3
Я шагала к выходу, держа спину прямо, а подбородок гордо приподняв вверх. Никто! Никто не посмеет сказать, что Лалиса Манобан, дочь своего отца и адепт боевого факультета, не умеет держать удар. И плевать, что люди, с которыми я училась, тренировалась и жила бок обок три года, оказывается, втайне ненавидели меня всего лишь за то, что я женщина. Обидно, но не смертельно.
— Ли! Ли! Стой же! — Хосок догнал меня почти у дверей.
Непослушные рыжие вихры не могла пригладить ни одна расческа, а пронзительно-синие глаза сверкали. Даже веснушки, разбросанные по всему лицу однокурсника, сейчас казались темнее.
— Чего тебе, Хосок? Тоже станцевать со мной хочешь? — в лоб спросила я. Хотелось проявить безразличие, но голос предал, и вышло слишком эмоционально и зло.
Наверное, на Хосока обижалась сильнее, чем на других. Ведь с ним мы общались довольно близко. Я даже привыкла считать его другом.
— Станцевать! — вдруг выпалил он, но осекся. — То есть, я хотел сказать... Я бы не возражал... Но, Ли, я не об этом.
— А о чем ты, Хосок? Тоже, как О, считал, что женщине не место среди боевиков и посмеивался у меня за спиной?
— Что? — опешил парень. — Он тебе так сказал? Значит, Сех еще больший идиот, чем я думал. Я хотел сказать, что не знал о дурацком пари. Иначе, обязательно бы предупредил тебя. И, поверь, никто не считает тебя недостойной. Наоборот, за эти три года все увидели, чего ты стоишь, Ли. Ты лучший адепт нашего факультета! Разве это не показатель?
Я пожала плечами. Пожалуй, в словах Хосока был свой резон. Нельзя всех грести под одну гребенку. Я вполне сносно сосуществовала со всеми, кроме элитарного круга избранных, в котором и тусовался О. Но разве меня это расстраивало? Нет, воспринимала как факт и жила себе дальше. Так что изменилось? Даже о моих чувствах Сехун узнал вовсе не сегодня.
— Если ты сейчас уйдешь, то покажешь этим снобам, что они выиграли! — твердо произнес Хосок.
А я вдруг посмотрела в ту сторону, где оставила согнутого О. Конечно, он уже пришел в себя, разогнулся и расточал бездну обаяния в кругу адепток с разных факультетов, слетевшихся, словно мотыльки на огонь, в стремлении утешить смазливого юношу. Сехун просто купался в их внимании, как древний вампир питался восхищением, которым его бурно и с лихвой одаривали.
И как я раньше не замечала, что, кроме себя самого О больше никого любить в принципе не способен. Все иные нужны как свита, как фон, подчеркивающий его великолепие, и энергетическая подпитка.
Хосок прав, мой уход будет означать, что я струсила, сдалась и не смогла смотреть в лицо врагу. Кроме того, я ведь еще не осуществила вторую свою мечту, намеченную на этот вечер. И пусть первая развеяла девичьи грезы, разбившись о жестокую реальность, рассыпавшись на миллионы розовых искорок, но ведь не уничтожила веру в чудо.
Шоколад! Именно о нем я мечтала. И, признаться, даже чаще, чем думала об Сехуне. Так пускай О катится в бездну, а я... Я все же сделаю то, что собиралась.
— Ну, и где здесь столы с угощениями? — улыбнувшись, спросила у Хосока.
Однокурсник тоже широко улыбнулся, обнажив щербинку между двумя крупными передними зубами, и предложил мне локоть.
— Леди, прошу вас! Позвольте сопроводить! Отвесил он чуть шутовской поклон.
— Позволяю! — почти серьезно кивнула я и положила ладошку на сгиб его руки.
В сторону безвозвратно ушедшей влюбленности даже не смотрела, сосредоточившись на фуршетных столах. Да, расстаралась родная академия! Чего здесь только не было! В огромных вазах на нескольких ярусах алели яблоки, золотились спелые груши, розовели персики, свисали кисти сочного винограда всех возможных форм и расцветок. На огромных блюдах выложили канапе, тарталетки с закусками, крошечные вензеля с икрой, украшенные дольками лимона. А от обилия пирогов, пирожков, пирожных, коврижек, сахарных трубочек и прочих шедевров кондитерского искусства просто глаза разбегались. Не иначе, ждали кого-то, и явно важную особу.
Но, несмотря на обилие и изысканность угощения, привлекло меня отнюдь не это. С краю длинного стола, в круглом серебряном чане, покоящемся на самоподогревающейся магической подставке, в окружении фарфоровых стаканчиков булькало темно-коричневое варево, распространяя вокруг умопомрачительный аромат. Шоколад. Потрясающий, волшебный, завораживающий.
— А? — я даже не сразу поняла, что Хосок уже какое-то время зовет меня.
— Ли, я отойду. Мне срочно надо переговорить с магистром Сиприаном, пока старик в благодушном состоянии и гордом одиночестве. Знаешь же, как у меня обстоят дела по истории стихийной магии, — зашептал Хосок, кивая сторону небольшой терраски.
Да, с гуманитарными науками у Хосока не ладилось, а старик Сиприан как-то сразу это заметил, не давая ему спуску. Я кивнула, благословляя однокурсника на подвиг, и потянулась за стаканчиком.
Но... Мечте было не дано воплотиться в одночасье. Вожделенную емкость увели практически из-под носа. Причем, рука, сграбаставшая стакан показалась смутно знакомой — красивая такая, ухоженная мужская рука с длинными аристократическими пальцами. И перстень я помнила. А потом... За спиной тоже весьма знакомый, но почему-то непривычно мурлычущий и, я бы даже сказала, томный голос произнес:
— Позвольте вам помочь, леди. Шоколада?
Я застыла, не в силах поверить и, боясь пошевелиться вообще. В поле зрения появилась вторая рука. Надо сказать, не менее холеная и, пожалуй, еще более красивая. Взяв блестящий серебряный половник, мой собеседник опустил его в чан, а потом аккуратно заполнил стаканчик дымящимся напитком.
— И на каком же факультете обучаются столь прелестные создания? — Эх, пришлось поворачиваться, чтобы заглянуть в лицо судьбе, которая продолжала надо мной издеваться.
— Магистр Чимин? — халтурно, неискренне и бездарно наигранно радостно спросила я.
Светлые брови удивленно поднялись. На прекрасном лице отразилась глубокая задумчивость, а потом и растерянность.
— Адепт Манобан? — тихо спросил эльф, продолжая стоять с моим, между прочим, стаканчиком в руках.
— Лалиса, — поправила его я и... попыталась завладеть стаканчиком. Не тут-то было. Эльф только с виду был расслаблен, но емкость держал крепко, пришлось приложить немало усилий, чтобы отвоевать мечту.
— Неожиданно, — хрипло произнес магистр, оставшись с пустыми руками. Он внимательно, изучающе окинул взглядом, собственно, меня всю, и продолжил: — Лучше поздно, чем никто.
Намек оказался совсем прозрачным, а двусмысленность, прозвучавшая в его фразе, на которую в привычной обстановке я бы не обратила внимания, заставила покраснеть.
— Тоже считаете, что женщине не место на боевом факультете? — прямо и чуть укоризненно спросила я.
— Эм... — эльф явно замешкался. — Пожалуй, не считаю. Женщина — это тот же мужчина, только лучше. Женщины в принципе могут все, но некоторые просто стесняются.
Кажется, мой вопрос озадачил магистра. И, если эльф отлично представлял, как общаться с адептом боевого отделения Манобан, то, как разговаривать с симпатичной Лалисой, он не знал. Отчего его обычные двусмысленные фразы превращались в сказочную пошлость, смущая не только меня, но и его самого.
— Жениться вам нужно, — улыбнулась я и покачала головой.
— Если эльф не женился до ста лет, то потом ему уже рано, — философски заметил Чимин. — Потанцуем?
Этого еще не хватало!
— В следующий раз обязательно, — поспешно ответила я и развернулась, чтобы отойти от преподавателя.
Ох, зря я это сделала. Зря! Судьба продолжала преподносить мне сюрпризы, и не сказать, чтобы они были приятными.
— Ох... — выдохнула я, когда от столкновения горячий шоколад выплеснулся мне на руку.
Да Малх с ней, с рукой-то! В тот момент моя собственная персона заботила мало, а вот расплывающиеся коричневые пятна на светлом кафтане, обильно украшенном изящной золотой вышивкой, а теперь и коричневатыми подтеками, заботили. Причем, сильно. То ли потому, что кафтан был чужой, то ли от того, что грудь, которую он обтягивал, показалась слишком широкой. В любом случае, поднимать глаза не спешила, ощущая, как щеки все сильнее и сильнее полыхают. Не мой сегодня день! Не мой.
— Извините, — почти прошептала я.
Кто бы ни был незнакомец, но вежливость — наше все. А Манобаны род хоть и небогатый, но уважаемый и древний.
— Горячие напитки предпочитаю употреблять медленнее и вовнутрь, — раздался сверху голос. Мужской. Приятный. Обволакивающий. Такой, от которого почему-то мурашки по коже. А нежный бархат платья, соприкасаясь с ними, только добавлял острых ощущений.
И... Стало вдруг так любопытно, что, несмотря на неудобство и всю нелепость создавшейся ситуации, я все же задрала голову, чтобы посмотреть в глаза своей жертве. А она, то есть жертва, оказалась высокой, темноволосой и настолько симпатичной, что даже дух захватывало. Даже синие глаза у мужчины были настолько насыщенного и темного оттенка, что казались почти черными. Высокие скулы, мужественный чуть квадратный подбородок, безупречная кожа щек... Определенно, великолепен!
Так вот, по всему этому великолепию сейчас так же, как и по костюму гостя, стекали коричневые ручейки вожделенного мною шоколада.
Стало стыдно. Очень. Даже более, чем до того.
— Я не хотела... — едва слышно пробормотала я.
— Надеюсь, — весело усмехнулся незнакомец, достал батистовый платок с изящной монограммой с переплетенными буквами «Ч» и «Ч» и невозмутимо стал промакивать лицо. — Надеюсь, вы заплатите мне за это.
Вроде и мягко произнес, но посмотрел так... А в глазах такое пламя полыхнуло, что я невольно поежилась. Древняя кровь, чистая, без примесей. Интересно, кто он? Дракон? А может быть вообще демон? Не-е-е-ет! Откуда бы ему тут взяться? Но, на всякий случай, попятилась, натолкнувшись на неожиданную преграду, которая хохотнула голосом магистра Чимина.
— Не успел появиться, а уже на адепток нападаешь, Чонгук?
Незнакомец, хотя теперь я знала его имя, благодаря нашему куратору, посмотрел куда-то поверх моей головы и улыбнулся.
— Я бы сказал, что все было в точности до наоборот. — Не глядя на меня, сообщил брюнет. — Девушка первая на меня напала, фактически вынудив пережить несколько горячих моментов.
Стерев с породистого лица последние капли, тот, кого назвали Чонгуком, сложил платок и отправил его в карман кафтана. Горячих моментов? Смущение достигло апогея. Такой же охальник, как наш эльф! Но, если к шуточкам магистра я привыкла, то невинные по сути остроты гостя академии отчего-то задевали меня.
— Не помню, чтобы ты хоть раз возражал против такого! — рассмеялся эльф и вышел вперед, протягивая незнакомцу руку. — Давно не виделись, дружище!
Чимин? Руку? Сам? Воистину сегодня небо упадет на землю. Да с нашим куратором даже ректор и все проверяющие из королевского попечительского совета общались издалека и почему-то крайне уважительно. А тут...
— Рад тебя видеть, Пак! — тот, который Чонгук, крепко пожал протянутую руку.
Пак? Это, надо полагать, имя преподавателя по боевым искусствам. Странно, что за три года никто из нашей группы так и не успел его узнать. Боевики обращались к нему «магистр», а воздыхательницы из числа адепток других факультетов называли его не иначе как «красавчик Мел».
— Какими судьбами в нашу тихую обитель? — спросил эльф.
Я же... Я же под шумок решила ретироваться, пока мужчины обо мне, казалось, забыли. Потихоньку, шаг за шагом начала отступать, чтобы затеряться в толпе гостей.
— Стоять! — прилетело грозное от магистра Чимина.
— Куда?! — а вот это уже от странного синеглазого, на чьем костюме осталась вторая моя мечта на сегодняшний вечер.
Засада!
— Туда! — неопределенно махнув рукой в зал, где кружились танцующие пары.
— Если мне память не изменяет, вы мне танец обещали, адепт Манобан, — лениво протянул эльф, разворачиваясь ко мне.
— Вам изменяет память, магистр, — поспешно заверила я, шалея от своей смелости.
— Как же? — искренне удивился Чимин. — Вы четко обозначили, что потанцуете со мной при следующей встрече. Не так ли, Лалиса?
Мне даже на секунду показалась, что, произнося мое имя, эльф смаковал каждую букву, прикрыв глаза. Ну, чисто кот, который поймал мышку, слегка ее придушил и сейчас растягивал удовольствие, предвкушая сытный обед.
Нет уж, спасибо! Манобаны никогда не были легкой добычей!
— Именно так, магистр! — по-военному отрапортовала я, вытянувшись перед мужчинами в струнку.
Эльф поморщился. Ему явно не понравилось то, что я напомнила о его статусе преподавателя, но не растерялся.
— А раз так... — промурлыкал вполне себе привлекательный куратор.
— Смею напомнить, магистр, что мы еще не расстались, чтобы встретиться вновь. А, исходя из этого...
Чимин развеселился не на шутку и захохотал, обнажая ряд идеальных белоснежных зубов. Впрочем, у древних рас, в отличие от нас, людей, почти все было идеальным.
— Вы мне что, Лалиса, отказываете? — спросил он.
А я кивнула и еще добавила:
— Совершенно верно, магистр. И имею полное на это право.
— Зато не можете отказать мне! — вдруг совершенно серьезно произнес странный знакомый эльфа, а в глубине синих глаз снова полыхнуло пламя. Точно дракон! Как пить дать! — Вы мне, в некотором роде, должны, леди!
— Должна? — растерянно переспросила я.
— Представь нас! — а это уже Чимину. Причем, незнакомец не просил, а требовал, и считал, что эльф ему не сможет отказать.
Собственно, и не смог. Он бросил странный взгляд на загадочного брюнета, а потом очень тихо, так, что слышали только мы, представил своего знакомого:
— Лорд Чонгук дарк Чон.
Ого. Да я причинила ущерб костюму совсем не простого демона, и даже не только высшего. Определенно, друг нашего эльфа имел конкретное отношение к правящему роду.
— Леди Лалиса Манобан! — объявил куратор чуть громче, вырывая меня из плена собственных мыслей.
Синеглазый коротко, но довольно глубоко для его положения в обществе кивнул, а потом шагнул вперед и предложил руку. И я вложила в нее свою ладонь, как того и требовал этикет.
А потом... Потом он поцеловал мне руку. Да, этого тоже требовал малхов этикет, но... Но губы демона жгли даже через перчатку, посылая раскаленные волны по всему телу, заставляя гореть каждую клеточку. Как же больно и как же хорошо-о-о-о-о-о!!! И... Надеюсь, это сейчас не я застонала от позорного удовольствия. Слава Малху, что из-за гремевшей вокруг музыки моего конфуза никто не заметил.
Почти никто. Оставались все же магистр Чимин и его демоническое лордство Чонгук дарк Чон. И синие глаза, внутри которых разгоралось пламя, слишком внимательно следили за моей реакцией. Подозреваю, брюнет видел меня насквозь, а мое стеснение впитывал как губка. По крайней мере, ноздри ровного, чуть крупноватого аристократического носа хищно раздувались, словно мужчина принюхивался, а красивые губы чуть искривила ухмылка. Скорее всего циничная, потому что мое второе предположение было... было совершенно глупым и никак не вязалось с образом самоуверенного и властного лорда. Не мог же он растеряться ведь, правда?
Я поспешно вырвала руку, которую дарк Чон все еще удерживал, и практически мгновенно спрятала ее за спиной. Улыбка демона стала шире.
— Зря... — Едва слышно прошептал синеглазый, руку он так и не опустил. На этот раз произнес громче: — Позвольте пригласить вас на танец, леди Лалиса.
На танец. Легко сказать! Прикоснуться к Чонгуку вновь я как-то не торопилась. У меня и после первого раза все еще коленки дрожали.
— Ну, что же вы? — и чуть тише добавил: — Ты не можешь мне отказать.
Его красноречивый взгляд на кафтан, покрытый пятнами шоколада, сказал о многом. Согласна. Виновата. И отказаться действительно было бы совсем невежливо, и все же...
— Один танец, лорд, и вы спишите мой долг полностью?
— Всего один танец, леди Лалиса, и я прощу ваш долг. Слово Чона! — и снова ухмылка.
— Хорошо, — медленно ответила я. — Но, не считаете ли вы, что ваш гардероб не в порядке?
И вот сейчас мужчина рассмеялся. Искренне, заливисто и очень-очень обидно.
— Вы об этом? — он указал на пятна и провел над ними рукой. И, о Малх всемогущий, шоколад вспыхивал под его ладонью красными искрами и исчезал без следа, не причиняя ткани никакого ущерба.
Значит, проблема яйца выеденного не стоила? А я повелась как последняя дурочка? Магия древних рас впечатляла. Вот же демон! Ладно, Манобаны умеют проигрывать с достоинством. Один танец, а потом... Потом я изо всех сил постараюсь держаться подальше от этого невозможного высшего.
Ладонь снова оказалась в его руке. Я снова чувствовала его сквозь тонкую ткань бальной перчатки. Демон опалял, воспламенял и заставлял сгорать заживо. Но, Малх, это было и ужасно, и прекрасно одновременно.
— Идемте, леди! — хрипло произнес синеглазый и повел меня в круг танцующих.
— Все идет хорошо, только странно и мимо... — вздохнул за нашими спинами эльф, чем еще больше меня озадачил.