Вселенная 505: страх и ярость

Праздничные дни выдались нелегкими и, к счастью многих, подошли к концу. А раз отпуск закончился, значит, пора вспомнить и о доме.

В Близнецовую вселенную MNBJ345 вернулись те, кто оттуда и пришел. Замученные, со спазмами во всем теле, но вполне довольные преодолением всех, безусловно, тяжелых препятствий. Один только Фин остался в Норвегии, выразив неготовность присоединиться к их компании. По крайней мере, сейчас. А пока у Фила была возможность связаться с братом в любой момент, пусть оба этого не очень-то хотели. Лучше уж обдумать все поодиночке.

Бонд вышел на работу на следующий же день, как вернулся, несмотря на то что на календаре было обведено воскресенье, и даже Агата, работая медсестрой, до начала рабочей недели оставалась дома. Как прокомментировал сам парень: «Долг зовет». Ну, раз уж зовет, значит, надо.

Кажется, это воскресенье было самым спокойным за последнюю неделю. Агата и Джу вместе испекли отменные булочки с маслом. Аромат стоял на всю кухню! А какими нежными и пышными они получились на вкус… За такой завтрак, как говорила Агата, стоило целовать руки Джу, ведь сама она готовила плохо и, если бы была главной на кухне, что-нибудь бы точно сгорело. Ванесса крутилась рядом юлой и почти совала нос в тесто, с интересом наблюдая за процессом и даже иногда помогая. Фил смог порадовать девушек настоящим фаер-шоу с приготовлением коктейлей. Бурные овации заставили его кланяться до боли в пояснице, однако секретом, где он только успел такому научиться, мужчина не поделился. Завершился выходной просмотром двух фильмов и жаркой попкорна – снова спасибо Джу.

Солнышко изредка мигало лучиками сквозь облака, точно сонно моргало. Оно уже едва виднелось за горизонтом, и в комнате так стемнело, что пришлось воспользоваться настольной лампой.

Вот Фил и Ванесса легли в своей комнате, чтобы вместе посмотреть какой-то мультсериал, полюбившейся девочке. Мужчина и моргнуть не успел, как на часах застыла тройка и два ноля. За окном – сплошная тьма, Агата и Джу давно заснули и даже Ванесса, не выключив телевизор, засопела рядом с отцом.

А Бонда все нет.

Один только Фил не клевал носом, пусто смотря в экран телевизора. Он мягко гладил дочь по плечу, погружаясь в пучину раздумий.

Сейчас над ним нависали две, так сказать, думы, которые и являлись причиной некой бессонницы. Первая мысль – Бонда все еще нет дома. Нормально ли для полицейских возвращаться настолько поздно? Может, что-то случилось? Стал бы он предупреждать о непредвиденной задержке Фила или написал бы только Агате и Джу?

А вторая – Катарина. Недавняя суматоха заставила его напрочь забыть обо всем, даже о самой королеве, главе ЕСВ, которая дала ему только полгода на исправление всех сотворенных им дел. Прошло уже больше половины назначенного срока, а он так и не сдвинулся с мертвой точки. Даже не рассказал обо всем друзьям.

Сглотнув, Фил безвольно потер шею, будто его уже отводят на казнь с Катариной под руку.

Из размышлений его вывел глухой скрежет двери на первом этаже. Кажется, Бонд все-таки вернулся. С губ сорвался облегченный вздох. Через пару секунд послышались тихие шаги по скрипучей лестнице и, когда они стихли, дверь в соседнюю спальню бесшумно закрылась. Бонд передвигался так, словно еле перебирал ногами. Так сильно устал?

Тут мужчина вспомнил, что сегодня должно свершиться нечто важное. Он обязан поговорить с Бондом.

Фил опустил глаза на глубоко спящую Ванессу. Аккуратно уложив малышку в кровать так, чтобы было удобно, он с легкостью выдохнул, когда та не проснулась, и наконец встал. Прокрасться в коридор, а из него в комнату друга было несложной задачей, и неудивительно, что Фил с ней справился. Он медленно приоткрыл деревянную дверь, оставив щелку. Заглянул внутрь.

Ничего не было видно – хоть глаз коли. Он проморгался, напряг зрение и вскоре заметил едва уловимые очертания. Бонд не удосужился включить хотя бы настольную лампу и устало распластался на кровати, кажется, даже не сняв с себя полицейскую форму. Вот так просто – рухнул и, возможно, уже заснул мертвым сном.

Пристальный, изучающий взгляд из-за двери не остался незамеченным. Резко вдохнув, Бонд сел в кровати, поправляя одежду.

-Фил? – прошептал он хрипло и сощурился, стараясь разглядеть гостя. – Что ты тут делаешь в такой час? Что-то стряслось?

Мужчина лишь хмыкнул. Его позабавили попытки Бонда говорить нормально, а не сокрушенно. Он был выжат, но все равно волновался.

-Я сейчас приду, - шепнул он в ответ заговорщически и скрылся в коридоре, так и оставив за собой щелку.

Бонд непонимающе хлопнул глазами, но стал ждать. Пока Фила не было, парень успел прийти в себя: протер часто моргающие глаза, поправил галстук и даже прочистил горло, откашлявшись, чтобы голос звучал получше умирающей вороны.

Не прошло и двух минут, как Фил распахнул дверь и по-настоящему вломился в спальню с пышным вязаным пледом на плече, стаканом теплого молока, залитым до краев, и тарелкой, наваленной добротной горкой утренних булочек и покупных, но вкусных печеней.

-Агата и Джу сегодня утром готовили, - весело дал комментарий Фил на ошарашенные глаза Бонда и прикрыл дверь ногой, ведь руки были заняты.

Он поставил перекус со стаканом на прикроватную тумбочку и, включив ночник, сел рядом, не снимая с себя связанного Агатой пледа. Мужчина глянул на Бонда, который вот-вот собирался что-то сказать. Вероятно, строгий отказ от помощи. Но Фил оказался быстрее:

-Молчи, придурок. Знаешь, в то, что ты не устал, поверит только младенец, и то вряд ли. Не трать силы, просто поблагодари и ешь молча. – С этими словами он резким, но ловким движением накинул на плечи Бонда принесенный плед, чтобы тот хотя бы укрылся перед тем, как вымученно провалиться в сон.

Парень выдохнул от бессилия, осознавая, что спорить сейчас бесполезно. Он лишь сгорбился, натягивая плед.

-Почему ты еще не спишь? – решил тот сменить тему.

Фил буднично пожал плечами, осматривая комнату, в которой бывал редко. Довольно скромно.

-Знаешь ли, с недавними событиями ужиться тяжело, не то что заснуть. Мне не привыкать к бессоннице. Такая старая подруга, пусть и нелюбимая.

Он усмехнулся и зарылся пятерней в неряшливые волосы, вспоминая о Катарине с воющим сердцем.

-Ты мне лучше скажи: почему вернулся так поздно?

-День был бешеным. После отпуска и так непривычно возвращаться в рутину, а мне еще и наверстывать пришлось то, что пропустил. Да и… твои семейные разборки повлияли не только на тебя, Фониас.

Мужчина хмыкнул вновь, скользнув по другу оценивающим взглядом.

-Кстати, о семейных разборках.

Фил неожиданно оскалился хитрой лисой, точно знал намного больше, чем должен был.

-Ты почти засыпаешь сейчас, но заставляешь себя молоть языком. Делаешь вид, что не устал вовсе.

-Это… - Он запнулся, подбирая нужные слова.

-Привычка из юношества, - сказали они одновременно, и мужчина удовлетворенно сощурился, подавив смех. В ответ на это Бонд округлил глаза.

-Я знаю тебя чуточку лучше, чем тебе кажется. Видел очень много твоих копий. Больше, чем ты можешь себе представить. Они такие разные, но все одинаковые. Чем же уникальна твоя история? В каждой вселенной все может сложиться по-другому, как судьба поведет.

Бонд все еще смотрел изумленно, но совсем скоро заставил себя натянуто улыбнуться

-Что ж, неплохо, Фониас. – Он потер переносицу. – Намекаешь на то, что теперь моя очередь душу изливать, а?

Фил лукаво поднял руки сдавшимся преступником и явно соврал:

-Я не заставляю.

Бонд отмахнулся.

-Заткнись. Я буду краток, большего не дождешься. А когда закончу – ты отвяжешься.

-Хорошо, хорошо.

Собрав небольшое количество мыслей в кучу, парень постарался спонтанно начать:

-Родился и вырос я в этом доме. Что сказать… детство было спокойным, у родителей еще с колледжа сложились прекрасные отношения. Честные они люди, хорошие. Мама была домохозяйкой, великой женщиной. Смотрел на нее всегда восхищенно, она ведь была монстром с тысячью рук: успевала успокоить меня, поговорить по телефону, полить цветы и помешать суп одновременно. Папа же работал ведущим на местном телевидении, часто задерживался допоздна, но каждый вечер возвращался с двумя леденцами для меня и Агаты, когда ей уже можно было такое грызть. Такая вот у нас традиция была.

-Зубы не выпали?

-Нет, - усмехнулся Бонд, опустив глаза.

-Хотя бы кариес?

Парень показательно откашлялся и продолжил:

-Раз уж я упомянул Агату… Скажу, что всегда гордился ею. Мама с детства напоминала, что я старший брат, а значит не должен позволить, чтобы кто-то обижал Агату. Я был с этим согласен. По своей воле защищал, брал вину на себя, если было нужно. Я знал, что делаю все правильно.

Тут он вдруг оборвался на полуслове.

-Мои родители тоже разбились, когда мне было девятнадцать.

На лицо Бонда налегла тень. Он замолчал на пару секунд, прислушиваясь к ложному грохоту неба за окном.

-В этом мы, к несчастью, похожи, - вздохнул Фил смиренно, скользнув по другу взглядом. Тот лишь кивнул.

 -В тот день шел мощный ливень. Они собирались в другой город к бабушке, ей нужно было помочь – ноги больные. Мама все отговаривала отца. Но я его не виню. Опыт в вождении большим был, не первый раз в такую погоду катался. Да и недалеко совсем… Ну, не повезло в этот раз.

В горле неприятно пересохло. Парень на секунду зажмурился, отгоняя наваждение.

Лампа звенела, потрескивала вперемешку со скрипом. Он глядел на бледные тела родителей сквозь защитное стекло, но не видел их вовсе. Перед глазами застыла разбитая машина, мигающие фары которой заливал дождь. Он знал, что бабушка положила теплую костлявую руку на плечо, но не ощущал этого вовсе. Он слышал мужчину, что твердо настаивал на своем мнении: не стоило им добровольно соглашаться на личное опознание, но внимал его сквозь толщу воды.

А где-то за окном гроза. Громкая до оглушения. Хмурая, злая. И вторит ей лампа с мерзотным ливнем…

-Сестре четырнадцать было, - отрезал Бонд, неожиданно продолжив. Глаза остались мутными. – Я взял над ней опеку. Это было возможно, не хватало лишь финансовой стабильности, которая была важна для суда не меньше остального. Но бабушка помогала. Ездила к нам нечасто из другого-то города, здоровье ее подводило. Мы остались жить в этом доме, по наследству к нам перешел…

Я полностью нас содержал. Устроился на кучу подработок. Там и ночные смены по шесть, двенадцать часов, и сутки… Иногда приходилось больше двадцати работать. Суду подлизывал, чтобы довольны были опекунством. Так год мимо меня и пролетел. С Агатой мы невольно отдалились, неловко нам вместе стало. Оба не знали, как вообще стоит себя вести. Я не хотел показывать перед ней слабину, не поднимал тему о родителях, просто делал свое дело. Было приятно, что сестра старалась и учиться хорошо, и с домом управиться, чтобы у меня проблем не было. Даже готовить старалась, представляешь?

-Правда? – Уголки губ сочувственно дрогнули.

-Да. Всегда макароны. То слипшиеся, то недоваренные, то пересоленные. А мне всегда вкусно было. Жаль, что даже «спасибо» сказать не мог. Лишь кивал да спать уходил.

Он прошелся пятерней по затылку, взъерошив волосы и вконец заставив хвостик расплестись.

-Потом бабушка скончалась. Но это было ожидаемо, у нее… У нее с ногами проблемы были, я говорил? Однако на тот момент, слава Богу, меня уже взяли в кафе-ресторан. Там платили заметно побольше, поэтому я смог позволить себе уйти с некоторых других работ. Самый худший год был пережит.

На мое двадцатилетие Агата подарила мне… рекомендательное письмо от всех учителей в нашей школе и даже директора. Она рассказала им о нашей непростой ситуации и смогла уговорить их составить письмо в колледж моей мечты. Я думал отказаться из-за работы, хоть и остался благодарен. Но она настояла на том, что ничего не мешает мне учиться и работать одновременно. Ее финальным аргументом стало то, что Агата уже способна устроиться на подработку.

-Колледж мечты? Кем ты хотел стать? – воодушевился мужчина, жестом предложив парню выпить молока. Но, получив немой отказ, поставил его и откусил шоколадное печенье.

-Я с детства хотел быть полицейским. Вот уж сюрприз. Моя комната в подростковом возрасте была увешена постерами, а полки забиты игрушками.

-Ты ведь жил в той комнате, где сейчас спим мы с Ванессой? Я заметил следы скотча на одной из стен у шкафа. А Вэсси в каком-то из ящиков откопала старую коллекционную фигурку. Ты же знаешь, что ее можно за целое состояние продать?

-Прямо уж.

Бонду это было откровенно неинтересно. Он сразу же продолжил:

-Мне так нравилось вставать горой за кого-то, что я хотел защищать всех, кого только смогу. Но, если признаться, я устал. Мне уже в кошмары не помещается все это. Страшная работа, Фониас, требующая страшных нервов. Ты ведь можешь понять?

И Фил покорно кивнул.

-Это место не для меня, но я не могу просто уволиться. Мне стыдно. Особенно перед сестрой. Она так старалась, так хотела видеть меня полицейским. Тем более у нас снова начнутся проблемы с финансами. Джу еще не нашла себе работу, а Агата медсестра, окончившая лишь двухлетнюю учебу. Сразу пошла работать в больничку через пару улиц, хотя многие идут учиться дальше. Я все еще не понимаю ее выбора! Она такая молодая, могла бы построить себе карьеру, получала бы в несколько раз больше, но… Может, я подал такой плохой пример?

Бонд устало плюхнулся лицом в ладони, протирая лицо. Фил старался подобрать нужные слова:

-Брось, Агата умная девочка, все поймет. Она ведь хотела видеть тебя полицейским не из-за собственной прихоти, а из-за твоей мечты. Так почему она должна осуждать тебя за выбор?

-Еще боюсь оставить ее без защиты, - сказал он в свои руки спустя время, оставив слова Фила без комментариев. – С ней может случится все что угодно в любой момент.

И тут Бонд сказал такое, отчего волосы на затылке Фила зашевелились:

-Иногда в своих снах я вижу ее мертвой. Страх сковывает меня, а я – ее. Человек – существо хрупкое, жизнь Агаты может отнять любая мелочь. Что, если Агата умрет, как и родители? Тогда я останусь совсем один.

Фил посмотрел на друга как-то строго, смерив взглядом. Затем нащупал что-то в кармане и достал несколько крохотных голубых кубиков. Выбрав один из них, опередил Бонда и глухо, коротко ответил на незаданный вопрос:

-Компактные сумки. Во всех вселенных используются. Сейчас увидишь.

Бонд тупо приоткрыл рот, уставившись на кубик, который бросили на пол. Он зашипел, пустил искру, а затем – пуф! – увеличился в размерах до бездонной коробки. Фил, не уделяя чудо-сумке лишнего внимания, зарылся в нее по локоть.

-Я догадывался, что когда-нибудь мы поговорим об этом. И знал, что тебе понадобится второй «толчок», чтобы отпустить от себя Агату.

Бонд тряхнул головой, поморщившись от стука дождевых капель, что отдались эхом в мыслях.

-Толчок?

-Думаю, твое спасение из того ущелья произвело сильный эффект. Не так ли?

Парень в ответ медленно повел плечом. Это было горькой правдой. Такую ситуацию просто так отпустить он не мог.

-Ну, вот поэтому я кое-что приготовил… Ты как? С ног не валишься?

-Не особо… Взбодрился…

-Отлично, тогда тебе лучше не вставать. – С этими сухими словами Фил наконец достал газету, свернутую в трубочку. Она выглядела относительно новой. Мужчина бросил ее на кровать нарочито небрежно.

В глаза сразу же бросился заголовок:

«С ЭТОГО ДНЯ ТЫ НАВСЕГДА ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ»

Мурашки в недобром предчувствии забегали по коже. Что это, черт возьми, такое?! С газеты на Бонда смотрел он сам.

Он глядел исподлобья по-злому, не то бешено, не то устало. На черно-белом лице застыла кривая усмешка, которая знала все. Он всматривался в душу больными глазами, бросая вызов всем, кто тронул эту газету. Квадратное лицо взяла хаотичная щетина, а волосы на голове стояли взъерошенным гнездом.

«3 сентября этого года в 00:24 в полицию поступил роковой звонок.

“– ОН! Это был ОН! Расчленил бедняжку!” – кричала некая миссис Роуди в трубку, истерично прося о помощи. Тогда женщина даже не догадывалась, что ее звонок сотрясет всю Америку.

Этим летом Агата Х. (все фамилии опущены из соображений безопасности) окончила школу остеопатической медицины при Университете А.Т. Стилла. Но в родительский дом вернулась не одна.

Джейсон О. учился со своей будущей невестой на одном факультете. Имея некоторые проблемы со зрением, умудрялся неплохо играть в бейсбол и учиться с отличием, чем и привлек внимание девушки. Тогда молодой бейсболист еще не догадывался, чем обернется ему это знакомство.

Агата прибыла в родной город и зашла за порог дома вместе с Джейсоном. Родители выпускницы встретили будущих молодоженов с распростертыми объятиями и улыбками на лицах.

Не рад был лишь один жилец дома.

“– Бонд всегда страдал ревностью, - нехотя призналась нам мать Агаты и Бонда. – Не хотелось ему сестренку отпускать в другой город. И отдавать ее кому-то тоже.”

Все началось в тот день, когда Джейсон повез родителей невесты за город, чтобы помочь закупиться продуктами на ближайший месяц. Родители отказались от помощи сына, согласившись поехать с молодым человеком.

“– Джейсон мальчик хороший. Мы с супругой давно хотели… ближе с ним познакомиться. Вот и поехали на свою голову, - говорит отец семейства.”

Вернувшись ближе к ночи, дома они застали лишь Бонда. Мужчина спокойно разъяснил, что друзья пригласили Агату на день рождения. Вечеринка будет длится несколько дней, так что ее лучше не ждать.

“–Это же Агата, - весело отмахивался Бонд. – У нее столько друзей.”

И кто они такие, чтобы не верить собственному сыну?

Анонимный эксперт дал комментарий: “Исходя из всей истории и комментариев родственников, мы можем сделать достаточно дерзкий и неутешительный вывод. Бонд страдает расстройством. Сильным, опасным. Многие бы не смогли поверить в то, что произошло, мы не можем винить родителей этого человека.”

Спустя трое суток миссис Роуди проснулась ночью от шума: “Сначала я подумала, что это бытовая возня соседей. Потом поняла, что звуки исходят из дома напротив… А он давно заброшен!”

Женщина вышла на разведку, и это чуть не стоило ей жизни. На втором этаже дома она застала Бонда. Он смотрел “молча, скалясь, словно ждал ее”, и не делал при этом ничего, хотя в руках его серебрился окровавленный нож. Теплая кровь ритмично падала на разорванное тело.

Едва ли Агату можно было узнать.

Перед задержанием преступник бесстрастно сказал лишь одно, обернувшись на тело, завернутое в черный мешок: “С этого дня ты навсегда принадлежишь мне”»

Фил, оперевшись на бездонную коробку, беспечно подал голос:

-Видишь, до чего может довести твоя проблема?

Бонд пусто проходился глазами по комментариям разных специалистов и подробностям дела. Скулы проявились, сделав его лицо более сухим и безжизненным. Кончики пальцев побелели.

-Думаешь, я мог бы сделать такое?

Он вскинул голову с тем же самым вызовом. Друг смотрел на него с несколько секунд, а затем все же ответил:

-Мне это неведомо. Но Бонд из LFq22 сделал. Его сестра должна была быть для меня следующей. И вот думай, какая судьба лучше…

Бонд стиснул газету, сминая ее края от неведомых чувств.

-Это безумие. Зачем ты показал мне эту гадость?

-Полтора года назад ситуация была похожей. Бонд из еще одной вселенной держал сестру в подвале. Но не три дня, а большую часть ее жизни. Когда я… избавил ее от страданий, я увидел самого безумного человека в мире. Того, кто потерял объект своей «опеки». Затем и показываю, Бонд. Ты должен знать, какие копии-монстры живут в других мирах. И если ты не хочешь стать таким же отбитым психом, тебе пора бы сделать первый шаг.

Фил скользнул взглядом по мятой газете, а после стукнул по коробке – та упала в ладошку кубиком.

-Оставь себе.

Парень пялился на газету безучастно. Он не хотел бы ее больше видеть.

-Это еще не все, Белый. Но больше ужасов не будет. Давай просто… развеемся и погуляем по другим мирам? Вдвоем. Думаю, тебе будет интересно посмотреть на кое-что. Но мы можем опоздать. Я подобрал эти моменты специально для тебя. Они произойдут лишь один раз.

Фил протянул ему руку и слабо улыбнулся. Бонд смотрел недоверчиво.

-Разве мне не должно стать плохо от частых перемещений? – без интереса спросил он. – Сам говорил. Рекомендации и все такое…

Фил отмахнулся, уже открывая портал. Бонд все же встал.

-Ох уж эти рекомендации. Ничего страшного не случится. Голова покружится, потошнит и все. Если станет сильно плохо, ты скажи.

Он нахмурился и мрачно зашел в портал первым.

Свет ослепил, ударив по глазам. Бонд сморщился и постарался прикрыться руками от полуденного солнца другой вселенной. Не успел он что-то осознать, как его затащили за ближайшие кусты. Парень протер лицо, слушая шепот Фила над ухом:

-У меня целый список «ключевых моментов» других Агат, чьи истории так или иначе похожи на вашу. Я выбрал самые ближайшие к нам по времени, но подождать все равно придется.

-Откуда ты знаешь, что будет в будущем? – снова незаинтересованно спросил он, вымученно осматривая улицу. Прятались они с Филом напротив белого дома. Бонд его ни разу в жизни не видел, но на лужайке блуждали знакомые лица.

-Мама же вероятностями увлекалась, - просиял он. –  Гадание и все такое. Дельце сложное, монотонное, но захватывающее. Я, между прочим, много времени на этот список потратил. Только ради тебя. Но ты на меня, если что, не надейся! Я предсказатель фиговый, не мое это дело.

Бонд повернул к нему голову, тоже понизив голос:

-Разве это не лженаука?

-Вот сейчас и увидишь.

Фил повернул голову, всматриваясь с нескрываемым интересом… Но они не увидели. Ни сейчас, ни через полчаса. Мужчина явно обсчитался, но еще пытался выкрутиться: «Ну, щас точно будет! Минутки две потерпи».

Бонд уже устал вздыхать в ответ, раздраженно осматривая домик. Обычный. Люди на лужайке, весело общаясь, украшали его и явно к чему-то готовились. Наверное, вечеринка…

Виски запульсировали. «…вечеринка будет длится несколько дней, так что ее лучше не ждать…». Отвратительная история, которая никогда не смогла бы коснуться его и сестры.

-Смотри! – Фил тряхнул его за локоть, силком вытащив из пучины неутешительных мыслей.

Бонд без собственной воли все же продолжил наблюдать. Через дорогу, перед домом, нарисовались девушка и парень. Последний бросался в глаза: яркая жилетка, свободные штаны и открытые худые руки. Светлые короткие волосы поблескивали на солнце, на лице красовалась стриженая борода. Это точно Бонд. Агата же была намного ниже старшего брата. На ней светлый сарафан, босоножки, бесформенная кофточка из овечьей шерсти. На щеке маленький белеющий шрам, а на плече мирно лежит длинная коса.

-Слушай внимательно, - посоветовал мужчина над ухом, заметив, что брат с сестрой о чем-то разговаривают, попивая лимонад из бумажных стаканчиков. На голове местной Агаты набекрень висел колпак.

-Еще раз с днем рождения тебя, рыбка! – навеселе начал тот Бонд, и сестра улыбчиво зажмурилась, когда брат растрепал ей светлые волосы на макушке.

-Ну все, все! Сколько раз ты уже поздравил меня? Отдуваешься за Вайтов? – Подавив смех, она поправила растрепавшуюся косу.

-Да, отдуваюсь. Зачем ты их пригласила? Не поздравили, еще и ходят, минами своими весь праздник портят. Это мы не едим, в это играть не будем. – Парень показательно закатил глаза. Удивляло, насколько открыто и экспрессивно он себя вел. Но только не его сестру. Кажется, таким ее Бонд был всегда.

-Да ну хватит, щас как заведешься опять. Ты лучше скажи, пока мы отошли, как у тебя с работой?

-Уволился, - с сияющей улыбкой проговорил он. – Ты была права, пробовать себя в разных сферах – интереснее, чем проперживать стул в офисе.

Бонд в кустах возмущенно поднял брови. Что за слова! А плечи Фила дрожали от беззвучного смеха.

-Я уже со счета сбилась. Сколько работ ты успел поменять?

-Я не считал. – Брат пожал плечами. – С момента, как в полиции три года отработал – мой рекорд –, пошел работать тренером. Потом переучился, дрессировщик, учитель средней школы, мастер на дом, продавец лимонада Хэй-Хэй-Хэй – покупай меня скорей…

Агата заливисто рассмеялась и пихнула его в бок.

-Достал уже с этой рекламой! Когда она перестанет мне сниться? Ну вот, сказала – сегодня точно явишься мне в кошмарах, рекламщик.

Бонд, не сдерживаясь, тоже расхохотался.

-До конца жизни донимать тебя буду. Зря актером озвучки и дубляжа работал? А переводчиком? Хочешь «Хэй-Хэй-Хэй – покупай меня скорей» на испанском?

-Фу-у-у, только попробуй!

В уши вливался веселый, беззаботный смех его копии и сестры. Бонд смотрел на них тупым взглядом и почему-то страшно завидовал. Почему у них не так? Что, ему нужно такую же безвкусную жилетку купить? Этот Бонд… какой-то странный, неестественный. Безрассудный! Поддался запрещенным желаниям, променял на них стабильность. Он шумный, крикливый. Неужели в этом вся разница?

Из мыслей вытянуло одно лишь слово: могилы. Это сказал сам Бонд! Но так беспечно и буднично. Беззаботно! А вот у него, у клона в кустах, от одно лишь этого слова сводит челюсть, а в потемках разума слышится дождь. Ладно, о чем они там языками чешут?

-Думаешь, стоит родителям отнести кусочек торта? – спросил Бонд.

-Ты что, это уже слишком. – Она покачала головой. – Какой-нибудь ребенок съест, не дай Бог отравиться. Давай просто поедем ближе к вечеру на кладбище и навестим их.

Парень кивнул.

-Да уж, столько времени прошло. А было будто вчера. Думаю, они были бы рады за нас.

-Они и так рады. – Агата кивнула, а через пару секунд улыбнулась. – Помнишь, мама учила нас готовить? Ну, ты знаешь, руки у меня не из того места, весь талант тебе достался. Как ты только ел ту гадость, которую я готовила?

-Ты про макароны? Ой, прости, прости, паста карбонара! – Получив очередной тычок под ребра, лишь широко улыбнулся. – Зато посмотри на себя сейчас! Владелица настоящей пекарни. Эм-эм, мисс Агата, мисс Агата, дайте, пожалуйста, интервью! Скажите, как вы добились такого успеха?

Голос он стал писклявить. Сестра сложила на груди руки, оглядев его скептично.

-О да-а-а, мой тупой брат с неухоженной бородой, которая ему не идет, так поддерживал мою мечту. Интервью окончено.

Она круто развернулась, по пути кинув пустой стаканчик в контейнер, и зашагала к домику прогулочным шагом, пока Бонд говорил в спину: «Думаешь, стоит сбрить? А ты говорила, что мне идет!»

Когда брат с сестрой вернулись в разгар вечеринки, закончив пить свой лимонад на свежем воздухе, Бонд порывисто вздохнул.

-Тоже заметил, Белый? – Фил аккуратно заглянул ему в лицо.

-Что? – Парень буркнул.

-Какие они. Эти двое слышат друг друга, даже слепому видно. Готовы идти навстречу и поддерживать. Они не враги друг для друга, которым нужно скрывать чувства и страхи. – Фил оперся щекой о руку.

-И без тебя понял! Я не тупой. – Он оскалился, серьезно сведя брови. Рука интуитивно стала теребить кулон.

Хлесткий удар. Довольно сильный для двенадцатилетней девочки. Мальчик, получив пощечину, всем грузным телом свалился на траву, распластавшись. Он взвыл обиженным поросенком.

Бонд, стоя за деревом вместе с Филом, словно очнулся ото сна. Этот удар заставил его прийти в себя. Он уже и забыл, как оказался здесь. Все было как в тумане. Однако нечеткие образы стали всплывать: вот Фил завел его в портал, о чем-то рассуждая, - он ведь даже отвечал ему! –, вот они спрятались за деревьями, следят за опушкой, где раскинулся детский лагерь. Кажется, Фониас что-то говорил о ранней смерти родителей местных Агаты и Бонда, что сестра здесь старше… А что происходит? Детишки же только что рисовали какой-то плакат. Бонд всмотрелся.

Беловолосый мальчишка в болотной кепке с козырьком ютился у деревянного стола. Он прижимался к нему, словно это последний шанс на спасение. Запуганное лицо спрятал, опустив. На вид ему лет десять. Выглядит худым, совсем уж хиленьким. Может, болеет чем-то?

-А в детстве ты был миленьким, - выдал Фил неуместный комментарий.

Ясно. Бонд промолчал: в детстве он выглядел совсем не так. Либо ему плохо помнится.

Чуть поодаль от стола возвышалась та самая девочка. Белые чулки, свободные шорты, форма скаута – грудь увешена всякими значками. Головного убора нет, зато виднелся высокий хвост, собранный из каштановых волос. В лице узнавалась его любимая сестра. Она скривилась от злости, накрывая своей тенью упавшего мальчика. Остальные ребята отошли от них на несколько метров.

-Еще раз ты своей жопой что-то вякнешь в сторону моего брата, я тебе копчик сломаю – ходить не сможешь, урод! Свинья!

Вот это она… озверела.

Мальчишка на траве производил жалкое впечатление. Его пыл и уверенность заметно поубавились. Он захныкал, хватаясь за щеку.

-Тупая девка! – Он неосознанно хрюкнул от стараний что-то сказать, а потом побагровел на глазах. – Эй, ты, чмошник в кепке! Тебе стыдно должно быть, что тебя девчонка защищает!

Агата стояла на месте разъяренным быком. Дышала тяжело, учащенно, окончательно рассвирепев. Бонд всхлипнул, ухватившись за сестру. Кепка слетела, оставив на голове белый ежик.

-Тебе влетит… Пойдем, надо сказать вожатым.

Девочка успела смягчиться лишь на секунду.

-Безмамные крысенышы… - бубнил мальчишка, пытаясь встать. – Вот и бегите к вожатым под юбки! Они вас, тупых сироток, утешут. Еще конфет попросите!

Агата издала вопль, предвещающий нечто плохое. Она, словно сорвавшись с цепи, впилась руками в грудки пухлощекого и со всей силы ударилась о его лоб своим.

Когда они оба упали на траву без сознания, на несколько секунд восстала гробовая тишина. И лишь после дети завозились, словно муравьи, а мальчишка-Бонд, спотыкаясь, устремился вверх по холму, ближе к лагерю.

-Что… произошло? – Бонд невольно разомкнул губы, следя за маленькой фигуркой, хаотично взбирающейся по склону. Его копия запыхалась, стараясь успеть позвать на помощь вовремя.

-Ты что, совсем не смотрел?

-Я немного задумался, - пробубнил парень в ответ.

-Насколько я понял, Агата тебя защитила.

Бонд резко повернул к нему голову, смотря укоризненно: да ладно?! А Фил сдержал улыбку.

-Я тебя за идиота не держу, успокойся. Эти детки делали какой-то проект, и к мальчишке привязался тот грубиян. Вроде как его зовут Льюис. Он очень долго донимал Бонда, насмехался над ним и его семьей. Когда его сестра заметила это, то решила не сдерживать себя. Что, все еще думаешь о том, какая Агата слабая и хрупкая?

-Но… это же другая вселенная.

Теперь уже мужчина посмотрел на Бонда так, будто он и являлся последним идиотом на Земле.

-А есть разница?! Хочешь сказать, что во всех мирах твоя сестра может наподдавать всяким уродцам, а в твоей вселенной – нет? Не считаешь это нелогичным? Она умная, рассудительная и милосердная, в этом ее сила. Она способна многими способами постоять за себя.

Парень вдохнул, чтобы что-то ответить, да не нашелся. Фил, к его сожалению, был прав. Тут только он видит Агату неспособной к самостоятельности.

Стояли они так минут десять, не меньше. Затем Фил оглянулся, сказав тихо:

-Пошли, уже пора. Еще один раз посмотрим и домой, ладно?

Бонд безучастно кивнул. Хотелось, чтобы его уже оставили в покое. Игнорировать все, что происходило и происходит, становилось невозможным.

Молния холодно сверкнула в смольном небе, раздался гром. Дождь шел стеной, заставляя спрятаться в отдаленной беседке кладбища.

Бонд сжал край скамейки, на которой сидел. Он впился взглядом в собственную могилу. Грохот неба в ушах добивал, заставлял мысли путаться, а голову идти кругом. Казалось, хуже быть уже просто не может. Фил загнал его на арену беззащитным, неподготовленным, а затем выпустил туда же главные страхи Бонда. Становилось дурно, воздух казался разряженным несмотря на высокую влажность.

-Почему мы здесь? – кое-как разлепляя обескровленные губы, спросил Бонд. Взгляд продолжал поедать фотографию совсем еще юноши с его лицом. У этого человека, уже погребенного под землей, взгляд был хмурым, но ласковым, доброжелательным. Темные волосы сплелись в косу, на носу и бровях – пирсинг, а на лице – пушок усов. Хотелось отвернуться и прочистить память, но могила въелась в кору головного мозга. Да, здесь он мертв совсем молодым, этого не исправить.

-Спрашиваешь, почему мы на кладбище? – Фил смотрел на листву дерева, что стояло около беседки. Струйки дождя стекали вниз прямо с листьев. – Как всегда, друг мой, – просто смотри и жди.

Бонд нервно сглотнул. Тело мелко дрожало от шума ливня. Он не знал, насколько долго пялился на могильную плиту, но в чувство его привело что-то движущееся.

Это была вытянутая фигура в черном. Она вышагивала медленно, элегантно. Приближалась к могиле, прикрываясь от назойливых капель таким же черным зонтиком.

-Здравствуй, Бонди, - мягким шепотом обратилась она, поправив шляпку. Парень удивился, что смог расслышать женщину в такой дождь.

Оказалось, к ее груди были прижаты цветы. Она присела, оставила букетик голубых ангелоний, а затем бережно убрала с плиты взмокшую листву. Бонду не казалось, что она скорбит. Нет, относится с лаской, теплом, словно все нормально.

-Жаль я не могу узнать, как у тебя дела. – Она помолчала, выпрямившись. – Если тебе так будет спокойнее, я расскажу о себе. Но, знаешь, ничего не меняется.

Женщина в черном посмеялась беззаботной ласточкой.

-Ох, столько лет прошло. Зато ты у меня вечно молодой и красивый. – Рука в перчатке прошлась по фотографии с нежностью. – Ты знаешь, я после твоей смерти осталась совсем одна. Но ты за меня не бойся, я женщина уже взрослая и очень даже состоятельная.

Тихий смех смог прорезать стену шумного дождя.

-Ты не забывай, я без тебя не пропадаю. Мне одной хорошо. Ладно уж, не совсем одной, с миссис Джонки. Ты ведь ее совсем котенком запомнил, а она уже старушкой стала. Днями лежит, на солнышке греется. Жаль, что в Лондоне это большая редкость.

Она позволила себе вздохнуть.

-Когда я успела тебя перерасти, Бонди?

Парень смотрел из беседки остекленевшими глазами. Кто-то сжимал его сердце в сильный кулак, стискивая все с большим усилием. Он не сдержался – на глаза накатились слезы. От чего именно?

-С работой как обычно. Непросто быть начальницей, но я стараюсь. Только не волнуйся, хорошо? Вообще-то я пришла кое-что рассказать тебе. Не зазнавайся, но ты узнаешь первым.

Женщина усмехнулась и подняла руку, медленно сняв перчатку. В слабом свете уличного фонаря блеснуло кольцо.

-Я выхожу замуж, представляешь? Мистер Оуди так долго за мной ухаживал, я все же растаяла перед ним. Теперь-то я не такая уж сильная и независимая женщина.

Она засмеялась.

-Зато с ним я счастлива. И без него тоже счастлива. Я счастлива просто так.

Ветер подул резко, заставив зонтик вывернуться наизнанку. Женщина ойкнула, и тот выскользнул из рук, укатываясь по дорожке.

Бонд сам не понял, что только что сделал. Он резко выбежал из беседки, проигнорировав выкрик Фила. Дождь обжог кожу, его языки облизывали желанно, но… Парень вдруг понял, что ничего страшного не случилось. Он лишь едва промок. Тогда и шум грома в ушах будто стих, и сам ливень.

Парень поспешил поднять зонтик, почти лоб в лоб столкнувшись с Агатой. Выпрямляясь, он успел заглянуть в ее глаза. Думал, что увидит в них скрытую боль. Она ведь точно врала! Не может она быть счастлива, не может все быть спокойно без него, но… Ее впалые глаза выдавали ту же детскую беззаботность. В них прослеживалась усталость от долгих лет – ей было за сорок –, но не более. Агата смогла жить дальше.

Укрыв ее от дождя, он услышал сконфуженное «спасибо» словно через толщу воды. И совсем уж не понял, что творится в его сердце. Печаль? Агата живет без него, совсем не страдает, значит, он и не нужен. Радость? В ее жизни все хорошо, она жива и здорова, состоялась в обществе. Сочувствие? Эта женщина потеряла все…

-Вы будто из-под земли выросли. – Она мягко улыбнулась.

А Бонд очнулся, поспешив накинуть капюшон кофты, что была надета поверх полицейской рубашки. Он растерянно закивал.

-Да я… навещал своего дядюшку. Мистера… - Осмотревшись по сторонам, он через силу прочитал: - Вон-кель-де-фор-ма-на. Фух, ну и имечко, правда?

Женщина прикрыла губы рукой в перчатке, словно леди, и тихо захихикала.

-Не то слово, мистер?..

-Никто. – Получилось резче, чем того хотелось. – В плане, простите, я… не хочу раскрывать свое имя. Мне оно не очень нравится. А вы?

Она вызывающе подняла подбородок:

-Что ж, раз вы мистер Никто, можете звать меня, - Агата, даже не сделав паузы, кинула взгляд на могилу по левую руку рядом с собой, – мисс Пурпельплюм.

Бонд не сдержался и тоже хихикнул. О дожде он и вовсе как-то позабыл…

-Я… Простите, мисс Пурпельплюм, я стал невольным свидетелем вашего монолога. Кроме нас тут просто никого нет, так что…

-О, все в порядке, молодой человек. Не переживайте. Я навещала своего брата. К сожалению, он погиб в автокатастрофе с моими родителями в девятнадцать лет. Родители покоятся в Мексике, там наши родственники.

Агата медленно вздохнула.

-И вы горюете?

-Вовсе нет, - сказала она уверенно. – Бонд всегда живет у меня под сердцем. Да, я скучаю, но горевать не о чем. У нас обоих все хорошо.

Бонд замолчал, смотря на нее в упор. В глазах смешались все чувства. Вскоре женщина это заметила.

-Мистер Никто?

Он дрогнул и поспешил склонить перед ней голову, полностью отдав зонтик.

-Прошу прощение, мисс Пурпельплюм, но мне необходимо откланяться. Я опаздываю… на семейный вечер.

-Хорошего вечера, мистер Никто.

Он кивнул и развернулся, чтобы уйти к беседке. Фила там уже не было.

-И да, напоследок… Знайте, у меня и правда все хорошо.

Лица женщины он уже не увидел. Скрылся, словно тень, словно сам господин Никто в каплях дождя.

-Фил? – прошептал парень, стараясь отыскать друга в темноте среди деревьев. Блуждал он уже несколько минут.

-Я здесь, Белый. – От дерева отсоединилась тень. Портал прорезал тьму. – Не буду тебе ничего выговаривать, ты и так все знаешь, мистер Никто.

Бонд благодарно улыбнулся, сунув руки в карманы. Затем неуверенно приоткрыл рот, чтобы что-то сказать.

-Знаешь… Мне сейчас так легко и хорошо. Даже дождь ощущается приятно. Я точно не усну сегодня. Понимаю, ты обещал, что это последнее приключение, но… Может, правила можно нарушить?

На лице мужчины медленно растянулась улыбка, сияя. Бонд словно предложил мальчишке-хулигану нашкодить.

-Ни слова больше! – Фил выстрелил в самый центр, картинка в портале поменялась. Была комната Бонда, а сейчас?.. Лес, кажется?

Мужчина театрально поклонился, а после галантно протянул руку:

-Грустным блондинам в эту ночь поступает интересное предложение: старые неприятели исполняют давние обещания.

Бонд оторопел, непонимающе хлопнув глазами.

-Я хотел показать тебе ночной лес, где светятся флюши. Самое время воплотить обещанное в жизнь, если ты, конечно, готов.

Уголки губ безвольно поползли вверх, и вот Бонд расплылся в теплой и совсем не уставшей улыбке. Он взялся за руку и кивнул.

Заходить в портал было как-то непривычно. Возможно, начало сказываться количество путешествий за сегодня. Он обволакивал тело словно густая смола или даже желе, согревая. Но, выйдя из него, лицо облепил приятный холодок с намеком на влажность. Ноздри наполнились стойким запахом взмокшей земли и древесины, аромат которой иногда перебивали цветы. В ушах застыл переливистый свист птиц и фырканье животных, сопящих в глубине громадных кустов. Открыв глаза, Бонд удивился гармонии между красотой и стрекотанием жителей леса. Они будто находились в идеальном симбиозе, точно кто-то создал это намеренно, а природа не повела и пальцем. Эта картина в корне отличалась от той, что можно было увидеть в обычном лесу. Не хватит слов и духу, чтобы передать это волшебство, настоящее чудо.

Массивные деревья не устрашали, а привлекали своим величием. Они поскрипывали с добротой, а их фиолетовая, бледно-розовая или пурпурная кора тихонечко сипела, будто дыша. Темные листья покачивались на легком ветру и почти хохотали ему в лицо, не собираясь срываться с ветки.

Лиловая трава под ногами казалась мягче привычной зеленой, ощущалась приятным щекотанием на слегка оголенных лодыжках. Однако главными звездами на этой сцене были флюши в своей естественной среде обитания. Они сонно вылетали из своих норок у земли и домиков в шумной листве, слетаясь медленно и лениво. Эти существа виляли меж деревьев и плавали в воздухе друг за другом, а иногда и хороводом, напоминая светлячков. Приветствуя гостей, они мигали и свистели, привлекая к себе внимание.

Любования прервал Фил, резко запрыгнувший на небольшой пенек, который глухо простонал, бурча.

-Как тебе? – усмехнулся он и оглянулся, разведя руками.

-Тут так… - он завороженно задержал дыхание, бегая глазами, а после выдохнул: - красиво и, на удивление, тепло…

-Да, - согласился мужчина, ткнув пальцем в пролетающую мимо флюшу, отчего та распушилась и, зажужжав, улетела подальше, - в лесу даже снега нет, обычно деревья намеренно укрывают эти места от холодных осадков – через их густую листву не пробиться ни снегу, ни холоду. Зато, когда все это тает, то стекает с их листьев, словно дождь, и насыщает все растения.

-Невероятно… Это словно отдельная планета со своими правилами.

-Как тебе флюши в ночи? – шепотом спросил Фил, аккуратно сев на тот же пенек.

Бонд подошел чуть ближе, делая каждый шаг аккуратным.

-Ты был прав. Это потрясающее зрелище. Ваш мир уникален…

-Как и все другие миры. Хочешь, - он с вызовом вскинул на него голову, - пойдем дальше, вглубь? Ты будешь поражен местными животными, обещаю!

Он глуповато заулыбался во все зубы, снова напомнив мальчишку. Бонд посмеялся в кулак, но закивал. Как легко сейчас давался смех.

-Давай. Все равно усталость как рукой сняло после всего этого.

-Побежали! – прикрикнул Фил, взяв друга под руку и помчавшись вместе с ним в глубины леса так быстро, что Бонд не прекращал запинаться.

-Почему мы бежим?! – щурясь от поднявшегося ветра, спросил парень, стараясь перекричать шум леса.

-Чтобы заявить о нас лесу! Оглянись!

Бонд, вцепившись покрепче в предплечье мужчины, несмело посмотрел назад через плечо, да так и раскрыл рот. Следом за ними, как за вожаками, преданно бежали мелкие звери, заинтересовавшись в их необычном виде и странной одежде. Вот за ними прыгают, взмывая на полметра, раздутые бордовые зверушки с черными глазами-щелками. Они напомнили Бонду лягушек – прыгали точно так же, но походили скорее на маленьких ящериц агама, клокочущих, словно рычащие львы. Следом за ними быстро перебирали ножками крохотные пушистые чудики с зеленым гребешком на спине. Они будто чихали, общаясь со всеми. Рядом летели волшебные птички, который то ли следовали за всеми из интереса, то ли желали схватить животинку от голода – они напоминали летающие зонтики. Такие же, какой был у мисс Пурпельплюм сегодня.

-Хо-хо-хо! Видел бы это Фин, так и помер бы от зависти, - прокричал Фил, не сбавляя бега.

-Что они делают?!

-Это называется «парадный хвост». Многие звери откликаются на бег чего-то крупного – стараются выяснить, съедобно ли это или их ведут к добыче. Многие у нас так развлекаются: бегут в разные стороны, и за кем больше зверей побежит, тот и считается победителем. Не всегда везет поймать на хвост так много, но новичкам везет!

Пробежав еще с минуту, Фил стал постепенно сбавлять темп, в конечном счете остановившись. Он сразу же обернулся и устрашающе поднял руки, заулюлюкав. Зверята запищали, завопили – так и разбежались в разные стороны. А мужчина разразился заразительным и громким смехом, упав спиной на траву.

Бонд усмехнулся и сел рядом, запрокинув голову назад. Погода сегодня радовала: деревья будто специально едва отодвинули ветви, позволяя увидеть смольное небо. Звезды мерцали, но часто прятались за пушистыми облаками, которые извергали из себя редкие снежинки. Но они не долетали до земли, растворяясь в воздухе.

-Я скучал по этим местам, - прошептал Фил с тоской, но облегченно выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

-Спасибо, Фил.

-За что? – Мужчина лениво приподнялся, упираясь руками сзади.

-Наверное, за все? Ты, конечно, гад, и я никогда не прощу тебе наше знакомство, но… Видимо, так решила судьба. Ты скрасил наши будни, смог показать нам новый мир, и это, хоть и с осложнениями, закалило нас и сделало сильнее. – Бонд перевел взгляд с неба на слушающего с особым вниманием Фила.

Фил потускнел, хоть в глубине зрачков и заиграли веселые огоньки. Он снова упал на землю, подложив под голову руки.

-Грядет что-то очень серьезное, Бонд, я это чувствую. Все пройденные испытания для нашего будущего – шутка, причем очень несмешная. Я буду честен с тобой: есть еще много тайн, которые я не могу раскрыть сейчас. Нас ждет что-то… такое, что коснется всех вселенных разом. Будешь ли ты готов, Бонд?

Бонд ткнулся лбом в свое колено, смотря на жучков в траве, бегущих по своим ночным делам.

-На то мы и семья. Нам теперь никуда от тебя не деться, как и ты от нас никуда не денешься. Так что мы пойдем до конца и, я уверен, когда мы пройдем все это, мы сможем выйти к чему-то новому. Станем своей лучшей версией.

-Если не умрем, - прошептал Фил, но остался услышанным. В лоб прилетел камушек, на что мужчина зашипел.

-Ты обещал, - грозно ткнул в него пальцем Бонд, а после снова унялся.

-Клялся, - поправил Фил, потирая краснеющее пятнышко на лбу, - клялся собственной головой.

Бонд вновь одобрительно хмыкнул, перебирая камень помельче в руках.

-Отлично, что ты помнишь.

-Как забыть обещание, за нарушение которого белобрысый полицейский снесет мою красивую голову?

Камень попал уже в макушку, но Фил лишь рассмеялся.

В синих кустах послышался шелест. Бонд среагировал с отменной скоростью, глянув на только что пошевелившиеся листы слева от себя. Тишина… И вновь шелест, который парень увидел уже своими глазами.

-Что такое? – Фил сел в траве, смотря то на Бонда, то на кусты.

Прошла минута. Бонд уже хотел отмахнуться, как тут на небольшую полянку выбежало целое стадо странных зверей, побежавших прямо к двум отдыхающим.

Их округлые глазки словно светились в темноте. Мятная шерстка недокроликов распушилась, а уши завились почти до основания. Они запищали и точно забулькали, разбредаясь по всей полянке.

-Это кто? Кролики? – Бонд с осторожностью прижал ноги к груди.

-Пухлики! – радостно воскликнул Фил и прижал одного из зверьков к себе, пока тот ошарашенно пережевывал клочок травы. Другой, что стоял недалеко от них, свалился на бок, лениво скуля.

-Точно… Да, Фин о чем-то таком говорил…

Бонд с опаской глянул на пушистого зверька, сидевшего рядом с ним по левую руку. Пухлик выглядел глупым. Он смотрел в никуда и бесцельно жевал свежую травку.

Парень решился коснуться его спины. Когда кончики пальцев настигли мятную шерстку, тот пискнул и замер, раскрыв глаза и даже перестав жевать. Но в следующую секунду он прикрыл глаза-бусинки и поджал ушки.

Улыбка заиграла на лице. Парень стал гладить опасного зверя увереннее. Тельце пухлика помещалось в ладошку.

-Знаешь, - хмыкнул Бонд, - это одна из лучших и запоминающихся ночей в моей жизни.