Ведьма | Адель Шайбакова

Я направилась в родной корпус на потоковую лекцию, а потом в перерыве рассказала обо всем Женьке, которая слушала меня с большими глазами.

— Зачем тебе это надо, Саш? – непонимающе спросила подруга.

— Хочу повеселиться, – пожала я плечами. – Мне кажется, будет смешно.

— Как бы потом грустно не стало, – проворчала Женька, поправляя огненно-рыжие волосы. – Кто много смеется – много плачет.

— А кто много каркает – получает в лоб, – ответила я.

— Серьезно, как ты будешь с ней встречаться? Она же преподша, она старше и вообще какая-то странная, – не понимала Женька. Как настоящая лучшая подруга, она не могла не проехаться по моей избраннице.

— Ко всему можно привыкнуть, – пожала я плечами. – Да и выглядит она вполне ничего. Рост, мордашка, тело. Я, правда, больше светленьких люблю...

— Как Костя? – перебила меня Женька.

— Не будем о плохом, – фыркнула я. – Лучше продолжай и дальше говорить плохое об Адельке.

— Она старше тебя на восемь лет, – тотчас заявила она. – Она фактически из другого поколения!

— Зато опытная. И уже нагулялась, изменять не будет.

— Она скучная, Ведьмина!

— Я буду веселить нас за двоих.

— Она преподша, понимаешь? А ты студентка.

— Да никогда же такого не было, чтобы преподши со студентками встречались, – всплеснула я руками. – Извращение какое-то!

В это время мимо нас по коридору продефилировала Васька под ручку с подружкой – таким же одноклеточным существом, как и она сама. И я чуть не взвыла: на ней были точно такие же алые ботинки, как и у меня. Боже, сколько же я вчера потратила сил на то, чтобы их найти, а эта дура купила точно такие же! И ведь это не впервые: стабильно раз-два в год мы покупаем одни и те же вещи.

Мы с Васькой смерили друг друга не самыми добрыми взглядами. И наш молчаливый диалог был примерно таким: «Чтоб ты провалилась, собака». – «Я тебе сейчас улыбку сломаю».

Взяв себя в руки, я сладенько улыбнулась Ваське. Ее на мгновение скривило, но и она взяла себя в руки, чтобы улыбнуться в ответ.

— Отлично выглядишь, Ведьмина, – сказала она мне и прищурилась, разглядывая мое лицо. – Но это опасно.

— Опасно быть красивой, Окладникова? – Я рассмеялась. – Не переживай, я отобью любые атаки поклонников.

— Нет, опасно в таком возрасте начинать делать ботокс, – заботливо проговорила она. – А что будет в сорок лет?

— Это не ботокс, дорогая, – ответила я миленьким голоском, от которого у меня самой повысился сахар в крови. – Это любовь. Она делает нас краше.

— Влюбилась? – с неприязнью спросила Васька.

— О да. По-настоящему, – сообщила я.

— И кто же этот несчастный? – Неприязнь в ее взгляде только усиливалась. И я понимала Окладникову. Знаете ли, сложно радоваться успехам врага.

— Какая тебе разница? Не в тебя, и ладно, – ответила я, предвкушая, как эта выдра увидит меня вместе с Адель.

Васька многозначительно хмыкнула, всем своим видом давая понять, что она думает обо мне и о моем «тайном» возлюбленном, и пошла дальше. Я сделала вид, что плюю ей вслед, и Женька расхохоталась. Всю перемену она пыталась приводить доводы против меня и Шайбаковой, однако в конце концов бросила это неблагодарное дело и заявила:
— Делай что хочешь, Ведьмина. А я буду наблюдать за всем этим цирком. Главное, не влюбись в свою Шайбакову по-настоящему.

— Во-первых, Шайбакова не моя, а всеобщая, – тотчас ответила я. – А во-вторых, она абсолютно не в моем вкусе.

— Что обсуждаем, девчонки? – встрял Илья, который и до этого грел около нас уши.

— Сашка влюбилась в преподшу, – заявила Женька. – И открывает на нее охоту.

— О, повезло женщине, – почему-то обрадовался Илья. – Рисковая ты девушка, Ведьмина. А как же Олег? – И он покосился на нашего одногруппника, который был в меня влюблен с первого курса. А еще он был мастером спорта по боксу. – Помнишь, он сказал, что любого в пыль сотрет, кто посмеет к тебе приблизиться.

— Скажешь Олегу – и ты труп, – предупредила я Илью.

— Что я, дурак, что ли? Мы ж друзья, Ведьмина. Я тебе помогу, – заявил Илья, а Олег повернулся, поймал мой взгляд и подмигнул.

Во время последней пары я получила от Петечки информацию по Шайбаковой, всю, которую удалось раздобыть. А раздобыл он, честно говоря, не очень много.

Выросла и родилась Аделька в нашем родном городе, отучилась в нашем родном университете и сразу же поступила в аспирантуру. Сейчас Шайбакова была не просто преподавателем, а доцентом, кандидатом физико-математических наук, блестяще защитила диссертацию несколько лет назад. Она преподавала в университете на факультете вычислительной математики и информационных технологий, активно занималась научной работой, а также сотрудничала с какой-то технологической компанией, которую возглавлял её друг и сокурсник, некий Владислав Золоторев. В общем, человеком Шайбакова была серьезным. Никаких интриг, порочащих фото и скандалов! Зато Петя нашел несколько статьей в газетах, в которых упоминалась Шайбакова – то как участница заседания научного круглого стола или конференции, то как одна из молодых ученых, получивших какой-то крутой грант. А университетской газете Аделька в прошлом году даже дала интервью. С мрачным лицом я читала его прямо на паре, делая вид, что слушаю преподавателя.

«Научная жизнь у вас проходит бурно и интересно, – спрашивала молодая журналистка. – А как же личная жизнь, Адель Марселевна? Вы ведь еще не состоите в браке? Собираетесь вообще жениться?»

«С личной жизнью тоже все хорошо, – дала весьма короткий ответ Шайбакова. – Они с работой отлично дополняют друг друга. Жениться, разумеется, собираюсь. Как только встречу достойную девушку».

Странно, говорила о достойной, а встречалась с Васькой. Боже ты мой, бедный человек!

«Как и вы, она обязательно должна заниматься наукой или, по крайней мере, разделять ваше увлечение фундаментальными науками?» – продолжала журналистка. Вопрос был весьма глупым, но Шайбаковой пришлось на него отвечать.

«Не обязательно. Она просто должна быть особенной. Ведь никогда не знаешь, чем может покорить человек, верно?»

Особенной? И чем это Васька стала для нее особенной? Ходила вокруг нее на руках, что ли?