Глава 5 Чжугэ из Ланъя
По сравнению с суетой и растерянностью А-Бэя Се Бувэй выглядел гораздо спокойнее.
Он слегка повернулся, опёрся рукой о край кровати и сел, затем неторопливо потянулся, вытянул руки и пошевелил ногами. Он повторил это несколько раз, пока его тело, затёкшее после долгого сна, полностью не размялось. Лишь после этого он сел прямо.
Затем опустил глаза и, глядя на пятна света и тени на полу, начал вспоминать всё, что знал о госпоже Се. Хотя в оригинальном романе госпожа Се упоминалась редко и каждый раз появлялась лишь для того, чтобы своим отношением принижать прежнего владельца тела и возвышать Се Сиюя, к счастью, прежний владелец тела всё же прожил в столице не зря. Более того, пытаясь заручиться поддержкой влиятельных людей, он специально разузнавал о многих вещах, поэтому довольно хорошо понимал нынешнее положение дел.
Правда, некоторые его выводы и мысли были слишком наивными. Жену Се Кая звали Чжугэ Шань. Она происходила из весьма необычной семьи - из рода Чжугэ из Ланъя. Хотя род Се из Чэньцзюня сейчас был очень влиятельным и считался одним из первоклассных аристократических родов, на самом деле их возвышение началось лишь с основания нынешней династии. Именно предок рода Се, Се Пэн, перейдя от конфуцианства к философии сюаньсюэ, постепенно приобрёл известность. Позже род окреп благодаря отцу Се Кая - Се Чэну, который занимал должности губернатора Юйчжоу, военного наместника западной армии Чжунлан и правителя Хуайнани. А настоящего расцвета семья достигла благодаря младшему брату Се Кая - Се И, который сейчас занимал должности великого наставника при дворе, левого канцлера, придворного советника и главы секретариата.
Но с тех пор прошло всего лишь немногим больше шестидесяти лет. В глазах старых знатных родов с многовековой историей семья Се всё равно считалась лишь новыми выскочками. Если же сравнить их с родом Чжугэ из Ланъя, то тот на протяжении нескольких столетий пользовался огромным уважением как при дворе, так и вне его, независимо от смены династий. По сравнению с ними род Се из Чэньцзюня явно уступал.
Вначале Се Чэн не раз пытался просить у семьи Чжугэ руки их дочери для Се Кая, но каждый раз получал отказ. Тогда он изменил тактику: стал часто бывать на пирах вместе с членами семьи Чжугэ и однажды, когда они были уже хорошо навеселе, договорился о браке между детьми. Так Чжугэ Шань вынуждена была выйти замуж за Се Кая. После свадьбы у них родились лишь дочь и сын, после чего супруги надолго разъехались и стали жить в разных дворах.
Иными словами, если говорить современным языком, для Чжугэ Шань этот брак с Се Каем был явным мезальянсом - браком ниже её статуса.
Размышляя об этом, Се Бувэй подозвал А-Бэя ближе, взял чашу с подноса из чёрного дерева, сначала сделал небольшой глоток, проверяя температуру воды, а затем запрокинул голову и допил её до конца.
А-Бэй никогда не отличался красноречием и не знал, что сказать. Он лишь стоял рядом и беспомощно переживал, так что его густые чёрные брови почти скрутились в узел. Когда Се Бувэй неторопливо поставил чашу обратно на поднос, А-Бэй вдруг будто озарился. Он обхватил поднос руками, наклонился к Се Бувэю и сказал:
- Может, мне позвать пятого господина? Пятый господин обязательно поможет тебе!
То, что А-Бэй в этот момент вспомнил о Се Сиюе, было не случайно. Раньше, когда Чжугэ Шань наказывала прежнего владельца тела, если Се Сиюй оказывался рядом, он всегда просил за него. И Чжугэ Шань неизменно уступала Се Сиюю и отменяла наказание.
- Кхе-кхе-кхе-
Едва услышав слова «пятый господин», Се Бувэй поперхнулся водой, которая ещё оставалась у него во рту. А-Бэй поспешно поставил поднос и начал хлопать его по спине:
- Медленнее, медленнее! Нельзя так спешить, когда пьёшь воду.
Но стоило ему хлопнуть всего один раз, как Се Бувэй закашлялся ещё сильнее, и А-Бэй уже не осмелился больше к нему прикасаться. Се Бувэй кашлял так, что глаза у него увлажнились, а уголки глаз покраснели. С трудом переведя дыхание, он наконец смог выговорить:
- А-Бэй... если хочешь, чтобы я прожил ещё пару дней, не упоминай при мне Се Сиюя.
Сказав это, он снова закашлялся. А-Бэй ничего не понял и уже собирался спросить ещё. Но вдруг снаружи послышались тихие шаги, которые постепенно приблизились к комнате Се Бувэя. Пришедший человек не стал сразу открывать дверь, а лишь остановился у входа и громко сказал:
- Госпожа послала меня принести шестому господину одежду. Не знаю, проснулся ли уже шестой господин?
Это был голос женщины средних лет.
Хозяин и слуга в комнате переглянулись.
В их глазах читались одинаковые недоумение и растерянность. Ведь обычно Чжугэ Шань лишь время от времени «воспитывала» прежнего владельца тела, но никогда не присылала ему ни одежды, ни каких-либо вещей. Первым пришёл в себя Се Бувэй. Он слегка кивнул в сторону двери:
- Иди открой.
Только тогда А-Бэй словно очнулся от сна и поспешил к двери.
- Шух!
Он резко распахнул её. Порыв ветра даже поднял шёлковую занавесь на шкафу у входа. Стоявшая снаружи женщина средних лет явно испугалась и вскрикнула:
- Ай!
Но почти сразу она взяла себя в руки и, повернув голову, сказала служанке позади себя:
- Идите и помогите шестому господину умыться и переодеться.
После этих слов три служанки обошли всё ещё стоявшего в дверях А-Бэя и быстрым шагом подошли к Се Бувэю. Все трое были с высокими причёсками и в вышитых шёлковых одеждах. Одна держала медный таз с принадлежностями, две другие - по комплекту одежды. Они слегка поклонились и одновременно произнесли:
- Приветствуем шестого господина.
Теперь уже настала очередь Се Бувэя удивиться. Неужели сегодня солнце взошло с запада? Прежний владелец тела никогда раньше не пользовался таким обращением. Обычно всеми его повседневными делами занимался только А-Бэй. Следом в комнату вошла и женщина средних лет и остановилась перед Се Бувэем.
Её одежда была ещё более изысканной, а в причёске была серебряная шпилька.
Однако её виски уже поседели, так что было видно, что она немолода.
- Госпожа специально выбрала для шестого господина два комплекта одежды. Интересно, какой из них шестой господин предпочитает сегодня?
Се Бувэй узнал её.Это была Ли-момо , служившая при Чжугэ Шань. После её слов две служанки с одеждой сделали шаг вперёд. Се Бувэй посмотрел на них.
Сложенные одежды на первый взгляд почти не отличались - различался только цвет. Слева была чёрная, справа - красная. Но именно из-за этих двух цветов Се Бувэй невольно задумался. Чёрный цвет был обычной одеждой сыновей рода Се. Их даже называли «людьми в чёрных одеждах». А красный был ярким и броским и не соответствовал привычной моде. Не только в семье Се - во всём государстве Вэй, насколько помнил прежний владелец тела, почти никто не носил такой цвет. Неужели это какое-то неожиданное испытание?
Се Бувэй слегка поднял взгляд и посмотрел на няньку Ли, которая стояла перед ним с прищуренной улыбкой, пытаясь понять, скрывается ли за её выражением какой-то дополнительный смысл.
Но, кроме улыбки, на её лице невозможно было разглядеть ничего. Се Бувэй ещё немного подумал и несколько раз заколебался. В конце концов он поднял руку и указал - на красный комплект. Ни по какой особой причине. Просто потому, что ему самому нравился красный цвет. Раз уж невозможно понять, что происходит, лучше не думать об этом слишком много - иначе только самому себе добавишь хлопот. Улыбка на лице няньки Ли ничуть не изменилась.
...
Хотя семья Се и считалась родом, поднявшимся сравнительно недавно, планировка и убранство их резиденции были весьма изысканными. Белые стены и чёрная черепица, высокие крыши с резными балками, искусственные холмы и пруды. На каждом шагу открывался новый вид, и во всём чувствовалась особая эстетика.
Но двор Чжугэ Шань отличался от остальных. Если другие дворы были устроены по принципу садов - ближе к природе и более свободны в планировке, - то двор Чжугэ Шань уже снаружи выглядел гораздо более строгим и торжественным. Внутри это ощущение становилось ещё сильнее. Все предметы были расставлены в безупречном порядке. Даже движения слуг казались отмеренными - будто каждый их шаг был заранее рассчитан.
Хозяйка дома семьи Се, Чжугэ Шань, была одета в зелёное широкорукавное платье, а в её причёске сияла золотая шпилька в форме воробья. Она сидела на коленях на шерстяном ковре в зале, опершись локтем и поддерживая ладонью лоб, и читала свиток на столике перед собой.
Ткань её одежды была мягкой и гладкой.
Даже в позе на коленях на ней не было ни одной лишней складки. Лёгкая жёлтая газовая накидка, обвивавшая её руки, мягко спадала на циновку, ещё больше подчёркивая её величественную и холодную осанку. Ли-момо подвела Се Бувэя к ней и тихо сказала:
- Госпожа, шестой господин прибыл.
Чжугэ Шань только тогда подняла голову и посмотрела на Се Бувэя, стоявшего за спиной Ли-момо. Красное одеяние сразу бросилось ей в глаза. Её тонкие брови едва заметно дрогнули, но она ничего не сказала, лишь кивнула Ли-момо.
Ли-момо подвела Се Бувэя к месту слева и усадила его на циновку. После этого она вместе с остальными слугами в зале одновременно удалилась.
Когда дверь закрылась с тихим скрипом, в зале стало немного темнее. Только тогда Чжугэ Шань заговорила. Из-за пустоты зала и закрытых дверей и окон её голос звучал особенно строго:
- Я слышала от пятого господина, что ты не хочешь возвращаться в Куайцзи.
Теперь Се Бувэй понял, почему Чжугэ Шань вдруг приказала привести его сюда.
Значит, Се Сиюй пожаловался ей! Этот лицемер... Теперь он уже совсем перестал притворяться, да? Се Бувэй почувствовал, как у него заскрипели зубы. Но он подавил раздражение. Пока ещё нельзя позволять слишком многим людям заметить, насколько он отличается от прежнего владельца тела - иначе это может вызвать лишние проблемы. Поэтому он, как и прежний владелец тела перед Чжугэ Шань, опустил голову и осторожно ответил:
- Да.
Голос Чжугэ Шань стал заметно холоднее:
- Из-за наследного принца?
Се Бувэй снова опустил голову и ответил:
- Да.
- И зачем тебе оставаться? Чтобы стать любимцем наследного принца?
Теперь в её голосе уже ясно слышалось раздражение. Но почему-то всё же чувствовалось, что она старается сдерживаться. Се Бувэй резко поднял голову и посмотрел на Чжугэ Шань. Хотя именно он солгал Се Каю, сказав, что между ним и наследным принцем есть взаимные чувства, но где же тут речь о каком-то «любимце»?
Кто знает - то ли Чжугэ Шань сама так всё истолковала, поскольку всегда смотрела на прежнего владельца тела свысока, то ли это Се Сиюй добавил красок к рассказу! Он слегка поджал губы и тихо покачал головой:
- Нет.
Но когда Се Бувэй это отрицал, Чжугэ Шань, наоборот, разозлилась ещё больше.
Гнев в её голосе уже не скрывался, и в нём даже появилась насмешка:
- Нет?! Неужели ты ещё собираешься стать наследной принцессой?!
Не успел Се Бувэй ничего ответить, как Чжугэ Шань тяжело ударила ладонью по столу. От удара свитки на столе закачались и перекатились с одного края на другой.
- Ваша семья Се из Чэньцзюня всегда славилась своей распущенностью! Твоему отцу, конечно, не стыдно потерять лицо, но нашему роду Чжугэ из Ланъя такого позора не вынести! Раз уж ты носишь имя внука рода Чжугэ, я не позволю тебе так унижать самого себя!
Слова Чжугэ Шань имели глубокие причины. Род Се из Чэньцзюня поднялся благодаря сюаньтань¹. Их семейные нравы отличались свободой и непринуждённостью: они ценили искренние чувства и естественность и не слишком придавали значение строгим правилам и ритуалам.
Если бы прежний владелец тела не был человеком пустым внутри и не стремился так отчаянно выставить себя напоказ, семья Се не считала бы его легкомысленным и распущенным. Напротив, возможно, они решили бы, что он просто следует семейным традициям. Но род Чжугэ из Ланъя всегда ценил практические дела и не любил пустых философских бесед. И как назло, в последних двух поколениях среди них не появилось выдающихся талантов. Поэтому они ещё больше старались поддерживать прежнюю славу своего рода. Именно поэтому Се Кай смог поверить в нелепую ложь Се Бувэя о том, что между ним и наследным принцем существует взаимное чувство - он лишь отнёс склонность к мужчинам к проявлению искренней страсти. А вот Чжугэ Шань хотела просто задушить на корню это противоестественное дело.
- Это Се Сиюй вам сказал? - Се Бувэй сжал кулак под столом.
Терпение лопнуло - больше терпеть не было нужды! Этот Се Сиюй действительно шаг за шагом загонял его в угол. Сначала он пытался добиться, чтобы Се Кай выгнал его. Не получилось - тогда он пришёл уговаривать лично. А теперь ещё и подстрекает Чжугэ Шань. Раз уж Се Сиюй так не церемонится, ему самому больше нет нужды что-либо скрывать. Как говорится, даже загнанный в угол заяц кусается.
И сейчас Се Бувэй вдруг понял, что «зависть» - очень удобное объяснение.
Даже если он сделает что-то, не совпадающее с поведением прежнего владельца тела, это можно будет объяснить лишь одной из многих проявлений его «зависти» к Се Сиюю.
Чжугэ Шань холодно усмехнулась:
- И что с того, если сказал? И что с того, если нет? Если бы у тебя была хотя бы половина таланта пятого господина, ты бы не оказался в таком положении!
То, что Чжугэ Шань, узнав правду о подмене детей слугой, всё равно так благоволила Се Сиюю, имело свои причины. В последние два поколения в роду Чжугэ из Ланъя почти не появлялось достойных людей. Поэтому Се Сиюй, как их внук, стал для них единственной надеждой.
Но беда была в том, что Се Сиюй на самом деле не был настоящим внуком рода Чжугэ, и всё это выглядело несколько сомнительно с точки зрения законности. К тому же прежний владелец тела оказался слишком бездарным. На таком контрасте неудивительно, что Чжугэ Шань испытывала к нему крайнее отвращение. Се Бувэй вдруг разжал кулак, слегка усмехнулся и посмотрел прямо в глаза Чжугэ Шань.
- Мать, - произнёс он.
Прежний владелец тела никогда не называл Чжугэ Шань матерью. Он, как и остальные, обращался к ней лишь «фужэнь». Чжугэ Шань на мгновение замерла, и выражение её лица сразу стало странным.
- Если между нами действительно существует взаимное чувство, то речь идёт не только о любви. Зачем же матери сразу считать, что я унижаю себя?
Чжугэ Шань некоторое время молчала, а затем спросила:
- Тогда зачем тебе нужно, чтобы наследный принц оставил тебя?
Но Се Бувэй вдруг встал. Его тень упала на свисающий край накидки Чжугэ Шань.
- Как вы сами сказали, я - внук рода Чжугэ из Ланъя. Значит, в моих жилах тоже течёт кровь рода Чжугэ из Ланъя.
Я понимаю, что всё, что было раньше, действительно было позором и разочаровало вас и весь род Чжугэ.
Но после того как я упал в воду, словно бессмертный коснулся моей головы - во мне действительно родилось желание раскаяться.
Он медленно подошёл к Чжугэ Шань.
Затем медленно опустился перед ней на колени. Наклонившись в лёгком поклоне, он протянул руку и стал по одному аккуратно раскладывать лежащие на столе в беспорядке свитки. Все эти действия сами по себе были совершенно обычными. Но в них было нечто необычное - даже самые мелкие движения строго соответствовали этикету старых аристократических родов. В них чувствовалась такая же строгость и достоинство, как и у самой Чжугэ Шань. Наконец он поднял глаза. Его взгляд был горячим и серьёзным. Он прямо посмотрел на Чжугэ Шань:
- Мать, можете ли вы поверить мне хотя бы один раз? То, что может сделать Се Сиюй, могу сделать и я.
Сноска
¹ 玄谈 (сюаньтань) - «таинственные беседы», философские дискуссии о даосских и метафизических идеях, популярные среди аристократии эпох Вэй и Цзинь. Часто были скорее интеллектуальным развлечением, чем практической деятельностью.
Привет, ребята! Спасибо большое за ваши комментарии, добавления работы в свои папки и подписки на меня!💖 Спасибо большое! Также приглашаю вас в свой телеграм, где можно прочитать главы раньше, а также обсудить будущие проекты, и посмотреть на арты к работам!