7
Прошла неделя. Неделя, которая изменила всё.
Саша просыпалась каждое утро с лёгкой улыбкой на лице, потому что знала: стоит ей выйти на крыльцо с чашкой чая, как она увидит Глеба. Он тоже вышел в привычку выходить во двор по утрам с кофе, и они обменивались своими тайными улыбками. Никаких громких слов, никаких лишних жестов. Просто «доброе утро» глазами.
И этого было достаточно.
Они не говорили друзьям. На шашлыках, когда все собирались снова, они держались естественно, как простые соседи. Глеб шутил с ребятами, Саша болтала с Юлей, и никто не замечал, как их взгляды пересекаются чуть дольше, чем нужно, или как их руки случайно касаются, когда они передают друг другу тарелку.
Но по вечерам, когда компания расходилась, они оставались вдвоём.
В тот вечер, когда все разъехались, Глеб подошёл к Саше, пока она собирала свою сумку.
— Останешься? — спросил он тихо, так, чтобы никто не услышал.
Она подняла на него глаза и кивнула. Юля уже ушла с Артёмом, Слава с Давидом куда-то поехали, и во дворе снова стало тихо.
— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал Глеб, беря её за руку.
Он повёл её не в дом, а в глубь сада, к маленькой калитке, которую она раньше не замечала. Калитка вела в небольшой заросший садик, который скрывался за домом. Там стояла старая деревянная скамейка, вся увитая диким виноградом, и стоял маленький пруд с кувшинками.
— Я его нашёл, когда купил дом, — сказал Глеб. — Никогда никому не показывал. Даже Артёму. Это моё место.
Саша ахнула. Тишина здесь была другой — спокойной, почти волшебной. Вода в пруду переливалась в свете луны, и слышно было, как где-то вдалеке поют сверчки.
— Глеб, это невероятно, — прошептала она.
— Я хотел, чтобы ты увидела это, — сказал он, садясь на скамейку и потянув её за руку. — Я хочу, чтобы ты знала, что это место теперь и твоё.
Она села рядом, и он обнял её за плечи, притягивая к себе. Она положила голову ему на плечо, и они сидели так в тишине, глядя на воду.
— Мне никогда не было так спокойно, — призналась она. — С тобой.
— Мне тоже, — ответил он.
Он поцеловал её в макушку, и она закрыла глаза, чувствуя, как его дыхание касается её волос.
Через несколько дней у Саши была съёмка в центре города. Она фотографировала молодую пару у Исаакиевского собора, и день был солнечным и лёгким. Мартина она оставила дома, но всё равно думала о нём, а заодно — о Глебе. Она даже не заметила, как начала улыбаться, вспоминая его.
Вернувшись домой, она заметила, что на калитке висит записка. Она сняла её и прочитала: «Жду тебя на крыльце. У меня сюрприз».
Саша усмехнулась, быстро переоделась в лёгкое платье и выбежала из дома. Глеб сидел на крыльце своего дома с двумя стаканами лимонада и улыбнулся, увидев её.
— Ты звал, — сказала она, подходя.
— Садись, — он указал на место рядом с собой. — У меня новости.
Она села, чувствуя, как он протягивает ей холодный стакан.
— Я записал трек, — сказал он. — И он... он про тебя.
Саша замерла. Она не ожидала такого, и её сердце бешено забилось.
— Про меня? — переспросила она. — Глеб, ты серьёзно?
— Да, — он смотрел прямо на неё, и в его глазах не было ни капли шутки. — Я не хотел говорить тебе раньше, но я не могу молчать. Ты вдохновила меня. С тобой я чувствую себя по-другому. И я решил записать это.
Она смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.
— Я могу его услышать?
Глеб помедлил секунду, а потом кивнул и взял телефон, подключив его к маленькой колонке. Музыка заиграла, и Саша услышала его голос — низкий, хрипловатый, читающий слова, которые были наполнены теплом, нежностью и какой-то особенной глубиной. Она слушала и понимала, что каждое слово — про неё.
Когда трек закончился, Саша сидела молча, не в силах сказать ни слова. Глеб смотрел на неё, и в его глазах читалось лёгкое волнение.
— Ты как? — спросил он.
Она повернулась к нему и вместо ответа поцеловала его. Он удивился на мгновение, но тут же ответил на поцелуй, притягивая её ближе. Его руки обвили её талию, а её пальцы запутались в его светлых волосах.
— Это прекрасно, — прошептала она, отрываясь от его губ. — Ты прекрасен. Твой трек... я даже не знаю, что сказать...
— Не говори ничего, — сказал он, касаясь носом её носа. — Просто будь рядом.
Она улыбнулась и кивнула.
В тот вечер они сидели в его саду, пили лимонад и молчали. Но молчание было правильным. Саша смотрела, как луна отражается в пруду, чувствуя, как его рука лежит на её колене, и понимала, что это и есть счастье.
Когда она уже собиралась домой, Глеб вдруг сказал:
— В субботу будет концерт. В клубе. Я выступаю. Я хочу, чтобы ты пришла.
— Я приду, — ответила она, не раздумывая.
— Только, — он замолчал на секунду, — если ты будешь там, я, наверное, не смогу не смотреть на тебя.
Она засмеялась и прикоснулась к его руке.
— Тогда я постараюсь стоять так, чтобы ты видел меня.
Он наклонился и снова поцеловал её, на этот раз мягче, спокойнее.
Когда Саша зашла в дом, Мартин уже спал на диване. Она подошла к нему, погладила по голове и села рядом, улыбаясь своим мыслям.
В субботу, за несколько часов до концерта, Саша стояла перед зеркалом и выбирала платье. Она хотела выглядеть красиво, но не слишком вычурно. Наконец она остановилась на серебристом платье длиной до колен, с открытыми плечами. Оно было простым, но изящным. Волосы она оставила распущенными, только чуть подкрутила кончики. Надела колье с цветком на шею, и её образ был завершён.
Перед выходом она написала Глебу: «Я выхожу. Волнуюсь за тебя».
Ответ пришёл почти мгновенно: «Я волнуюсь за себя. Буду искать тебя в зале».
Клуб оказался небольшим, с тёмным залом и яркими огнями сцены. Саша вошла внутрь и сразу почувствовала атмосферу — музыку, шум, смех. Она увидела Юлю, которая махала ей рукой из первого ряда.
— Саша! Иди сюда! — крикнула она.
Саша пробралась к ней, и они обнялись.
— Глеб очень волнуется, — сказала Юля. — Я его никогда таким не видела. Ты на него как-то влияешь.
— Надеюсь, это положительно, — улыбнулась Саша.
— Ой, даже не сомневайся, — засмеялась Юля.
Через пару минут свет погас, и сцена зажглась. Вышел Глеб, и Саша почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Он был в чёрной футболке и джинсах, с микрофоном в руках, и его светлые волосы были взъерошены. Он оглянул зал и встретился взглядом с ней. Улыбка тронула его губы.
Заиграла музыка, и Глеб начал читать. Его голос звучал мощно и уверенно, и Саша слушала его с открытым ртом. Это было невероятно. Тексты были глубокими, а его энергия заполняла весь зал. Она смотрела на него и не могла поверить, что этот талантливый, сильный, страстный человек каждый вечер сидит с ней на скамейке в тихом саду и говорит о простых вещах.
А когда он начал исполнять новый трек — тот, который написал для неё, — Саша почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. Он смотрел прямо на неё, и казалось, что весь мир исчез. Остались только они двое.
После концерта Саша стояла у входа в клуб, когда Глеб вышел к ней.
— Ты была там, — сказал он, улыбаясь. — Я видел тебя.
— Ты был невероятен, — ответила она.
Он обнял её, прямо на улице, прижимая к себе так крепко, как будто боялся отпустить. Саша почувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её.
— Саша, — сказал он тихо ей на ухо. — Я хочу, чтобы ты знала. Я не представляю своей жизни без тебя.
Она отстранилась и посмотрела в его зелёные глаза. Там было столько тепла и искренности, что у неё перехватило дыхание.
— Я тоже, — прошептала она.
И поцеловала его.
На этот раз не было тайн. Юля и Артём, стоявшие неподалёку, засвистели, закричали и захлопали в ладоши.
— Я же говорил! — закричал Артём. — Я знал!
— Саша, ты наша теперь! — крикнула Юля.
Глеб и Саша рассмеялись, не отрываясь друг от друга.
— Кажется, секрет раскрыт, — сказала она.
— Похуй, — усмехнулся Глеб. — Теперь я могу целовать тебя на глазах у всех.
И он снова поцеловал её, чувствуя, как наконец-то всё встало на свои места.
А через неделю они сидели на той же скамейке у пруда, и Саша смотрела на луну, думая о том, как всего за несколько недель её жизнь перевернулась. Она переехала в новый дом, встретила мужчину, который стал её сердцем.
— Глеб, — сказала она тихо.
— М? — он повернулся к ней.
— Спасибо, что был рядом. Спасибо, что помог с Мартином. Спасибо, что написал тот трек. Спасибо за... всё.
Он усмехнулся и поцеловал её в лоб.
— Саша, — сказал он. — Ты же знаешь — без благодарностей.
Она рассмеялась, положив голову ему на плечо.
— Завтра я жду тебя на завтрак. С омлетом.
— Я приду, — ответил он.
Они сидели молча, слушая тишину, и Саша знала — это только начало. Их история только начиналась.