название. Я и вовсе ничего не поняла, и, судя по лицу Ви, она тоже.
— Это регион, который расположен на юге Европейской части России, в центральной части Северного Кавказа. И именно там находится самая высокая гора Европы— Эльбрус, — от очередного коверкания слова мы с Ви вместе поморщились.
— Эм, мы не на уроке географии, нам незачем всё это пояснять. Давай ближе к делу и расскажи нам лучше о ней, — я была благодарна темноволосой красавице, которая спасла нас от лекции Эми. Эми слишком увлекалась географией — поэтому она и поступила на международные отношения.
— Мелисса Чеченова, 18 лет. Как вы уже поняли, она верующая. Хоть я и испугалась вначале и подумала, что она одна из тех фанатиков, но нет — она меня очень приятно удивила. Она такая крутая! За словами, конечно, в карман не полезет, но мне очень понравился этот стержень в ней, — и вновь эта улыбка до ушей. — Кстати, я сначала подумала, что она арабка или иранка, ну, вы поняли из‑за чего.
Конечно, мы поняли: она имела в виду платок.
— Но нет, она черкешенка. Я слышала и читала про них, — ну конечно, она читала.
— В общем, — она повернулась ко мне в пол‑оборота, и я прекрасно знала, что за этим последует, когда она посмотрела на меня своими щенячьими глазками.
— Нет, Ансельм, даже не думай и не смотри на меня так. Я не Ви, на меня твой взгляд, как у кота из «Шрека», не подействует. Ви даже не нужно уговаривать — она уже согласна, предательница. Меня окружают одни предатели.
— Мия, ну дай ей шанс. Я уверена, что она тебе понравится.
— Нет, — сказала я и, развернувшись, направилась в свою комнату. Я понимала, что мои слова прозвучали резче, чем следовало, но мне нужно было привести подруг в чувство и напомнить, почему я не подпускаю к себе никого.
Конечно же, они направились все за мной. Они всегда так делали — не оставляли меня одну. После того случая. Я знаю, что именно бабушка приложила к этому свою руку. Она боялась. Они все боялись, что это может снова повториться. Но я больше не та слабая и разбитая Мия. Больше нет. Но я знала, что они никогда не перестанут беспокоиться обо мне, проверять мои глаза и руки.
К сожалению, я понимала, что никогда не смогу избавиться от этого клейма и от желания при каждой проблеме тянуться в задний карман к желанному пакетику. И каждый раз, когда мои подруги замечали это, я видела в их глазах страх — тот самый страх, когда они нашли меня в тот день.
Полгода в реабилитационном центре принесли свои плоды, и я смогла стать нормальным подростком. Ну по меркам нынешних реалий. Даже нашла себе парня, который оказался настоящим козлом. Я даже не могу сказать, что любила его. Нет, это точно была не любовь. Просто он был мне нужен в тот момент — человек, который не знал прошлую версию меня. Человек, на котором я могла протестировать свой новый образ.
Новая Мия начала встречаться с самым популярным парнем в школе, отрастила волосы, выкинула все вещи, которые напоминали о прошлой жизни. Новая Мия стала королевой школы. Новая Мия стала той, которую хотели видеть все. Но только бабушка, Ви и Эми знали, что скрывается под всей этой маской стервозной и разбалованной принцессы: наркоманка, позор семьи и, самое главное, разочарование в жизни отца. В жизни матери я была никем — просто вещью, которую она иногда таскала с собой на светские мероприятия. Я будто была одной из её брендовых сумок.
— Ми, прости, я не должна была давить, — Эми взяла меня за руку и посмотрела прямо в глаза, и я вздрогнула. Я ненавидела, когда мне смотрели в глаза, но когда это делали Ви и Эми, то я испытывала глубочайший стыд. Заметив, как я вздрогнула, Эми сжала мою руку ещё крепче. — Родная, я больше не буду настаивать, но я думаю, что она — одна из тех, перед кем тебе не нужно будет притворяться, Ми.
Она глубоко вздохнула, и я взглянула на Ви, которая молча наблюдала за нашим диалогом. Я хотела смотреть куда угодно, но только не в глаза своей подруги, но почему‑то именно на них я всегда и натыкалась.
— Мы знаем, как тебе тяжело, правда, — я вновь перевела всё своё внимание на Эми, которая никак не хотела сдаваться. — Но тебе нужно выйти из зоны комфорта. Тебе нужны новые люди. Тебе нужно общаться с кем‑то, кроме нас и своей бабушки. Ми, ты не должна всегда бояться, что вернёшься в то...
— Эмили, — ледяной голос Ви остановил её перед тем, как она чуть не разбила мне сердце вновь. — Довольно. Она не маленькая и вполне способна сама решать, с кем ей стоит общаться, дружить и встречаться.
— Но... — начала было моя подруга, но в этот раз Ви подошла к ней вплотную, буквально вырвала её руки из моих и направилась к двери.
— Довольно. Идём за мной. Мие нужно отдохнуть, — но перед тем, как закрыть за собой дверь, я услышала полушёпот: — Всем нам это нужно.
Они не хотели этого признавать, но все они боялись прошлой Мии. Боялись, что я вернусь в то состояние, что снова отступлю, и тогда уже будет поздно. Я ненавидела себя за то, что доставляла подругам такой дискомфорт. Если бы я только могла доказать, что прошлой Мии больше нет. Она умерла в ту ночь два года назад. Но я лгала сама себе. Она была жива: глубоко внутри меня сохранилась частичка той девочки, которая оступилась. Очень сильно оступилась и упала в бездонную яму, из которой уже не выбраться. Я не могу побороть в себе ту часть, которая тянется к запретному, которая хочет забыться и наконец‑то перестать чувствовать эту пустоту внутри себя.
Я просто хочу быть снова живой. Хочу жить, как все нормальные люди, но я ненормальная. Я далека от общепринятой нормальности. Я не заслуживала этой жизни, этих друзей и своей бабушки. В день моего рождения должна была умереть я, а не мой двойняшка. Возможно, если бы у отца родился долгожданный сын, то всё могло сложиться иначе. Мои родители бы не развелись, любили друг друга и растили своего ребёнка в заботе и любви. Возможно, он бы получил всё то, что никогда не было у меня.
Слёзы начали скатываться по щекам. Я упала на кровать.
Спать не хотелось. Хотелось умереть.