19
Прошло несколько дней. На меня никто не нападал, не угрожал, и вообще все усиленно старались не обращать внимания на адептку, курируемую двумя нелюдями. Скорее всего, не хотели, чтобы магистры и к ним проявили такой же повышенный интерес, какой проявляли ко мне. Поэтому, при встрече однокурсники усиленно мимикрировали под дизайн замка. Я и не возражала, слишком выматывалась на тренировках.
Несмотря на однообразное расписание и постоянную усталость, скучно совсем не было. Обе обретенные стихии отзывались так, словно я с ними сроднилась. Человеческая стихийная магия очень отличалась от всего, чему мне приходилось учиться теперь. Боевой маг управлял энергетическими потоками с помощью заклинаний, тратя на это огромное количество внутреннего резерва. Поэтому те формулы, что требовали больших затрат, практически не использовались, ибо в бою запросто могли вывести мага из строя.
Магия древних отличалась существенно. Прежде всего, определенные техники концентрации сознания позволяли переключиться на магическое зрение, которое мои кураторы называли истинным. Я и раньше иногда совсем ненадолго добивалась подобного эффекта, поэтому знала, как сияет та или иная разновидность магии. Но сейчас... Сейчас все было совсем по-другому. Каждый раз передо мной гостеприимно распахивал двери чудесный, яркий мир, недоступный для людей с их примитивной магией. Стоило оказаться в том подпространстве, как все вокруг взрывалось радужными фейерверками, поражало разнообразием геометрических форм и даже звуков. Каждый вид магии звучал по-своему. Например, взывая к стихии огня, я слышала барабаны, а воздуха — звон колокольчиков.
Высшая магия основывалась на мысленном управлении энергетическими пространственными линиями. Заклинания древние использовали лишь тогда, когда требовалось многократно усилить достигнутый эффект, как в случае с защитным коконом. За несколько дней я научилась сносно выставлять щиты, используя стихии по очереди и одновременно изучила несколько боевых приемов, более мощных, чем те, которым нас обучали, не говоря уж об энергозатратах. Их я смогла значительно снизить. Даже после боя продолжительностью в несколько часов резерв оставался практически полным. Чудеса, да и только!
С каждым днем стихии отзывались все лучше, а резерв становился все больше. И тут, я и кураторы стали замечать одну странность. На тренировочных боях Чимин совершенно спокойно использовал против меня любые приемы магического боя, а вот огонь лорда Чона не причинял вреда. Магия демона словно объединялась с моей собственной, делая нас сильнее и подвижнее. А защиту, которую мы ставили в тандеме, не мог пробить даже эльф.
Это было увлекательно, захватывающе, но не позволяло мне в полном объеме постичь защиту против земли и воды, огонь я тоже освоила слабо. Даже теоретически каждый из кураторов мог рассказать лишь о своей стихии. Выходило, что вода и земля оставались совсем неизученными. Но мне ли жаловаться? Пожалуй, с учителями мне повезло больше, чем любому из смертных магов.
Зато не повезло с женихом. Нет, он по-прежнему выглядел сногсшибательно и, входя в помещение, собирал заинтересованные взгляды всех женщин, включая ископаемых преподавательниц и духов. Меня Чон переставал замечать сразу же, как только мы покидали полигон. Просто терял интерес и в стенах академии не обращал на свою ученицу никакого внимания, не удостаивал даже взглядом, словно я была пустым местом. Манобаны, конечно, гордые и все такое, но почему-то я все чаще вспоминала наш поцелуй, его взгляд, и равнодушие демона меня напрягало. Раздражали очарованные им дурочки с повышенным слюноотделением, а уж когда он улыбался в ответ, тут уж мне начисто отказывало самообладание. Как? Как он мог? Как смел при живой невесте оказывать знаки внимания другим дамам? Ревность? Ха-ха три раза! Просто... Ну, просто все это пагубно сказывалось на моей самооценке! Что касается Чонгука, то к нему я не испытывала никаких чувств. Абсолютно.
Сехун тоже не смотрел в мою сторону. Когда я входила в помещение, старался его покинуть или забиться в самый дальний от меня угол. За завтраком, обедом и ужином прислушивалась к разговорам за столом, не теряла бдительности и незаметно следила за всеми, кто мог организовать покушение на полигоне. Но ничего подозрительного не происходило, тянулись привычные академические будни.
Только Хосок скрашивал мое одиночество, поднимал настроение и вообще, когда я заглядывала в его глаза, у меня неизменно становилось чуточку светлее на душе. Мы сблизились и часто болтали о разных пустяках, как в былые времена. Жаль, что я не могла раскрыть ему подробностей своих занятий. Тайны магии древних постигает лишь посвященный — это главное правило, старинная клятва и обет, который ученик дает своему учителю.
В целом жизнь вошла в свою колею, и я даже назвала бы ее вполне терпимой. Но сегодня с самого утра что-то явно шло не так.
Тренировка прошла, но ни демон, ни эльф не отстранились, а как в первые дни, довели меня до столовой. Пока шли, я гадала, что заставило их так поступить. На самом деле, думалось про плохое. Если кураторы не отходят от своей подопечной, которую поклялись защищать, значит, ей грозит страшная опасность. Следовательно, мне нужно быть очень осторожной и держаться ближе к Чону. Теоретически. Потому что с Чонгуком щиты выставляются мгновенно. С каждым новым приемом я чувствовала себя увереннее, а страх уходил, словно вода в песок. Вряд ли врагу удастся застать меня врасплох.
Но как же я ошиблась. Во всем.
Мы вошли в столовую. Практически все места уже были заняты. Хосок приветливо помахал рукой, давая понять, что занял мне место. Но у магистров были иные планы. Легонько, но настойчиво эльф подтолкнул меня в сторону преподавательских столов.
Стоило мне повернуться в нужную сторону, как я увидела ЕЕ. Впрочем, ЕЕ видели все: и адепты, и преподаватели. Наверное, поэтому вокруг царила такая непривычная тишина.
Женщина, к которой меня вели, притягивала взгляды. И вовсе не из-за высокого роста, великолепной фигуры с тонкой талией, пышными бедрами и грудью, не из-за непривычных человеческому взгляду золоченых тканей, служивших ей покровами, не из-за каскада золотых волос, собранных в высокую прическу. Было в ней что-то чарующее. Словно невесомая дымка, ее окутывала аура нежности, хрупкости, нереальности, но я отлично понимала, что первое впечатление обманчиво.
Изумрудные глаза излучали свет мудрости и спокойствия. Потрясающая красота, сногсшибательная дама. Таких не забывают, о таких грезят и отдают за них жизнь. Да-да, именно жизнь. Даже я, будучи девушкой, на какое-то время прониклась ее очарованием, а у мужчин вообще не было шансов устоять. Сейчас, когда моя магия смогла противостоять ее чарам, я отчетливо понимала — передо мной хищница, опасная и беспощадная, хотя на меня она смотрела с любопытством. Так смотрят на редкого подопытного зверька.
Смотри-смотри. Руками не трогай, а то ведь и академическая крыска для опытов укусить может. Красавица ухмыльнулась, словно смогла прочесть мои мысли. А она опаснее, чем я предполагала изначально.
— О, прекраснейшая! — вперед вышел Чимин. Эльф, конечно, тот еще шалун, но я никогда не видела, чтобы он так смотрел на даму. Словно она была изысканным десертом, а он — сладкоежкой, несколько лет не видевшим ни крупинки сахара.
— Пак, — нежно улыбнулась красавица и моргнула. — Давно не виделись!
О, Малх! Этого стоило ожидать! Ее зрачки... Их было по три на каждый глаз. Что же ты такое, милая? Я не могла определить редкую расу, но незнакомка точно принадлежала к древним родам. Кстати, голос у нее тоже оказался красивым, будто вмиг зазвонили несколько нежных серебряных колокольчиков.
— Тебя невозможно забыть, прелестнейшая, — почти прошептал куратор и облобызал даме ручку. С азартом и превеликим удовольствием.
Вот только странная красавица быстро потеряла интерес к Чимину и переключилась на демона. Теперь в ее голосе звучали игривые нотки и искренняя заинтересованность. Уж это любая глупышка и без любовного опыта поймет.
— Лорд дарк Чон, — пропела дама. — Счастлива видеть вас вновь.
— Взаимно, ари! — Чонгук тепло улыбнулся этой древней заразе и последовал примеру эльфа — тоже припал к ее руке.
Фи, как негигиенично! И что, простите, означает обращение «ари»? Никогда такого слышать не приходилось. Он ей еще улыбается! И это при мне! При живой невесте! Стало неприятно. И горько. Хотя больше всего я, пожалуй, злилась.
— О, вы, как всегда, самый галантный кавалер! — зеленые глаза хищно сузились. Кто-то вышел на охоту. Мне показалось, что демона и прибывшую красотку в далеком прошлом связывали довольно близкие отношения. Мне только бывших женщин жениха не хватало!
— Леди, позвольте вам представить нашу с Паком ученицу Лалиса Манобан, — произнес Чон. — Лалиса, познакомься, перед тобой самый выдающийся маг-водник, леди Аланта Риш-Танин.
Ого! Расу дамы я не узнала исключительно потому, что никогда, ни в одной книге не видела ее представителей, но вот имя рода Риш-Танин знал каждый маг стихийник.
— Вы — водный дракон! — восхищенно воскликнула я. Даже тот факт, что эта зараза строила свои зеленые глазки моему мужчине, не испортил сюрприза. Хотя, конечно, по этикету следовало бы ответить несколько иначе. Поэтому, поразмыслив, добавила: — Очень приятно с вами познакомиться.
— Морской.
— Что?
— Я — морской дракон правящего рода и вряд ли тебе приятно, — улыбнулась она. — Двум красивым женщинам всегда есть что делить, поэтому они не могут радоваться знакомству друг с другом.
— Почему? — никак не могла постичь ее логики.
— Потому что незнакомке легче отомстить или вообще убрать ее со своего пути, — спокойно ответила Аланта, а потом заметила мой шокированный взгляд и поправилась: — Надеюсь, у нас до этого не дойдет.
Пока я раздумывала, что ей сказать, вмешался эльф:
— Вы еще успеете поговорить, а сейчас, Лалиса, возвращайся к столу. Время обеда ограничено. А вас, дражайшая Аланта, прошу разделить с нами трапезу!
Драконница звонко рассмеялась, а демон промолчал. Мне же не оставалось ничего иного, как, пылая злобой, шагать к столу боевого факультета. От меня избавились, как от несмышленого ребенка, который мешал взрослым вести разговоры.
Признаюсь, первым порывом было выскочить из столовой и наплевать на еду. Но кому бы я сделала хуже? Есть хотелось. И показывать древней свою слабость я тоже не намерена. Мы Манобаны никогда не пасуем перед сложностями!
Я заставила себя сесть рядом с Тьери и медленно, очень медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек, насладиться обедом. В сторону преподавательских столов не смотрела, но порой слышала тихий смех драконницы и чувствовала ее взгляд. И вот он был весьма серьезный.
— Что-то случилось? — тихо спросил Хосок.
— Ничего такого, с чем бы я не смогла справиться, — ответила я.
— Помни, что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — напомнил друг.
— Благодарю.
После обеда кураторы внезапно отменили вторую тренировку, и впервые за последние несколько дней я оказалась предоставлена самой себе, пока два великих магистра стелились перед поросшей илом красавицей. Настроение было такое, что видеть никого не хотелось. Допив свой успокоительный отвар (в последнее время я к нему пристрастилась), направилась в свою комнату. Не мешало бы поразмыслить над сложившейся ситуацией.
Но я не успела.
Сначала совсем рядом со мной на кровать упал массивный том в старинном кожаном переплете. Вместо обложки тисненая надпись на незнакомом языке золотыми буквами. Ничего себе книжечка! Такой и прибить можно.
А вот вслед за фолиантом в воздухе материализовался мой загулявший хран.
— Вас... Ты ли это? — прошептала я, не поверив своим глазам.
— А то кто ж? — хмыкнул страшный рогатик.
— Ва-а-а-а-ас! — завопила я и прижала опешившего человечка к груди.
Он только крякнул, но не отстранился.
— Эк, они тебя тут без меня достать успели! — покачал головой хран. — Ну да ничего. Уж теперь я за тобой присмотрю.
Конечно, мой гном ворчал для вида, но в целом не возражал и даже пару раз мне улыбнулся. Кто бы мог подумать, что так буду по нему скучать! Раньше я была как все, общалась, училась, а сейчас что? Фактически кроме Хосока мне и поговорить не с кем. Занятия не посещаю, только тренировки. Адепты от меня шарахаются. Кураторы не в счет. С ними приходится общаться, но по делу. Да и то в последнее время крайне скупо. Тоска!
Поэтому радость при виде моего бухтящего храна переполняла, а восторг зашкаливал.
— Вас!
— Не мни меня, Лиска! Я хоть и магический, но живой! — он попытался увернуться.
Выпустила. Что ж я зверь? Но улыбаться не перестала и смотрела на него с умилением.
— Ты как будто выше стал... и красивее!
У храна и правда нос укоротился и уже не свисал над губой, а кожа посветлела. Рожки смотрелись намного аккуратнее в густой шелковистой шевелюре. От всклокоченного вороньего гнезда и сальных сосулек следа не осталось.
— С кем поведешься!.. — буркнул Вас, но гордо подбоченился.
— Ты, наверное, голодный? — всполошилась я. — Может магии, кровушки или еще чего?
— А ну-ка сядь, девонька, — насторожился Вас.
Я послушно села на кровать, а он материализовался совсем рядом. Долго водил вокруг меня руками, зачем-то оттягивал веко и даже попросил открыть рот.
— Ничего не понимаю! — тяжело и грустно вздохнула моя нечисть. — Ты полностью здорова.
— Это разве плохо? — уточняла осторожно, вел себя рогатый странно и непонятно: то ли действительно тревожился, то ли просто надо мной издевался.
— В твоем случае — фатально! — печально изрек он.
— Это еще почему?
— Ну ведешь-то ты себя, Лиска, как больная!
Вот наглец! Я его жду, радуюсь возвращению, а он меня больной обзывает? Благодаря тренировкам, реакция стала лучше, поэтому Вас не успел исчезнуть, и брошенная подушка спикировала аккурат ему на голову.
— Вот-вот! Разве здоровые так поступают с друзьями? Эх, ты!
— Сам первый начал! — собственно, я тоже могу обидеться. Вот даже про элементалей у него спрашивать не буду.
Сложив руки на груди, отошла к окну. Выдержке усиленные тренировки тоже способствовали. Молчание длилось недолго, хран сдался довольно быстро:
— Я ради тебя полмира облетел, а ты!.. Ты мне даже поесть не предложила! — возмутился беспардонный пройдоха и наглец.
Это я-то не предложила?
— Ешь, — ответила спокойно.
— Спасибо! Не голоден! — огрызнулся хран. Кажется, кого-то снова нужно воспитывать! — Лучше бы спросила, как я в Асмааль слетал!
— И как ты слетал в Асмааль? — все так же ровно, почти безэмоционально спросила я.
— Сухая ты, Лиска! Как ветка на старом дереве после лесного пожара! Ни чуткости в тебе, ни участия. И как тебя наш демон терпит? Бедолага... — И этот мелкий гад еще головой для убедительности покачал. Запустить бы в него чем! Жаль подушка далековато.
— Не хочешь, не рассказывай, — равнодушно пожала плечами я, но на книгу, которую притащил Вас, время от времени поглядывала. Привлекала она меня, тянула, манила как магнитом.
Спустя еще несколько секунд поняла, что все-таки правильную тактику выбрала. Васесуарий — существо болтливое и при полном игноре хиреет, нервничает и теряет всю свою наглость.
— Ладно тебе! — раздалось обиженное совсем рядом, а потом цепкая когтистая ручонка легла мне на ногу. Выше хран не доставал. Я же едва не заорала от неожиданности. Если к словам примирения была готова, то к тактильным ощущениям — нет. — Какие счеты между друзьями? Смотри, что я тебе принес?
И Вас исчез, чтобы вновь возникнуть уже на кровати, держа книгу в ручках. Том был огромным, размером больше самого храна, и он едва удерживал его на весу.
— Что это? — чуть мягче спросил я, но подходить не торопилась. Строптивых питомцев следует воспитывать строгостью, а потом уже лаской.
— Хроники майар! — очень торжественно произнес он.
— Кого?
— Эх, ты, темнота-а-а-а! — снисходительно и обидно протянул Вас. — Даже не знаешь, как твой вид называется. Это вас здесь элементалями кличут, а там, откуда вы пришли — майарами. Так вот, в этой книге многое описано. В том числе и про бабку твою Ноэллу. Упокой Малх ее душу! Сложная женщина была, но это... справедливая!
Хран с опаской огляделся, словно боялся, что та самая Ноэлла притаилась рядом.
Я и про маму слышала урывками, а о бабушке мне совсем никто не рассказывал. Прочитать «хроники» хотелось, только, как бы не всматривалась в буквы, ничего даже отдаленно знакомого в них не находила.
— Ну? — вытаращил на меня свои красные глазки хран. — Читать сегодня будем? Или я зря все силы на перелет потратил, столько лишений натерпелся, исхудал весь?
Вот зараза рогатая!
— Я бы прочла, если бы язык знала! — выпалила прямо в наглую физиономию и выхватила книгу.
Может, там, внутри что-то знакомое увижу? Но странички были скреплены небольшой застежкой, и открываться она никак не хотела.
— Ха! Язык она не знает! — продолжал бесить Вас. — Конечно, не знаешь! Книга-то не простая — магическая, и тайны открывает не всем! Дремучая ты все же, Лиска! А еще отличница. Точно тебе говорю, бросил бы тебя демон наш, кабы мог!
— Он не может? — тут уже оживилась я.
Вообще-то, мне было приятно, что лорд Чон проявляет интерес. Возможно, именно поэтому я так болезненно воспринимала его равнодушие и даже некую холодность и отстраненность, коими он меня одаривал в последнее время. А уж появление драконьей красотки и вовсе раздражало.
И поцелуй его был замечательным настолько, что все мысли о О мигом вылетели из головы. Признаться, слова храна меня взволновали. Не хотелось бы считать, что я для демона всего лишь досадная, навязанная обстоятельствами обязанность, которой он и хотел бы пренебречь, но в силу некоторых причин не может этого сделать. Не просто не хотелось. Я боялась об этом узнать.
Вообще-то, Манобаны не прячутся и не пасуют перед трудностями, но слишком уж свежа была в памяти та боль, которую довелось испытать нам, стоило Чонгуку лишь отойти от меня подальше. Во всем виноват знак, которым мы связаны! И в книге должны быть необходимые ответы! Должны!
Хран усиленно изучал люстру, висящую на кровати, и невинно шаркал ножкой впереди себя, собрав покрывало толстыми складками. Понял негодник, что сболтнул лишнего, и усиленно мимикрировал под обстановку комнаты.
Да ладно, проехали. Мне тоже не очень-то и хочется знать правду. Особенно, если она окажется горькой. Так у меня хотя бы надежда остается на то, что я не безразлична одному демону. Поэтому лучше вернуться к более важным вопросам.
— Ты знаешь, как прочитать книгу? — я пристально посмотрела на храна.
— А? — сама невинность!
— Знаешь? — спросила строже.
— Чего там знать-то? — скривил физиономию Вас. — Докажи ей, что ты не самка сиэкла, и будет тебе счастье.
Убью заразу! Вслух я, конечно, этого не сказала, но посмотрела на храна так, что красные глазки вдруг стали в половину лица, а рожки загнулись назад и часто-часто задрожали.
— Ну, чо ты вот сразу начинаешь, Лиска? Кровь Воеллонов тут нужна, на застежечку капнешь и все. У тебя этой крови завались! Нашла о чем переживать.
Гад! Форменный гад! И как только мама с ним справлялась? И как она меня ему доверила? Он же вредный и несерьезный очень. А, между прочим, я бы могла и догадаться про кровь. Недаром Вас мне палец прокусил, когда в город элементалей отправлялся.
Книгу я положила перед собой, а дальше... дальше возникла проблема. Ничего колющего или режущего в комнате не было. Одежду чинили с помощью бытовых заклинаний, а серьезные дефекты устраняли элементали замка. Украшений я с собой не брала, полагая, что в академии они мне попросту ни к чему. А личное оружие по уставу боевого отделения всегда сдавалось в оружейную после занятий.
Решение пришло неожиданно, и я внимательно посмотрела на храна.
— Чего это ты, Лиска, так на меня уставилась? — настороженно спросил он.
— Как?
— Подозрительно!
Но отвечать ему не стала, вместо этого сунула под не такой уж и длинный теперь нос палец и сказала:
— Кусай!
Красные глазки не просто стали крупнее, они еще и из орбит слегка выкатились.
— А ты его мыла? — заявила мне рогатая наглость. Ох, дождется кто-то!
— Или кусай, или проваливай! — Мы тоже не лыком шиты.
— Умеешь ты убеждать... — проворчал хран и... обхватив кисть, вгрызся в подушечку пальца.
Малх! Как же больно! Да мне на тренировках вполовину так больно не было! Мстит мерзавец этакий!
— Убью... — прошипела я, выхватывая у Васа руку.
И пока отчаянно дула на окровавленный палец, магический защитный кокон замерцал и исчез, а в дверь вломился лорд дарк Чон, собственной почти голой персоной.
Я перевела взгляд с куратора на храна, но ни рогатика, ни книги в комнате уже не было.