Часть 5
Темнота в коридоре никуда не делась.
Джисон стоял на том же месте — не двигался, не включал свет, не делал вообще ничего разумного. Просто стоял и смотрел на Минхо, и в голове было странно тихо, как бывает после того, как что-то взрывается и пыль ещё не осела.
Губы всё ещё помнили тепло.
Он запретил себе об этом думать.
— Почему, — сказал он наконец.
Минхо смотрел на него спокойно.
— Что — почему?
— Ты меня поцеловал. — Джисон произнёс это ровно, как факт, как что-то, что нужно проговорить вслух чтобы убедиться, что это вообще произошло. — Почему.
Минхо чуть наклонил голову. И — Джисон не ожидал этого — в уголке его губ появилось что-то похожее на улыбку. Лёгкое. Почти невозможное в этой ситуации.
— А ты мне нравишься, — сказал он просто.
Джисон моргнул.
Ждал продолжения. Какого-нибудь объяснения, оговорки, уточнения. Чего угодно, что превратило бы это в нормальный человеческий разговор, который можно разобрать по частям и понять.
Продолжения не было.
— Это, — Джисон остановился, подбирая слова, — не объяснение.
— Очень даже объяснение.
— Минхо.
— Джисон, — передразнил тот — тем же тоном, чуть насмешливо, и это было так знакомо, так по-Минховски, что что-то внутри сжалось непонятно от чего.
Джисон отвёл взгляд.
Посмотрел на пачку блокираторов на тумбочке. На мокрые следы от своих кроссовок на полу. На что угодно, кроме лица напротив.
— Наши родители, — начал он.
— Не вместе уже пять лет, — спокойно закончил Минхо. — И никогда не были по-настоящему. Ты это знаешь.
— Я знаю.
— Тогда в чём вопрос?
Вопросов было много. Они стояли в горле плотно, один за другим, и Джисон не умел выбрать с какого начать — или начать ли вообще. Проще было молчать. Он всегда умел молчать лучше, чем говорить.
— Мать не звонила? — спросил он вдруг.
Минхо чуть помолчал. Принял смену темы — без вопросов, без удивления.
— Нет.
— Давно?
— Недели три.
Джисон кивнул. Медленно, как будто это что-то значило. Мать Минхо звонила редко — она вообще была человеком, который появлялся и исчезал по какой-то своей внутренней логике, которую Джисон так и не понял за все эти годы. Минхо никогда не говорил об этом много. Но Джисон замечал — по тому, как тот иногда смотрел в телефон чуть дольше обычного, по тому, как становился чуть тише после таких вот *недели три.*
— Ты ел сегодня? — спросил Джисон.
Минхо посмотрел на него с выражением человека, который пытается понять, как разговор о поцелуе превратился в разговор о еде.
— Ел.
— Нормально ел или так.
— Джисон.
— Что.
— Ты уходишь от темы.
— Я не ухожу. Я спрашиваю.
— Ты уходишь, — Минхо шагнул чуть ближе, и Джисон заставил себя не отступить. — И я не против. Пусть. Но я всё равно никуда не денусь, понял? Можешь молчать, можешь уходить в аптеку под дождём без куртки, можешь делать вид что ничего не было. Я подожду.
— Зачем тебе это, — тихо сказал Джисон.
Не как вызов. Как настоящий вопрос — может быть, первый настоящий за весь вечер.
Минхо смотрел на него. Долго. Без улыбки теперь — серьёзно, как смотрел тогда в детстве через стол пока отец говорил о гордости и настоящих альфах.
— Потому что ты устал, — сказал он наконец. — Ты устал и не показываешь, и я это вижу уже давно. И мне надоело смотреть как ты один тащишь всё это.
Джисон не ответил.
В груди было что-то неудобное — не больно, но давило. Как будто что-то, что долго лежало под слоем маски, вдруг почувствовало что сверху стало чуть легче. Чуть. Совсем немного.
— Я не умею иначе, — повторил он — то же самое что говорил раньше, но сейчас это прозвучало не как защита. Скорее как признание.
— Знаю, — сказал Минхо. — Я не прошу иначе. Я прошу — просто не один.
Тишина.
Где-то за окном проехала машина. Свет фар скользнул по стене и пропал.
Джисон медленно поднял руку — и взял пачку блокираторов с тумбочки.
Убрал в карман.
Не потому что нужно прямо сейчас. Просто — убрал. Подальше.
— Я хочу спать, — сказал он тихо.
— Хорошо.
— Ты можешь остаться. — Пауза. — На диване.
Минхо ничего не сказал. Только кивнул — коротко, без торжества, без улыбки. Как будто это было совершенно нормально. Как будто он и не сомневался.
Джисон прошёл мимо него в комнату.
У двери остановился. Не обернулся.
— Минхо.
— М?
— Ты тоже устал, — сказал Джисон негромко. — Просто чтобы ты знал. Что я тоже вижу.
Он закрыл дверь раньше, чем Минхо успел ответить.
Лёг на кровать. Уставился в потолок.
За стеной была тихая возня — Минхо устраивался на диване, шуршал пледом, что-то тихо бормотал себе под нос.
Джисон слушал.
И впервые за очень долгое время — заснул быстро.
---
Маска никуда не делась.
Но этой ночью она просто лежала рядом.
И этого — пока — было достаточно.