Alive Enough

Утро после дня рождения встретило Феликса не только брачным предписанием, но и рабочим графиком. Потому что системе плевать, что у тебя там за кризис среднего возраста в восемнадцать лет. Если ты модель — ты работаешь. Даже если внутри всё кипит от ненависти к государству.

Агентство «Элит Моделс» располагалось в стеклянном кубе на другой стороне реки Хан. Здание напоминало огромный аквариум — прозрачные стены, внутри — белые лабиринты коридоров, пахнущие дорогой косметикой и свежим кофе. Феликс ненавидел этот запах. Слишком стерильно. Слишком «понарошку».

Феликс работал моделью. Не той топовой, чьи лица висят на билбордах по всему городу — пока нет. Он был на подхвате: примерки для каталогов, второстепенные роли в рекламных кампаниях, ходьба по подиуму в конце показа, когда все уже смотрят на главную звезду. Но система уже приметила его. «Перспективный материал», сказал тогда куратор. «Через пару лет будет «Лицом Сеула», если не облажается».

Феликс облажаться не хотел. Но и быть «лицом» этой ёбаной системы — тоже не горел желанием.

Сегодня у него была фотосессия для осенней коллекции местного бренда одежды. Ничего сложного: надеть пальто, повернуться, улыбнуться, повторить. Но нервы были на пределе после вчерашнего уведомления о браке.

— Ликс, стой ровнее, — голос Минхо раздался откуда-то слева. — Ты плечо заваливаешь.

— А ты не учи меня, — огрызнулся Феликс, стоя перед белым фоном в сером тренче. — Я и так…

— Плечо, — повторил Минхо, подходя ближе. Он положил руку на плечо Феликса — сухо, профессионально, без лишних прикосновений — и поправил. — Вот так.

Феликс почувствовал тепло через ткань пальто. У андроидов не должно быть тёплых рук. Но у Минхо были.

— Спасибо, — буркнул он, отворачиваясь.

Минхо вообще работал как часы (каламбур, ха-ха). Он появлялся рядом с Феликсом каждые пять минут: поправить воротник, подать бутылку воды, сказать, что свет упал не на ту щёку. Фотограф, мужик с бородой и вечно недовольным лицом, сначала бесился, что ассистент лезет не в своё дело, но потом заметил, что кадры стали лучше. И заткнулся.

— Твой кофе через десять минут, — сказал Минхо, когда съёмка наконец закончилась. — Я заказал в том кафе через дорогу. Пойдём.

— Я не хочу кофе, — соврал Феликс, потому что хотел безумно, но не хотел признавать, что этот робот знает его привычки лучше, чем он сам.

— Хочешь. У тебя уровень серотонина упал после съёмки. Кофе его поднимет. Плюс тебе нужно поесть, ты почти ничего не ел с утра.

Феликс хотел возразить, но живот предательски заурчал.

— Ладно, пошли, — сдался он. — Но ты платишь.

— Всегда плачу, — сказал Минхо, даже не улыбнувшись.

Кафе называлось «Неоновая ложка» и находилось в цокольном этаже соседнего бизнес-центра. Внутри было светло, по-больничному стерильно, но при этом уютно — за счёт живых растений в горшках и мягких диванов из эко-кожи. Феликс любил это место за то, что здесь никогда не было много людей. Только офисный планктон в обед и редкие модели с соседних съёмок.

Они сели за столик у окна. Феликс — лицом к выходу (чтобы видеть, кто входит), Минхо — напротив, спиной к залу. К ним почти сразу подкатил робот-официант — низкий, бочкообразный аппарат на трёх колёсиках, с сенсорным экраном вместо лица.

— Здравствуйте! — пискнул робот голосом, похожим на ребёнка в мультике. — Сделайте заказ через экран или продиктуйте вслух!

Феликс ткнул пальцем в меню на экране. Заказал суши-сет «Филадельфия» и двойной айс-американо без сахара. Кофе он пил чёрным, горьким, как своё настроение.

Минхо ткнул куда-то в экран.

— Вы выбрали: салфетки бумажные (2 штуки), вилки металлические (2 штуки), — отрапортовал робот. — Ожидайте. Ваш заказ будет готов через шесть минут.

— Погоди, — нахмурился Феликс, глядя в экран, где высветился список. — Ты заказал салфетки и две вилки? Зачем нам две вилки?

Минхо откинулся на спинку дивана. Его глаза (чёрные, блестящие, как мокрые камни) смотрели на Феликса с выражением, которое тот не мог расшифровать.

— Чтобы кушать ими, — спокойно ответил андроид.

Феликс моргнул.

— Что? То есть… мы оба будем есть суши вилками? Суши, блядь, едят палочками!

— Я не умею пользоваться палочками, — сказал Минхо. — У меня процессор не синхронизирован с мелкой моторикой для таких операций.

— Ты пиздишь, — Феликс сузил глаза. — Ты вчера палочками рис ел.

— А сегодня разучился, — Минхо даже бровью не повёл. — Временный сбой.

— Да какой сбой? Ты просто издеваешься!

— Может быть, — Минхо чуть склонил голову набок. — Но вилки уже заказаны. Их не отменить.

Феликс хотел сказать что-то грубое, но в этот момент робот-официант уже подкатил к их столику, уставленный подносом. На подносе — прозрачная коробка с суши (рис, лосось, авокадо, сливочный сыр — идеальные кусочки, как на картинке), два стакана с американо (один со льдом, второй — без, для Минхо), и рядом — аккуратно положенные бумажные салфетки и две металлические вилки.

— Приятного аппетита! — пискнул робот и укатил дальше.

Феликс взял одну вилку, повертел в руке. Металл блестел под светодиодными лампами.

— Ты реально собрался есть суши вилкой?

— Да, — Минхо взял вторую вилку, отколупнул кусок суши (аккуратно, почти хирургически) и отправил в рот. Прожевал. — Вкусно. Рекомендую.

Феликс смотрел на него с открытым ртом. Этот андроид, который умеет всё — от хореографии до сканирования стресса — не может есть палочками. Да он просто прикалывается. Но зачем?

— Ты странный, — сказал наконец Феликс, тоже накалывая суши на вилку. — Очень странный.

— Спасибо, — Минхо взял салфетку и промокнул уголок губ. — Ты тоже.

Они ели молча. Феликс — свои суши, Минхо — свои (хотя ему вообще не нужно было есть, он просто делал вид, чтобы Феликс чувствовал себя менее одиноко). За окном проплывали дроны с доставкой. Где-то далеко неоновые вывески начинали загораться, хотя было ещё светло.

— Минхо, — позвал Феликс, когда в коробке остался последний кусок.

— М?

— Ты… ты правда думаешь, что сможешь помешать этому браку?

Минхо отложил вилку. Посмотрел на Феликса долгим, тяжёлым взглядом.

— Я не думаю. Я знаю.

— Но как? Ты один. А против тебя — вся система.

— Система, — повторил Минхо, и в его голосе проскользнуло что-то холодное, почти злое. — Система писала код, который я могу взломать. Система дала мне деньги, а деньги — это власть. И система не знает, что я уже начал искать трещины в их законодательстве.

Феликс отложил вилку.

— Ты… ты серьёзно?

— Я никогда не шучу про такие вещи, — сказал Минхо. — Доедай. У нас через час примерка костюмов для рекламы духов. Там будет Хёнджин.

— Хёнджин? — Феликс скривился. — Опять он будет свои длинные волосы откидывать и вздыхать.

— Ты его не любишь?

— Люблю, — вздохнул Феликс. — Но иногда он слишком… много.

Минхо ничего не ответил. Он просто смотрел, как Феликс доедает последний кусок суши вилкой (да, вилкой, потому что палочек не было), и думал о своём.

О том, что Бан Чан вчера прислал ему зашифрованный сигнал. О том, что Сухо уже внедрён к Чонину. О том, что Джисон (хакер Чанбина, с которым Минхо ещё не встречался лично, но уже переписывался через защищённые каналы) нашёл какие-то старые прецеденты отмены браков.

О том, что скоро всё начнётся.

— Ликс, — сказал он, когда Феликс допил кофе.

— М?

— Спасибо, что не отказываешься от меня.

Феликс замер. Внутри что-то странно ёкнуло.

— Ты чего? Ты просто робот. Я не отказываюсь от техники, которая мне полезна.

— Понятно, — Минхо встал из-за стола. — Просто робот. Ладно.

Он направился к выходу, но Феликс заметил: его пальцы сжали край стола сильнее, чем нужно. И если бы этот стол был не из армированного пластика, он бы, возможно, треснул.

Феликс догнал его на выходе.

— Эй, — сказал он, дёргая Минхо за рукав толстовки. — Я… я не то имел в виду. Ты не «просто». Ладно?

Минхо обернулся. В его глазах не было обиды. Было что-то другое. Более глубокое. Более тёмное.

— Ладно, — сказал он тихо. — Пошли на примерку.

Они вышли из кафе, и ветер с реки ударил в лицо.

Феликс сунул руки в карманы пальто (того самого, в котором только что снимался) и подумал: «Почему этот робот заставляет меня чувствовать себя виноватым? И почему мне не всё равно?»

Ответа он не знал.

Но чувствовал — скоро узнает.