Вместе до победы

— Ян, ты что серьёзно сбежать решила? — Саша переступал с ноги на ногу, глядя ей в спину.

— сбегу, просто не сейчас, чтоб ты меня спалить не думал, — спокойно ответила Павлова, закрывая дверь каморки.

— а как же Макс? Вы же вроде друзья не разлей вода? Ты его тут бросишь? — фыркнул Трофимов.

— я похоже на человека, который кинет своего? — шикнула светловолоса, развернувшись к нему. — мы вместе сбежим.

Хотя Яна и в своих словах была уже уверена не полностью. У неё из головы до сих пор не выходил разговор Максима и Василюка. Как это он на неё повлиять собирался? В нарядах закрыть? Так это не поможет.

— и как оно? Добьёшься своего, сбежишь, и куда пойдёшь? Домой? — сухо спросил Саша, скрестив руки на груди.

— ну разумеется нет. Перекантуюсь где-нибудь, так что ты не переживай, — кинула Павлова и не дожидаясь ответа пошла в казарму.

— да я и не переживаю, — буркнул парень, а после пошёл следом.

***

Должен был начаться урок русской литературы. Все потихоньку собирались в кабинете. Яна вошла в кабинет и оглядела всех. Глазами она сразу заметила Максима всё на той же четвёртой парте. Она стремительно пошла к парте и уселась на соседний стул.

— Максим, давай сбежим? — на пониженных тонах, почти шёпотом спросила девушка.

— а какой толк? Всё равно поймают и посадят обратно в эту тюрьму, — разочарованно буркнул Макаров.

— и что мы будем просто так тупо сидеть? — шикнула она.

— почему? Сейчас Палочка придёт и писать будем, — глумился Максим.

— ясно, — отрезала Яна. — ты прогнулся. Но не волнуйся, я не прогнусь даже если на мне будут ездить, пахать, летать и бить.

Затем Яна с гордым видом встала из-за парты и дошла до своего места.

Внутри Максима что-то дрогнуло. Что-то вроде стыда и раздражения. Они с самого горшка вместе, а тут он забоялся пойти за ней. Хотя раньше это она отдёргивала его от всяких реально плохих идей и шалостей, а теперь, кажется на оборот. Сейчас нужно было вбить девушке обратное, хотя в это Максим сам не верил и хотел бы сбежать, но кажется начал смиряться. А Яна не хотела.

— Ян! — кинул Макаров, поднимаясь из-за стола, но не успел он сделать и шагу, как в класс вошёл Лев Михайлович.

— Макаров? — изобразил искряное удивление мужчина. — если меня не обманывает память вы сегодня нам расскажите о Льве Николаевиче Толстом? Прошу к доске.

_______________________________________________________

Следующим уроком была география. Географию Яна особо не любила, но что-то где-то знала. Как назло посадили её на первую парту третьего ряда вместе с Трофимовым. Тот всё время то летал в облаках, то смеялся с какой-то шутки от Сухомлина, то приставал к Павловой с ответом.

Яна же сидела подперев голову рукой и что-то чиркала на листке, сильно и не слушая преподавателя.

— и так, нам осталась назвать всего шесть стран африканского континента, — ходил из угла в угол, размахивая указкой учитель географии. — Перепечко?

Степан отложил ручку и сразу дёрнулся из-за парты.

— а-а-а... Мадагаскар, — протянул Печка.

— ну-у, Перепечко, Мадагаскар уже называли, если вы не помните, то записывайте, — вздохнул мужчина. — я уже говорил: у вас у каждого в голове должен быть свой атлас, подробный! Со всеми закоулками.

— Амбазония, — резко ответил Стёпа.

— отлично! Садитесь, — пауза. — Трофимов?

Саша вздрогнул и соскочил из-за парты.

— Свазиленд, — чуть подумав, ответил парень.

— пятьдесят, прекрасно, садитесь, — хмыкнул географ. — и так, у нас уже есть пятьдесят стран африканского континента, осталось всего четыре! Ну давайте даму рядом. Павлова?

Яна вздрогнула. По ощущениям её вообще не было на этом уроке или она сидела в наушниках. Она отложила ручку и досадно поднялась из-за стола.

— ну, Павлова? Порадуйте нас, — продолжал он.

Яна молчала, да пусть лучше два. Всё равно тут учиться она не собирается. Светловолосая опустила взгляд в пол.

— Сенегал... — шепнул Трофимов, глядя на девушку.

Яна покосилась на него, а после подняла взгляд на преподавателя и горло с уверенностью сказала:

— Мальта.

— Мальта? — переспросил мужчина. — это не очень правильно. Мальта географически является африканским континентом, но не относится к нему. Может вспомните что-то ещё?

— Сицилия, — сразу ответила Яна. Она говорила с невозмутимым видом. Ей явно не нужна была положительная оценка.

— Павлова, Сицилия тоже не относится к африканскому континенту. Садитесь.

Яна ничего не ответив и не возразив уселась обратно за парту. Саша смотрел на неё недовольным взглядом, мол, «я ж тебе подсказывал».

_______________________________________________________

Началась перемена и коридоры снова наполнились голосами и смехом суворовцев. Яна молча шла вперёд, задумавшись о своём.

— Ян! — Максим проскакивал через идущих парней, спеша за девушкой. — Ян, ты что доказать хочешь? Что справишься сама? — Макаров остановил Павлову за плечо, поворачивая на себя.

— я, Максим, не хочу подстраиваться под систему и не понимаю почему ты так легко прогнулся, хотя мы в месте могли горы свернуть, — тихо, но твёрдо ответила Яна, осекаясь по сторонам.

— Ян, послушай меня, — с тяжёлым стоном вздохнул Максим. — я не сдаюсь и не отступаю, просто пойми, сбегать или занижать себе оценки это не выход, как оказалось. Нужно что-то новое, а что я пока не придумал.

— моя очередь придумывать, — пренебрежительно ответила она. — либо ты со мной, либо я одна, — кинула Яна и пошла дальше.

— Ян! Что ты как маленькая?! — выкрикнул в толпу Макаров. Раздражение и досада кипели в венах. Он испугался пойти с ней, сбежать и даже если их поймают отказался просто попробовать. Это его и злило. Но она не понимала. От неё не требуют того, что от него.

***

На улице уже было темно. Уже как час объявили отбой. Яна не могла уснуть, она сидела в туалете на подоконнике, на том подоконнике, возле которого и проходил разговор Макса и Пал Палыча. Оперевшись руками по обе стороны ног плечи чуть поднялись вверх. Взгляд был опущен вниз на холодную бетонную плитку на полу.

Что же ей делать? В какой момент она оступилась и сделала что-то не так? Как она дошла к тому, что ей приходится каждый день искать силы прожить хотя бы утро? По щеке скатилась горькая слеза. За ней по второй щеке скатилась ещё одна.

Вдруг на другом конце туалета появилась тень.

— Пам, тебя тут в туалет засосало? — цокнул Трофимов, показываясь из-за кабинок.

Яна вздрогнула утерая слёзы запястьями рук. Саша остолбенел.

— Ян? Ты что... плачешь?

— что? Нет, — Яна прочистила горло и сразу спрыгнула с подоконника, направляясь выйти из туалета и не отвечать на ненужные вопросы. — иди спать.

Трофимов отмер и схватил девушку за локоть, останавливая её перед собой.

— что случилось? — чуть тише спросил он.

Губа дрогнула. Хотелось расплакаться прямо сейчас, но светловолосая сжала челюсть.

— Я-ян? — чуть встряхнул за плечи Саша. По щеке девушке невольно скользнула слеза. Саша изумлённо моргнул, а затем потянул девушку на себя.

Яна дёрнулась и крепко прижалась к нему, обнимая его за спину. Слёзы потекли градом, а плечи отчаянно затряслись. Яна рыдала ему в плечо как маленькая. Павлова вообще не так кто будет плакать и изливать малознакомому человеку душу, но тут прям было больно и сердце обливалось кровью.

Саша застыл. Он хотел конечно её утешить и приобнять, но ни за что не ожидал, что Яна сама прижмётся к нему и начнёт рыдать ему в плечо. Он неловко погладил её ладонью по спине.

— я больше не могу, я хочу домой, но я закрыта тут как в тюрьме... — плакалась девушка. — у меня опускаются руки, я не знаю что мне делать...

Трофимов даже не знал что сказать или сделать кроме как обнять Яну по сильнее. Раньше ему никогда не приходилось успокаивать девушек или выслушивать, то что твориться у них на душе. Чаще всего девушки просто липнули к нему или скорее он к ним, а тут что-то новое и странное.

Когда Яна наконец замолчала и слышны были только всхлипы, она резко отстранилась. Теперь ей было стыдно. Стыдно за свою слабость перед таким человеком как Трофимом. Откуда она знает, а вдруг он расскажет всем, что она плакса или вздумает манипулировать ей узнав её больное место. Она утёрла слёзы, становясь снова сильной и независимой.

— прости, — кинула она и вышла из туалета, оставляя Сашу в ступоре.

— э... Ян!.. — всё что успел сказать Саша, а после досадно провёл рукой по волосам.

Яна вернулась в казарму и сразу плюхнулась в постель. Всё лицо горело от слёз, а нос покраснел. Она была расстроена и зла на себя. Лучше б она вообще рот не открывала.

Продолжение следует...
Рада комментариям, звёздочкам