Изгой: поле битвы чувств

Когда Се Бувэй последовал за Мэн Юйцю и подошёл к залу управления, он наконец понял, что Фэнчитай на самом деле делится на две основные части.

Та часть, которую видно сразу после входа через главные ворота - горы, вода, рощи, павильоны и галереи - была садовой зоной Фэнчитай, предназначенной для отдыха и прогулок чиновников. А если идти дальше вглубь, то за садами скрывались настоящие залы, дворцы, башни и павильоны, где чиновники занимались государственными делами.

Кроме того, в Фэнчитай всегда было много служебных обязанностей, и большинство чиновников почти не имели свободного времени. Поэтому по дороге сюда Се Бувэй почти не встретил людей.

- Если шестому господину в будущем снова понадобится прийти сюда к тайфу Се, можно входить через северные ворота - оттуда сразу будет виден зал управления.

Мэн Юйцю, кивая в ответ на поклоны встречных чиновников, вдруг сказал это.

Однако Се Бувэй не сразу ответил на этот «дружеский совет». Вместо єтого, он шёл прямо за Мэн Юйцю и с явным интересом наблюдал за тем, как по дороге чиновники демонстрировали целую галерею сменяющихся выражений лиц. Когда чиновники встречали Мэн Юйцю, они почтительно кланялись ему. Затем, заметив красную фигуру позади него, некоторые из них выражали лёгкое удивление. А когда кто-то узнавал в этой фигуре шестого господина рода Се - Се Бувэя, на лицах всех без исключения появлялось изумление. Некоторые даже не дожидались, пока Мэн Юйцю и Се Бувэй уйдут подальше, и тут же начинали шептаться со стоящими рядом людьми.

Забавно. Разве это не интереснее, чем смена масок в сычуаньской опере?

Заметив, что некоторые чиновники у дороги даже насторожили уши, пытаясь подслушать их разговор, Се Бувэй внезапно почувствовал непреодолимое желание устроить небольшое представление.

Он слегка опустил глаза и на мгновение сосредоточился. Затем поднял взгляд - и в его глазах уже появилась печальная, почти жалобная мягкость. Он чуть поднял голову и посмотрел на профиль Мэн Юйцю с выражением, будто исполненным чувств. В его голосе звучала лёгкая обида.

Он намеренно сказал громко:

- А если я захочу прийти искать Хуайцзюня, через какие ворота тогда следует входить?

Едва эти слова прозвучали, Чжусю, а также чиновники у дороги, которые подслушивали разговор, резко повернули головы и уставились на Се Бувэя. Однако в глазах Чжусю было предупреждение. А в глазах чиновников - явный восторг. Мэн Юйцю на мгновение замедлил шаг, но не обернулся и спокойно сказал:

- Шестой господин шутит.

То есть он не стал принимать этот вызов.

Се Бувэй понял намёк и решил не перегибать. После этого он всю дорогу вёл себя очень тихо. Даже когда он вместе с Мэн Юйцю вошёл в зал управления и услышал внутри тихие возгласы удивления и перешёптывания, он послушно не сказал ни слова.

В это время Се И сидел на главном месте в зале, склонившись над документами и делая пометки в докладах чиновников. Поэтому он не сразу заметил Се Бувэя. Лишь услышав внезапный шум в зале, он поднял голову и посмотрел на вошедших.

- А, Хуайцзюнь... Разве ты не говорил, что вернёшься только после полудня? Почему же сейчас...

Фраза оборвалась на полуслове. Потому что Се И вдруг узнал человека, который полускрывался за спиной Мэн Юйцю. Это был его племянник - Се Бувэй.

Он тоже удивился:

- Шестой? Как ты...

Но словно внезапно о чём-то вспомнив, он сразу же взволнованно спросил у Мэн Юйцю:

- Неужели шестой опять что-нибудь натворил?

На лице Мэн Юйцю всё так же сохранялась лёгкая улыбка.

- Я встретил шестого господина у бамбуковой рощи впереди. Он хотел найти вас, но заблудился. Как раз кстати я оставил в зале одну партитуру для циня, поэтому по пути и привёл его сюда.

Се И наконец облегчённо вздохнул.

- Вот как... Этот мальчишка совсем рассеянный, даже не догадался попросить привратников или слуг показать дорогу. К счастью, ему повстречался Хуайцзюнь.

Мэн Юйцю лишь кивнул. Слегка поклонившись, он направился в боковую часть зала - там хранились разные черновики и документы. Неизвестно, что именно он там взял, но вскоре он уже вышел из зала управления. Когда Мэн Юйцю ушёл, Се И поднялся со своего места. Обойдя главный стол, он подошёл к Се Бувэю. Бросив взгляд на чиновников внизу, у которых на лицах отражались самые разные эмоции, он тихо вздохнул:

- Пойдём поговорим сзади.

Когда в зале больше не было видно ни Се И, ни Се Бувэя, несколько чиновников переглянулись.

Среди них первым заговорил чиновник в чёрном парчовом одеянии. Он усмехнулся и с насмешкой сказал:

- Вот уж действительно моя ошибка. Сначала я даже не узнал в той фигуре в красном Се Бувэя. Я подумал, что наш канцлер Мэн наконец-то прозрел и привёл с собой возлюбленного.

Сказав это, он запрокинул голову и громко рассмеялся, поглаживая бороду. После этого разговор в зале уже никто не стал скрывать.

- Да что вы, господин Лу-шэжэнь, не только вы ошиблись, я тоже сначала так подумал, - поспешно подхватил чиновник в коричневом халате.

- Но сегодня этот шестой господин Се совсем не похож на себя обычного. Красная одежда, белая кожа, чёрные волосы - ослепительно красив, прямо слишком красив. Неудивительно, что мы не сразу его узнали и решили, что канцлер Мэн...

Чиновник, сидевший напротив господина Лу, тоже отложил кисть и бумагу. Прищурившись, он будто вспоминал только что произошедшую сцену.

- Хотя выражение «две яшмы рода Се» и считается шуткой, но если говорить лишь о внешности, то в нём нет ошибки. Сегодняшний вид это только подтверждает. Я бы сказал, что он даже красивее, чем пятый господин Се.

Господин Лу подхватил разговор. Но рука, поглаживающая бороду, на мгновение остановилась. Он покачал головой, притворно вздыхая:

- Какая красота... а всё же стал вором.

Чиновник в пурпурном халате, который до этого всё время молча писал, внезапно поднял голову и заговорил:

- Что толку обсуждать красоту этого мальчишки? Пустая оболочка, блестящая снаружи. И вы ещё не боитесь запятнать свой язык такими разговорами! Вот кто действительно достоин уважения - так это канцлер Мэн. Благородный человек, великодушный, не держит зла за прошлые обиды.

Его кожа и без того была тёмной, а пурпурный халат только ещё сильнее подчёркивал грубоватость его внешности.

Даже дорогой пояс и золотая корона не могли скрыть того, что на нём всё это выглядело словно не к месту. Господин Лу тихо усмехнулся и не уступил ни на шаг:

- Какое красивое выражение - «великодушный благородный человек, не держит зла». Тот, кто знает, подумает, что вы говорите о шестом господине Се. А тот, кто не знает, решит, что речь идёт о вашем роде Цуй из Цинхэ.

Он нарочно ещё раз окинул взглядом наряд того самого господина Цуй-шилан, о котором говорил, и продолжил:

- У канцлера Мэн не только великодушие благородного мужа, но и внешность - словно жемчуг и нефрит. Глядя на него, чувствуешь собственную убогость. Если бы тот брак тогда всё-таки состоялся, возможно, племянник господина Цуй тоже унаследовал бы хотя бы три части его красоты и не вздыхал бы, глядя на себя в зеркало.

Цуй-шилан с грохотом ударил ладонью по столу и вскочил на ноги. Его усы и брови взметнулись от гнева.

- Лу Боян! Что за кривотолки и вздор ты несёшь?!

- Хватит!

Как раз в тот момент, когда господин Лу-шэжэнь уже собирался подняться и ответить, человек, сидевший ближе всех к главному месту, внезапно заговорил. Его голос был низким и властным:

- Тайфу Се здесь нет, а вы уже успели из нескольких слов устроить такую перепалку. На что это похоже?

Лу-шэжэнь только тогда сдержал гнев. Цуй-шилан тоже снова сел на своё место.

Кто-то первым сказал:

- Заставили господина Ван-чжуншу посмеяться над нами.

Атмосфера в зале сразу стала напряжённой. Чиновники на нижних местах опустили головы и не смели произнести ни звука.

- А по моему мнению, - вдруг сказал кто-то, входя в зал сбоку, - все разговоры о красоте и благородстве ничто по сравнению с теми новыми смешными историями, которые наверняка ещё устроит этот шестой господин Се.

Этот человек выглядел примерно одного возраста с Се Бувэем.

- Девятый господин! - в голосе Ван-чжуншу прозвучало предупреждение.

Оказалось, что это Ван Кун, девятый господин рода Ван из Ланъя. Ван Кун усмехнулся:

- Я вовсе не несу вздор. Когда канцлер Мэн только что приходил сюда, я как раз в боковом зале разбирал документы. Я видел, что у него в руках была вовсе не партитура для циня, а обычный черновик. Похоже, тот шестой господин Се снова прицепился к канцлеру Мэну, и канцлеру ничего не оставалось, как придумать предлог и привести его сюда.

- На самом деле он просто хотел поскорее от него избавиться.

Теперь у всех на лицах появилось выражение понимания. Кто-то сказал:

- А я-то и правда подумал, что шестой господин Се заблудился и случайно встретил канцлера Мэна. Выходит, он просто придумал новый способ снова его преследовать.

На лицах людей снова появилось презрение. Хотя Мэн Юйцю и замял многие из прошлых историй, все присутствующие своими глазами видели позорные поступки прежнего владельца тела. После слов Ван Куна никто не мог поверить, что это действительно была случайная встреча.

- Ладно, на этом и остановимся.

Ван-чжуншу не стал никого ругать, лишь поспешно сгладил ситуацию. В зале у каждого были свои мысли.

А в это время Се Бувэй и представить не мог, что его небольшой поступок вызвал столько внимания и породил столько грязных домыслов. Впрочем, даже если бы он узнал, что о нём говорят и что предполагают, он всё равно не стал бы принимать это близко к сердцу - у него просто не было на это времени. Потому что сейчас он сосредоточенно рассказывал Се И о том, что произошло после его падения в воду, и о своих нынешних мыслях. Разумеется, он умолчал о роли Се Сиюя во всех этих событиях. Выслушав его, Се И долго молчал, погрузившись в размышления. Похоже, он вовсе не сомневался в внезапном желании Се Бувэя исправиться. Однако в его взгляде всё же была заметна тревога.

- Ты действительно уверен, что сможешь добиться того, чтобы наследный принц оставил тебя здесь?

Он сделал паузу и добавил:

- Может быть, мне лучше самому поговорить с твоим отцом. Раз ты понимаешь, что раньше поступал неправильно, то и сейчас ещё не поздно всё исправить.

Се Бувэй покачал головой. Конечно, он думал о том, чтобы полностью положиться на помощь Се И и не связываться с наследным принцем, который и без того относился к нему с предубеждением. Но ещё тогда, когда прежний владелец тела разгневал Мэн Юйцю, Се Кай и Чжугэ Шань уже приняли решение отправить его прочь. И именно тогда Се И выступил посредником и убедил их, благодаря чему прежнему владельцу тела позволили остаться. А позже тот снова натворил множество глупостей. И потому Се Кай и Чжугэ Шань неизбежно начали тайно сожалеть о том, что Се И тогда настоял на его возвращении.

Если и на этот раз позволить Се И выступить посредником, неизвестно, будет ли от этого польза. Но если недовольство Се Кая и Чжугэ Шань окончательно обернётся против Се И, то это будет ещё хуже. Поэтому Се Бувэй и решил сам убедить наследного принца.

По крайней мере на этот раз он хотел остаться в семье честно и открыто, перед лицом Се Кая и Чжугэ Шань.

Се И, очевидно, тоже понимал все эти соображения и скрытые обстоятельства.

Поэтому он больше ничего не сказал, лишь слегка кивнул:

- Хорошо. Я понял. Когда всё устрою, пошлю людей, чтобы они проводили тебя к наследному принцу.

Он вовремя поддержал Се Бувэя, когда тот хотел поклониться в знак благодарности.

- Я твой дядя. Заботиться о тебе - мой долг. Не нужно церемоний.

Се Бувэй почувствовал тепло в сердце.

Се И был первым человеком в этом новом мире, который проявил к нему чистую доброжелательность. И это даже напомнило ему кого-то из прежней жизни.

Перед тем как отпустить Се Бувэя, Се И добавил ещё одно наставление:

- Если всё получится, впредь больше не устраивай безрассудств.

Се Бувэй, разумеется, поспешно пообещал.

🥰Дорогие мои, приглашаю вас в своий телеграм канал (ссылка в описании), где вы найдёте главы, которые опережают выпуск на вотпад, крутые арты, побалтушки, возможность учавствовать и принимать решения про будущие проекты! 🩷