Глава 48
Е Шаньшань проспал всего четыре часа.
Он уставился в однотонный потолок палаты, не в силах прийти в себя. Сердце всё ещё бешено колотилось, а сознание будто застряло в кошмаре. Во сне он видел, как Гун Юэ, весь в крови, падает прямо перед ним, и это было настолько страшно, что он боялся снова закрыть глаза.
Гун Юэ отдыхал с закрытыми глазами, но почувствовал, что с Е Шаньшанем что-то не так. Открыв их, он увидел, что тот смотрит на него в оцепенении, а его дыхание прерывается.
- Шаньшань, что случилось? Кошмар приснился?
- Да. - Е Шаньшань кивнул с задержкой в несколько секунд. Он нерешительно протянул руку и кончиками пальцев коснулся брови и века Гун Юэ, прошептав: - Мне только что приснилось, что ты весь в крови, лежишь на земле с закрытыми глазами, я зову тебя, а ты не откликаешься.
Закончив, Е Шаньшань подобрал сравнение: - Это самая пугающая сцена в мире.
Он действительно был глубоко потрясён.
Гун Юэ почувствовал, как тепло от прикосновения пальцев Е Шаньшаня капля за каплей проникает в его вены и достигает сердца.
- Не бойся, сны - это ложь.
Е Шаньшань кивнул: - Я тоже так думаю. Таких ранений и одного раза много. Когда врачи выносили тебя из машины, ты выглядел ужасно: лицо было белым-белым, ни кровинки.
Вспоминая те мгновения, Е Шаньшань всё ещё ощущал трепет. Он потёр сухие глаза и сменил тему:
- Слушай, я давно хотел спросить... Что всё-таки произошло? Крис рассказал мне часть истории: отец Истера хотел тебя похитить, и та авария тоже была его рук делом. А что было дальше?
Гун Юэ помолчал, его голос стал серьёзным:
- Отец Истера упомянул, что два года назад некий человек начал спонсировать его исследования в области генной модификации. Он называл его «Мистер S». Этот человек, похоже, хорошо знаком с проектом «Создание Бога». Он внушил отцу Истера, что если найти базовую генетическую карту, проект можно будет перезапустить.
Е Шаньшань мгновенно сообразил: - Базовая генетическая карта у тебя? Нет, постой... Эта генетическая карта и есть твоя?
Разговор был немного путаным, а темп речи - быстрым. Е Шаньшань перевернулся и сел, инстинктивно комкая пальцами одеяло. Он тщательно восстановил в памяти услышанное:
- Я никогда не слышал, чтобы исследователи на базе упоминали «базовую генетическую карту». Мама Юли тоже об этом не говорила, ни разу. Но если этой карты не существует, то стоящий за всем этим человек не стал бы так сильно рисковать и приходить дважды, верно?
Либо тот человек получил ложную информацию и ошибочно полагал, что «базовая генетическая карта» существует. Либо Гун Юли скрыла этот факт, поэтому никто из исследователей на острове о нём не знал.
Е Шаньшань и Гун Юэ переглянулись - очевидно, оба склонялись ко второй гипотезе.
- Мать тогда решительно настроилась присоединиться к проекту «Создание Бога». Отец говорил, что она сделала это ради меня. - А позже, когда Гун Юли взорвала остров Мишус, она даже не собиралась видеться с Гун Юэ в последний раз. Нет, вернее будет сказать: Гун Юли решила уничтожить весь остров до того, как Гун Юэ туда прибудет.
До этого Гун Юэ уже подозревал, что он как-то связан с проектом. И если он и был источником «базовой генетической карты», то всё сходилось.
В голове крутилось невероятное количество сумбурных мыслей. Е Шаньшань осторожно взглянул на Гун Юэ: - Брат, неужели ты, как и я... тоже «вылеплен»?
Е Шаньшань всегда считал, что его внешность, интеллект и прочие «данные» были буквально вылеплены исследователями в аппарате генетической модификации.
Гун Юэ покачал головой: - Когда я родился, мать ещё не присоединилась к проекту. - Значит, его «особенность» существовала ещё до начала программы.
- И то верно. - Е Шаньшань подпёр подбородок рукой, внезапно вспомнив вопрос, который они оба упускали из виду: - Чем занималась мама Юли до того, как вступила в проект?
На этот вопрос у Гун Юэ не было ответа.
Поскольку Гун Юли покинула семью Гун, бросив мужа и маленького сына вопреки всеобщему протесту, само её существование стало табу. Хотя все в семье знали, что Гун Юэ каждый год ездит навещать мать, имя «Гун Юли» никто никогда не произносил вслух.
Гун Юэ немного помолчал: - Когда рана немного заживёт, я отвезу тебя в поместье семьи Гун. - Вещи его родителей всё ещё хранились в том старом доме.
※※※
Гун Юэ нашёл предлог и посреди ночи увёз Е Шаньшаня домой. Семейный врач уже был наготове на случай непредвиденных осложнений.
Е Шаньшань успел вздремнуть в машине, так что, выходя из авто, он снова был полон сил и энергии.
Дядя Хоук приготовил ночной перекус. Е Шаньшань съел пару ложек и вдруг вспомнил о том, что отпрашивался со съёмок - за эти дни навалилось столько дел, что он почти забыл об этом.
- Дядя дворецкий, есть новости от моего менеджера по поводу отгула?
Дядя Хоук как раз готовил овощной салат: - Узнав, что у вас в семье случилось несчастье, режиссёр охотно дал добро. Однако он просил передать через господина Чжэна, что надеется на ваше скорейшее возвращение к работе. В противном случае ваши сцены в конце графика будут идти слишком плотно, что затруднит организацию процесса.
Е Шаньшань облегчённо вздохнул. Ему всё же очень нравился фильм «Наблюдатель» и роль Ху Яня.
На радостях Е Шаньшань съел лишние две миски риса, из-за чего среди ночи не мог уснуть от переедания.
※※※
Вернувшись в комнату, Е Шаньшань хлопотал вокруг Гун Юэ, ухаживая за ним. Вдруг ему пришла в голову мысль: - Брат, мы вернулись из больницы, ты хочешь помыться?
Е Шаньшань с беспокойством уставился на забинтованную рану Гун Юэ: - Рану нельзя мочить, а в левой руке у тебя совсем нет сил. Может... я помогу тебе помыться?
Не дожидаясь ответа, Е Шаньшань, решивший, что его «Великий Демон» только что пережил жизненное испытание и теперь заслуживает полного обслуживания, быстро провёл все приготовления. Затем он встал у входа в ванную и сделал приглашающий жест.
Заметив, что Гун Юэ стоит на месте, Е Шаньшань, прижимая к себе банное полотенце, взъерошил волосы: - Брат, ты не хочешь, чтобы я помог тебе помыться? Ладно, приведи весомый довод, и я подумаю, принимать его или нет.
Гун Юэ посмотрел на упрямого Е Шаньшаня с некоторой беспомощностью и в итоге сдался: - Хорошо, помоги мне.
Температура воды в ванне была идеальной - Е Шаньшань даже проверил её рукой, не переставая болтать:
- Твою рану нельзя мочить, так что будь осторожен, и я тоже буду очень аккуратен. Голову пока мыть не будем, рана слишком болит. Просто немного ополоснёмся, считай это психологическим утешением для твоего внутреннего перфекциониста.
- Хорошо.
«Врач» Е всегда любил послушных пациентов. Он выжал полотенце, протёр Гун Юэ лицо и заботливо вымыл за ушами.
Случайно ущипнув Гун Юэ за ухо, Е Шаньшань удивился: - Ой, брат, у тебя такие мягкие уши!
Вспомнив о чём-то, он вдруг рассмеялся: - Брат, так ты, получается, «мягкоухий»? Я слышал, говорят, что мужчины с мягкими ушами - подкаблучники! Ха-ха-ха! - Он сам же и рассмеялся своей шутке.
Умыв ему лицо, Е Шаньшань потянулся расстёгивать одежду Гун Юэ. Расстегнув пуговицы на рубашке, он не удержался и совершенно нагло пощупал пресс Гун Юэ - на ощупь всё было так же великолепно, как и раньше.
Блаженство!
Закончив с рубашкой, он перешёл к ремню. Е Шаньшань не заметил, что как только его руки коснулись талии Гун Юэ, тот весь напрягся.
Они были так близко, что Е Шаньшань чувствовал тонкий аромат кожи Гун Юэ. А мощная аура мужчины заставляла его чувствовать себя так, будто его полностью накрыло невидимым куполом, отчего становилось немного не по себе.
В душе Е Шаньшаня закралось странное чувство. Он и раньше помогал Гун Юэ снимать пиджак или что-то подобное, но почему сейчас ощущения были другими?
Сняв ремень, Е Шаньшань положил его на полку. Обернувшись, он инстинктивно взглянул на Гун Юэ и обнаружил, что тот тоже смотрит на него. Почему-то лицо Е Шаньшаня вдруг стало горячим, а сердце забилось на пару тактов быстрее.
Быстро включив вентиляцию, Е Шаньшань похлопал себя по щекам: «Неужели здесь слишком душно? Нехватка кислорода?»
С трудом усадив Гун Юэ в ванну, Е Шаньшань выдавил гель для душа и принялся усердно его мыть. Смыв пену чистой водой, он хотел было начать по второму кругу, но его руку внезапно крепко перехватила левая рука Гун Юэ: - Шаньшань, достаточно.
Е Шаньшань почувствовал, что его сжали даже немного больно, а ладонь Гун Юэ была просто обжигающей. Он забеспокоился: - Брат, у тебя жар? Может, выпьешь лекарство? - Он высвободил руку и потрогал лоб Гун Юэ.
- Шаньшань...
- А?
Гун Юэ посмотрел в полные тревоги глаза Е Шаньшаня, слова застряли в горле, и в итоге он лишь сказал: - В ванной у меня немного кружится голова, помоги мне выйти.
Услышав, что Гун Юэ нехорошо, Е Шаньшань занервничал: - Подожди, я принесу полотенце вытереть тебя. - Он повернулся за полотенцем, и у него почему-то по спине пробежал холодок.
Старательно вытирая воду с тела Гун Юэ, Е Шаньшань не замечал, что атмосфера стала какой-то странной. Он не удержался от удивлённого возгласа: - Брат, а ты, оказывается, «размера плюс»! XL? XXL?
Гун Юэ бросил взгляд на Е Шаньшаня и закрыл глаза, не проронив ни слова. Если бы у него были силы, он бы точно вытирался сам. Ведь это было настоящим... испытанием для его самоконтроля.
Приведя Гун Юэ в порядок, Е Шаньшань сам быстро принял душ и с ещё влажными волосами нырнул в постель под одеяло.
Выключив свет, Е Шаньшань всё ещё чувствовал, что с Гун Юэ что-то не так. Он повернулся на бок: - Брат, у тебя точно нет жара? Голова не кружится? Ничего не болит?
- Нет, - голос Гун Юэ был хриплым и в темноте звучал особенно низко. Е Шаньшань потер ухо - от этого голоса по телу побежали мурашки.
Перекинувшись ещё парой фраз, Е Шаньшань закрыл глаза, готовясь коснуться сна, но как ни пытался внушить себе сон, уснуть не мог - в голове крутилась одна мысль.
Он колебался и медлил, так что в груди даже заныло от невысказанного. В итоге Гун Юэ спросил первым: - Что ты хочешь спросить?
Подумав, что Его Величество просто на редкость проницателен, Е Шаньшань слегка кашлянул и с крайним любопытством спросил:
- Брат, если у тебя такой «большой размер», тебе не тяжело его... ну... носить с собой постоянно?
Он ворочался и не мог уснуть, размышляя именно над этим вопросом. А так как личного опыта не было, он, руководствуясь духом научных исследований, решил спросить у первоисточника.
Первоисточник: «...»