6.
Сборы начались в условиях строжайшей секретности. По крайней мере, именно так это выглядело в представлении Чжину, который умудрился явиться к дому Хэри в камуфляжной куртке своего отца, несмотря на то что на улице стояла июньская жара.
— Чжину, ты зачем так вырядился? — шёпотом спросила Минхё, когда вся компания собралась у ворот. — Мы идём в поход по карте тридцатилетней давности, а не штурмовать военную базу. Тебе не жарко?
— В тактической экипировке не бывает жарко, Минхё, в ней бывает только функционально, — с важным видом ответил парень, поправляя огромный воротник. — К тому же, если на нас нападёт тот рыжий кот-демон из заброшки, камуфляж спасёт меня от его когтей. Наверное.
— Кот остался караулить свои печеньки, — усмехнулся Сонхён, выходя вперед с неизменным чехлом от камеры на плече.
В отличие от Чжину, он оделся практично: плотные джинсы, удобные кроссовки и простая чёрная футболка. Из кармана у него выглядывал тот самый старый дневник в зелёной обложке.
Хэри вышла на крыльцо, заплетая волосы в тугой хвост. После вчерашнего падения в силосную яму она пообещала себе быть максимально собранной. Больше никаких падений, никаких глупых ситуаций и, самое главное, никакого смущения перед Сонхёном. Хватит с неё бесплатных аттракционов.
— Все готовы? Карта у кого? — строго спросила она, стараясь не смотреть Сонхёну прямо в глаза, потому что при взгляде на него в памяти тут же всплывало тепло его ладони на закате.
— Карта у меня, — Джэмин достал из рюкзака пожелтевший листок. — Я её вчера отсканировал на телефон на всякий случай, если оригинал развалится от старости или если Чжину решит утопить её в речке, как прошлый фонарик.
— Эй! Это было один раз! — возмутился Чжину.
— Этого одного раза хватило, чтобы мы вчера чуть не поседели в темноте, — отрезала Минхё. — Всё, пошли. Чем раньше начнём, тем больше шансов вернуться до того, как моя бабушка обнаружит пропажу трёх банок тушёнки из погреба.
Первая точка маршрута — старая мельница — была им прекрасно знакома. Они дошли до неё за каких-то пятнадцать минут.
В утренних лучах солнца полуразрушенное деревянное колесо мельницы выглядело мирно и даже живописно. Сонхён сделал несколько снимков, пока Джэмин сверялся со старыми чернильными линиями на пожелтевшей бумаге.
— Так, — Джэмин покрутил карту в руках, пытаясь сопоставить рисунок с местностью. — Согласно инструкции из дневника, от мельницы нам нужно повернуть на северо-восток и идти вдоль старого русла ручья до тех пор, пока мы не упрёмся в поваленный грозой дуб.
— И где тут северо-восток? — Хэри огляделась по сторонам.
Лес со всех сторон казался абсолютно одинаковым — плотная стена деревьев, кусты и зелёная трава.
Сонхён молча достал из кармана старый металлический компас, пощёлкал крышкой и указал рукой чуть правее зарослей ежевики:
— Нам туда. Идите за мной и, Хэри... смотреть под ноги сегодня обязательно. Повторять вчерашний трюк с исчезновением под землёй мы не будем, у меня спина от твоих спасательных операций до сих пор болит.
Хэри сердито фыркнула и зашагала следом, мысленно пожелав ему споткнуться о первый же камень. Но, к её разочарованию, Сонхён шёл уверенно, аккуратно придерживая ветки, чтобы они не летели в лицо идущей за ним девушке.
Чем дальше они углублялись в лес, тем гуще становились заросли. Привычная лесная тропинка, по которой деревенские ходили за грибами, осталась далеко позади.
Теперь вокруг них был настоящий, нетронутый дикий бор. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотные кроны деревьев, из-за чего в лесу царил прохладный полумрак.
— Слушайте, а парень, который писал дневник, реально был экстремалом, — подал голос Чжину, продираясь сквозь кусты малины. — Зачем нужно было устраивать свидания в такой глуши? Неужели нельзя было просто посидеть на лавочке у клуба, как все нормальные люди в восемьдесят седьмом году?
— В том-то и дело, Чжину, — тихо отозвалась Минхё, шедшая чуть позади. — Из дневника же понятно, что их любовь была тайной. Она — городская фифа, дочка какого-то важного начальника, а он — обычный местный парень. Если бы их увидели вместе в деревне, её бы сразу увезли обратно в город.
Этот маршрут был их единственным способом побыть наедине.
Хэри внимательно слушала подругу, и в её сердце снова шевельнулось странное чувство. Она посмотрела на спину Сонхёна, который шёл впереди. «Городская принцесса и деревенский парень...» — эта фраза из дневника до сих пор не давала ей покоя. История тридцатилетней давности казалась пугающе, почти мистически похожей на их собственные взаимоотношения.
Конечно, Сонхён не был простым лесником, да и она приехала сюда всего лишь на каникулы к бабушке, а не в ссылку, но эти постоянные колкости, споры и внезапное, непонятное притяжение между ними заставляли задуматься.
— Нашёл! — громкий крик Джэмина вырвал Хэри из размышлений.
Парни остановились возле огромного, почерневшего от времени ствола дерева. Это действительно был гигантский дуб, когда-то поверженный мощным ударом молнии. Его корни, вывороченные из земли, образовали причудливую стену, покрытую зеленым мхом.
— Отлично, первая метка совпала, — Сонхён развернул дневник. — Так, читаю следующую запись:
«Возле грозового дуба поверните налево и ищите тропу, отмеченную тремя зарубками на березе. Она приведет к старому мосту через овраг».
Все дружно начали осматривать стоящие рядом березы. Минут пять поисков не давали никаких результатов — время не щадило деревья, многие березы давно высохли или заросли новой корой.
— Да нет тут никаких зарубок! — в сердцах воскликнул Чжину, облокотившись на одно из деревьев. — Может, эта береза давно умерла от старости и сгнила?
— Исключено, — Сонхён подошёл к высокому дереву, стоявшему чуть в стороне, в самых густых зарослях.
Он аккуратно раздвинул руками ветки кустарника и осторожно провёл ладонью по стволу. — Идите сюда. Смотрите.
Хэри подошла первой. На белой коре березы, прямо на уровне глаз, едва заметно угадывались три глубоких, старых шрама. Кора вокруг них деформировалась и потемнела, но следы человеческого топора были видны совершенно отчётливо.
— Вау... — прошептала Хэри, прикасаясь пальцами к старым отметинам. — Они действительно были здесь. Это не выдумка.
— А ты сомневалась? — Сонхён посмотрел на неё сверху вниз, и в его глазах снова заиграли те самые тёплые искорки. — В деревне всё по-настоящему, Хэри. Здесь даже шрамы на деревьях хранят чужие секреты десятилетиями.
Хэри промолчала, но внутри у неё всё перевернулось от его взгляда. Она поспешно сделала шаг назад, делая вид, что внимательно изучает продолжение тропы.
Тропинка, начавшаяся от березы, вела резко вниз, в глубокий лесной овраг. Воздух здесь стал еще более влажным и прохладным, пахло сырой землей и грибами. Через несколько минут ходьбы компания действительно вышла к старому мосту.
Точнее, то, что от него осталось, сложно было назвать мостом.
Это были три толстых, почерневших бревна, переброшенных через глубокий, каменистый ручей на дне оврага. Дерево за тридцать лет прогнило и местами покрылось скользким мхом. Выглядела эта конструкция крайне ненадежно.
— Так, — Джэмин остановился у края обрыва и скептически поправил очки. — Мой мозг подсказывает, что если мы попытаемся перейти по этим бревнам, то финальной точкой нашего маршрута станет местная районная больница. Причем для всех пятерых сразу.
— Да ладно тебе, Джэмин, нормальный мост!
— махнул рукой Чжину, делая шаг вперед. — В детстве мы и не по таким сооружениям лазали!
Он осторожно наступил ногой на крайнее бревно. Раздался противный, глухой хруст, и кусок гнилой древесины с шумом обвалился вниз, упав на камни у ручья. Чжину испуганно отпрянул назад, едва не сбив с ног Минхё.
— Ладно, беру свои слова обратно. Мост — полная труха, — пробормотал он, бледнея.
— И что нам делать? — Хэри с досадой посмотрела на карту. Красный крест был уже так близко, прямо за этим оврагом. Неужели им придется повернуть назад из-за какого-то сломанного моста? — Должен же быть другой путь!
Сонхён подошел к краю оврага, внимательно осматривая русло ручья внизу. Его лицо стало сосредоточенным.
— Другой путь есть, — сказал он, указывая рукой чуть левее. — Метрах в двадцати отсюда склон оврага не такой крутой, и там есть большие камни. По ним можно спокойно перешагнуть ручей и подняться на ту сторону. Главное — не спешить и держаться друг за друга.
Спуск в овраг оказался тем еще испытанием. Земля под ногами осыпалась, кусты цеплялись за одежду, а Чжину в своей тактической куртке умудрился застрять в ветках шиповника, из-за чего Минхё пришлось вызволять его с помощью громких ругательств и физической силы.
В итоге все благополучно спустились на дно оврага. Ручей оказался неглубоким, но вода в нем была ледяной и прозрачной как стекло. Сонхён перебрался по камням первым, демонстрируя завидную ловкость, после чего повернулся к остальным.
Джэмин и Чжину перешли без особых проблем, хотя Чжину всё-таки умудрился слегка зачерпнуть воды в правый кроссовок. Минхё, крепко держась за руку Джэмина, тоже преодолела препятствие.
Очередь дошла до Хэри.
Она осторожно наступила на первый большой камень посреди ручья. Камень слегка покачнулся, и у Хэри от страха перехватило дыхание. В памяти тут же всплыли все её прошлые падения.
«Только не сейчас, только не в ледяную воду», — мысленно умоляла она себя, балансируя на одной ноге.
— Хэри, не смотри вниз, смотри на меня, — спокойный, уверенный голос Сонхёна прозвучал прямо над ней.
Она подняла голову. Он стоял на противоположном берегу ручья, протягивая к ней обе руки. Его взгляд был абсолютно серьезным и надежным, без тени привычной насмешки. Хэри сделала глубокий вдох, заставила себя сделать следующий шаг и крепко ухватилась за его ладони.
Сонхён мягко, но очень крепко потянул её на себя, помогая преодолеть последний, самый широкий промежуток между камнями.
В следующую секунду Хэри уже стояла на твердой земле, буквально в нескольких сантиметрах от него. Они снова были слишком близко, Хэри чувствовала его дыхание на своем лице и тепло его рук, которые он почему-то опять не спешил отпускать.
— Спасибо... — тихо прошептала она, чувствуя, как сердце колотится где-то в районе горла.
— Обращайся, городская, — так же тихо ответил Сонхён, тепло улыбнувшись. — Спасать тебя из всяких передряг, кажется, становится моей официальной обязанностью на это лето.
Хэри хотела было возмутиться и вставить какую-нибудь колкость, но Минхё, которая уже вовсю изучала склон оврага, громко прервала их момент:
— Ребята, эй! Хватит там стоять, мы почти пришли! Смотрите, что там наверху!
Вся компания поспешно взобралась по склону оврага и вышла на небольшую, скрытую вековыми деревьями поляну. Это место было удивительно тихим и уединенным. Солнечный свет пробивался сюда сквозь листву, окрашивая всё вокруг в мягкие, изумрудные тона.
Посреди поляны, прямо под раскидистой старой ивой, стояло то самое сооружение, которое на карте было отмечено красным крестом.
Это был старый, полуразрушенный деревянный причал, выходящий к небольшому, скрытому в лесной глуши озеру, о существовании которого, кажется, не знали даже местные жители.
Вода в озере была абсолютно неподвижной, словно зеркало, отражая в себе облака и верхушки деревьев. А на самом краю причала стояла старая, покосившаяся деревянная скамейка, на которой когда-то, тридцать лет назад, сидели двое влюбленных из старого дневника.
Все замерли, завороженные этой картиной застывшего времени.
Настоящий тайный причал из 1987 года.
— Мы дошли... — прошептал Джэмин, снимая очки и протирая их краем футболки. — Маршрут завершен.
Чжину молча подошел к скамейке и осторожно провел рукой по потемневшему от дождей дереву. На спинке скамьи, прямо по центру, ножом было аккуратно вырезано большое сердце, а внутри него — две буквы: «Л» + «М».
Сонхён достал из кармана зеленый дневник, перевернул его на самую последнюю страницу и внимательно вчитался в пожелтевшую бумагу. На этот раз он заметил то, чего они не увидели в полумраке заброшенного дома. На самом форзаце дневника, под тканевой обшивкой, скрывался еще один маленький тайник — плоский кармашек.
Парень аккуратно запустил туда пальцы и вытащил оттуда небольшое, потемневшее от времени серебряное кольцо на тонкой цепочке и аккуратно сложенную записку.
— Сонхён, что там? — Хэри подошла ближе, затаив дыхание.
Сонхён развернул записку и начал читать вслух. Его голос слегка подрагивал от волнения:
— «Если ты читаешь это, значит, ты прошел наш маршрут до конца. Меня зовут Минсу. Девушку, которую я любил больше жизни, звали Лора. В то лето 1987 года её отец узнал о нас и навсегда увез её в Сеул. Я не успел подарить ей это кольцо здесь, на нашем причале. Я оставил этот дневник и эту вещь как символ того, что настоящая любовь не умирает, даже если люди вынуждены расстаться. Тот, кто найдет этот тайник — пожалуйста, сохраните нашу историю. И никогда не отпускайте тех, кто вам дорог, из-за глупых условностей».
На поляне воцарилась звенящая, глубокая тишина. Минхё не выдержала и тихонько шмыгнула носом, вытирая слезу со щеки. Даже вечно циничный Чжину шмыгнул носом и отвернулся, делая вид, что рассматривает воду в озере.
Хэри стояла, чувствуя, как к глазам подступают слезы.
Эта история любви, закончившаяся так грустно, но оставившая после себя такой глубокий след, растрогала её до глубины души.
Она посмотрела на кольцо на цепочке, которое Сонхён бережно держал на ладони.
Сонхён медленно повернулся к Хэри.
Он сделал шаг вперед, протянул руку и аккуратно опустил серебряное кольцо на цепочке в её ладонь, мягко прикрыв её пальцы своими.
— Думаю, оно должно храниться у тебя, городская, — тихо, но очень уверенно сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Ты у нас главная вдохновительница этого похода. Если бы не твое упрямство, эта история так и осталась бы гнить под лестницей заброшенного дома.
Хэри посмотрела на кольцо, затем на Сонхёна. В этот момент между ними не осталось никакого пространства для шуток, колкостей или напускной гордости.
Было только чистое, искреннее понимание того, что это лето в деревне уже никогда не будет прежним. Оно изменило её. Изменило его. Изменило их всех.
— Спасибо, Сонхён, — ответила она, и впервые за всё время назвала его по имени без всяких язвительных прибавок.
Парень улыбнулся — открыто, тепло и как-то по-особенному, точно так же, как тот парень с черно-белой фотографии тридцатилетней давности.
Они провели на тайном причале еще около часа, наслаждаясь тишиной, покоем и осознанием того, что они прикоснулись к настоящей, живой тайне прошлого.
Солнце постепенно поднималось всё выше, согревая лесную поляну своими золотыми лучами. Их маленькое приключение увенчалось успехом, но впереди у этой пятерки было еще целое лето.
Летние каникулы продолжались, старый дневник лесника обрел свой финал, а их собственная история, кажется, только-только начинала писаться на этих чистых, еще не заполненных страницах.
Продолжение следует...