Глава 3
После того вечера Конхо стал раздражённо замечать вещи, на которые раньше не обращал внимания.
То, как Джеймс автоматически садится рядом с Минджу на репетициях.
Как легко начинает с ней разговор.
Как Минджу... отвечает ему.
Пусть коротко. Пусть осторожно.
Но отвечает.
И это почему-то цепляло сильнее, чем должно было.
Сам Конхо никогда не умел говорить с ней нормально.
Каждый раз всё либо превращалось в странные подколы, либо заканчивалось молчанием.
А теперь рядом появился человек, которому Минджу хотя бы пыталась открываться.
Это бесило.
⸻
На следующий день после уроков бассейн уже почти опустел.
Тренировка закончилась поздно, и Конхо сидел на бортике, лениво стряхивая воду с волос полотенцем.
Сонхен рядом пил спортивный напиток.
— Ты сейчас прожжёшь взглядом плитку.
— Отстань.
— О, значит, я попал в точку.
Конхо молчал.
Сонхен усмехнулся:
— Ты ведь понимаешь, что проблема не в Джеймсе?
— А в чём тогда?
— В том, что ты 2 года ходишь вокруг Минджу кругами и ничего не делаешь.
Конхо резко посмотрел на него:
— Кто сказал, что она мне нравится?
Сонхен уставился на него с таким лицом, будто услышал самую глупую вещь в жизни.
— Конхо. Ты буквально становишься другим человеком рядом с ней.
— Бред.
— Ты сегодня три раза спрашивал Мартина, поела ли она.
— Это нормальный вопрос.
— Нет, если ты задаёшь его с лицом ревнивого мужа.
Конхо бросил в него полотенце.
Сонхен засмеялся.
Но потом уже спокойнее сказал:
— Просто поговори с ней нормально хоть раз.
⸻
Вечером Конхо действительно попытался.
Хотя уже на полпути к музыкальному кабинету начал жалеть об этом.
Изнутри доносились тихие аккорды пианино.
Минджу была там одна.
Она сидела боком к двери, медленно перебирая клавиши и даже не заметила, как он вошёл.
Конхо остановился.
Несколько секунд просто смотрел.
В такие моменты Минджу всегда казалась ему слишком далёкой.
Будто принадлежала какому-то другому, более спокойному миру.
Она первой заметила его отражение в стекле.
Обернулась и немного удивилась:
— Конхо?
— Привет.
— Ты чего здесь?
Он тут же понял, что не придумал нормальной причины.
— Я... искал Мартина.
— Его здесь нет.
— А.
Повисла пауза.
Конхо мысленно проклял себя.
Минджу смотрела спокойно, без раздражения, но от этого становилось только сложнее.
— Ты красиво играешь, — наконец сказал он.
Она слегка смутилась:
— Спасибо.
— Почему ты никогда не выступаешь?
Минджу опустила взгляд на клавиши.
— Не люблю сцену.
— Но ты ведь талантливая.
— Это не значит, что мне должно нравиться .
Конхо медленно подошёл ближе.
— Ты всё время прячешься.
— А ты всё время давишь.
Он усмехнулся:
— Ты права.
Минджу впервые за разговор чуть улыбнулась.
И у Конхо внутри снова всё неприятно сжалось от того, насколько сильно ему нравится видеть её такой.
Без напряжения.
Без попыток закрыться.
Он сел рядом на край скамьи.
Очень осторожно, будто боялся спугнуть.
— Ты устала в последнее время, — тихо сказал он. — Всё нормально?
Минджу удивлённо посмотрела на него.
Этот вопрос от Конхо прозвучал неожиданно мягко.
Без привычной резкости.
— Всё хорошо.
— Ты всегда так отвечаешь.
— Потому что люди обычно не хотят слышать настоящий ответ.
Конхо нахмурился.
— А если я хочу?
Она замолчала.
И это молчание почему-то было важнее любых слов.
Конхо смотрел на неё несколько секунд, потом тихо выдохнул:
— Минджу... тебе нравится Джеймс?
Вопрос прозвучал слишком прямо.
Она явно растерялась.
— Что?
— Ты постоянно с ним.
— Я занимаюсь с ним вокалом.
— Только поэтому?
Минджу медленно закрыла крышку пианино.
— Почему ты вообще спрашиваешь?
Потому что ревную.
Потому что ненавижу смотреть, как он стоит рядом с тобой.
Потому что ты мне нравишься уже слишком долго.
Но вслух Конхо сказал совсем другое:
— Просто интересно.
Минджу несколько секунд внимательно смотрела на него.
Слишком внимательно.
Будто пыталась понять то, что он сам скрывал.
И именно в этот момент дверь кабинета снова открылась.
— О, вы тут вдвоём?
Джеймс.
Конхо сразу напрягся.
Минджу быстро встала со скамьи:
— Мы просто разговаривали.
— Вижу, — спокойно ответил Джеймс, но взгляд у него стал внимательнее.
Конхо поднялся медленнее.
Между ними мгновенно появилось знакомое напряжение.
Тихое.
Почти незаметное для остальных.
Но Минджу почувствовала его сразу.
И почему-то именно сейчас впервые подумала о том, что проблема между Джеймсом и Конхо может быть вовсе не в репетициях.