13
Следующие дни стали настоящим испытанием на выдержку.
Я ходила по дому как тень — выполняла всё, что требовалось, почти не разговаривала с Данилом и старалась не смотреть ему в глаза. Но внутри меня теперь горел маленький, но яркий огонёк надежды. Елена и Андрей. Два человека, которые рисковали своей жизнью просто потому, что видели во мне человека, а не вещь.
Утром третьего дня Елена мыла окна в коридоре второго этажа. Когда рядом никого не было, она быстро сунула мне в карман маленькую записку.
Я отошла в свою комнату и развернула её дрожащими пальцами.
«Завтра в 14:30 буду убирать библиотеку. Андрей будет на посту у восточного выхода. Если сможете — приходите. У нас есть план. Будьте осторожны. Е.»
Сердце заколотилось. План. У них есть план.
Я быстро сожгла записку в раковине в ванной и смыла пепел. Сердце стучало так сильно, что казалось, Данил может услышать его даже через стены.
Весь день я была на нервах. Данил заметил это за ужином.
— Ты какая-то дёрганая сегодня, — сказал он, разрезая мясо. — Что-то случилось?
— Просто устала, — ответила я ровно, не поднимая глаз.
Он долго смотрел на меня. Слишком долго.
— Не ври мне, Юлия. Я чувствую, когда ты что-то скрываешь.
Я заставила себя посмотреть ему в глаза.
— Я просто хочу, чтобы всё это быстрее закончилось. Вот и всё.
Данил прищурился, но ничего не сказал. Остаток ужина прошёл в тяжёлой тишине.
На следующий день в 14:20 я спустилась в библиотеку. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Елена уже была там. Она протирала пыль с полок. Когда я вошла, она быстро оглянулась и улыбнулась — тепло, ободряюще.
— У нас мало времени, — тихо сказала она. — Андрей сейчас отвлекает остальных охранников. Слушайте внимательно.
Она подошла ближе.
— Через четыре дня будет поставка продуктов. Большая машина заедет на территорию. Андрей сможет отключить камеры на восточной стороне на семь минут. Этого должно хватить, чтобы вы выбрались через служебный выход в саду. Дальше — лес. Мы подготовим машину в трёх километрах отсюда.
Я слушала, затаив дыхание.
— А Валя? — спросила я.
— Она уже в безопасности. Мы связались с ней. Она ждёт вас в условленном месте.
Слёзы навернулись на глаза.
— Почему вы это делаете? — прошептала я. — Вы же рискуете жизнью...
Елена мягко улыбнулась и сжала мою руку.
— Потому что я не могу смотреть, как он ломает вас. Вы хорошая девушка, Юлия. Вы не заслуживаете этого ада.
В этот момент дверь библиотеки открылась.
Мы обе замерли.
На пороге стоял Данил.
Его взгляд медленно переместился с меня на Елену. На её руку, которая всё ещё держала мою.
— Что здесь происходит? — спросил он опасно тихим голосом.
Елена мгновенно отпустила мою руку и сделала шаг назад.
— Я просто... объясняла Юлии Михайловне, как правильно протирать книги, Данил Вячеславович.
Данил вошёл в комнату. Атмосфера мгновенно стала тяжёлой и удушающей.
— Выйди, — сказал он Елене.
Та быстро вышла, бросив на меня последний полный тревоги взгляд.
Данил закрыл дверь и повернулся ко мне.
— Подойди ближе.
Я подошла. Ноги дрожали.
Он схватил меня за подбородок и резко поднял лицо.
— Ты опять что-то затеваешь? — прошипел он.
— Нет...
— Не ври!
Он прижал меня к стеллажу с книгами. Его тело было напряжено, как струна.
— Я видел, как она держала тебя за руку. Что она тебе сказала?
— Ничего... просто разговаривала...
Данил ударил кулаком по полке рядом с моей головой. Книги посыпались на пол.
— Я предупреждал тебя, — сказал он низко. — Я предупреждал, что если кто-то поможет тебе — я убью их.
У меня по щекам потекли слёзы.
— Пожалуйста... не трогай её. Она просто пожалела меня. Она ни в чём не виновата.
Данил смотрел на меня несколько секунд. Потом неожиданно отпустил и отступил на шаг.
— Завтра Елены здесь не будет, — сказал он холодно. — И Андрея тоже. Я найду им замену.
— Данил...
— Молчи.
Он развернулся и вышел из библиотеки, громко хлопнув дверью.
Я сползла по стеллажу на пол и заплакала. Всё. Надежда, которая только появилась, снова была уничтожена.
Вечером меня вызвали в кабинет.
Данил сидел за столом. Перед ним стояла бутылка виски — уже наполовину пустая.
— Садись, — приказал он.
Я села.
— Завтра Елену и Андрея уволят, — сказал он. — Без выходного пособия. И с предупреждением, чтобы они держали язык за зубами.
Я молчала. Слёзы снова потекли по щекам. Данил смотрел на меня и медленно крутил в руке бокал.
— Ты думаешь, я чудовище? — спросил он вдруг.
— Да, — ответила я честно.
Он горько усмехнулся.
— Возможно, ты права.
Он встал, обошёл стол и остановился передо мной.
— Но я не отпущу тебя, Юлия. Никогда. Даже если ты будешь меня ненавидеть до конца жизни.
Он наклонился и очень тихо сказал мне на ухо:
— Потому что ты — единственное, что у меня осталось настоящего.
Я закрыла глаза.
В этот момент я поняла — побег будет очень сложным. И очень опасным.
Но я всё равно буду пытаться.
Даже если это убьёт меня.