4
Карета мягко покачивалась на ухабах дороги, и Сэди смотрела в окно на проплывающие мимо поля. Утро было серым, но не дождливым.
Таким, какое бывает ранней осенью, когда воздух ещё тёплый, но в нём уже чувствуется лёгкая прозрачность. Где-то вдалеке пастух гнал овец, и их тихое блеяние доносилось сквозь открытое окно.
Сэди не знала, почему сердце билось быстрее обычного. Может, от дороги. А может, от того, что она ехала к Китти.
Замок встретил её тишиной.
Не той холодной тишиной, от которой становится не по себе, а уютной - как в старом доме, где каждая вещь помнит своё место. Стены были увиты плющом, и даже в серый день они казались тёплыми, почти золотистыми.
Подруга ждала на крыльце. Она стояла, слегка придерживая рукой шаль, и улыбалась. Тепло, но с лёгкой печалью в глазах. Чёрное платье вдовы всё ещё было на ней, но сегодня оно не казалось таким строгим. Может, из-за кружевного воротника, а может, из-за того, как лёгкий ветер играл с её тёмными волосами.
- Сэди! - Китти шагнула навстречу и взяла её руки в свои. Ладони подруги оказались прохладными и тонкими. - Я так рада, что вы приехали! Идём скорее, я велела подать чай в малой гостиной.
Они прошли через широкий холл, где на стенах висели портреты в тяжёлых рамах. Сэди заметила, что на одном из них - мужчина с тёмными глазами и печальной улыбкой. Китти проследила за её взглядом и мягко сказала:
- Это Лиам. Мой муж.
Сэди хотела что-то сказать, но Китти уже взяла её под руку и повела в гостиную.
Комната была маленькой, но уютной. Камин тихо потрескивал, и в его свете блестели фарфоровые чашки с вензелями. На столе стоял серебряный чайник, рядом корзинка с лимонным печеньем. Всё выглядело простым, почти домашним.
Хозяйка усадила гостю в мягкое синее кресло и села напротив. Какое-то время они молчали, но тишина не была неловкой.
Слышно было только, как за окном шумит ветер и как постукивает ложечка о край чашки.
- Знаешь, - начала Китти, разглядывая пар, поднимающийся над чаем. Она перестала общаться на «Вы», - я думала о нас. О том, как мы были детьми. Ты всегда была такой.. живой. Помнишь, как мы бегали по саду в твоём поместье? Ты всегда залезала на деревья, а я стояла внизу и боялась, что ты упадёшь.
Сэди улыбнулась. Искренне, тепло.
- А ты всегда ждала меня внизу, - сказала она. - Как я могла упасть, если знала, что ты рядом?
Брюнетка посмотрела на неё.
Долго, внимательно. Взгляд её был тёплым, но в нём читалась какая-то странная, взрослая грусть.
- Сэди,- тихо сказала она, ставя чашку на стол. - Знаешь, в этой жизни так мало людей, которые тебя видят. По-настоящему видят. Не твой титул, не красоту. Видят не жалкую вдову, которая сходит с ума из-за отсутствия мужа.
Рыжая смутилась. Сердце пропустило удар, а затем забилось чаще.
- Я смотрю на тебя, - продолжила Китти, и в голосе её появилась мягкость, почти шёпот, - и вижу. Я вижу девочку, которая всегда хотела свободы. Которая сама боялась, но помогала остальным.
Она коснулась руки Сэди. Пальцы Китти были прохладными, и от их прикосновения по коже пробежали мурашки.
Гостья не отдёрнула руку. Она даже не шевельнулась. Просто сидела, смотрела в глаза девушки и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое, почти забытое.
- Я... - начала она, но слова застряли где-то в горле.
- Не нужно ничего говорить, - мягко перебила Китти. - Просто останься здесь. На сегодня. Посиди со мной.
И они сидели, держась за руки, пока камин тихо потрескивал, а за окном медленно темнело.
*****
Наводя порядок на столе мисс - камеристка нашла тетрадь, которую раньше не видела.
Открыв ее, она была удивлена. Десятки страниц были исписаны ровным почерком.
11.04.1757
«Шарлотта очень мила со мной. Она словно луч света в этом темном замке. Если я и сомневаюсь в завтрашнем дне, но только не в ней.»
Сердце девушки сжалось, губы растянулись в улыбке. Она подумала, что их чувства могут быть взаимны.. Или нет. Или Сэди лишь хороший друг, который ценит своих приятелей.
14.09.1757
«Китти, моя милая подруга! В детстве я заплетала ее темные волосы в густые колоски, а сейчас она совсем выросла.. Вышла замуж! Как я рада за нее! Она стала такой красавицей. Повезло же ее мужу.»
05.05.1759
«Муж Китти умер.. Огромное горе для бедной жены. Они были самой красивой парой из всех, которых я знала. Нужно наведаться в гости к подруге.»
22.03.1759.
«Это все так утомительно. Когда я смотрю на него я не ощущаю ничего. Не ощущаю радостных бабочек в животе или желания быть рядом.
Но когда рядом она.. Мое дыхание прерывает. Я хочу, что бы она поддерживала меня, когда мне плохо. Хочу, чтобы она была рядом постоянно. Хоть мы и так видимся, но я хочу большего!»
Вспомнив, что это за день - Шарлотта не понимала ничего.. Тогда во дворце проводился бал.
Про кого же тогда писала миледи? Китти? Как же девушка хотела, что бы мысли Сэди были о ней.
Прочитав последнюю, совсем недавнюю запись девушка ахнула
24.03.1759.
«Поможет ли мне Китти, если я сбегу? Если я пропаду, укроет ли она меня у себя? Будут ли меня искать?
Шарлотта.. Надо будет аккуратно спросить у нее. Я уверена, что она мне не откажет. В последнее время она слишком уставшая. Нужно больше выпускать ее в город одну. Наверное, я ей совсем наскучила.»
Наскучила?
Шарлотта застыла. Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как сырой туман с утра.
За всю свою жизнь камеристка не испытывала ничего подобного.
Даже когда её мать бросила девочку, даже когда её выгнали из предыдущего дома - она не чувствовала такой странной, тягучей пустоты.
Сейчас у неё внутри разрасталась колючая ревность, но она не была злой. Нет. Она была..обиженной.
Почему она хочет говорить с Китти? Почему Сэди сомневается в помощнице? Разве не Шарлотта была рядом все эти годы?
Она сжала тетрадь, но не сильно, что бы не осталось следов. Скорее прижала к груди, словно пытаясь удержать тепло этих строк, даже если они были не о ней.
- Я ведь была рядом, - прошептала она в пустоту комнаты. Голос её дрожал, но слёз не было. Только сухость в горле и тяжесть в груди. - Я видела, как вы плачете по ночам. Я приносила вам чай, когда вы болели.. Я...
Она запнулась. Слова застряли где-то в горле, потому что сказать «я люблю тебя» вслух, даже пустой комнате, было слишком страшно. Осознать свои чувства странно и страшно.
Была ли это любовь вовсе?
Шарлотта аккуратно закрыла тетрадь и положила её обратно на стол - на то самое место, где лежала. Ровно, уголок к уголку. Будто и не прикасалась.
Шарлотта отошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. За ним простирался серый, унылый сад, и ветер качал голые ветви деревьев. Где-то там, за горизонтом, Сэди сейчас пила чай с Китти. Смеялась. Касалась её руки.
- Она просто хочет сбежать, - тихо сказала Шарлотта самой себе. Утешая себя. - Она несчастна. Она ищет выход. Это про нормальную жизнь.. Китти не при чем..
Она сглотнула, прикрывая глаза.
«Но почему не со мной?» - мысли взрывались в голове . - «Почему она не сказала мне первой? Я бы.. я бы помогла. Я бы пошла за ней на край света.»
Но это не взаимно. Как ни крути - леди не знает. Не догадывается, что её камеристка готова бросить всё, лишь бы быть рядом. Наверное, видит в ней только служанку. Только подругу.
Только Шарлотту. Удобную, надёжную, всегда доступную Шарлотту.
Наверное, я ей совсем наскучила
эхом отозвалось в голове.
Девушка выпрямилась, провела ладонями по лицу и глубоко вздохнула.
- Миледи устала. Она запуталась. Ей нужно время. Я.. я просто буду рядом. Как всегда. - пронеслось в голове.
Она посмотрела на свою ладонь, ещё хранящую тепло от обложки тетради, и улыбнулась. Горько, но искренне.
- Я подожду, - прошептала она. - Если она хочет сбежать... я помогу. Даже если не со мной. Лишь бы она была счастлива.
Правдивы ли ее слова, она сама не знала. Как бы она помогла ей?
Девушка вышла из комнаты, аккуратно притворив дверь. В коридоре было пусто, и только где-то внизу, на кухне, слышались голоса и звон посуды.
Камеристка спустилась вниз, чтобы приготовить чай к возвращению госпожи. На лице её была привычная спокойная улыбка, но в груди где-то глубоко, на самом дне затаилась маленькая, острая боль.
Боль от того, что ты любишь кого-то всем сердцем, а он даже не подозревает
Карета остановилась у ворот замка, когда уже начало смеркаться. Сэди вышла, и прохладный вечерний воздух коснулся её раскрасневшихся щёк. Где-то внутри ещё теплилось то странное, необъяснимое чувство -смесь тепла и тревоги. Ожидание того, что будет дальше.
Помощница уже ждала на крыльце. Она стояла с прямой спиной, и в руках у неё было тепле одеяло на случай, если леди замёрзнет.
Увидев Сэди, она улыбнулась привычной мягкой улыбкой и шагнула навстречу.
- Миледи, - сказала она, помогая снять дорожную накидку. - Как прошёл день? Вы не замёрзли? Я велела разжечь камин в вашей комнате.
Рыжая рассеянно кивнула. Она смотрела куда-то вдаль, на тёмный сад, и на лице её блуждала мечтательная полуулыбка.
- День был чудесный, Шарлотта, - ответила она мечтательно, не глядя на камеристку. - Китти такая.. особенная. Ты не находишь?
Шарлотта замерла на мгновение. Её руки, которые аккуратно складывали плащ, дрогнули почти незаметно. Но она быстро взяла себя в руки и опустила глаза.
- Да, миледи, -ответила она ровным, спокойным голосом. - Она очень добрая.
Сэди не заметила, как дрогнул голос её камеристки. Не заметила, как пальцы Шарлотты на мгновение сжали ткань плаща, словно пытаясь удержать что-то невидимое.
- Я имею ввиду.. Все люди волшебны по своему. Ты.. ты достойна всех похвал! А швея Норма, какая же трудяжка!
Леди уже прошла в холл, оставив помощницу одну у дверей. Стук её каблучков затих в коридоре, а Шарлотта всё стояла, глядя в пустот
- Добрая. - прошептала она одними губами. И в этом одном слове было столько горечи, что воздух вокруг сгустился.
Она не плакала. Она просто стояла, прижимая к груди плащ Сэди, в котором ещё сохранился запах её духов и лёгкий холод вечерней дороги.
«Ты даже не знаешь, как я смотрю на тебя, Сэди. Ты даже не видишь меня» подумала она.
Но вслух ничего не сказала. Просто улыбнулась, вздохнула и пошла в комнату. Готовить чай.
В конце концов, она же камеристка. Её дело одно. Служить.
А любить.. она сама выбрала ее. Знала, кто такая леди.
Она будет смотреть на нее из далека. Радоваться ее победам. Жалеть при несчастьях.