Чего он не знает

На следующее утро.

Впервые за то, что казалось вечностью, я проснулась без каких-либо обязательств.

Никаких смен. Никаких занятий. Никаких дел.

Просто целая суббота в моём распоряжении.

Я потянулась в кровати, издала довольный вздох и выкатилась из-под одеяла. Моё тело всё ещё ныло после прошлой смены, но одна мысль о целом дне покоя подняла мне настроение.

Как только я вышла из комнаты, запах бекона и яиц ударил в нос.

Я прошлёпала на кухню, и там стоял Джонатан у плиты, тихо напевая себе под нос, пока переворачивал бекон, словно какой-то домашний бог.

Большая ошибка.

Я подкралась к нему сзади, бесшумная, как ниндзя, а затем протянула руку и схватила его за бока.

Джонатан подскочил так резко, что чуть не отправил сковороду в полёт.

«Джулс, твою ж мать!» — рявкнул он, хватаясь за грудь. «У меня в руке буквально нож!»

Я усмехнулась. «Что ж, хорошо, что я медсестра, да?»

Джонатан покачал головой, издал смешок и вернулся к плите. «Ты меня угробишь».

Я усмехнулась, запрыгнула на кухонную стойку и лениво свесила ноги.

«Итак, что на меню, шеф?»

«Яйца и бекон».

Я вскинула кулак в воздух. «О да, блин».

Джонатан закатил глаза. «Ты ведёшь себя так, будто я тебя никогда не кормлю».

«Не кормишь. Я жертва халатности».

«О боже, заткнись».

Через пять минут мы сидели за обеденным столом, уплетая свои тарелки, и я издала преувеличенный вздох удовлетворения.

«Боже, как же хорошо иметь день, когда не нужно делать абсолютно ничего», — сказала я, откинувшись на спинку стула. «Только я, моя кровать и сладкий, сладкий звук тишины».

Я ожидала, что Джонатан засмеётся или согласится, но вместо этого он странно на меня посмотрел.

Я нахмурилась. «Что?»

«Ничего».

Я прищурилась. «Джонатан».

Он вздохнул, потирая затылок. «Просто... тут кое-что намечается сегодня попозже».

У меня внутри всё сразу упало.

«Что именно?»

«Ничего масштабного, — быстро сказал он, — просто пара человек зайдёт. Бассейн, гриль, напитки. Мы с Финнеасом вчера всё организовали».

Я уставилась на него в ужасе. Затем медленно, драматично уронила голову на стол.

«Убей меня».

Джонатан издал драматичный вздох, жуя кусочек бекона и качая головой.

«Джулс, ты должна прийти».

Я застонала в столешницу. «Абсолютно нет».

«Да ладно, будет весело, — настаивал он. — Тебе нужно немного социального взаимодействия в жизни, которое не связано с проверкой чьего-то давления».

Я приподняла голову ровно настолько, чтобы на него посмотреть. «Я общаюсь с людьми всё время».

«Угу. — Он откинулся на спинку стула, скрестив руки. — Если под "людьми" ты имеешь в виду бессознательных пациентов и ворчливых врачей, то да».

«Я общаюсь с тобой», — заметила я.

«Да, и именно это я и имею в виду. Тебе нужно расширить круг общения, пока ты не забыла, как вести нормальные человеческие разговоры».

«Я общаюсь с Энджи».

«Энджи — исчадие ада, так что не считается».

Я фыркнула, отодвинув тарелку, как капризный ребёнок.

«Зачем ты это делаешь со мной?»

«Потому что ты превращаешься в затворницу, — просто сказал Джонатан. — И, если честно, я не припомню, чтобы ты делала что-то весёлое с тех пор... ну, вообще когда-либо».

«Это неправда».

«Да? Назови одну весёлую вещь, которую ты сделала за последний месяц».

Я открыла рот — и закрыла его.

Джонатан усмехнулся. «Вот именно».

Я вздохнула, понимая, к чему всё идёт. «Я действительно, правда тебя ненавижу».

«Неправда».

Я провела руками по лицу. «Ладно, но кто придёт?»

«Просто кое-кто из обычных. Финнеас. Пара человек со студии».

Я прищурилась. «Билли?»

Джонатан замялся.

Я указала на него пальцем. «Ты замялся».

«Может быть, заглянет», — признался он, запихивая в рот кусок яиц.

Я снова застонала, вторично уронив голову на стол. «Джонатан. Почему ты не начал с этого?»

«Потому что знал, что ты будешь маленькой драматической королевой», — сказал он, беззастенчиво ухмыляясь.

Я издала долгий, страдальческий вздох, уставившись в потолок, словно умоляя о божественном вмешательстве.

«Ладно, — пробормотала я. — Я приду».

Джонатан вскинул кулак, выглядя слишком довольным собой.

«Видишь? Это было не так уж сложно».

«Хочу, чтобы ты знал: я делаю это под протестом», — сказала я, нацелив на него вилку.

«Принято к сведению», — сказал он, всё ещё ужасно самодовольный.

Я запихнула в рот ещё кусок яиц, уже мысленно готовясь к катастрофе, которая меня ждала.

---

Позже тем же днём.

Солнце стояло высоко, музыка играла громко, и запах еды с гриля наполнял воздух, пока люди собирались вокруг бассейна Джонатана.

Джонатан был у гриля, переворачивая бургеры, словно организовывал барбекю на Четвёртое июля, а Финнеас болтал с парой их друзей-продюсеров. Атмосфера была лёгкой, расслабленной, непринуждённой.

Я достала пастельно-жёлтое бикини из самого дальнего угла своего шкафа — такое, которое я носила, наверное, сто лет назад, потому что сейчас оно сидело ужасно тесно, облегая моё тело и едва прикрывая задницу.

Не идеал. Но ладно.

Я развалилась на одном из шезлонгов у бассейна, наслаждаясь солнцем, когда внезапно...

Сильные руки схватили меня.

Прежде чем я успела среагировать, Джонатан запустил меня в бассейн.

Я издала драматичный визг, беспорядочно размахивая руками, когда ударилась о воду с плеском.

На долю секунды я слышала только приглушённую тишину под водой.

Затем я вынырнула на поверхность, задыхаясь, откидывая мокрые волосы назад.

«Ты покойник, Джонатан!» — завопила я, схватив его за руку и стащив за собой.

Он ударился о воду с громким всплеском, и люди у бассейна засмеялись, когда мы оба вынырнули.

«Так тебе и надо, мудак», — сказала я, вытирая воду с лица, пока он отплёвывался.

«Ага, конечно, — пробормотал он, усмехаясь и брызгая в меня водой.

Я заметила, что Финнеас направляется к бассейну, собираясь прыгнуть.

Я подняла руку.

«Мистер О'Коннелл, я же буквально сказала вам держать руку сухой как минимум сутки», — сказала я, приподняв бровь и показывая на его забинтованную руку.

Финнеас вздохнул, побеждённый, засмеялся и отступил назад. «Ладно, я буду паинькой».

Джонатан воспользовался моментом, чтобы снова брызнуть в меня, и я набросилась на него, усмехаясь, мы боролись в воде, смеясь, как дети.

А затем...

Она вошла.

«Простите, что опоздала, ребята».

Билли.

Она только что пришла и одним плавным движением стянула через голову свою огромную футболку.

А под ней — ярко-розовое бикини.

Клянусь Богом, весь мир перестал вращаться на секунду.

Её тело было безумным — подтянутым и мягким во всех нужных местах, изгибы спускались и поднимались, словно грёбаный шедевр.

И самая лучшая часть?

Ей было всё равно.

Она просто бросила футболку на стул, поправила трусики бикини, будто это ничего не значило, и поприветствовала Финнеаса, прежде чем без колебаний прыгнуть в бассейн.

Никакой неловкости. Никаких сомнений. Никакой застенчивости.

Всегда такая спокойная.

Всегда такая чертовски непринуждённая.

Билли вошла в воду без малейшего сомнения, её тело плавно рассекло поверхность, а затем она вынырнула, проведя рукой по мокрым волосам, словно в грёбаном клипе.

Я сделала вид, что не смотрю.

Я потерпела жалкое поражение.

Джонатан едва взглянул на неё, прежде чем пробормотать: «Долго же ты».

Билли закатила глаза, потянувшись руками вверх, будто у неё было всё время мира. «Расслабься, король гриля, я же пришла, нет?»

«О, заткнись».

Прежде чем она успела увернуться, Джонатан легко подхватил её, перекинув через плечо, будто она ничего не весила.

«Джонах, нет —»

Слишком поздно.

Он отправил её прямо под воду, и Билли ударилась о воду с громким всплеском.

Джонатан гордо рассмеялся, а Билли вынырнула, выплёвывая воду и сверкая на него глазами.

«Ты реальная угроза, чувак», — сказала она, вытирая лицо, но всё равно улыбаясь.

«Ещё какая».

Билли просто покачала головой, смеясь, и подплыла к бортику, слишком крутая, чтобы признать, что ей весело.

Затем Финнеас крикнул с патио: «Еда готова!»

Я вздохнула с облегчением — наконец-то побег.

Я вылезла из бассейна, схватила полотенце и завернулась в него, но, когда повернулась к столу, я что-то почувствовала.

Взгляд на мне.

Я подняла глаза — и вот оно. Билли смотрела.

Не просто смотрела.

Пялилась.

Её голубые глаза вцепились в меня, интенсивные, немигающие, будто она только что заметила то, что не должна была.

А затем до меня дошло.

О. Мой. Бог.

Эти крошечные трусики от бикини.

Те самые, которые едва прикрывают мою задницу, которые я не носила годами, которые теперь оставляют слишком многое открытым.

Я замерла, сильнее сжав полотенце, лицо горело.

Взгляд Билли медленно скользнул с моей спины к лицу, а затем...

Она усмехнулась.

Я сглотнула, заставляя себя вести себя нормально. «Идёшь есть?» — спросила я, мой голос был слишком непринуждённым.

Билли пожала плечами, опираясь локтями о край бассейна. «Если только там нет овощей с гриля, то, наверное, нет».

Я приподняла бровь. «Что, ты на диете, что ли?»

Билли коротко рассмеялась и покачала головой. «Нет, тупица. Я веган».

Я моргнула. «Ох».

Она усмехнулась, явно забавляясь моей реакцией. «Ага. Сюрприз».

Я фыркнула, закутавшись в полотенце ещё сильнее.

Отлично. Мало того что Билли Айлиш только что уставилась на мой полуголый зад, так она ещё и смеётся надо мной.

---

День на самом деле оказался очень весёлым.

Было бесконечное поддразнивание со стороны Билли, игры в бассейне и Финнеас, который хмурился на обочине из-за того, что не мог залезть в воду.

В какой-то момент Джонатан зажёг костровую яму, и мы все расселись вокруг неё, языки пламени отбрасывали мягкий золотистый свет на ночь. Джонатан взял в руки гитару, пальцы легко перебирали мелодию, и после некоторых уговоров Билли начала петь.

И, чёрт возьми.

Она пела.

Не так, как по радио, не так, как на тех грандиозных стадионных выступлениях, которые я видела на YouTube — это было другим.

Это было сырым, интимным, обнажённым, и казалось, что она пела ни для кого и для всех одновременно. Вся компания замолчала, полностью загипнотизированная.

А затем она закончила.

Я всё ещё смотрела, когда она повернулась и встретилась со мной глазами.

Чёрт.

Она заметила.

Уголок её рта изогнулся вверх, совсем чуть-чуть, будто она застала меня за чем-то. Я быстро отвела взгляд, чувствуя себя нелепо.

Прежде чем я успела начать паниковать, Билли внезапно встала и озорно усмехнулась.

«Кто последний в бассейне — тот писюн».

Хаос.

Все вскочили на ноги, спотыкаясь о стулья и сбивая напитки в гонке к воде.

Финнеас даже не пошевелился, просто лениво показал ей средний палец с усмешкой. «Иди ты, Билли».

Билли рассмеялась, побежав к бассейну вместе с остальными.

В тот момент, когда мои ноги коснулись воды, прохладное облегчение накрыло меня, но прежде чем я успела полностью это осознать...

Билли поплыла прямо ко мне.

Джонатан был в другом углу бассейна, полностью поглощённый агрессивной «куриной дракой» его соревновательная сторона взяла верх. Билли, с другой стороны, уставилась на меня.

Она подплыла ближе, остановившись чуточку слишком близко, её голос низкий, забавный, дразнящий.

«Итак... — она наклонила голову, наблюдая за мной слишком пристально, — ты расскажешь мне, на что ты там смотрела, или мне просто предположить, что ты была загипнотизирована моим ангельским голосом?»

Я моргнула, полностью застигнутая врасплох.

«Я-я не смотрела», — солгала я, плохо.

Билли усмехнулась. «М-м-м. Конечно, нет».

Она подплыла ближе, невозмутимая, уверенная в себе, а у меня быстро заканчивался бассейн, чтобы отступать.

«Не волнуйся, Джульетта, — сказала она голосом низким и плавным, её голубые глаза на долю секунды скользнули к моим губам, прежде чем снова вцепиться в мои. — Если ты захочешь услышать, как я пою снова... всё, что тебе нужно — это попросить».

Я умру.

Она была внезапно слишком близко.

Слишком близко. Слишком тепло. Слишком много.

Моё дыхание перехватило, пульс пропустил удар, когда её руки под водой нашли мои бёдра, пальцы вдавились в мою кожу достаточно сильно, чтобы живот скрутило.

Её голубые глаза дрогнули — сначала к моим губам, затем обратно к моим глазам.

Я тонула, и не из-за бассейна.

Я не могла пошевелиться.

Я не хотела шевелиться.

Мир вокруг нас исчез — музыка, всплески, далёкий смех.

Остались только она и я, вода между нами наэлектризованная чем-то тяжёлым, чем-то опасным.

Я сглотнула, моё дыхание участилось, кожа горела, несмотря на прохладную воду. Я чувствовала её, чувствовала лёгкое сжатие её пальцев, медленное движение её тела к моему, притяжение чего-то, что я не смела назвать.

А затем...

«Билли, ты в моей команде!»

Голос Джонатана разрубил момент, как кувалда, разбив вдребезги то, что, чёрт возьми, только что произошло.

Билли моргнула, её пальцы соскользнули с моей талии, а затем она усмехнулась — словно ничего не случилось.

Она развернулась, уплывая от меня без колебаний, к Джонатану, который махал ей, подзывая на свою сторону бассейна.

И вот так просто...

Всё кончилось.

Моя грудь сжалась, кожа покалывала от чего-то безымянного, чего-то, с чем я не могла справиться прямо сейчас.

Чёрт.

Билли была под запретом.

Мне нужно было выбраться из этого бассейна.

Я протолкнулась через воду, поднялась по ступенькам, схватила полотенце и закуталась в него, как в доспехи. Моё сердце всё ещё колотилось, дыхание было неровным, когда я повернулась к дому.

«Ты куда?» — крикнул мне вслед Джонатан.

Я не обернулась.

«В туалет», — солгала я, голос напряжённый.

А затем я практически побежала внутрь, в свою комнату, захлопнула за собой дверь, прижалась к ней спиной и наконец выдохнула тот воздух, который задерживала.

Что за хрень только что произошла?