Глава 47
Чёрный «Майбах» резко затормозил перед входом в отделение экстренной помощи.
Двери распахнулись, подбежали врачи и общими усилиями переложили Гун Юэ на каталку, после чего быстро покатили в операционную. Е Шаньшань бежал следом до самых дверей, успев лишь мельком взглянуть на Гун Юэ, прежде чем створки захлопнулись.
В воздухе всё ещё висел запах крови, ударивший ему в нос. Е Шаньшаня начала бить крупная дрожь - словно в конце декабря, холод пробирал до самых костей.
- Господин Е, - позвал Крис. Сам он не пострадал, но его одежда была залита кровью Гун Юэ.
Заметив, что Е Шаньшань, не мигая, смотрит на пятна крови, Крис пояснил:
- Пулевое ранение предплечья не является сквозным, но рана от пули немаленькая, задеты крупные сосуды, поэтому потеря крови была большой. По дороге мы наложили давящую повязку, не стоит слишком беспокоиться.
- Спасибо, ты проделал большую работу, - Е Шаньшань снова посмотрел в сторону операционной. - Можешь рассказать подробнее? Получив сообщение, я поехал в кабинет Гун Юэ. Судя по записям с камер и диктофона, он заподозрил неладное с Истером и велел тебе тайно следовать за ним, верно?
Крис и дворецкий Хоук были людьми, оставленными родителями Гун Юэ. Если и был кто-то, кроме Е Шаньшаня, кому Гун Юэ мог хоть немного доверять, то только они.
- Да, - Крис взял из рук Е Шаньшаня воду и осушил полстакана залпом. - Тогда он ещё не был уверен до конца, поэтому велел мне взять людей.
Затем он подробно описал, как Гун Юэ прижал Истера пистолетом: - После этого мы следовали за ними до того заброшенного дома отдыха.
Е Шаньшань кивнул, показывая, что внимательно слушает.
- Примерно через полчаса после того, как он вошёл внутрь, мы получили сигнал к действию. По пути столкнулись с дюжиной подельников, разобрались с ними и поспешили на помощь. Когда мы вошли, Истер лежал без сознания, а молодой господин как раз прострелил плечо отцу Истера. Именно благодаря этому точному и быстрому выстрелу пуля, летевшая в него, отклонилась и попала в верхнюю часть плеча. Если бы не это смещение, правую руку было бы не спасти.
※※※
Операция длилась больше четырёх часов и закончилась только на рассвете. Е Шаньшань прождал всю ночь, сна не было ни в одном глазу, он просто тупо смотрел на двери операционной.
Когда Гун Юэ вывезли, хирург снял маску: - Пациенту вовремя остановили кровь, но рана слишком большая, наблюдаются симптомы сильной кровопотери. Кроме того, повреждены нервы и сосуды плеча, мы наложили швы, так что до их снятия никаких нагрузок, иначе рана разойдётся. Также в носоглотке обнаружены остатки постороннего газа - предположительно, миорелаксанты и наркоз, так что время пробуждения затянется, не пугайтесь.
Е Шаньшань прилип взглядом к Гун Юэ, выслушал врача и последовал за каталкой в палату.
Он бережно укрыл Гун Юэ одеялом. Глядя на бледное лицо мужчины, Е Шаньшань чувствовал колющую боль в сердце, словно его пронзили тысячью игл.
Остановив взгляд на обескровленных губах Гун Юэ, которые начали шелушиться, Е Шаньшань задумался, а потом, обмакнув палец в чистую воду, принялся аккуратно смачивать их, попутно что-то бормоча под нос:
- Великий Демон, просыпайся скорее. Если не проснёшься, я воспользуюсь случаем, заброшу учёбу и буду есть кучу сладкого.
Подумав, он добавил: - И тогда, когда ты проснёшься, ты увидишь, что у меня полный рот кариеса, я стану ужасно некрасивым, настолько, что на меня больно будет смотреть, я тебя до смерти напугаю.
Говоря это, он первым и рассмеялся.
Дверь в палату была приоткрыта. Дворецкий Хоук, входя, увидел, как пальцы Е Шаньшаня нежно касаются губ Гун Юэ, а в его взгляде сквозит глубокая преданность.
Увидев эту сцену, он невольно замер на пороге и лишь спустя мгновение тихо произнёс: - Господин Е, помощник Цинь Сюань час назад доставил домой документы на подпись, я привёз их сюда.
Он с тревогой посмотрел на неподвижного Гун Юэ: - Что касается этих документов...
- Я их подпишу, - Е Шаньшань взъерошил волосы, не будучи до конца уверенным. - Ведь получится же?
Дядя Хоук улыбнулся: - Конечно, господин Е. У вас всё получится. Просто продержитесь до пробуждения молодого господина, и всё наладится.
Семья Гун была далеко не такой мирной, какой казалась со стороны. Сейчас, когда Гун Юэ был в коме, если весть об этом просочится, неизвестно, что могут предпринять его дядюшки. Поэтому секретность была превыше всего.
Так что весь следующий день Е Шаньшань провёл за изучением отчётов, графиков и предложений. Он даже провёл две видеоконференции - разумеется, не включая камеру и используя программу для изменения голоса. Он притворился Гун Юэ, чей голос «охрип от сильной простуды», и никто даже не заподозрил подмены.
В конце концов, если в этом мире и был кто-то, способный безупречно скопировать манеры Гун Юэ, то это был Е Шаньшань.
Завершив этот квест по косплею Гун Юэ, Е Шаньшань почувствовал себя героем невидимого фронта.
Наконец дождавшись ужина, Е Шаньшань зачерпнул ложкой кусочек рёбрышка и поднёс к носу Гун Юэ, торжествующе произнеся:
- Понюхай, пахнет просто божественно! Жаль, что ты спишь и не можешь поесть. - С этими словами он отправил мясо в рот и довольно зажмурился.
Даже этот ужин в одиночестве прошёл для Е Шаньшаня в приподнятом настроении.
※※※
Гун Юэ пришёл в себя только на следующий вечер в семь часов - спустя тридцать шесть часов после выхода из операционной.
Открыв глаза, он увидел Е Шаньшаня, который примостил столик у края кровати. Стол был завален документами и ноутбуком. Сам Е Шаньшань сидел, подперев подбородок рукой; за ухом у него торчала красная ручка, а в зубах он зажал чёрную, напоминая прилежного студента за домашним заданием.
Должно быть, он был слишком сосредоточен, так как не заметил, что Гун Юэ очнулся.
Гун Юэ не проронил ни звука, просто молча и внимательно разглядывая профиль Е Шаньшаня. Он чувствовал, как буря эмоций внутри него постепенно стихает.
Е Шаньшань по привычке каждые две-три минуты поворачивал голову, чтобы проверить состояние Гун Юэ, а затем возвращался к «урокам». Так он поступил и в этот раз: бросил взгляд на Гун Юэ и уже собирался отвернуться...
- Стоп! Что я только что видел?!
Он, не веря своим глазам, снова повернул голову и встретился взглядом с Гун Юэ. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать происходящее, и Е Шаньшань даже протёр глаза.
Спустя пять секунд он округлил глаза и «вжжух» - подскочил на ноги, опрокинув табуретку.
Гун Юэ увидел, как Е Шаньшань пулей вылетает за дверь, во всю глотку крича: - Врача! Врача! Очнулся! Он правда очнулся!
Гун Юэ всегда ценил тишину, но голос Е Шаньшаня заставил его почувствовать невероятное облегчение.
Когда врачи закончили осмотр и ушли обсуждать назначения, в палате снова остались только они двое.
Е Шаньшань стоял в шаге от кровати, боясь даже вздохнуть поглубже - вдруг Гун Юэ исчезнет от малейшего дуновения.
Гун Юэ, видя его покрасневшие от недосыпа глаза, хотел было поманить его рукой, но действие лекарств ещё не прошло, и рука не слушалась. Пришлось заговорить: - Шаньшань, подойди поближе.
Услышав это знакомое «Шаньшань», Е Шаньшань почувствовал, как в носу защипало. Он сделал полшага вперёд: - Ты проспал целых тридцать шесть часов. - Сказав это, он легонько коснулся забинтованного места. - Больно?
Гун Юэ покачал головой: - Нет.
Прищурившись, Е Шаньшань с недоверием посмотрел на него: - Анестезия уже прошла, не может быть не больно. - С этими словами он коснулся виска Гун Юэ, который уже покрылся испариной.
Гун Юэ понизил голос и тут же «сменил показания»: - Очень больно. Вся рука до самого плеча ноет.
От этих слов Е Шаньшань снова расстроился. Он присел на корточки у кровати и, сложив губы трубочкой, несколько раз подул на повязку:
- Сейчас я на тебя немного подую «волшебным воздухом», и сегодня же всё заживёт.
- Хорошо. - Глядя на тёмные круги под глазами Е Шаньшаня, Гун Юэ спросил: - Ты когда в последний раз спал?
Е Шаньшань моргнул и совершенно честно (как ему казалось) соврал: - Совсем недавно спал. - И тут же сменил тему: - Ты голоден? Я попросил дядю дворецкого приготовить кашу, можешь немного поесть. Вообще-то там ещё есть рёбрышки, но тебе их пока нельзя. Кхм, я их не съем, оставлю тебе.
Гун Юэ не стал его разоблачать: - Тогда я поем немного каши, я проголодался.
Услышав, что тот хочет есть, Е Шаньшань мигом выскочил из палаты и вскоре вернулся с миской каши. Закатав рукава и взяв ложку, он с энтузиазмом заявил: - У тебя в руках ещё нет сил, я тебя покормлю!
Дождавшись кивка, он принял боевую стойку, сосредоточенно зачерпнул ложку каши, остудил её и осторожно поднёс к губам Гун Юэ, то и дело переспрашивая: «Не горячо? Точно не горячо?»
Проглотив еду идеальной температуры, Гун Юэ выдохнул: - Очень вкусно.
Несмотря на то, что он был лишь «доставщиком еды», Е Шаньшань чувствовал невероятную гордость. Скармливая Гун Юэ по ложечке, он и сам почувствовал голод, так что периодически отправлял ложку и в свой рот. Вскоре миска опустела.
Гун Юэ позволил ему вытереть уголки рта, а затем произнёс: - Мне холодно спать одному.
- А? - Е Шаньшань опешил. - Это из-за потери крови? - Он задумался. - Может, сделать кондиционер потеплее?
Гун Юэ покачал головой: - Ложись ко мне. Вместе поспим, так теплее будет.
Е Шаньшань решил, что это отличный план. Он скинул куртку, обувь и носки и юркнул под одеяло.
Сначала он хотел расспросить Гун Юэ о подробностях того, что случилось во время нападения, но то ли от того, что Гун Юэ очнулся и напряжение спало, то ли от дикой усталости, не прошло и полминуты, как его веки сомкнулись.
Гун Юэ чувствовал тепло Е Шаньшаня. - Спокойной ночи, Шаньшань.
※※※
Когда дворецкий Хоук вошёл, чтобы забрать посуду, он увидел, что Е Шаньшань крепко спит, прижавшись к Гун Юэ. Следуя указаниям Гун Юэ, он надел на Е Шаньшаня шумоподавляющие наушники и только тогда негромко заговорил: - Вы наконец-то пришли в себя.
- Да, заставил вас поволноваться. - Гун Юэ посмотрел на дворецкого. - Как долго Шаньшань не спал?
- С того самого момента, как вы пропали, господин Е не смыкал глаз. Получается, он не отдыхал более сорока часов. Я пытался уговорить его прилечь, но он не мог оставить вас, хотел караулить лично.
Гун Юэ перевёл взгляд на спящего юношу: - А Крис?
- Крис вместе с Истером вернулись в поместье. - С этими словами он пересказал события последних двух дней.
Дослушав, Гун Юэ уточнил: - Всю работу делал Шаньшань?
- Да, так как состояние вашего здоровья нельзя было предавать огласке, господин Е все силы направил на решение этих вопросов.
Даже при том, что Е Шаньшань часто касался дел корпорации, внезапно взвалить всё на себя - это была колоссальная нагрузка. Гун Юэ с трудом кивнул, обдумывая услышанное. - Как только Шаньшань проснётся, поедем домой.
Хоук удивился: - Но, молодой господин, ваша рана...
- Ничего серьёзного, - Гун Юэ посмотрел на прикорнувшего рядом Е Шаньшаня, и его голос заметно смягчился. - Он не любит запах больничной дезинфекции.