Глава 7
После фестиваля школа ещё долго гудела от эмоций.
Кто-то обсуждал выступления, кто-то фотографировался на память, кто-то уже выкладывал видео в социальные сети.
А «Cortis» буквально купались в успехе.
— Я же говорил, что мы легенды! — Сонхен стоял на стуле с бутылкой газировки вместо кубка.
— Слезь оттуда, пока не убился, — устало сказал Мартин.
— Зависть выглядит некрасиво.
— Я сейчас помогу тебе упасть.
— Вот видите? Насилие над талантами.
Джухун смеялся так сильно, что едва держался на ногах. Даже Конхо выглядел расслабленным.
Впервые за долгое время.
Минджу сидела рядом с ними и наблюдала. Слушала их глупые споры. Смотрела, как Сонхен драматично изображает знаменитость. Как Джухун снимает всё на телефон. Как Мартин делает вид, что раздражён.
И чувствовала тепло. Настоящее.
Такое, которого ей давно не хватало.
Но где-то глубоко внутри всё равно оставался страх.
Он никуда не исчез. Просто спрятался.
Стал тише.
Но всё ещё жил внутри неё. Страх снова потерять. Снова привязаться. Снова поверить человеку.
И однажды остаться одной.
Минджу смотрела на улыбающихся друзей и думала, что никто этого не замечает.
Никто не знает.
Кроме, возможно...
Джеймса.
Потому что через несколько минут он вдруг остановился рядом.
— Пойдём.
Она удивлённо подняла голову.
— Куда?
— На крышу.
— Зачем?
— Просто пойдём.
Минджу подозрительно посмотрела на него.
— Это звучит как начало криминальной истории.
— Обещаю не сталкивать тебя вниз.
— Как великодушно.
— Я стараюсь.
Она всё-таки улыбнулась. И пошла за ним.
⸻
На крыше было тихо.
Прохладный вечерний ветер трепал волосы. Снизу доносились приглушённые голоса учеников.
Город медленно загорался огнями.
Минджу подошла к ограждению.
— Красиво.
— Да.
Некоторое время они просто молчали.
Потом Джеймс неожиданно заговорил:
— Когда мне было десять, я думал, что отец меня ненавидит.
Минджу повернулась к нему.
Он смотрел куда-то вдаль.
— Он никогда не приходил на мои соревнования. На концерты. На праздники.
Джеймс усмехнулся.
Но улыбка вышла грустной.
— Зато деньги были всегда.
Лучшие школы. Лучшие вещи. Лучшие подарки.
Он опустил взгляд.
— Только самого отца никогда не было рядом.
Минджу молчала.
Слушала.
— А потом заболела мама.
Его голос стал тише.
— Очень серьёзно.
Я тогда был уверен, что отец всё исправит. У него же были деньги. А значит, он мог решить любую проблему.
Джеймс горько усмехнулся.
— Оказалось, нет.
Ветер слегка качнул прядь его волос.
— Она умерла через год.
Минджу почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Мне жаль.
— Мне тоже.
Он смотрел на ночной город.
— После этого я окончательно понял одну вещь. Не всё можно исправить деньгами. Не всё можно купить. Иногда люди просто уходят. И остаётся только решить, будешь ты после этого жить дальше или нет.
Минджу долго молчала.
Потом тихо спросила:
— Поэтому ты всегда улыбаешься?
— Частично.
— Даже когда больно?
— Особенно когда больно.
На этот раз она поняла его слишком хорошо. Потому что сама делала почти то же самое.
Только наоборот. Она не улыбалась вовсе. Чтобы никто ничего не заметил.
Несколько минут прошло в тишине.
Потом Джеймс повернулся к ней.
Минджу замерла. Сразу поняла, о чём он. Сердце неприятно сжалось.
— Я не уверена.
— Не рассказывай, если не хочешь.
— Нет...
Она опустила взгляд.
— Просто это сложно.
Джеймс ничего не ответил.
Ждал.
И именно это помогло ей заговорить.
— Его звали Хеныль.
Одно имя. И уже больно.
— Он был первым человеком, которому я действительно доверилась.
Голос начал дрожать.
— Я думала, что он останется.
Что бы ни случилось. Что мы справимся со всем вместе.
Она сжала пальцы.
— А потом однажды оказалось, что я ошибалась.
Перед глазами всплыли старые воспоминания.
Слова.
Обещания.
Разочарование.
Одиночество.
— После этого я перестала верить людям. Перестала открываться.
Перестала ждать чего-то хорошего.
Минджу невесело усмехнулась.
— Наверное, это звучит глупо.
— Нет.
— Я просто...
Она замолчала.
Потом призналась:
— Мне до сих пор страшно. Страшно снова доверять. Страшно снова потерять кого-то.
Страшно, что всё повторится.
На крыше стало совсем тихо.
Джеймс смотрел на неё очень внимательно.
Без жалости.
Без осуждения.
Просто слушал.
И почему-то именно это заставило её почувствовать облегчение. Будто часть тяжести наконец исчезла.
Спустя несколько секунд Джеймс неожиданно улыбнулся.
Очень мягко.
— Знаешь...
— Что?
— Ты только что доверила мне то, о чём почти никто не знает.
Минджу слегка кивнула.
— Наверное.
— Поэтому я хочу кое-что спросить.
Она вопросительно посмотрела на него.
Джеймс протянул руку.
Совсем как ребёнок, предлагающий мир после долгой ссоры.
И сказал:
— Не хочешь стать моей подругой?
Минджу удивлённо моргнула.
Из всех вариантов она ожидала чего угодно. Но не этого.
— Подругой?
— Да.
— Просто подругой?
— Для начала.
Он усмехнулся.
— Не торопись пугаться.
Она неожиданно рассмеялась.
И этот смех прозвучал легко.
Свободно.
Так, как давно уже не получалось.
Потом посмотрела на его протянутую руку. И впервые за долгое время почувствовала, что доверие — это не прыжок в пропасть.
Это маленький шаг.
Который можно сделать самому.
Минджу осторожно вложила свою ладонь в его.
— Хорошо.
Джеймс улыбнулся.
По-настоящему.
А она вдруг поняла, что впервые за долгое время будущее не кажется таким страшным. Потому что теперь ей не нужно было идти туда одной.
Ладони соприкоснулись всего на несколько секунд.
Потом Минджу первой убрала руку.
Но улыбка осталась.
Небольшая.
Почти незаметная.
И именно поэтому такая ценная.
Джеймс посмотрел на неё и усмехнулся:
— Так официально?
— Что именно?
— Мы друзья.
— Ты говоришь так, будто подписал контракт.
— Между прочим, очень важный контракт.
— И какие условия?
Джеймс сделал вид, что задумался.
— Первое: ты перестаёшь исчезать, когда тебе плохо.
— Уже невозможно.
— Почему?
— Потому что теперь ты будешь меня искать.
Он замер на секунду.
Потом рассмеялся.
— Ты права.
Минджу впервые сама поддержала шутку.
И Джеймс заметил это сразу.
Такие мелочи не ускользали от него. Потому что раньше она почти никогда не позволяла себе быть такой.
Когда они вернулись вниз, праздник был в самом разгаре.
Сонхен заметил их первым.
— О!
Его глаза подозрительно сузились.
— А вот и наши пропавшие.
— Замолчи, — сразу сказал Джеймс.
— Даже не начинал.
— Нет, начал.
— Я просто наблюдаю.
— Ты никогда просто не наблюдаешь.
— Тоже верно.
Конхо, сидевший рядом, невольно усмехнулся.
Минджу села возле Джухуна.
Тот сразу протянул ей бутылку воды.
— Ты выглядишь лучше.
Она удивлённо посмотрела на него.
— Лучше, чем когда?
— Чем последние несколько месяцев.
Минджу не нашлась что ответить.
Потому что он оказался прав.
Вечер постепенно подходил к концу. Ученики расходились по домам. Организаторы убирали оборудование. Музыка стала тише.
Даже Сонхен наконец устал настолько, что перестал разговаривать каждые пять секунд.
Почти.
Они сидели на ступенях возле школы. Все вместе. Без сцены. Без репетиций. Без напряжения.
Просто друзья.
Мартин рассказывал какую-то историю из средней школы.
Джухун смеялся.
Сонхен драматично отрицал все обвинения в своём странном поведении.
Конхо периодически вставлял короткие комментарии, от которых становилось ещё смешнее.
Минджу слушала их и чувствовала странное тепло.
Словно впервые за долгое время оказалась именно там, где должна быть. Не отдельно от всех. Не наблюдателем со стороны. А частью чего-то.
Частью их маленького мира.
И это немного пугало.
Потому что она уже успела привязаться. Слишком быстро.
Но вместе со страхом внутри появлялось что-то ещё.
Надежда.
⸻
— Минджу.
Она подняла голову.
Конхо сидел рядом.
Остальные о чём-то спорили чуть дальше.
— Что?
Несколько секунд он молчал. Будто подбирал слова.
Потом спокойно сказал:
— Я рад, что ты улыбаешься.
Минджу удивлённо посмотрела на него.
Конхо редко говорил подобные вещи. Очень редко.
— Спасибо.
Он кивнул. И на этом разговор закончился. Но ей почему-то стало тепло. Потому что она знала. Конхо всегда переживал за неё. Даже когда не умел правильно это показывать.
⸻
Позже, когда все начали расходиться, Джеймс догнал её возле ворот школы.
— Эй.
— М?
Он засунул руки в карманы.
Необычно нервно.
— У меня вопрос.
— Опять?
— Да.
— Мне уже страшно.
— Очень смешно.
Минджу улыбнулась.
— Спрашивай.
Джеймс несколько секунд смотрел на неё.
Потом сказал:
— Что ты хочешь сделать первым делом, когда перестанешь бояться?
Вопрос застал её врасплох.
Она никогда об этом не думала.
Совсем.
Страх был настолько привычной частью её жизни, что она даже не представляла себя без него.
Минджу посмотрела на вечернее небо.
Подумала.
Очень долго.
А потом тихо ответила:
— Наверное... начать жить так, как мне хочется.
— И что это значит?
Она задумалась.
И неожиданно улыбнулась.
— Пока не знаю. Но впервые мне интересно это узнать.
Джеймс смотрел на неё несколько секунд.
Потом тоже улыбнулся.
Потому что понял:
Это была самая важная победа за весь сегодняшний день.
Не выступление.
Не аплодисменты.
Не успех фестиваля.
А то, что девушка, которая долгое время просто пыталась выжить, наконец начала думать о будущем.
И где-то глубоко внутри Минджу впервые позволила себе поверить, что это будущее может оказаться счастливым.
Даже если путь к нему будет долгим.