20
Звонок от Таи разбудил Виталину в шесть утра. Телефон вибрировал на тумбочке, освещая комнату белым мигающим светом. Виталина нашарила его вслепую, прижала к уху, ещё не открывая глаз.
— Алло? — голос был сонным, хриплым.
— Вита! — голос Таи был совсем не сонным. Он был паническим. — Вита, у меня потоп! Соседи сверху прорвали трубу, моя квартира теперь похожа на бассейн! Вода течёт из люстры, из розеток, из стен! Я стою в коридоре с чемоданом и котом, а вокруг меня плавают табуретки!
Виталина села на кровати, мгновенно проснувшись.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Я в порядке, но мои вещи — нет! Диван, ковёр, техника — всё плавает! Мне сказали, ремонт будет минимум месяц! Месяц, Вита! А мне ночевать негде!
Виталина закусила губу. В голове уже крутилась мысль, которую она пока не решалась озвучить.
— А гостиница? — спросила она осторожно.
— Дорого! Я на прошлой неделе уволилась, а новую работу ещё не нашла! Я не потяну месяц в гостинице! — Тая всхлипнула — первый раз за всё время знакомства Виталина слышала, как она плачет. — Виталь, можно я у тебя поживу? Ну, пока квартиру починят? Ты же в той своей... ну, где ты сейчас?
Виталина зажмурилась. Она знала, что сейчас начнётся.
— Тая, я не в своей квартире, — сказала она. — Я в доме. В загородном доме. С парнями. Ты была здесь вчера, видела.
— Ну и что? — Тая шмыгнула носом. — Вита, я не боюсь твоих парней. Они страшные, но я страшнее. Я неделю на твоём диване посплю, никому мешать не буду. А когда квартиру починят — съеду. Ну пожалуйста!
Виталина понимала, что отказать не сможет. Тая была для неё больше чем подругой — сестрой, которую не застрелили. Единственным человеком из прошлой жизни, кто остался рядом.
— Подожди, — сказала она. — Я спрошу.
— Спроси у своего бандита, да? — Тая вздохнула. — Ладно, спроси. Но если он скажет нет — я всё равно приеду. Буду жить в машине под окнами.
Виталина усмехнулась, несмотря на ситуацию.
— Я перезвоню.
Она спустилась вниз. На кухне Глеб пил кофе, листал новости. Парней не было — кто-то спал, кто-то уехал. Она села напротив, положила руки на стол.
— У меня проблема, — сказала она.
— Какая? — он поднял голову.
— У Таи квартиру затопило. Соседи сверху. Ей негде жить месяц. Она просится ко мне. Ну, к нам, — поправилась Виталина. — Я понимаю, что это неудобно, и дом не мой, и вообще... но она моя лучшая подруга, и она одна во всём городе, и...
— Пусть приезжает, — перебил Глеб.
Виталина замолчала, открыв рот.
— Что?
— Я сказал — пусть приезжает, — повторил он, отпивая кофе. — Месяц так месяц. Женская компания не помешает. А то вы тут с Колей дерётесь каждый день.
— Мы не дерёмся, — возразила Виталина. — Он меня дразнит, а я его игнорирую.
— Это называется дружба, — усмехнулся Глеб. — Ладно. Звони своей рыжей. Пусть приезжает. Только договорись с ней — мои парни ходят с оружием. Если она начнёт паниковать при виде ствола — это её проблемы.
Виталина чуть не бросилась ему на шею. Сдержалась — только потому, что на кухню зашёл Давид.
— Спасибо, — сказала она, сияя. — Спасибо, Глеб.
— Не благодари, — ответил он, но глаза смеялись. — Я ещё не знаю, во что это выльется.
Через час Тая уже стояла на пороге.
С чемоданом, рюкзаком, котом в переноске и выражением лица «попробуйте только скажите что-нибудь».
— Я приехала! — объявила она, перешагивая порог.
— Вижу, — сказал Глеб, стоящий в прихожей. — Там есть свободная комната, в конце коридора на втором этаже. Кота выпустишь, но чтоб по дому не бегал. У нас люди с аллергией.
— Кто? — спросила Тая, выпуская из переноски рыжего пушистого монстра.
— Я, — соврал Глеб. На самом деле аллергии не было ни у кого, но он не хотел, чтобы кот метил территорию.
Тая посмотрела на него, потом на кота, потом снова на него.
— Анион будет сидеть в моей комнате, — сказала она. — Он воспитанный. Не то что некоторые.
Глеб не нашёл, что ответить. Виталина стояла за его спиной и закрывала рот рукой, чтобы не засмеяться.
Тая поселилась быстро. Разложила вещи, выпустила кота, который тут же забрался под кровать и оттуда шипел на всех, кто проходил мимо. Потом спустилась на кухню, осмотрела холодильник, достала йогурт и села за стол.
— А где все? — спросила она, жуя.
— Кто где, — ответила Виталина. — Артём в гараже, Слава и Коля уехали, Макс спит, Ефим в тренажёрке.
— А тот, который с ножом?
— Давид? Он в своей комнате.
— Понятно, — Тая допила йогурт. — Вита, а кто из них свободен?
Виталина поперхнулась воздухом.
— Тая! Ты здесь на месяц, а не на курорт!
— А что такого? — Тая пожала плечами. — Я молодая, красивая, одинокая. Вокруг столько мужчин. Почему бы и нет?
— Потому что они... — Виталина понизила голос. — Они не простые парни. Они опасные.
— Я тоже опасная, — усмехнулась Тая. — Не переживай. Я просто посмотрю.
Виталина вздохнула. Она знала Таю — если та что-то решила, остановить её мог только танк. Или Глеб. Но Глеба Тая, кажется, не боялась.
Вечером, когда все собрались в гостиной, Тая спустилась в пижаме с единорогами, села на диван между Колей и Ефимом и спросила:
— А что вы смотрите?
Коля, который никогда не терялся, ответил:
— Фильм про ограбление. Хочешь с нами?
— Обожаю ограбления! — Тая поджала ноги под себя и устроилась поудобнее.
Виталина сидела в кресле с Глебом, смотрела на эту картину и чувствовала, как внутри разливается странное тепло. Тая вписалась. Быстро, органично, как будто всегда здесь жила. Парни сначала косились на неё, но к середине фильма Коля уже объяснял ей, почему герои поступили глупо, а Слава принёс попкорн.
— Твоя подруга — стихийное бедствие, — тихо сказал Глеб, наклоняясь к уху Виталины.
— Я знаю, — ответила она. — Но она хорошее бедствие.
— Посмотрим, — он поцеловал её в висок и вернулся к просмотру.
Ночью Виталина не спала. Услышала, как в коридоре кто-то ходит. Выглянула — Тая стояла у окна на лестничной площадке, смотрела на лес, прижавшись лбом к стеклу.
— Ты чего не спишь? — спросила Виталина, подходя.
— Не привыкла ещё, — ответила Тая. — У вас тут так тихо. И темно. Я привыкла к городу, к шуму, к свету фонарей. А здесь — лес. И звёзды. Их в городе не видно.
Виталина встала рядом, тоже посмотрела на небо.
— Красиво, — сказала Тая. — Жалко, что под такой красотой живут люди, которые убивают.
— Не все они убивают, — тихо сказала Виталина. — Коля — да. Глеб — да. Но Артём, например, никогда не стрелял в человека. Он просто... прикрывает. Слава — тоже. Ефим — технарь, он за оружие вообще не берётся. Давид — переговорщик. Он больше словами работает.
— А Макс? — спросила Тая.
— Макс — молчаливый. Я не знаю, на что он способен. Но он никогда не был груб со мной, — Виталина помолчала. — Тая, я не оправдываю их. То, что они делают, — это плохо. Но они — единственные, кто дал мне крышу над головой и защиту, когда весь город хотел меня убить. Поэтому я здесь.
Тая повернулась к ней, взяла за руку.
— Я не осуждаю, — сказала она. — Честно. Я просто волнуюсь. За тебя. И за себя немножко. Потому что я тоже теперь в этом доме.
— Никто тебя не тронет, — твёрдо сказала Виталина. — Глеб слово дал.
Тая усмехнулась.
— Слово бандита — это что-то значит?
— В этом мире — да, — ответила Виталина. — В этом мире слово — это всё.
Они постояли ещё немного, глядя на звёзды. Потом Тая зевнула, сказала «спокойной ночи» и ушла в свою комнату.
Виталина вернулась к себе. Глеб не спал — лежал на кровати поверх одеяла, смотрел в потолок.
— Твоя подруга философ, — сказал он, не поворачивая головы.
— Ты подслушивал?
— Дом старый, стены тонкие.
Виталина легла рядом, положила голову ему на плечо.
— Она хорошая, — сказала она. — Просто громкая.
— Мы заметили, — Глеб обнял её. — За месяц привыкнем. Или уедем жить в бункер.
— Не уедете, — улыбнулась Виталина. — Вы без моего чизкейка пропадёте.
— Это правда, — он поцеловал её в макушку. — Спи.
Она закрыла глаза и уснула под ровное биение его сердца.
А где-то в другой комнате Тая лежала на новой кровати, гладила кота Аниона и думала о том, в какое странное место она попала. Дом с бандитами, подруга, которая влюбилась в убийцу, и лес за окном, в котором, возможно, закопаны тела.
— Ну и жизнь, — прошептала она коту. — Но хотя бы интересно.
Кот зевнул, показывая, что ему всё равно. Тая выключила свет и тоже уснула. Впервые за долгое время — не одна.