Чего он не знает

Несколько дней спустя.

Люминесцентные больничные лампы тихо жужжали над головой, когда я стянула перчатки и бросила их в мусорку.

«Одним меньше, — пробормотала я, выдыхая и поворачиваясь к Энджи, своей коллеге, которая, наверное, была единственной причиной, почему я ещё не сошла с ума после этих изнурительных смен. — И ещё сотня впереди».

Она произнесла это бесстрастно, но с усталой усмешкой потянулась.

Мы только что закончили ставить капельницу пациенту, и впервые за несколько часов у нас появилась минутка, чтобы перевести дыхание.

«Клянусь, я буду видеть во сне физраствор», — простонала я, потирая висок.

«Аналогично, — сказала Энджи, наклонив голову. — Ну что нового? Какие захватывающие события в твоей драматичной жизни уровня мыльной оперы?»

Я усмехнулась. «Ты имеешь в виду мою жизнь, которая состоит из учёбы, работы и редких перекуров с сэндвичем над кухонной мойкой?»

«Именно».

Я вздохнула и покачала головой. «Ну, если хочешь знать... мой брат случайно стал лучшим другом Билли Айлиш».

Энджи замерла на полшаге, глаза расширились. «Стоп. Что?»

«Ага». Я сняла стетоскоп с шеи и намотала на запястье. «Видимо, он встретил её брата на каком-то мероприятии, и теперь они тусуются, как будто это норма».

Энджи моргнула, а затем хитро улыбнулась. «Ладно, но что важнее — я сегодня видела, как твой брат тебя высаживал! Почему ты никогда не говорила, что Джонатан такой... сексуальный красавчик?»

Я закатила глаза и толкнула её в плечо. «О боже, заткнись».

«Я просто говорю, — поддразнила она, уворачиваясь от очередного толчка. — Если ему когда-нибудь понадобится симпатичная медсестра в его жизни, передай, что я варю отличный кофе и шикарно выгляжу в медицинской форме».

«Я тебя ненавижу», — пробормотала я, но всё равно смеялась, пока мы шли по коридору.

Мы толкнули двери в следующую палату, где ждал наш следующий пациент — высокий рыжеволосый мужчина с добрыми глазами, спокойно сидевший на смотровом столе, положив руку на колено.

«Мистер О'Коннелл?» — поприветствовала я, взяв планшет.

«Это я», — сказал он, мягко улыбнувшись.

«Вам нужны швы, верно?» — спросила я, просматривая его карту.

«Да, небольшой порез», — ответил он совершенно непринуждённо, будто это был обычный вторник. Энджи сделала шаг назад, позволяя мне взять на себя инициативу, пока она наблюдала — я всё-таки ещё была студенткой.

«Хорошо, мне нужно задать вам несколько вопросов, прежде чем мы начнём».

Я начала стандартный опрос, спросив об аллергиях, лекарствах, истории болезней. Он вежливо отвечал на всё, словно делал это сотню раз раньше.

Я взяла шприц с местным анестетиком, аккуратно подготавливая обезболивание, прежде чем накладывать швы...

И тут дверь распахнулась.

«Финнеас, чёртов идиот, — раздался знакомый голос, раздражённый и резкий. — Ты даже хлеб не можешь порезать, чтобы не пораниться?»

Я замерла на полпути.

Энджи подняла взгляд.

И вот так просто Билли Айлиш вошла в мою больницу.

Её взгляд метнулся ко мне, и долю секунды она выглядела удивлённой, а затем её лицо осветилось узнаванием.

«О, чёрт — Джулс! Привет!»

Я моргнула, и мой мозг потратил добрых пять секунд, чтобы осознать реальность. Финнеас посмотрел на нас обоих в замешательстве. «Подождите, вы что, знакомы?»

«Да, — усмехнулась Билли. — Она младшая сестра Джонатана».

Брови Финнеаса взлетели вверх. «Да ладно».

Билли усмехнулась, подтолкнув его. «Серьёзно».

Они оба рассмеялись, явно развлекаясь, пока я сидела и осознавала, что в моей руке сейчас игла, нависшая над братом Билли.

«Эм, простите, что вмешиваюсь, — влезла Энджи, скрестив руки, с amused, но намеренно невозмутимым видом. — Но у Джульетты в руке буквально игла, и, может быть, мы сначала закончим с ушиванием, а потом уже будем расслабляться?»

Билли подняла руки в знак капитуляции и сделала шаг назад. «Виновата, виновата».

Затем, вместо того чтобы уйти, она непринуждённо плюхнулась на стул рядом с Финнеасом, скрестив руки, и её взгляд метнулся ко мне.

«Не обращай на меня внимания», — сказала она, наблюдая, как я успокаиваю руки и сосредотачиваюсь на швах.

Но она определённо смотрела.

И я определённо сходила с ума.

Я наложила последний шов. Руки были неподвижны, дыхание ровным. Несмотря ни на что — несмотря на то, что Билли смотрела на меня, будто я была самым интересным объектом в комнате, — я сохранила фокус. Когда я завязала шов и откинулась назад, Энджи тихо присвистнула.

«Джулс. Ты прирождённый хирург».

Я усмехнулась, потянувшись за бинтом. «Может, мне стоит брать за свои таланты дополнительную плату».

Финнеас хмыкнул, пока я аккуратно бинтовала его руку.

«Обязательно приходите через дней десять, чтобы снять швы, — проинструктировала я, переключаясь в полный режим медсестры. — Старайтесь держать область сухой как минимум 24 часа. Если начнёт опухать или будет выглядеть инфицированным, приходите раньше».

«Понял», — сказал он, слегка сгибая пальцы, а затем поморщившись.

Я стянула перчатки, бросила их в мусорку и взяла его карту, чтобы обновить данные для лечащего врача.

И вот тогда Билли встала.

Она подошла — медленно, без спешки, будто у неё было всё время мира.

Я старалась игнорировать её присутствие как могла, строча последние заметки.

Затем она слегка наклонилась, достаточно близко, чтобы я почувствовала тепло её тела рядом.

«Надо сказать, — прошептала она низким, плавным голосом, — ты впечатляюще обращаешься с иглой».

Я замерла на полсекунды, ручка замерла над бумагой, прежде чем я подняла на неё взгляд.

Её выражение лица было беспечным, нечитаемым, но в глазах было что-то — что-то игривое, дразнящее, знающее.

Я слегка наклонила голову, приподняв бровь.

«Что ж, — сказала я, подражая её тону, — если тебе когда-нибудь понадобится помощь, я принимаю без записи».

Билли не отвела взгляда, её усмешка всё ещё задерживалась, будто она раздумывала над моим предложением.

«Хорошо знать», — сказала она, голос стал чуть ниже, достаточно дразнящим, чтобы у меня скрутило живот.

Я выдавила короткий смешок, покачала головой и вернулась к заполнению заметок Финнеаса, делая вид, что мой пульс не предаёт меня.

«Ты закончила флиртовать с моей медсестрой? — поддразнил Финнеас, ухмыляясь и сгибая забинтованную руку. — Или мне уйти?»

Билли цокнула языком. «Я не знаю, флиртую ли я?»

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, заставляя себя не реагировать, а Энджи — которая подозрительно долго молчала — издала звук, будто ей всё это слишком нравится.

«Ладно, Казанова, — сказала она, усмехнувшись Билли, прежде чем повернуться к Финнеасу. — Пойдём, проверим тебя, чтобы ты снова не истёк кровью на своей кухонной стойке».

Финнеас закатил глаза, но встал, слегка потянувшись. «Да-да. Ещё раз спасибо, Джульетта».

«Всегда пожалуйста», — сказала я, закрывая его карту и откладывая в сторону.

Билли смотрела на меня на одно лишнее мгновение, будто раздумывая, сказать ли что-то ещё, но вместо этого просто подарила мне последнюю усмешку перед тем, как сунуть руки в карманы своих мешковатых штанов.

«Увидимся, Джулс».

И с этим она вышла за братом, оставив меня стоять там, чувствуя, будто земля подо мной больше не была устойчивой.

Как только дверь за ними закрылась, Энджи издала самый преувеличенный вздох в моей жизни.

«Какого чёрта это только что было?!»

Я застонала, уже жалея о своём существовании.

«Ничего».

«Ничего?! Детка, ты буквально флиртовала с Билли Айлиш, пока зашивала её брата! Это было не «ничего»!»

Я схватила новую пару перчаток и бросила ей в лицо.

«Я тебя ненавижу».

Она расхохоталась, легко увернувшись. «О нет, ты меня обожаешь. И мне нравится, чёрт возьми, что это было. Ты покраснела».

«Ничего подобного!»

«Ещё как покраснела!» Энджи ухмыльнулась так, будто сохраняла этот момент в памяти для будущего шантажа. «И она точно флиртовала в ответ. Она назвала тебя Джулс. Джулс! Это, типа, первый уровень флирта — никинеймы».

Я отказалась вступать в дискуссию, повернувшись, чтобы убрать поднос с принадлежностями, будто это было самое увлекательное занятие в мире.

«Энджи, — сказала я ровно, не глядя на неё, — забей».

«Конечно-конечно, — сказала она слишком быстро, всё ещё усмехаясь. — Я забью... пока что».

Я вздохнула и покачала головой.

---

После того как моя жестокая смена закончилась, Энджи подбросила меня до дома, и к тому моменту, как я переступила порог, всё, о чём я могла думать, — это сон, еда и ещё раз сон.

Но как только я вошла в дверь, я замерла.

В гостиной, смеясь перед телевизором, сидели Джонатан и Финнеас.

«Ох, чёрт», — пробормотала я себе под нос, не ожидая, что он всё ещё здесь.

«Привет», — сказала я, стараясь звучать нормально, и направилась прямиком на кухню за бутылкой воды.

Я только открутила крышку, когда Джонатан крикнул: «Финнеас говорит, что ты ловко обращаешься с иглой».

Я фыркнула, сделав глоток. «Ага, отличное первое впечатление обо мне, да? Просто коли людей во имя медицины».

Финнеас драматично положил руку на сердце. «Ты спасла мне жизнь, Джульетта. Я никогда этого не забуду».

Я закатила глаза. «Это был буквально небольшой порез. Хватит драматизировать».

Мы рассмеялись, напряжение немного рассеялось. Но затем...

«Ага, и тут пришла Билли и полностью испортила момент своим жёстким флиртом».

Моё дыхание перехватило.

Я замерла на полглотка, вцепившись в бутылку слишком сильно.

Голова Джонатана резко повернулась ко мне, его выражение лица мгновенно изменилось.

Чёрт.

Я выдавила смех, слишком быстро покачав головой. «Она не флиртовала».

Финнеас усмехнулся, будто точно знал, что делает. «Это было жестоко, чувак».

Я отмахнулась от него, делая вид, что ничего не случилось, но глаза Джонатана оставались прикованными к моим.

Всё его лицо окаменело.

Я развернулась, быстро направившись в свою комнату, — но Джонатан был прямо за мной.

Прежде чем я успела закрыть дверь, он проскользнул внутрь и закрыл её за собой, скрестив руки.

«Финнеас шутит, да?» — Тон был ровным. Серьёзным.

Я заставила себя улыбнуться, стараясь выглядеть беззаботной. «Очевидно».

Джонатан выдохнул, провёл рукой по волосам. «Хорошо. Потому что Билли под запретом, Джульетта».

Это? Это разозлило меня мгновенно.

Я скрестила руки. «Ты так говоришь о всех».

«На этот раз я серьёзно».

«Да? — Я приподняла бровь. — И почему же?»

«Потому что Билли не... она не твоего типа».

Это заставило меня замереть.

«Не моего типа? — переспросила я, внимательно изучая его выражение. — Что это вообще значит?»

Джонатан покачал головой. «Забудь. Просто... не бери в голову те странные идеи, которые Финнеас вбил тебе в голову, хорошо?»

«У меня никаких идей нет», — сказала я немедленно, нагло лгав сквозь зубы.

Джонатан изучал меня, его челюсть слегка сжалась.

Затем, наконец, он выдохнул и расслабился, покачав головой.

«Хорошо, — сказал он, поворачиваясь к двери. Перед выходом он бросил на меня последний взгляд. — Просто... держись подальше от Билли».

Я быстро кивнула, надев своё лучшее невинное лицо.

«Очевидно».

Джонатан подарил мне маленькую, довольную улыбку, прежде чем вернуться в гостиную к Финнеасу.

Как только дверь щёлкнула, закрывшись, я выдохнула дрожащим вздохом и уставилась на себя в зеркало.

Под запретом.

Ага.

Конечно.