Запретная любовь/Айзек Найт

Тишина в Красном лесу стала плотной, как стекло.
Её можно было почти потрогать.
Т/и не двигалась.
Ни на шаг.
Перед ней стояла женщина в чёрном плаще.
И выглядела она так, будто кто-то взял отражение Т/и и постарил его на несколько лет вперёд.
Те же черты.
Тот же взгляд.
Даже выражение лица было знакомым до дрожи.
— Это… невозможно, — выдохнул Айзек.
Морвен не ответил.
Он просто смотрел.
Слишком внимательно.
Слишком тихо.
Женщина сделала шаг вперёд.
Листья под её ногами не шелестели.
Будто лес сам уступал ей дорогу.
— Ты наконец пришла, — сказала она.
Голос был спокойный.
Но в нём чувствовалась усталость, которая тянется веками.
Т/и сжала ключ сильнее.
— Кто ты?
Женщина слегка наклонила голову.
— Ты уже знаешь ответ.
— Нет. Я хочу услышать его от тебя.
Пауза.
Красные глаза в лесу не двигались.
Они просто наблюдали.
Ждали.
И тогда женщина тихо сказала:
— Я — ты, которая не смогла завершить цикл.
Айзек сделал шаг назад.
— Это уже слишком даже для нас.
— Помолчи, — резко сказала Т/и, не отводя взгляда.
Она не моргала.
Словно боялась, что если закроет глаза хоть на секунду, реальность изменится ещё сильнее.
— Объясни.
Женщина посмотрела на каменную дверь.
Потом на ключ.
— Ты держишь то, что должно было быть использовано давно.
— Для чего?
— Для завершения печати.
Морвен напрягся.
— Нет.
Одна короткая фраза.
Но в ней было больше страха, чем во всех словах до этого.
Женщина повернулась к нему.
— Ты всегда боялся этого момента.
— Потому что он неправильный.
— Он неизбежный.
Т/и почувствовала, как кулон начинает пульсировать.
Сильнее.
Быстрее.
Будто реагирует на неё… на неё другую.
— Что значит «завершение печати»?
Женщина посмотрела прямо на неё.
— Это значит, что цепь должна быть разорвана.
— Какая цепь?
— Та, что заставляет нас возвращаться снова и снова.
Тишина.
Даже лес, казалось, замер.
Айзек тихо прошептал:
— Мне очень не нравится слово «снова».
Т/и не ответила.
Она не могла.
Потому что вдруг почувствовала странное.
Словно внутри неё есть ещё кто-то.
Не голос.
Не мысль.
А память.
Чужая.
Старая.
И в этот момент перед глазами вспыхнуло.
Она стояла на этой же поляне.
Но лес был другим.
Светлым.
Живым.
А рядом с ней — Морвен.
Моложе.
Без седины.
И он говорил:
— Если ты активируешь печать, ты исчезнешь.
Девушка с её лицом — но не она — отвечала:
— Я знаю.
— Тогда зачем?
— Потому что иначе он вернётся полностью.
Видение исчезло так же резко, как появилось.
Т/и резко вдохнула.
Айзек схватил её за плечо.
— Ты в порядке?!
— Да… нет… не знаю.
Морвен смотрел на неё так, будто уже понял, что произошло.
Женщина в плаще кивнула.
— Память возвращается быстрее.
— Я не хочу этого.
— Уже поздно хотеть.
Т/и сделала шаг назад.
— Вы все говорите так, будто я уже что-то решила.
— Потому что ты уже решала, — спокойно ответила женщина.
— Я не ты.
Женщина улыбнулась.
Едва заметно.
— Пока нет.
Слова ударили сильнее, чем крик.
Айзек выдохнул:
— Это самый неприятный разговор в моей жизни.
— Согласна, — сказала Т/и.
Но взгляд её всё равно не отрывался от каменной двери.
Она чувствовала.
Там что-то есть.
Не просто вход.
Не просто механизм.
А сердце.
Тяжёлое.
Старое.
Живое.
Морвен тихо сказал:
— Если ты вставишь ключ…
— То что?
Он не сразу ответил.
И это было хуже любого ответа.
— Начнётся пробуждение.
Женщина добавила:
— Или конец цикла.
Т/и посмотрела на них обоих.
— Почему вы говорите разное?
Морвен и женщина переглянулись.
И впервые в их взглядах было одно и то же.
Разочарование.
Вина.
И страх.
— Потому что мы не согласны, — сказал Морвен.
— И никогда не были, — добавила она.
Лес вдруг зашевелился.
Не ветер.
Что-то другое.
Красные глаза стали ближе.
Ближе.
Ближе.
Айзек напрягся.
— Нам пора делать выбор прямо сейчас, да?
Т/и медленно подняла ключ.
— Похоже на то.
Она посмотрела на женщину.
Потом на Морвена.
Потом на дверь.
И вдруг спросила:
— Что будет, если я не вставлю ключ?
Женщина ответила первой:
— Он всё равно проснётся.
Морвен добавил:
— Но медленнее.
Т/и выдохнула.
— Великолепно. Вы оба не умеете успокаивать.
Она сделала шаг к двери.
Кулон вспыхнул так ярко, что воздух вокруг задрожал.
Символы на камне начали светиться в ответ.
Словно дверь узнала её.
Ждала.
Айзек тихо сказал:
— Если честно… я бы сейчас выбрал любой вариант, где мы просто уходим домой.
— Запоздалая мечта, — ответила Т/и.
Она подняла ключ.
И вставила его в замочную скважину.
Щелчок.
Очень тихий.
Слишком простой для того, что должно было произойти.
Поляна замерла.
Лес перестал двигаться.
Даже красные глаза исчезли.
Потом земля под ними дрогнула.
И каменная дверь медленно начала открываться.
Изнутри вырвался голубой свет.
Тёплый.
Живой.
И очень знакомый.
Женщина прошептала:
— Сердце тумана…
Морвен закрыл глаза.
— Мы опоздали или пришли вовремя…
Айзек сделал шаг назад.
— Я выбираю третий вариант: я вообще сюда не приходил.
Дверь открылась полностью.
И из глубины поднялся туман.
Но не обычный.
Он был густой.
Светящийся.
И внутри него… что-то двигалось.
Т/и почувствовала, как кулон стал горячим.
Настолько, что почти обжигал.
И тогда из тумана раздался голос.
Тихий.
Знакомый.
Слишком знакомый.
— Наконец-то.
И в этот момент Т/и поняла:
вся история только сейчас начала дышать по-настоящему.