Глава 17 Разговор под открытым небом
Раздался оглушительный грохот. С деревьев на склонах горы Фучжоу с испуганным щебетом и диким криком взметнулись стаи птиц - на мгновение они живой черной тучей закрыли собой клочок ясного лазурного неба.
Во время стремительного падения в ушах бешено свистел ветер и стонал глухой, давящий гул.
Се Бувэй одной рукой намертво вцепился в поводья своего коня, а другой перехватил Сяо Шэнай, крепко прижав ее к себе и удерживая их обоих сбоку от лошадиного брюха. Благодаря этому, когда пришелся первый сильнейший удар о землю, они оба приземлились на мягкий бок упавшего скакуна.
Раздалось короткое, предсмертное ржание благородного коня. Горячая кровь брызнула во все стороны, точно мелкая изморось, и резкий, отдающий железом запах мгновенно забил им ноздри.
Се Бувэй глухо застонал от боли, но тут же выпустил поводья и, закрывая Сяо Шэнай обеими руками, кубарем покатился вместе с ней вниз по крутому, заросшему склону.
Вокруг них со звучным треском ломались ветки кустарников.
Они остановились лишь тогда, когда на самом берегу озера со всего маху врезались в ствол цветущей дикой сливы. Дерево содрогнулось, и на упавших бурным дождем посыпались нежные лепестки.
Сильнейший удар заставил Се Бувэя и Сяо Шэнай на какое-то время потерять сознание.
В горном лесу вновь воцарилась глухая тишина. Птицы вернулись в свои гнезда, а небо над головой снова прояснилось. И лишь сорванные ветки кустарников да поваленные молодые деревца, оставшиеся на пути их падения, напоминали о том, насколько смертоносной была эта секунда.
Если бы склон под обрывом оказался отвесной скалой, а не пологим спуском, густо заросшим низким кустарником, и если бы затяжные дожди не размягчили каменистую землю, они оба гарантированно разбились бы насмерть.
- Се Бувэй... Се Бувэй, очнись же! Мне так страшно...
Смутное, едва слышное всхлипывание и испуганный девичий плач заставили Се Бувэя вырваться из беспросветной тьмы. Но стоило ему приоткрыть глаза, как дикая, неописуемая боль - словно по его телу проехался огромный каменный жернов или прошлись тысячи острых клинков - мгновенно пронзила всё существо, заставив его хрипло вскрикнуть и окончательно прийти в себя.
- Ах! Что с тобой?! - увидев, что Се Бувэй открыл глаза, но его лицо при этом исказилось от невыносимой муки, Сяо Шэнай совсем растерялась. Она сидела на коленях рядом с ним, не смея даже прикоснуться, и лишь горько плакала, размазывая грязь по лицу.
Во время падения Се Бувэй до самого конца крепко прижимал принцессу к себе, закрывая ее собственным телом. Именно благодаря этому Сяо Шэнай пришла в себя гораздо раньше, могла двигаться и в целом не получила серьезных увечий.
Крепко сжав кулаки и стиснув зубы, Шестой молодой господин перетерпел первую, самую страшную волну боли. Наконец ему удалось собрать воедино обрывки разорванного дыхания и немного выровнять пульс. Тем не менее, он всё еще не мог пошевелить ни единым мускулом, а с его лица полностью сошла кровь - оно казалось тоньше и бледнее самого чистого белого шелка.
И лишь багровые царапины, оставленные острыми ветками, да выступившая у уголков глаз от невыносимой муки краснота проступали на этой бледности причудливыми, пугающими узорами, придавая его лицу какую-то зловещую, мистическую красоту.
- Еще не сдох, - тяжело вздымая грудь, с трудом вытолкнул из себя эти несколько слов Се Бувэй, жадно хватая ртом воздух после чудесного спасения.
Эти слова, сорвавшиеся сквозь намертво сжатые зубы, прозвучали коротко, резко и совсем не ласково, однако этого вполне хватило, чтобы Сяо Шэнай наконец немного успокоилась и взяла себя в руки после пережитого ужаса.
Невзирая на кровь и грязь, покрывавшие ее с ног до головы, принцесса утерла слезы изодранным в клочья рукавом халата и шумно шмыгнула носом. Словно подбадривая саму себя, она выпалила:
- Раз ты живой, то мне уже не страшно!
Они находились под корнями могучей дикой сливы, а совсем рядом плескалось горное озеро. Горный ветер и без того был пронизывающим, а проносясь над ледяной озерной гладью, он становился и вовсе обитателем преисподней. К тому же сырая, раскисшая земля под спиной непрерывно источала мертвенный холод, из-за чего Се Бувэй, помимо борьбы с дикой болью, теперь еще и сотрясался от сильного озноба.
Его сознание под этим двойным натиском начало стремительно угасать, точно отлив в океане.
Но если он сейчас снова отключится, то большой вопрос, сможет ли вообще когда-нибудь прийти в себя.
В этой изощренной, напоминающей казнь линчи пытке Се Бувэй изо всех сил прикусил собственную губу. Вспышка новой боли заставила туман в голове на секунду рассеяться:
- Помоги мне сесть.
Сяо Шэнай сначала опешила, но тут же опомнилась. Перебирая коленями по грязи, она придвинулась ближе. Однако, глядя на покрытое грязью и кровью тело Се Бувэя, у нее снова защипало в глазах, и она просто не знала, как к нему подступиться.
- Я... как же я тебя подниму? - тихо заныла она.
Се Бувэй прикусил губу еще сильнее, так что ворвавшийся ледяной ветер отозвался в горле режущей болью:
- Хватай как придется. Я не рассыплюсь, - его слова уже едва держались вместе.
Сяо Шэнай больше не колебалась. Подхватив Се Бувэя за плечи, она медленно и бережно потянула его вверх, помогая опереться спиной о крепкий ствол дерева.
Пока они устраивались, Се Бувэй, не желая еще сильнее пугать и без того паникующую девчонку, лишь крепко сдвинул брови к переносице, но не издал ни единого стона, хотя каждое движение отзывалось адской вспышкой в теле.
И хотя это помогло немного защититься от идущего от земли сырого холода, сознание Шестого молодого господина по-прежнему удерживалось на самой грани.
- Поговори со мной, - Се Бувэй приоткрыл глаза и сквозь редкие ветки сливы уставился на плывущие по лазурному небу плотные белые облака.
Сейчас им оставалось только одно - ждать, пока их отыщут.
Сяо Шэнай, кажется, поняла его замысел. Из ее глаз снова покатились крупные, как жемчуг, слезы, которые с тихим стуком падали на осыпавшиеся лепестки сливы. От этого нежно-розовые лепестки казались еще ярче, точно между молодыми людьми рассыпали пригоршню чистейших прозрачных рубинов.
Несмотря на прерывающийся от рыданий голос, она изо всех сил старалась говорить:
- На самом деле... поначалу ты мне ужасно не нравился. И дело не только во всех тех глупостях, что ты творил. А еще и потому, что ты... ты заявлял, будто без памяти влюблен в моего царственного брата-принца!
Се Бувэй меньше всего ожидал, что эта капризная принцесса тоже в курсе тех сказок, которые он на ходу сочинил для спасения шкуры.
- Ты ведь влюбился в него только для того, чтобы отобрать его у меня и прогнать меня прочь, верно?
А уж такого поразительного и извилистого хода мыслей Се Бувэй не мог предугадать даже в самом страшном сне. Ему до безумия захотелось рассмеяться, но он лишь слегка шевельнул уголками губ, силой подавляя рвущийся из груди хрип:
- Нет... не стану отбирать его.
Увидев эту слабую улыбку, Сяо Шэнай на мгновение замерла. Ей показалось, будто увядающий, погибающий цветок прямо у нее на глазах вдруг снова распустился, явив миру невероятную, сочную красоту - этот лик в один миг затмил собой все пышные гроздья дикой сливы над их головами. Поглазев секунду, она поспешно продолжила:
- Но теперь ты мне больше не противен! Ты рискнул собственной жизнью ради меня, теперь ты мой спаситель. В будущем, чего бы ты ни пожелал, только скажи - я наизнанку вывернусь, но достану это для тебя!
Она сделала небольшую паузу, на секунду опустив глаза в раздумьях. Наконец, приняв какое-то тяжелое для себя решение, она твердо добавила:
- Даже если тебе всё-таки нужен мой брат-принц... я помогу тебе завоевать его сердце!
И тут же испуганно, затараторила вдогонку:
- Но только когда вы будете вместе, вы не должны прогонять меня или бросать одну! Во всем огромном дворце у меня остались только три близких человека - тетушка, брат-принц да братец Юньчэн.
Слушая эти наивные детские излияния, Се Бувэй едва сдерживал улыбку, но от малейшего смешка тело пронзало такой болью, что ему оставалось лишь отрешенно смотреть на уплывающие облака.
- Давай... сменим тему, - с трудом выговорил он.
Сяо Шэнай не поняла, почему он вдруг наотрез отказался слушать разговоры о наследном принце, но спорить не стала. Склонив голову набок, она немного подумала:
- Ну ладно, раз не хочешь говорить о моем брате, давай тогда поговорим о твоем!
«Да что ж у нее за мания на братьев?» - мысленно вздохнул Се Бувэй, чувствуя полное бессилие.
Сяо Шэнай рукавом вытерла остатки слез в уголках глаз и заговорщически, затаив дыхание, придвинулась к самому его лицу:
- Я открою тебе один очень важный секрет!
Се Бувэй перевел взгляд с неба на принцессу, с легким любопытством глядя на ее чумазую моську прямо перед собой.
- Секрет в том, что... хотя абсолютно все вокруг без умолку твердят, будто твой старший брат - великий человек, у которого всё получается идеально, я его просто терпеть не могу!
Се Бувэю стало по-настоящему интересно. Ему жутко захотелось узнать, каким таким образом этот безупречный Се Сиюй, о котором в обществе не было ни единого дурного отзыва, умудрился так насолить принцессе Юнцзя.
Сяо Шэнай и не думала набивать себе цену. Она единым духом выложила всё, что было на душе:
- Все называют Се Сиюя идеальным, совершенным мужем. А по-моему, он никакой не человек - он фальшивка! Словно безжизненная деревянная марионетка на сцене или кожаная кукла-марионетка, которой кто-то управляет из-за ширмы за веревочки. Ну...
Она отчаянно пыталась подобрать самые точные слова, чтобы описать свои ощущения от Се Сиюя:
- Или как яшмовое изваяние божества, которое выставили на алтаре для поклонения. В общем, он абсолютно не похож на живое существо из плоти и крови. У него будто вообще нет собственной души... Самый настоящий ходячий мертвец!
Сяо Шэнай даже невольно передернуло от этого воспоминания:
- Стоит мне только встретиться с ним взглядом, как мне становится до смерти жутко. Мне кажется, что он смотрит на меня и вот-вот заберет мою душу, превратив в такого же ходячего мертвеца, как он сам.
Се Бувэй и сам всей душой ненавидел Се Сиюя. Он прекрасно знал, что тот - расчетливый, двуличный лицемер, мастерски носящий маску благородства. Но вот называть его «живым трупом» или «куклой»... У Се Сиюя скрытых мотивов и коварных замыслов в голове было побольше, чем семечек в лотосовом подносе. Какая уж тут безжизненная фальшивка?
Заметив несогласие в глазах Се Бувэя, Сяо Шэнай надула губы, невольно растеряв всю свою принцессину спесь и превратившись в обычную обиженную девчонку:
- Да я это вовсе не сама придумала! Се Сиюй сам в этом признался!
- Признался? - эхом повторил Се Бувэй, от удивления даже забыв про боль. Это заявление звучало слишком невероятно.
Видя, насколько сильно поражен Шестой молодой господин, Сяо Шэнай довольно улыбнулась, так что на ее щеках проступили очаровательные ямочки:
- Вот именно! Он сам мне это лично сказал!
- Как-то раз после роскошного императорского пира во дворце я столкнулась с ним в саду. В том уголке мы оказались совершенно одни, ни души вокруг. И этот Се Сиюй сделал вид, будто вообще меня не замечает, развернулся и пошел прочь! Я, конечно, жутко разозлилась, догнала его и крикнула в спину: «Ты что, фальшивка?! Живешь вообще без души!»
Я думала, он, как и всегда, притворится глухим и пойдет дальше. Но в тот раз он вдруг взял и остановился. Повернулся, уставился на меня своими этими пустыми, бездушными стеклянными глазами и спокойно так говорит: «Да, это так».
Мне тогда, честно сказать, до смерти страшно стало, но показывать страх перед ним я не хотела. Поэтому я набралась смелости и спросила: «И куда же в таком случае делась твоя душа?» Он не ответил сразу. Знаешь, он молчал так долго... так долго, что я уже сама была готова развернуться и убежать без оглядки. И вот только тогда он глухо произнес: «Ушла искать одного человека».
Когда Сяо Шэнай закончила свой рассказ, в памяти Се Бувэя совершенно некстати вспыхнул образ Се Сиюя - то, как тот смотрел на него своими чистыми, точно застывший хрусталь, глазами.
Однако это мимолетное видение тут же безжалостно растаяло, вытесненное новой накатившей волной невыносимой физической боли.
Он слегка нахмурился, не став принимать этот разговор Се Сиюя и Сяо Шэнай близко к сердцу:
- Он просто напускал туману перед тобой, вот и всё.
Однако Сяо Шэнай с ним не согласилась. Она тихонько пробормотала под нос:
- А вдруг это правда?..
Услышав ее бормотание, Се Бувэй почувствовал, как в груди почему-то шевельнулось глухое раздражение:
- Давай поговорим о чем-нибудь другом.
Сяо Шэнай сейчас была готова слушаться Се Бувэя во всем. Она послушно оставила тему Се Сиюя и, задумавшись на несколько мгновений, внезапно залилась густым румянцем. Словно преодолевая сильное смущение, она спросила:
- А ты... ты думал когда-нибудь о том, на какой девушке захочешь жениться в будущем?
Надо признать, причудливый ход мыслей Сяо Шэнай как нельзя лучше подходил для разговоров обо всем на свете под открытым небом - угадать, куда ее занесет в следующую секунду, было решительно невозможно.
Хотя по возрасту принцесса была не старше его племянницы из современной жизни, Се Бувэй не стал отделываться банальными фразами, а действительно глубоко задумался.
В своем прежнем мире он никогда ни с кем не встречался, а потому и о браке как-то не размышлял. Зато в повседневной жизни эта тема всплывала постоянно - уж слишком бурную и приковывающую всеобщее внимание личную жизнь вела его мама, госпожа Се Юань.
Порой папарацци и репортерам было мало донимать расспросами саму госпожу Се. Стоило им поймать ее сына, как они тут же принимались выпытывать, не планирует ли мама найти ему нового папу.
Сам он вовсе не был против того, чтобы у него появился отчим, но истинных мыслей матери на этот счет не знал. Поэтому после очередного такого случая он напрямую спросил госпожу Се об ее отношении к браку.
Мама лишь тепло улыбнулась и ответила, что ей искренне нравится ее нынешнее положение: есть взаимное притяжение - они вместе, чувства остыли - они расходятся. Ей совершенно ни к чему подстраиваться под рамки и условности, навязанные обществом, главное - чтобы лично ей было комфортно. И уж точно она не собирается выходить замуж только ради того, чтобы обеспечить сыну «отцовское плечо», ведь он в этом давно не нуждался.
Проще говоря, госпожа Се была убежденной сторонницей свободных отношений вне брака. Она всегда следовала велению сердца и плевать хотела на чужие предрассудки.
Но раз уж Сяо Шэнай задала этот вопрос здесь, с поправкой на суровые реалии древней эпохи, она априори не могла обладать столь передовыми взглядами. Поэтому Се Бувэй лишь вычленил саму суть материнской философии, которую принцесса могла бы применить к себе:
- Главное - чтобы человек тебе искренне нравился. Этого вполне достаточно.
Сяо Шэнай явно не ожидала услышать от него такой ответ. Она растерянно повторила:
- Нравился?
Удерживая в голове последнюю каплю ускользающего сознания, Се Бувэй из последних сил договорил фразу:
- Да. Если ты по-настоящему полюбишь человека, то сможешь связать с ним судьбу.
Слыша это, Сяо Шэнай на какое-то время погрузилась в глубокие раздумья, а затем ее глаза внезапно вспыхнули ярким блеском:
- Получается... кем бы он ни был и каким бы статусом ни обладал, если он мне по сердцу, я могу быть с ним вместе, верно?
Се Бувэй едва заметно кивнул. Последние слова окончательно истощили те крохи сил, что ему удалось собрать, и туман в голове снова принялся стремительно сгущаться.
Похоже, он больше не продержится.
Он еще раз бросил взгляд на небо и заметил, что плотная белая туча, которая совсем недавно висела единой массой, теперь полностью разошлась в стороны, превратившись в легкие, вольно плывущие по ветру перистые облака. Свободные и безмятежные.
- Минчжу!.. Где ты?! Отзовись!..
Откуда-то со стороны ущелья донесся глухой, но удивительно чистый и благородный голос.
Сяо Шэнай вздрогнула и резко поднялась на ноги. Повернувшись в сторону, откуда доносился зов, она истошно закричала:
- Братец Юньчэн! Я здесь!
Вскоре послышался частый, торопливый топот множества ног. Прежде чем сознание Се Бувэя окончательно угасло, перед его глазами промелькнула картина: Сяо Шэнай с разбегу бросилась в объятия мужчины, шедшего во главе поискового отряда. Она крепко обхватила его руками и зарыдала, но теперь это были слезы величайшей радости:
- Братец Юньчэн! Ты все-таки нашел меня!
***
Перевод сделан с любовью к оригиналу ❤️ Ранний доступ к главам и арты - в моём тгк: https://t.me/silkroadofstories