Глава 11
Магическая вспышка погасла, оставив после себя лишь тихий звон в ушах. Силы, которые секунду назад питали твой гнев, мгновенно испарились. Осознание того, что Теодор рискнул своей магией ради клятвы, а Малфой просто растоптал твою душу ради мести, окончательно сломало тебя.
Ноги стали ватными. Ободранные колени с глухим стуком ударились о холодный каменный пол подземелья. Ты упала прямо перед ним, полностью опустошенная, и зашлась в новом приступе рыданий. Огромный кашемировый свитер, который Теодор продолжал держать в руках, мягко опустился рядом с тобой.
— Я... я не знаю... Теодор, я не знаю! — судорожно глотая воздух, сквозь слезы закричала ты, обхватив себя руками за плечи. — Я ничего не знаю! Мне так страшно... Я так запуталась! Все вокруг смотрят на меня как на пустое место... Малфой говорил так уверенно... Я просто испугалась, что ты тоже... что ты тоже поиграл со мной! Я не знаю, кому верить, я запуталась!
Твой голос сорвался на беспомощный, детский хрип. Ты сжалась в комок прямо на полу, пряча лицо в ладонях. Ты не знала, как теперь смотреть ему в глаза после всех тех страшных слов, что успела наговорить.
Теодор не колелился ни секунды. Увидев, как ты рухнула, он мгновенно опустился на колени прямо перед тобой, наплевав на дорогую одежду и холодный грязный камень.
— Тише, маленькая моя, тише... Всё позади, — его голос прозвучал невероятно нежно, с надрывом.
Он аккуратно, но крепко обхватил тебя руками, притягивая к себе. Его сильные ладони легли на твою спину и затылок, бережно прижимая твою голову к своей груди. Ты снова почувствовала его бешено колотящееся сердце и знакомый, родной запах хвои. Теодор слегка покачивал тебя из стороны в сторону, словно убаюкивал, и тихо шептал слова утешения прямо тебе в волосы:
— Верь мне. Только мне, слышишь? Больше никто и никогда не посмеет тебя обидеть. Я уничтожу любого, кто встанет между нами. Мне не нужен никакой Слизерин, если в нем нет тебя. Больше не бойся. Я здесь. Я держу тебя.
Ты вцепилась пальцами в его рубашку, содрогаясь от рыданий, которые постепенно утихали под мерный стук его сердца. Ощущение его надежных рук окончательно смывало остатки боли и страха, возвращая тебе долгожданный покой.
Ты перестала всхлипывать, вглядываясь в его невероятно теплые, полные нежности глаза. Твои руки, до этого судорожно сжимавшие его рубашку, медленно поднялись выше и робко легли Теодору на плечи.
Внутри тебя больше не осталось ни капли страха, недоверия или стыда. Было только огромное, бьющее через край чувство благодарности и любви к этому парню, который ради тебя разбил лицо Малфою и рискнул собственной магией.
Ты слегка подалась вперед и, мягко притянув его за плечи к себе, сама робко прижалась своими губами к его губам.
Этот поцелуй отличался от того, что был в библиотеке. В нем не было детской неловкости или случайности — ты целовала его осознанно, вкладывая в это прикосновение все свои невысказанные извинения, всю свою нежность и безграничное доверие. Твои губы всё еще немного дрожали после слез, но они были теплыми и отзывчивыми.
Теодор на секунду замер от неожиданности, не ожидая от своей скромной пуффендуйки такого смелого шага. Но уже в следующий миг он тихо, восхищенно выдохнул прямо тебе в губы. Его ладони, лежавшие на твоих щеках, переместились на затылок, пальцы запутались в твоих волосах, и он ответил на поцелуй с такой глубокой, собственнической страстью и одновременно невероятной бережностью, что у тебя окончательно закружилась голова.
Вы целовались прямо там, сидя на холодном каменном полу мрачного коридора Слизерина, но вам обоим казалось, что вы находитесь на вершине Астрономической башни под теплым звездным небом. Этот поцелуй окончательно стер все обиды и поставил жирную точку в коварном плане Малфоя.
Когда Теодор медленно, неохотно отстранился, его дыхание было рваным, а на губах играла самая счастливая улыбка на свете. Он прижался своим лбом к твоему, тяжело дыша и не выпуская тебя из крепких объятий.
— Значит... ты меня точно простила? — тихо, с лукавой хрипотцой в голосе спросил он, аккуратно заправляя еще одну пушистую прядь тебе за ухо.
Ты крепко зажмурилась, утыкаясь носом в его рубашку, и твои маленькие пальцы судорожно сжались на дорогой ткани. Рыдания постепенно утихали, уступая место огромному, всепоглощающему чувству вины. Тебе было невыносимо стыдно за то, что ты наговорила ему, за то, что усомнилась в его искренности после всего, что он для тебя сделал.
— Прости меня… Пожалуйста, Теодор, умоляю тебя, прости меня! — твой голос дрожал и прерывался от тихих всхлипов. — Я… я наговорила тебе таких ужасных вещей! Обзывала тебя… Я не должна была этого делать! Я дура, господи, какая же я дура… Пожалуйста, не ненавидь меня, умоляю! Я просто так испугалась… Прости меня, пожалуйста…
Ты лепетала эти слова без остановки, захлебываясь собственными слезами, и пыталась спрятать лицо в изгибе его шеи, словно надеялась, что так он не увидит твоего позора. Ты искренне боялась, что после такого всплеска недоверия Теодор просто развернется и уйдет.
Но Нотт лишь сильнее сжал объятия. Его ладонь мягко зарылась в твои растрепанные пушистые волосы, прижимая твою голову к своему плечу.
— Тише, глупенькая, ну прекрати, — тихо, с бесконечной любовью и грустной усмешкой прошептал он тебе прямо на ухо. — Ну всё, успокойся. Я не злюсь на тебя. Слышишь? Абсолютно не злюсь.
Теодор аккуратно отстранил тебя от себя всего на пару сантиметров, чтобы заглянуть в твое заплаканное лицо. Его большие, теплые ладони нежно легли на твои пылающие щеки, а большие пальцы стали бережно смахивать дорожки от слез. В его темных глазах не было ни капли обиды — только безграничное, взрослое понимание.
— Тебе абсолютно не за что просить прощения, — мягко сказал он, заставляя тебя посмотреть на него. — Это я должен был предвидеть, что Малфой попытается выкинуть нечто подобное. Ты защищалась, и я тебя понимаю. Мне просто было больно, что ты посчитала меня способным на такую низость. Но теперь всё хорошо. Я рядом. Слышишь? Я никогда не стану тебя ненавидеть.
Он наклонился и трепетно, очень нежно поцеловал тебя в лоб, заставляя твое измученное сердце наконец-то успокоиться и поверить, что этот кошмар действительно закончился.