Глава 13
Как только тяжелая дубовая дверь заброшенного туалета с грохотом захлопнулась за сбежавшим Малфоем и его бандой, в помещении повисла удушающая, мертвая тишина, нарушаемая лишь тихим журчанием воды из разбитых раковин.
Ты осталась совершенно одна. Все твои силы иссякли. Шок от грязных поцелуев Малфоя, пережитый ужас и осознание собственного бессилия окончательно раздавили тебя. Ты обессиленно поползла по мокрому, холодному кафелю туда, где без чувств лежал Теодор.
— Тео… Теодор, пожалуйста, очнись… — твой голос сорвался на беспомощный, хриплый писк.
Ты упала на колени прямо в лужу окровавленной воды рядом с ним. Твоё тело колотила крупная, непрекращающаяся дрожь. Дрожащими, испачканными в крови руками ты аккуратно приподняла его голову, бережно устраивая её у себя на коленях, прямо на мягкой ткани его темно-зеленого свитера.
Из твоих глаз хлынули жгучие, безудержные слезы. Ты разрыдалась в полную силу, больше не пытаясь сдерживаться. Громкие, отчаянные рыдания эхом разносились по мрачному заброшенному туалету. Капли твоих слез смешивались с кровью на бледном, избитом лице Теодора, когда ты наклонилась над ним, судорожно пытаясь прижать его к себе как можно крепче.
— Прости меня… это я виновата, во всём виновата я! — навзрыд плакала ты, утыкаясь носом в его окровавленную рубашку. — Зачем ты поднялся ради меня? Зачем… Пожалуйста, не умирай, Теодор, умоляю тебя! Открой глаза, посмотри на меня… Мне так страшно!
Ты судорожно прижимала ладони к его разорванной рубашке на груди, пытаясь своими маленькими пальцами зажать глубокие раны, откуда продолжала медленно сочиться багровая кровь. Но кровь проступала сквозь твои пальцы, и от этого паника накрывала тебя с головой. Ты целовала его холодные, искусанные губы, его разбитый лоб, омывая его лицо своими горькими слезами, и продолжала безутешно рыдать, моля все силы вселенной, чтобы он просто сделал глубокий вдох.
Прямо сейчас тебе было абсолютно плевать на Малфоя, на пошлые оскорбления и на весь мир вокруг. Единственное, что имело значение — это израненный парень у тебя на руках, который отдал за тебя последние силы.
Сквозь тяжелую, глухую пелену беспамятства Теодор почувствовал твои горячие, горькие слезы, капающие на его избитое лицо. Твои отчаянные рыдания и судорожные объятия долетели до его угасающего сознания. Его грудь тяжело, со свистом вздохнула. Испачканные в крови пальцы парня слабо, едва ощутимо дернулись на мокром кафеле и нашли твою ладонь, слегка сжав твои пальцы в ответ. Он не мог открыть глаза, но этот слабый жест говорил о главном: он слышит тебя. Он еще жив.
В ту же секунду из дальнего унитаза с оглушительным, фонтанирующим всплеском воды вылетела Плакса Миртл. Она собиралась, как обычно, громко завыть о своей несчастной доле, но, увидев развернувшуюся перед ней картину, подавилась собственным криком.
— О Мерлин! Что здесь… Ой! — Миртл испуганно зависла в воздухе, прижав полупрозрачные ладони к лицу. — Кровь! Столько крови! Вы что, умереть здесь решили?! Прямо в моем туалете?!
— Миртл, пожалуйста! — закричала ты сквозь рыдания, поднимая на нее полные отчаяния глаза. — Позови кого-нибудь! Мадам Помфри, Снейпа, Макгонагалл… Кого угодно! Теодор умирает! Пожалуйста, помоги!
Привидение, обычно капризное и вредное, на этот раз увидело твой неподдельный, дикий ужас. Твои слезы и окровавленный шестикурсник Слизерина на твоих коленях по-настоящему напугали ее.
— Живой! Он еще живой! Я сейчас! Я мигом! — испуганно заверещала Миртл.
Она резко развернулась в воздухе и со свистом вылетела сквозь глухую каменную стену туалета, отправляясь на поиски преподавателей с громкими, пронзительными криками, которые эхом разнеслись по всему коридору третьего этажа.
Ты снова осталась одна, но теперь у вас появился шанс. Ты крепче прижала голову Теодора к своей груди, укрывая его полами его же теплого свитера, и продолжала тихо плакать, шепча ему на ухо, что помощь уже близко.