Глава 14
Через пару минут, которые показались тебе вечностью, тяжелая дубовая дверь заброшенного туалета с грохотом распахнулась. В помещение пулей влетела профессор Макгонагалл с поднятой волшебной палочкой, а следом за ней, тяжело дыша и гремя сумкой с зельями, вбежала мадам Помфри. Плакса Миртл испуганно кружила под потолком, указывая на вас пальцем.
— Мерлинова борода! — в ужасе воскликнула Макгонагалл, когда её взгляд упал на залитый окровавленной водой пол, избитого Теодора у тебя на коленях и тебя — дрожащую, заплаканную, в испачканном кашемировом свитере. — Что здесь произошло?!
— Профессор, быстрее, он теряет кровь! — захлебываясь слезами, закричала ты.
Мадам Помфри среагировала мгновенно. Она упала на колени прямо в лужу рядом с вами, даже не заботясь о подоле своей чистой мантии. Колдомедик быстро взмахнула палочкой над грудью Теодора, шепча сложные диагностические заклинания.
— Множественные переломы ребер, сильное внутреннее кровотечение, потеря крови критическая! — отрывисто заговорила Помфри, вытаскивая из сумки флакон с густым фиолетовым зельем. — Мисс, отойдите, дайте мне место! Профессор Макгонагалл, мне нужны носилки! Срочно!
Ты послушно отползла в сторону, нехотя разжимая пальцы и выпуская руку Теодора. Твое тело продолжало крупно дрожать. Макгонагалл взмахнула палочкой, и в воздухе соткались мягкие серебристые носилки. Мадам Помфри влила несколько капель зелья в приоткрытый рот Нотта, и его мучительный стон наконец утих — зелье подействовало как сильное обезболивающее.
С помощью магии они аккуратно подняли израненное тело Теодора и переложили на носилки. Лицо парня оставалось смертельно бледным, но дыхание стало чуть более ровным.
— Мы немедленно забираем его в Больничное крыло! — скомандовала мадам Помфри, и носилки плавно поплыли по воздуху к выходу.
Профессор Макгонагалл задержалась на секунду. Она строго, но с глубоким сочувствием посмотрела на твою мокрую, испачканную фигуру и твои дрожащие, окровавленные руки.
— Мисс, идите следом в Больничное крыло. Мадам Помфри осмотрит и вас тоже, — твердо сказала декан Гриффиндора. — А после того, как мистеру Нотту окажут помощь, вы пройдете в кабинет директора и расскажете мне и профессору Снейпу абсолютно всё. Кто бы это ни сделал, они будут немедленно исключены из Хогвартса и отправлены под суд.
Ты кивнула, глотая слезы, и, шатаясь от слабости, побрела по коридору вслед за уплывающими носилками, молясь только о том, чтобы Теодор выжил.
Ты набралась смелости и рассказала профессорам всю правду. Сидя в кабинете директора, дрожа от пережитого ужаса и кутаясь в испачканный свитер Теодора, ты сквозь слезы поверила обо всем. Ты рассказала про подлый обман Малфоя с галеонами, про то, как банда Слизерина подкараулила Теодора в заброшенном туалете, и про то, как грязно и пошло Драко лапал тебя и целовал в шею, пока Нотт истекал кровью на полу.
Когда ты закончила говорить, в кабинете повисла зловещая, ледяная тишина.
Лицо профессора Макгонагалл перекосилось от праведного гнева. Её губы сжались в тонкую линию, а палочка в руке мелко задрожала.
— Нападение толпой на своего сокурсника… Грязные домогательства к студентке… Это не просто нарушение школьных правил, это уголовное преступление! — громко и жестко произнесла декан Гриффиндора.
Но страшнее всего выглядел профессор Снейп, который присутствовал на допросе как декан Слизерина. Его лицо стало бледным как мел, а в черных глазах вспыхнула такая холодная, уничтожающая ярость, что тебе захотелось забиться под кресло. Малфой был его любимчиком, но то, что Драко совершил такую подлость, нарушив все законы чести, стало для Северуса личным оскорблением.
— Сидите здесь, мисс, — глухо, пугающе тихо произнес Снейп, стремительно направляясь к выходу, и его черная мантия взметнулась, словно крылья летучей мыши. — Профессор Макгонагалл, вызовите авроров из Министерства магии. Я лично приведу этих ничтожеств. Люциус Малфой не отмоет своего сына от этого позора.
Уже через полчаса Малфоя, Крэбба и Гойла под конвоем привели в кабинет. Драко, еще недавно такой смелый и пошлый, теперь трясся как осиновый лист, размазывая кровь по разбитому лицом Теодору. Снейп и Макгонагалл не стали слушать его трусливые оправдания. Прямо на твоих глазах у них изъяли волшебные палочки, объявили об их немедленном и позорном исключении из Хогвартса и передали в руки прибывших министерских авроров. Малфою теперь грозил реальный срок в Азкабане за разбой и домогательства. Справедливость восторжествовала.
Как только с допросом было покончено, ты со всех ног бросилась в Больничное крыло.
Там было тихо и пахло лечебными травами. Теодор лежал на дальней кровати у окна. Его раны были аккуратно перевязаны мадам Помфри, лицо очищено от крови, а дыхание стало ровным и глубоким — он спал под действием усыпляющего зелья.
Ты тихонько пододвинула стул, села рядом и нежно взяла его большую, теплую ладонь в свои руки. Слезы облегчения покатились по твоим щекам. Ты прижалась губами к его пальцам, зная, что теперь, когда враги наказаны, вы оба наконец-то в полной безопасности.
Спустя несколько часов Теодор слабо пошевелился. Его ресницы дрогнули, и он медленно открыл свои темные глаза. Увидев тебя, сидящую рядом в его зеленом свитере, он слабо, но так невероятно тепло улыбнулся. Его пальцы из последних сил сжали твою руку.
— Привет, пуффендуйка… — хрипло, едва слышно прошептал он, превозмогая слабость. — Ты… ты как? Этот подонок… он больше не трогал тебя? С тобой всё в порядке?
Даже лежа на больничной койке, избитый и слабый, он первым делом думал только о твоей безопасности. Ты прижалась щекой к его ладони, улыбаясь сквозь счастливые слезы, и тихо ответила:
— Всё хорошо, Тео. Теперь всё хорошо. Их выгнали из школы навсегда. Мы в безопасности.
Теодор облегченно выдохнул, прикрыл глаза и потянул твою руку на себя, приглашая лечь рядом. Ты аккуратно пристроилась на краю его кровати, уткнувшись носом в его плечо, и он крепко обнял тебя здоровой рукой, засыпая уже спокойным, исцеляющим сном. Ваша любовь прошла через самый страшный шторм и стала только сильнее.