Кричащая тишина
Жан очнулся резко, будто вынырнул из ледяной воды. Голова раскалывалась, вязкая боль пульсировала в висках и затылке, не давая сосредоточиться. Он был в той же библиотеке, где начинал путешествие в подсознание. Попытка открыть глаза ни в чему не привела, тело стало слишком тяжелым. Шершавые пальцы придерживались его запрокинутую голову, а в рот постепенно заливалась сладковатая жидкость, тягучая, с привкусом мёда и персика. Жан поперхнулся и закашлялся. Он рухнул на пол, больно ударившись локтями. Плотная жидкость попала не в то горло и отказывалась выходить, казалось ещё чуть-чуть, и парень выплюнет легкие. Весь в слезах со стекающей слюной Жан всё же смог подняться. Джала металась рядом, то подбегая, то отступая. Она не знала чем помочь и боялась даже коснуться. Увидев, что Жан открыл глаза, Джала не кинулась обниматься, а взорвалась от ярости.
— Ты дурак! — закричала она, нависая над ним. — Ты чуть не умер! — Она резко развернулась к Курту. — А ты, старый идиот! Чем ты думал?!
Курт стоял неподвижно, опустив руки. Его искалеченное лицо, и без того пугающее, застыло в искреннем изумлении.
— Откуда ж я знал, что он самостоятельно улетит в глубокое бессознательное? — пробормотал он, — Обычно процесс куда более контролируемый. Пришлось даже драгоценную живую воду тратить.
— Контролируемый?! — взвизгнула Джала. — Ты вообще не контролировал ничего!
Она от души выругалась. Курт принял оскорбление молча, не стал оправдываться. Он действительно чувствовал себя виноватым.
— Ты как, малец? — спросил он у Жана, когда тот наконец перестал кашлять.
Жан сел, опершись спиной о ножку стола, и провёл рукой по лицу. В ушах ещё звенело, но сознание возвращалось.
— В порядке, — выдохнул он. — Метка на мне — это метка Ёми. Что-нибудь знаешь о ней?
Курт нахмурился. Его изуродованные брови сошлись к переносице.
— О Ёми? — переспросил он. — Это одна из сильнейших богов смерти. По преданиям, она родила бога огня, погибла и из-за своего мужа не смогла вернуться. Подробностей не знаю. А откуда на тебе её метка?
Жан промолчал. Он чувствовал, что ответ слишком личный, слишком тяжёлый, чтобы выкладывать его постороннему.
— Я тоже не знаю подробностей, — соврал он. — Это всё, что у меня есть.
Курт долго смотрел на него, но переспрашивать не стал.
— Ладно, — сказал он, пряча пустой флакон. — Не хочешь не говори. Странный ты, я больше с тобой экспериментировать не хочу.
— Ещё бы,- всё ещё злилась Джала.
— Я,- начал Жан,- Я бы очень хотел сейчас побыть один.
Курт, поняв, что его присутствие только усилит недовольстве, неловко кашлянул.
— Думаю, мне пора, устал я что-то. Пойду полежу у себя.
Джала проводила его недовольным взглядом, но ничего не сказала. Она ждала, пока шаги стихнут в коридоре, и только потом подошла к Жану.
— Ладно, прости, сорвалась. Но я же переживаю.
— Я понимаю и не злюсь. Но мне правда нужно всё обдумать. Я пойду, хорошо?
Джала округлила глаза и не понимала, что случилось, пока парень покидал библиотеку. Даже Эмиля, ждавшего у входа, он попросил не следовать за ним и ушёл в одиночестве. В комнате Жан лежал на кровати, глядя в одну точку. Голова болела, мысли путались. Все эти сны, воспоминания перестали казаться загадочными и чужими. Теперь парень точно знал, что прожил ту жизнь. Даже с теми крупицами, что у него есть он уже был полон печали и тоски. Столько друзей погибло, давняя возлюбленная всё ещё ждет, а он тут лежит и не может ничего с этим сделать. Жану было очень стыдно от собственной беспомощности сейчас и о бессилии тогда. Он уткнулся в подушку и хотел заплакать, но сдержался. «Где же я оступился?»- прозвучало в пустоту.
В дверь постучали, звук был более робкий и неуверенный, чем у Эмиля. Ответа не последовало, но Джала всё равно открыла. Она аккуратно села рядом, протянула руку, чтобы коснуться, но осадила сама себя. Ожидалось, что Жан начнет диалог, расскажет что-то или просто поделится эмоциями, но этого не произошло, пришлось самой.
— Ты так и будешь молчать? Что случилось?
Жан нехотя повернул голову, но всё ещё лежал на животе.
— Я не знаю, что сказать тебе. Кажется, я вообще ничего не понимаю.
— Ты о чём?
— Я король. Точнее, был королем. Раньше сны казались просто интересной хоть и грустной историей, а теперь я начинаю ощущать всё иначе. Велиал говорил, что я пожалею, когда вспомню, но я не думал, что это будет так. Я надеялся, что я как главный герой фильмов с тяжелым прошлым буду идти вперед, а я всё в больше и больше впадаю в отчаяние. Я не знаю, что делать.
— Ты уже ничего не сделаешь со своим прошлым. Тебе будет тяжелее и тяжелее от каждого нового воспоминания. Знаешь, сколько отвратительных и печальных вещей произошло с господином за тысячи лет? Наверняка уйма.
— Если ты пытаешься поддержать, то выходит так себе.
— Я это всё к тому, что бесполезно убиваться по тому, что уже прошло. Прошлое не изменить, настоящее ты проживаешь сейчас, а думать нужно о будущем. Если бы твои прошлые друзья и подданные увидели тебя плачущим мальчишкой, что бы подумали они? У короля нет времени проливать слёзы.
— Но я не король,- поднялся и сел Жан,- Уже нет, или может быть ещё нет.
— Ты прав, но у тебя остались его обязанности и цели. И от этого уже не сбежать.
— Да я и не хочу сбегать. Я просто...
— Просто что?- уже чуть грубее сказала Джала,- Хочешь перестать ныть - перестань. Хочешь стать сильнее - стань. В чём проблема?
— Как у тебя всё просто.
— Я не говорю, что это просто. Но люди слишком много переживают о мелочах. Нужно меньше думать и больше делать.
Жан лег обратно и закутался в одеяло с головой, всем своим видом показывая, что не хочет продолжать диалог. Джала недовольно цокнула и вышла, громко хлопнув дверью. Парень разглядывал ворсинки на пододеяльнике, а в голове заново проносились предыдущие сны с битвами. Весь этот ужас, все эти трупы действительно были, теперь сердце откликалось на воспоминания. Уже практически заплакав Жан услышал голос из ниоткуда.
— А малютка ведь права.
— Кто это?- удивленно спросил Жан, но тут же узнал голос,- Велиал?
— Всё правильно, это я. А ты чего тут нюни развесил?
— Ничего я не развесил,- попытался казаться мужественнее Жан.
— Я чувствую каждую твою эмоцию. Уже забыл что я это ты?
— Скажи, я справлюсь?
— Ты уже на верном пути. Да, сейчас Архонтам хватит и мизинца, чтобы удавить тебя, но ты уже стал сильнее и будешь становиться дальше.
— Но как? Если ты не смог, как смогу я? Всё что мне сказали - это то, что я могу использовать магию с помощью фантазии и всё. Как мне стать таким же сильным как ты? Я боюсь, что и в этот раз все умрут.
— Тебе не нужно становиться таким как я, тебе нужно стать ещё сильнее. Ты не один, но в этом одновременно твоя сила и слабость. Ты согласился встать на этот путь, поэтому открою тебе секрет. На твоей душе есть печати, открывая каждую ты будешь становиться могущественнее.
— Первый раз о таком слышу, почему раньше не сказал? И что вообще за печати?
— Тебе не стоит торопиться. Я бы и сам хотел ворваться в бой, но если не хочешь закончить как я делать всё нужно постепенно. Если открыть все разом - твоё неподготовленное тело взорвётся, а архонта увидят всплеск. Как только откроется последняя - твоё перерождение перестанет быть секретом.
— Так скажи мне, что делать уже наконец, дай чёткую инструкцию, план действий, не знаю.
— Первая печать - выживание, она открылась когда ты был в Бездне, там ты научился использовать свои силы. Дальше идёт намерение - ты согласился на тяжелую миссию и тут же заметил внешние изменения. Ёми пришлось нелегко, она накрыла мою душу несколькими слоями, я знаю названия печатей, но не смогу сказать как именно какую открыть. Тебе осталось три - потеря, жертва и коронная.
— Звучит мрачно,- испугался Жан.
— Возможно это просто игра слов, а возможно тебя действительно ждет что-то страшное. В любом случае, будь готов. А пока тренируйся и побольше читай, это полезно.
— Говоришь прям как родитель.
— Ну в каком-то смысле может быть. Ладно, я не могу слишком часто с тобой связываться. И извинись перед малюткой.
Хоть Жан и не получил конкретного плана действий, но теперь хотя бы понимал, что всё должно получиться. Он осмыслил все свои переживания и постарался принять тот факт, что прошлое не изменить, хотя осадок никуда не делся. В любом случае за обедом стоит попросить прощения у Джалы.
—————————————
На этот раз Жан прибыл в столовую в сопровождении Эмиля, когда девушки уже сидели за столом. Коралин выглядела более бодрой, чем раньше. Много стресса было в последнее время, то маги из башни, то Жан пропал. Видимо, сейчас стало поспокойнее, и она наконец может немного выдохнуть. Джала недовольно ела куриную грудку, уже более умело орудуя столовыми приборами, даже почти не пачкалась, лишь пара капель соуса капнули на скатерть, это прогресс.
— Прости, — сказал Жан, глядя прямо на Джалу. — Ты была права, я вёл себя как ребёнок.
Джала подняла голову, прищурилась.
— Ну хоть признал. — Она отправила в рот кусок мяса и добавила уже спокойнее,- Ладно, забыли. Потом расскажешь что да как.
Коралин смотрела на эту сцену с лёгким удивлением. Парень не первый раз извиняется, но сейчас он выглядел сильно взрослее, признавал ошибку осознанно, без надрыва и неуверенности.
— Что? — спросил Жан, заметив её взгляд.
— Ничего такого, — ответила Коралин, но в голосе её была растерянность. — Просто... ты изменился. А я пока не решила, как мне нужно на это реагировать.
— Я боюсь, что ты станешь тем, кого я не узнаю. Или что я потеряю тебя, как потеряла других.
— Честно говоря, я немного боюсь. Вдруг завтра я вовсе тебя не узнаю. Что мне делать тогда?
— Я всё ещё я, — сказал Жан. — Просто постепенно вспоминаю всё.
— Я очень на это надеюсь,- чуть успокоилась девушка,- Ты уже стал членом моей маленькой семьи. Хотя не стоит забывать и про ещё одну милую леди.
Коралин улыбнулась в сторону Джалы, та молчала, но еле заметно обрадовалась, дрогнули уголки губ. Паучиха всё это время старалась не переходить дорогу вампирше и на то было сразу несколько причин. Во-первых, она была хозяйкой этой территории, во-вторых, довольно сильной, это ощущалось по ауре, а в-третьих, довольно много сделала для Жана. Всё это заставляло Джалу проявлять уважение, а такое лёгкое принятие в семью казалось хоть и немного беззаботным, но от этого не менее ценным и приятным. Обед прошёл в спокойной милой обстановке. После того как все закончили трапезу, Эмиль уже зашёл, чтобы проводить своих подопечных до комнат, но Жан остановил его.
— Дашь нам ещё немного времени? Я хотел бы поговорить.
— Конечно, как скажете,- покорно скрылся слуга.
Коралин и Джала смотрели с интересом, даже можно сказать с подозрением, ожидая, что же на этот раз выкинет их необычный друг.
— Я хочу рассказать вам, что видел. Курт отправил меня в моё сознание, оно показало мне королевство, которым я по всей видимости правил в своей прошлой жизни. Мрачное, но безумно красивое место, там столько прекрасного, но суть не в этом. Далее я провалился в подсознание. Там я встретил её.
— Кого её?- уточнила Коралин.
— Ёми, богиня смерти.
Девушка, услышав ответ переглянулась с Джалой. Обе были удивлены и не понимали, о ком идет речь, но даже сама мысль о встрече с богиней смерти внушала ужас. Жан заметив эти эмоции успокоил.
— Всё в порядке, она была моей возлюбленной в то время. В битве с Архонтами Велиал не погиб, а попал в её царство. Ёми спустя какое-то время смогла незаметно подселить его душу в круг перерождения, но пришлось ограничить её несколькими печатями.
— Ты погоди,- прервала Джала,- Дай переварить. Ты хочешь сказать, что не умер, но попал в мир мёртвых, а потом переродился? Как ты тогда это сделал то, если смерти как таковой не произошло?
— Действительно интересный вопрос,- дополнила Коралин,- Но я думаю, Жан как раз и собирался объяснить.
— Честно говоря...-Парень не был готов к такому вопросу,- Я даже не задумался об этом... Но, видимо, как-то получилось. Все эти боги, короли демонов, они наверняка за гранью здравого смысла.
— Наверное, да,- кивнула Коралин,— И что же за печати?
— Я...- замялся Жан,- И этого точно не знаю. Велиал сказал, что я открыл печать выживания в Бездне и намерение после того как решил следовать его пути. Осталось открыть потерю, жертву и коронную.
— И как это сделать?- спросила Джала.
— Понятия не имею... Велиал сказал, что оно получится само собой, когда я буду готов. А пока мне стоит учиться и тренироваться. В этом деле нельзя торопиться, спешка уже однажды привела к поражению.
— Правильно я понимаю,- попыталась подытожить Коралин,— Тебе нужно просто жить как обычно, и однажды всё получится само собой?
— Получается, что так.
— А говорил, что у меня всё просто,- с дружеской насмешкой добавила Джала,— А самому нужно просто существовать чтобы стать сильнее. Ну, это позитивные новости, хоть и ничего толком не понятно.
— Ах да,- вдруг вспомнила Коралин,- Курт долго думал после сегодняшнего и решил, что хочет помочь тебе с обучением. Планирует начать с завтрашнего дня, что думаешь?
— Отлично!- довольно вскрикнул Жан,- Как раз вовремя.
Джала чуть напрягалась, вспоминая, как глупо ворон пошёл на серьезный риск, но не стала ничего говорить, было очевидно, что это пойдет на пользу. Коралин удалилась к себе, у неё как обычно была куча дел, помимо милых бесед за едой, Джала решила поспать, почувствовав усталость, поэтому Эмиль передал её Марте, которая и проводила девушку до спальни. Жан же в сопровождении отправился в библиотеку, чтобы почитать по совету Велиала.
—————————————
Библиотека встретила привычным, так радующим запахом бумаги. Всё те же бесконечные стеллажи, теряющиеся в полумраке, тусклые светильники и уютные читательские столики. Тишина была приятной до того момента, пока Жан не вспомнил, что в отсутствии Коралин и учителей здесь должны быть шорохи маленьких крылышек.
— Лина? — позвал он тихо, чтобы не сильно шуметь, сам не понял почему.
Ответа не последовало, но где-то к самого потолка из-за стеллажа показалась маленькая голова с растрёпанными волосами. Две тоненькие ручки вцепились в край полки, а круглые очки почти спадали. Лина быстро хлопала крыльями, как испуганная стрекоза. Она осторожно спустилась и остановила полёт ра уровне лица.
— Это правда вы? Какой-то вы другой. От вас теперь исходит опасная аура.
— Я это, я. Ты что, теперь и от меня будешь прятаться?
Лина отрицательно покачала головой, чуть склонилась, приглядываясь к его глазам, будто пыталась заглянуть внутрь. Потом расправила крылья и улыбнулась.
— Не-а. Пусть Вы и напоминаете теперь то, что я видела в ваших глазах в первую встречу, но раньше там было запертое чудовище, а теперь статное могучее существо, но нисколько не злобное.
— Спасибо, — Жан чуть улыбнулся в ответ.
— И вам спасибо, — сказала Лина и вспорхнула чуть выше, усевшись на полку и свесив ноги, а затем добавила со слегка горделивым шутливым тоном,- Пришли за чем-то конкретным или вновь доверитесь моей интуиции?
— Последнее время мне кажется, что от меня мало что зависит, так что и в этот раз доверюсь судьбе, если она есть.
Лина проводила Жана до небольшого столика в углу библиотеки. Она вспорхнула на спинку стула, поправила очки и исчезла между стеллажами, через минуту вернувшись с книгой, которую несла в обеих руках, слегка покачиваясь в воздухе.
— Держите, — сказала она, опуская её на стол.
Жан провёл пальцами по старой, весьма потёртой кожаной обложке и прочитал название, написанное желтым «Природа тьмы». Он не был слишком уж сильно заинтересован, но читать любил. Тьма, говорилось там, не зло. Она нейтральна, так же как огонь, ветер и её антипод - свет. Это просто одна из сил, которые существуют в мире, люди сами испортили её, сделали символом страха, запрета, всего, чего следует избегать. Тьма обладает мощной разрушительной силой, ей куда проще нанести вред, чем создать что-то, и именно поэтому она так опасна для тех, кто не готов. Если не справиться с ней, она поглотит использующего или вовсе сведёт с ума.
Жан остановился на следующем абзаце. Там шли записи какого-то демонолога. Он писал о том, как становился сильнее, превознося духовное над физическим, морил себя голодом и бессонницей. Жан поморщился, не хотел становиться сильным таким способом. Поспать он любил, а ел даже в Бездне плотно. Через ещё пару страниц парень наткнулся на раздел о природе демонических сил.
Для человека, говорилось там, магия требует контроля. Чтобы использовать заклинания обязательно держать эмоции в узде и быть максимально сосредоточенным, иначе ничего не выйдет. Для демонов же всё в точности наоборот. Чем сильнее эмоция этих существ, тем мощнее магия, чем серьёзнее опасность, тем острее чутьё. Им не нужно контролировать свои эмоции, нужно лишь направлять их в нужное русло. Жан вспомнил, как позволил нитям в Бездне проходить сквозь него и сразу понял, о чём речь. «Значит, мне недостаточно просто представлять то, что я хочу? Моя магия как костёр, в который обязательно нужно подкидывать дрова.» - подумал он, перелистывая очередную страницу. Наконец-то появилось направление, которое можно изучить
— Спасибо, — сказал он Лине, которая сидела на полке рядом и ждала реакции,- Завтра попробую с Куртом.
— Пожалуйста, — ответила она. — Хотите ещё что-нибудь?
— Нет, думаю я пока ещё почитаю это.
Жан читал так долго, слова переплетались с мыслями, строки путались в голове, и он всё глубже уходил в книгу, пока веки не начали тяжелеть. Далее был лишь более подробный разбор того, что парень уже прочёл, но интерес не покидал. Жан пытался бороться с дремотой, но тишина библиотеки, мягкий свет и усталость последних дней взяли своё и утащили в дрёму. Разбудил его Эмиль, который негромко, положив руку на плечо, произнес:
— Господин, уже настало время ужина.
Жан поднял голову, моргнул, пытаясь сообразить, где находится. Книга всё ещё лежала перед ним, раскрытая на середине. Он закрыл её, провёл ладонью по лицу и кивнул:
— Иду.
Ужин прошёл спокойно. На этот раз за столом собрались все: Жан, Коралин, Джала и Курт. Особых разговоров не вели, каждый был занят своей едой и своими мыслями. Коралин больше не выглядела уставшей, скорее доводьной. Джала ела с непривычным для неё спокойствием, уже вовсе не пачкаясь. Курт молчал, но иногда поглядывал на Жана с любопытством.
— Не забудь, — сказал он в конце ужина, — завтра попробую себя в роли учителя. Будь готов.
— Буду, — ответил Жан.
После ужина он проводил Курта взглядом, кивнул Коралин и пошел на второй этаж. Джала прошлась с ним и Эмилем до двери, а потом тоже отправилась спать в свою комнату. Жан зашёл к себе, разделся, лёг на кровать и уставился в потолок. Полежал ещё немного, в голове уже мелькали завтрашние тренировки и повторное разрушение сада, как на занятие с Нигхтом. Вскоре парень уснул, не успев даже сходить в душ.