Глава 12
На следующий день после уроков замок казался тихим. Ты шла по мрачному, отдаленному коридору третьего этажа, укутавшись в тот самый темно-зеленый свитер Теодора, который теперь придавал тебе сил.
Проходя мимо заброшенного мужского туалета, ты внезапно услышала за глухой деревянной дверью приглушенные голоса. Сердце испуганно пропустило удар, когда до тебя отчетливо донеслось: «Нотт...» и «Теодор». Голос принадлежал Драко Малфою, и в нем не было привычного высокомерия — только трусливая, ядовитая злость.
Забыв про всякую осторожность и свойственную тебе скромность, ты со всего размаху толкнула тяжелую дверь и ворвалась внутрь.
Картина, отрывшаяся перед глазами, заставила твою кровь застыть в жилах. Посреди разбитого, залитого водой кафельного пола лежало тело. Это был Теодор. Его некогда безупречная белая рубашка была разорвана и покрыта багровыми пятнами, лицо представляло собой сплошное месиво из синяков и ссадин, а из рассеченной брови хлестала кровь. Над ним, тяжело дыша и сжимая кулаки, стояли Драко Малфой, Крэбб и Гойл.
Ты всё поняла без слов. Малфой не простил Теодору вчерашний позор в вестибюле. Подкараулив его втроем в заброшенном месте, они жестоко и подло избили его толпой.
— Теодор! — в ужасе закричала ты, бросаясь прямо на мокрый грязный пол.
Ты упала перед ним на колени, полностью проигнорировав слизеринцев. Твои руки задрожали, когда ты осторожно коснулась его плеч и начала аккуратно трясти его.
— Тео, о Мерлин, пожалуйста, очнись! Посмотри на меня! Тео!
Нотт не смог открыть глаза. От твоих прикосновений его израненное тело содрогнулось, и он лишь тихо, мучительно застонал, едва заметно сжав пальцы на мокром кафеле. Он был слишком слаб.
Дикий, удушающий страх за любимого человека мгновенно перерос в яростное отчаяние. Ты резко поднялась с колен, загораживая собой лежащего на полу Теодора. Слезы душили тебя, но ты упрямо вытерла их рукавом его свитера и посмотрела прямо на Малфоя. Твои кулаки были сжаты, а голос, вопреки всему, прозвучал громко и твердо:
— Оставьте его в покое! Хватит! Не трогайте его больше! — закричала ты, делая шаг вперед и закрывая Теодора своим телом. — Это из-за меня всё произошло! Из-за меня вы его ненавидите! Если вам так хочется сорвать на ком-то злость — трогайте меня! Бейте меня, проклинайте, делайте всё, что хотите! Я заслуживаю этого больше, это я во всем виновата! Только не трогайте его, пожалуйста...
Ты стояла перед тремя крупными слизеринцами, маленькая, дрожащая пятикурсница с Пуффендуя, готовая принять любой удар, лишь бы защитить парня, который вчера рискнул ради тебя всем.
Драко Малфой ядовито усмехнулся, услышав твои отчаянные крики. Вместо того чтобы испугаться или уйти, он сделал широкий шаг вперед, брезгливо переступая через растекающиеся по кафелю лужи крови и воды. Крэбб и Гойл шумно загоготали за его спиной, ощетинившись волшебными палочками и окончательно перекрывая единственный выход из заброшенного туалета.
— Какая трогательная самоотверженность, — процедил Драко, останавливаясь вплотную к тебе. От него пахло дорогим одеколоном и застоявшейся сыростью. — Смотри на меня, нищенка. Живо подними глаза и смотри мне в лицо, когда разговариваешь с наследником Малфоев!
Ты назло ему осталась стоять неподвижно, намертво сцепив зубы. Ты упрямо опустила голову и уставилась на мыски своих старых ботинок, наотрез отказываясь подчиняться его приказам. Этот молчаливый протест взбесил слизеринца еще сильнее.
— Я сказал — смотреть мне в глаза! — агрессивно выкрикнул Малфой.
Его рука резко взметнулась вперед. Драко с силой, до боли впился пальцами в твой подбородок и грубо, дерганым движением задрал твою голову вверх, заставляя встретиться с его безумным, полным злобы взглядом. Но на этом он не остановился. Почувствовав свою абсолютную безнаказанность в этом заброшенном туалете, Малфой опустил свободную руку на твое плечо и скользнул пальцами ниже, с силой сминая мягкую ткань темно-зеленого кашемирового свитера Теодора.
Он начал откровенно и грязно лапать тебя, намеренно пытаясь унизить, растоптать твое достоинство и причинить боль прямо на глазах у беспомощного Нотта.
— Раз уж Нотт так усердно ломал ради тебя комедию, давай проверим, из-за чего он так взбесился, — прошипел Драко, сжимая твоё плечо до синяков и притягивая тебя ближе к себе.
Ты задохнулась от омерзения и жуткого страха, попыталась дернуться назад, но Крэбб и Гойл мгновенно шагнули ближе, готовые перехватить тебя в любой момент.
На полу, среди окровавленной воды, послышался судорожный, хриплый вдох. Теодор, услышав твои испуганные всхлипы и ядовитый голос Малфоя, начал медленно приходить в сознание. Его пальцы, испачканные в крови, судорожно поползли по карману порванной мантии в поисках волшебной палочки.
Драко зашел слишком далеко, окончательно потеряв человеческий облик от безнаказанности и слепой ярости. Его прикосновения стали откровенно пошлыми и мерзкими. Он грубо прижал тебя к себе, запуская руки под огромный свитер, и грязно прошептал тебе прямо в губы оскорбительные вещи, от которых у тебя перехватило дыхание от ужаса и омерзения. Ты отчаянно забилась в его руках, пытаясь ударить его или вырваться, но Малфой лишь сильнее вжимал тебя в холодную стену, а Крэбб и Гойл продолжали мерзко хихикать, наблюдая за твоим унижением.
— Пусти! Пусти меня, мразь! Помогите! — закричала ты во весь голос, и из твоих глаз брызнули слезы абсолютного бессилия.
Твой отчаянный крик о помощи не остановил Малфоя. Напротив, он почувствовал себя абсолютным хозяином положения в этом заброшенном туалете. Его ухмылка стала еще более омерзительной, а прикосновения — пугающе пошлыми. Драко грубо вжал тебя в холодную, сырую стену, блокируя руками любые твои попытки вырваться или ударить его.
— Кричи, кричи сильнее, пуффендуйка, — грязно прошептал он тебе прямо в губы, обжигая мерзким дыханием. — В этот туалет никто не заходит годами. Твой чистокровный защитник сейчас сдохнет в собственной крови, а ты сполна заплатишь за то, что из-за тебя меня вчера унизили.
Малфой бесцеремонно запустил руку под твой свитер, с силой сжимая твою талию и заставляя тебя задыхаться от отвращения и жгучих слез. Ты изо всех сил дергала головой, пытаясь увернуться от его грязных поцелуев, но Крэбб и Гойл стояли рядом, довольно ухмыляясь и готовые в любой момент скрутить тебя, если ты начнешь сопротивляться активнее.
Ты забилась в тисках Малфоя, задыхаясь от слез, страха и подступающей тошноты.
— Помогите! Кто-нибудь! Пусти! — твой сорванный голос эхом бился о старый грязный кафель заброшенного туалета, но ответом была лишь зловещая тишина.
Ты понимала, что помощи ждать неоткуда. В этот отдаленный коридор на третьем этаже никто не заглядывал неделями. Ты осталась совершенно одна против троих жестоких слизеринцев, и даже твоя собственная палочка, спрятанная в кармане мантии, была сейчас заблокирована крепкой хваткой Драко. Ты была абсолютно бессильна.
Поняв, что ты в его полной власти, Малфой стал действовать еще наглее и омерзительнее. Игнорируя твои попытки отвернуться, он грубо перехватил твои запястья одной рукой, прижимая их к стене над твоей головой. Его вторая рука бесцеремонно сжала твою талию сквозь ткань свитера, а сам он резко наклонился и начал грубо, пошло целовать тебя в шею, оставляя липкие, обжигающие следы на твоей коже.
— Кричи сколько хочешь, нищенка, — грязно прошептал Драко тебе прямо в ключицу, заставляя тебя содрогаться от жгучих слез и омерзения. — Тебе никто не поможет. Никто не придет.
А на полу, всего в двух шагах от этого кошмара, в луже ледяной окровавленной воды все еще лежал неподвижный Теодор. Его разорванная белая рубашка окончательно пропиталась багровой кровью. Но сквозь тяжелую пелену беспамятства до его угасающего сознания долетели твои испуганные всхлипы, этот пошлый шепот Малфоя и звук его грязных поцелуев.
В этот момент внутри умирающего Теодора что-то окончательно взорвалось. Дикая, первобытная ярость буквально заставила его израненное тело двигаться вопреки всякой логике и смертельным травмам.
Из его груди вырвался глухой, страшный, похожий на звериный рык.
Теодор судорожно вздохнул и, превозмогая адскую боль в сломанных ребрах, резко рванулся с мокрого кафеля. Его пальцы, испачканные в крови, намертво, мертвой хваткой вцепились в воротник мантии Малфоя со спины. Нотт с такой неописуемой силой дернул Драко на себя, что тот с испуганным воплем отлетел от тебя, с грохотом врезавшись спиной в раковины.
Ты наконец освободилась и, тяжело задыхаясь, сползла по стене на пол, закрывая лицо руками и дрожа всем телом.
Перед тобой стоял Теодор. Он едва держался на ногах, его шатало из стороны в сторону, а с подбородка на грудь капала свежая кровь. Но взгляд его потемневших глаз, устремленный на замерших от шока слизеринцев, был взглядом безумца, готового убивать за тебя. В его дрожащей руке была намертво зажата волшебная палочка, направленная прямо в лицо Малфою.
— Если ты... ублюдок... еще раз прикоснешься к ней... — хрипло, выплевывая кровь, процедил Теодор сквозь зубы. — Я применю Круциатус. И мне плевать на Азкабан. Убирайтесь вон. Все трое. Живо!
Крэбб и Гойл, увидев этот сумасшедший, страшный взгляд Нотта, растеряли всю свою наглость. Они подхватили бледного как смерть, трясущегося Малфоя под руки и, испуганно пятясь, со всех ног выскочили из туалета, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Как только они исчезли, палочка с тихим стуком выпала из ослабевших пальцев Теодора. Последние силы покинули его, глаза закрылись, и он тяжело, без чувств рухнул обратно на мокрый пол, истекая кровью прямо у твоих ног.