Ведьма | Адель Шайбакова

Всю лекцию я не сводила с Шайбаковой глаз и не могла перестать хихикать, тая от её голоса. Изредка я поворачивалась к Ваське. Она тоже не отводила от нее зачарованного взгляда. И я ее даже понимала.

Это был подарок судьбы, не иначе! Адель Марселевна стала моей преподавательницей, а я её студенткой. Как это произошло, я понятия не имела, но моя радость была почти безграничной. Теперь мы сможем видеться на законных основаниях! По крайней мере раз в неделю. А еще я, может быть, даже сдам ей зачет в декабре.

Моя буйная фантазия представила, как это будет происходить. Я захожу в полутемную аудиторию, где около преподавательского стола стоит Адель Марселевна. Её пиджак небрежно висит на стуле, а рукава её белоснежной, идеально выглаженной рубашки закатаны.

«Вы готовы сдать зачет?» – хрипло спрашивает моя преподавательница. «Готова, Адель Марселевна», – томно отвечаю я. «Тогда тяните билет», – говорит она, не сводя с меня немигающих глаз.

Эффектно тряхнув волосами, я тянусь к билетам, лежащим на столе, беру один и читаю: «Техника французского поцелуя. Основные правила и постулаты». – «Вам придется не только дать мне ответ, Ведьмина, – хищно шепчет мне Адель, касаясь пальцами моей скулы, – но и показать на практике». Вместо ответа я хватаю её за галстук и притягиваю к себе для головокружительного поцелуя.

Я снова захихикала.

— Ты в себе, Ведьмина? – ткнула меня в бок Женька. – Или от вида своего профессора с ума сошла?

— Она не профессор, она доцент, – ответила я и блаженно улыбнулась, глядя на Адель. Свою Адель, разумеется. Ну какая же она зайка!

— Какая разница, – прошипела подруга, – хватит на нее пялиться.

— Я не могу остановиться, – призналась я. – Это сильнее меня.

— Ты что, влюбилась в нее?

— Рехнулась? – возмутилась я, следя за Адель, как кошка за мышкой. – Нет, конечно.

— А смотришь так, будто готова с ней детей завести, – не успокаивалась Женька.

— Сама себе их заведи. И вообще, как ты себе это представляешь? – отмахнулась я.

— Ага, – ликующе зашептала Женька. – Значит, детей ты с ней не хочешь, а вот провести с ней ночь не отказалась бы!

Я закатила глаза, но спорить не стала.

Адель была сукой, это факт, потому что ратовала за дисциплину и многое требовала от студентов. Но преподавала отлично. Она свободно чувствовала себя в аудитории, контролировала учебный процесс и читала лекцию без конспекта, лишь изредка посматривая в план. Голос её был громким и хорошо поставленным, и Шайбакова умело подавала то, что раньше, казалось, было невозможно слушать.

Я поймала себя на мысли о том, что Адель выглядит как какой-нибудь Стив Джобс на презентации нового продукта: она была очень харизматичной. Правда, эта её харизма была темной. Адель производила впечатление человека умного, уверенного, закрытого и саркастичного, знающего цену не только себе, но и другим. Она не пыталась втереться в доверие, как некоторые другие молодые преподаватели, которые пытались стать студентам друзьями, сидели на столе и невероятно шутили. Адель умело оставляла дистанцию между нами, но делала это так, что студенты начинали тянуться к ней, еще не зная, что их ждет впереди.

Кроме того, Адель эффектно выглядела. Сегодня она была в брюках и в черном джемпере, под который надела светлую рубашку (верхняя пуговица была расстегнута). Смотрелось очень стильно. Я с возмущением наблюдала за тем, как наши девчонки оценивающе поглядывают на Адель и перешептываются. А когда одна девица, сидевшая прямо передо мной, попыталась её сфотографировать на телефон, я случайно уронила на нее свою ручку. Пока девушка доставала ее, момент был упущен, и эта дура недовольно дернула плечом: Адель ушла на другой конец аудитории.

— Что, – Женька снова ткнула меня в бок, – засмотрелась на свою красавицу? Может быть, ты правда в нее влюбилась?

— Отстань со своей любовью, – фыркнула я.

— Вы бы хорошо смотрелись вместе, – не унималась подруга.

— Со мной бы любой дурак хорошо смотрелся, – ответила я и отбросила назад волосы. – Ох, тяжело быть идеальной женщиной.

— Идеальной и влюбленной, – уточнила Женя.

— Да не люблю я её! Что пристала? – возмутилась я.

Мы принялись шепотом переругиваться и подкалывать друг друга, что для нас было делом привычным. И так увлеклись, что я не сразу поняла, что происходит.

А происходило следующее. К нам медленно поднималась Шайбакова. Она сделала нам замечание, но мы с Женькой её не услышали, а потому она направилась к нашему столу.

— Вы не могли бы вести себя тише? – услышала я над собой и вздрогнула. Адель стояла в проходе между партами рядом со мной. Протяни руку – и коснешься её пояса. И вся аудитория с интересом смотрела на нас.

— Извините, – сказала я с вызовом.

— Как вас зовут и из какой вы группы? – спросила Адель.

Наши взгляды встретились. Шайбакова невозмутимо смотрела на меня так, будто бы мы не были знакомы.

— Александра Ведьмина, – ответила я и назвала группу.

— Александра Ведьмина, я понимаю, что предмет может быть вам неинтересным, но поддерживайте хотя бы видимость дисциплины, – строго сказала Шайбакова. – Ваши бурные перешептывания на протяжении всей пары, конечно, вносят определенную долю экзотики, но все-таки раздражают и меня, и ваших сокурсников. Вы не могли бы вести себя тише?

— Извините, – еще раз процедила я сквозь зубы.

— Вы из принципа не пишете конспект? – продолжала Адель. – Запоминаете все, сказанное преподавателем? Или пользуетесь конспектами друзей?

Я сощурилась. Что она несет? И с какой целью?

— Я пишу конспект, – солгала я только для того, чтобы Шайбакова отстала.

— Покажите, – сказала вдруг Адель.

— А больше вам ничего не показать? – вырвалось у меня. Получилось грубо – я и сама это поняла.

— Выйдите, – спокойном тоном попросила меня Шайбакова.

— Что? – не поняла я.

— Покиньте аудиторию, Ведьмина.

Я опешила. Никто и никогда не выгонял меня с занятий.

— Зачем? – спросила я.

— Хочу спокойно завершить лекцию. Я никого насильно не заставляю сидеть на моих занятиях. Не нравится – можете идти, – ледяным тоном продолжала Адель. – Не буду ставить пропуск. Просто не мешайте нам. Займитесь своими делами в коридоре.

— Я никуда не пойду, – решительно ответила я, чувствуя на себе взгляды ребят.

— Уверены? – Она приподняла черную бровь, чем окончательно вывела меня из себя. Да что эта придурочная о себе возомнила?!

— Абсолютно. Вы не имеете права меня выгнать.

— Хорошо, поняла вас, – кивнула Адель. – То есть вы все-таки слушаете меня?

— Вас все слушают, – с тихой ненавистью ответила я. – Так же внимательно, как и я.

— Отлично. Тогда в следующий раз устроим незапланированный опрос и проверим, как меня слушают. Спрошу любого. И не только по сегодняшней теме – по всему последнему блоку, – пообещала Шайбакова, и её темные глаза блеснули. – Подготовьтесь как следует.

Сокурсники тихо зароптали, поняв, что попали, и я тут же почувствовала на себе взгляды, полные недовольства. Кажется, все считали, что это я виновата: разозлила преподшу и она решила отыграться на всех остальных.

Подлая, мерзкая Шайбакова подставила меня. Нет, вы только подумайте! Умело сделала так, что в глазах своих сокурсников я выглядела настоящей скотиной! Это же, типа, из-за моего недостойного поведения к следующей субботе все должны подготовиться по всему пройденному за месяц материалу, а спросить этот червь может любого! Наверняка на следующей лекции завалит пару-тройку человек, а обвинят в этом меня. Ну ничего, Аделечка, я запомнила. Я вообще все запоминаю. В моей черной книге твое имя записано несколько десятков раз.

Лекция закончилась, а я все сидела и прожигала Шайбакову злым взглядом. В какой-то момент она даже подняла голову и посмотрела на меня. А потом улыбнулась уголками губ. Клянусь, мне не показалось, она смотрела на меня и улыбалась! От возмущения у меня задергался глаз. Издевается?

Вскочив и схватив сумку, я, не обращая внимания на Женьку и Илью, резво помчалась вниз, к кафедре, в надежде поговорить с Шайбаковой. Однако она словно почувствовала это и ушла. Правда, ушла недалеко. У двери я все же её нагнала.

— Адель Марселевна, – елейным голоском сказала я, а она не отреагировала. Пришлось повысить голос: – Адель Марселевна! Адель...

— Что? – обернулась она на меня.

— Извините, – потупив глазки, сказала я. – Я... я вела себя недостойно.

— Все в порядке, Ведьмина, рада, что вы это осознаете. – Шайбакова насмешливо глянула на меня.

Надменная скотина, издевается, да?

— Очень даже осознаю... Может быть, вы отмените свое наказание? – печально вздохнула я.

— Какое наказание? – удивленно спросила Адель.

— Спросите на следующей лекции меня. Не нужно спрашивать остальных, – ответила я. – Не хочу, чтобы из-за меня кто-то получил низкие баллы.

— Если кто-то что-то не выучит, в этом не будет вашей вины, – сказала Шайбакова. – Извините, Ведьмина, мне пора. До свидания.

И она ушла, а я осталась на месте, пылая от возмущения.

Позади меня появилась Окладникова.

— Что, Сашенька, ты больше ей не нужна? – тихо спросила она, положив мне руку на плечо. – А я предупреждала тебя. Такие, как ты, для нее на один раз.

— А такие, как ты, многоразовые? – повернулась к ней я. – И как часто моя девушка тобою пользовалась?

— Твоя? – весело спросила Васька. – Когда она успела стать твоей? Что я пропустила?

— Ступень эволюции. – Я мило улыбнулась ей и, больше не обращая на нее внимания, пошла прочь из аудитории, злая на весь свет.

Женька и Илья, который так и ходил за нами хвостиком, нагнали меня спустя полминуты в холле.

— Ведьмина, ты куда побежала? – взяла меня под руку подруга. – Расстроилась из-за своей Шайбаковой? Забей на нее.

— Пытаюсь. Но как вспомню её противный голос, так и хочется запустить в нее куском арматуры, – прошипела я и несколько раз глубоко вздохнула. – Так, ребята, мне нужно отвлечься от желания кого-нибудь сжечь, – заявила я. – Нужно повеселиться.

— Как? – опасливо посмотрела на меня Женька.

— Пойдем в клуб. Хочу танцевать, – решила я, поняв, что мне нужно хоть как-то выплеснуть из себя негатив. – Сегодня суббота, по субботам отличные тусовки в «Бархате». Да и невменяемых туда не пускают.

— А можно я с вами? – тотчас вклинился Илья.

— Можно, – милостиво разрешила я. – Будешь нашим пажом. Только нам надо будет себя привести в порядок. Так, у меня есть план: едем домой, собираемся, а в девять встречаемся у входа в клуб.

— А нас туда точно пустят? – наморщил лоб Илья. – «Бархат» – пафосное местечко.

— Пустят, – уверенно кивнула я. – Там моя знакомая администратором работает. Так что даже в очереди стоять не будем.