gabriella gilbert 3 » the vampire diaries [rus]

Учитывая, что Кэтрин стала человеком и бесполезной фигурой в нашей жизни, не потребовалось много убеждений, чтобы отпустить её. Надеюсь, она умрёт, чтобы нам больше не пришлось её видеть.

Мой голод, однако, не стал меньше. Потягивать пакеты с кровью приятно, но часть меня жаждет свежего.

Тем не менее, я соглашусь на них ради сохранения мира (и чтобы избежать выговора).

Итак, я здесь, сижу на нашем холодильнике, попиваю третий пакет крови и неловко жду, пока Елена и Деймон перестанут ворковать наверху. Ублюдки стали странными, прежде чем я успела вернуться наверх с одним пакетом.

Светлая сторона: я могу съесть три пакета без стыда, так что я не слишком жалуюсь. И я могу играть в телефоне.

К сожалению, моё блаженство недолговечно.

— Доброе утро, враги-друзья! — голос Стефана объявляет сверху. Я настораживаюсь при звуке, соскальзываю с холодильника, выбрасываю мусор и быстро поднимаюсь наверх как раз вовремя, чтобы увидеть, что происходит.

Сайлас, — сразу замечаю я, как только вижу его. Он машет руками, заставляя нас троих слегка подпрыгнуть, когда шторы распахиваются. Я морщусь от солнечного света, пока Сайлас улыбается.

— Ах, — вздыхает он, одаривая нас натянутой улыбкой. — Знаете, я всего несколько часов в своей старой жизни ведьмы, но каким-то образом солнце кажется теплее. — Сайлас стоит на солнце, мирно вздыхая, наслаждаясь им. — Вероятно, потому что я больше не проклят необходимостью пережить его.

— Что за вторжение в дом? — вмешиваюсь я. Он не смотрит на меня и продолжает смотреть в окно.

— Что ж, Габриэлла, после двух тысяч лет жалкого существования я наконец могу умереть.

Точно, — вспоминаю я, и мысль почти ошеломляет. Сегодня мы вернём Бонни.

Слава богу, я волновалась, что сегодня будет скучно.

Я захожу дальше в гостиную, глубже ввязываясь в происходящее. Он наконец поворачивается к нам лицом.

— Мы все знаем, что Тесса была стервой. Ваш двойник, Амара, погибла от её рук. Но сегодня, после двух тысяч лет, Амара и я наконец воссоединимся.

Подожди, что?

— Двойник? — повторяю я с нахмуренными бровями. Елена и Деймон не выглядят удивлёнными. — Его потерянная любовь — наш двойник? Есть ещё один?

Елена вздыхает и бросает взгляд на Деймона.

— Ты ей не сказал?

— Можно с уверенностью сказать, что Габби ничего не сказали, — парирует он, затем морщится, увидев мой взгляд. — Слушай, мы можем проигнорировать это позже, моя девушка ожидает, что кое-кто сдержит своё слово.

— О, ты думаешь, я не держу обещаний? — спрашивает Сайлас.

— Ты сказал, что теперь, когда ты снова ведьма, ты вернёшь Бонни с того света... — пытается напомнить Елена.

— ...я сказал и я могу...

— ...и ты также обещал Деймону, что сделаешь это, если он поможет тебе.

— Ага.

— Но... ты вроде как злой, — бесстрастно говорит Елена, затем добавляет: — Без обид.

— Без обид.

— Так что я просто пытаюсь понять, как я могу доверять тому, что одно из твоих последних действий в этом мире будет — вернуть мою лучшую подругу.

— Ты хочешь, чтобы я поклялся на мизинцах? — замечает Сайлас, протягивая нам свой мизинец. Взгляд Елены не смягчается.

— Ты сделаешь это или нет? — вздыхаю я.

— Сделаю, — признаёт Сайлас, затем наклоняет голову достаточно, чтобы я почувствовала приближающееся «но». — Я просто хочу уничтожить тот свет, чтобы не застрять в этой яме чистилища, когда наконец убью себя. Прежде чем я это сделаю, я верну Бонни, и, будучи невероятной, потрясающей и всемогущей ведьмой, которой я являюсь, я вполне могу сделать и то, и другое. Мне просто нужно найти якорь и уничтожить его.

— Всегда что-то, — бормочу я, скрещивая руки.

— Подожди, — хмурится Елена. — Якорь?

— Это привязка к тому свету, — отмахивается Деймон, зная об этом больше, чем Елена или я. — Где он?

— В Нью-Джерси, — признаётся Сайлас.

— В Нью-Джерси? — повторяет Деймон с лицом, выражающим «скажи, что ты шутишь». — Сверхъестественный иной мир привязан к предмету на заднем дворе Снуки?

— На скотном дворе, и его отправляют, так что нам действительно нужно... Привет, Охотник, — внезапно приветствует Сайлас. Я хмурюсь, поворачивая голову, и вижу Джереми с арбалетом.

Мой брат поднимает оружие и наводит его на Сайласа, взгляд, полный решимости, смешанный с ненавистью, направлен на него.

— Знаменательный день для тебя, да? — замечает Сайлас. — Разве ты и ведьма Беннетт не... тч-тч, — затем он свистит, заставляя меня закатить глаза.

— Эй, прекрати, хорошо? — рявкает Елена, затем смотрит на Джереми. — Всё в порядке, Джер, мы все хотим одного сегодня — Сайлас мёртв, Бонни жива.

Джереми не опускает оружие.

— Джереми, — пытаюсь я. — Давай. У нас нет времени терять.

— Мы должны просто поверить, что он вернёт Бонни к жизни по доброте душевной? — рявкает Джереми.

— Ну, я надеюсь, что нет, — усмехается Сайлас. — Я имею в виду, я вроде как монстр. — мы трое направляем на него свои взгляды. — Знаете, ребята, я действительно чувствую себя загнанным в угол, хорошо? Я бы не хотел потерять самообладание и сделать что-то... — он замолкает, чтобы зажечь кончики пальцев огнём. — ...безумное.

Он усмехается, когда мы трое отступаем назад, не желая быть поджаренными.

— Знаете, я действительно люблю снова быть колдуном, — улыбается Сайлас. — Чувствую, что постоянно переосмысливаю себя. Я как сверхъестественная Мадонна, вам не кажется?

Никто ничего не говорит, заставляя его усмехнуться.

Сайлас усмехается, затем указывает на Джереми.

— Хватай лом или пять из гаража.

— Зачем? — спрашивает Джереми, пока Сайлас начинает идти к входной двери. Все двигаются, чтобы последовать за ним.

— Это имеет значение? — он внезапно останавливается и указывает на Елену и меня. — Вы двое — остаётесь. Вы не идёте. Только мужчины.

— Ты серьёзно? — усмехается Елена от нашего имени.

— Да, — добавляю я. — Нет никаких шансов, что ты сделаешь это без нас.

— Он не серьёзно, — вздыхает Деймон.

— Вообще-то, я на сто процентов серьёзен, — поправляет Сайлас. — Они обе — точная копия моей истинной любви, Амары. Ты можешь понять, почему я не хочу смотреть на их фальшивые лица весь день.

— Деймон — единственный человек, который не мог бы этого понять, — не могу не заметить я. Я сдерживаю улыбку, когда Елена легонько шлёпает меня по руке. — Но ты ведёшь себя нелепо, мы идём.

Сайлас вздыхает и щёлкает пальцами. Я чувствую, как что-то вонзается мне в поясницу, заставляя меня вскрикнуть от боли. Елена падает на землю, стрела торчит из её икры.

— Эй! — протестует Деймон, бросаясь помочь Елене.

— Дерьмо, — слышу я, как мой брат ругается, возвращаясь в гостиную с ломами. Он бросает оружие и направляется ко мне. — Прости, — извиняется он, затем выдёргивает стрелу.

— Спасибо, — бормочу я, сверля Сайласа взглядом.

— Следующая будет в сердце, — объявляет Сайлас, разворачиваясь. Он начинает выходить за входную дверь. — А теперь поторопитесь, у меня есть только до заката, прежде чем Тесса попытается меня остановить.

Елене приходится успокаивающе взглянуть на Деймона, прежде чем он и Джереми следуют за Сайласом на улицу. Кто-то из них закрывает за ними дверь, оставляя нас с Еленой наедине.

— Мы не можем просто сидеть здесь и ничего не делать, — выдыхает Елена после нескольких неловких мгновений тишины. Я чувствую её решимость что-то сделать.

— Впервые я согласна, — признаю я, бросая на неё взгляд. — Но я волнуюсь, что если мы попытаемся последовать за ними, то умрём и останемся без Бонни.

— Ты видела Стефана? Он не вернулся прошлой ночью.

— Амнезийный вампир на свободе? Это обнадёживает. — указываю на её телефон в кармане. — Позвони ему.

Она подчиняется и даже включает громкую связь, хотя никому из нас это не нужно.

— Телефон Стефана, — приветствует сладко-самодовольный голос. Я смутно узнаю его. Елена смотрит на меня, но видит только мою растерянную реакцию.

— Кто это? — спрашивает Елена.

— Невероятно, — размышляет она. — Твой голос-двойник точно такой же, как у Амары, такой... Ноющий. По крайней мере, у Габриэллы есть больше характера.

— Какая ты милая, — замечаю я, давая ей знать, что я тоже здесь. — Где Стефан?

— Он здесь. — Она щебечет. — Ну, не здесь-здесь. Он прыгнул в душ. — Елена быстро смотрит на меня, гадая, думаем ли мы обе об одном и том же. — Между нами, девочками, он довольно сильно потеет, но, думаю, ты это знаешь. Могу я оставить сообщение?

— Напомни ему, что ты сумасшедшая стерва, — рявкает Елена. Так держать, Елена!

— Я бы напомнила, но думаю, это, возможно, его тип.

Елена, раздражённая разговором, вешает трубку, прежде чем кто-либо из нас успевает сказать что-то ещё. Она издаёт вздох и засовывает телефон обратно в карман.

— Я не понимаю, — качает головой Елена. — Почему он продолжает к ней возвращаться?

— Вероятно, это как-то связано с тем, что Деймон всю ночь сворачивал ему шею? — спрашиваю я так, будто она забыла.

Вместо этого Елена хмурится.

— Деймон что сделал?

— Он не говорил тебе? — хмурюсь я. — Сайласу нужны были его психические способности или что-то в этом роде, чтобы проникнуть в голову Тессы, и единственный способ временно реактивировать его способность был сломать Стефану шею.

— Ты знала об этом? — требует Елена.

— Где-то минуту. Как думаешь, почему меня оставили мёртвой в твоём общежитии? — огрызаюсь я. — Я думала, ты знаешь! — качаю головой. — Нам нужно поработать над нашей коммуникацией.

— Как будто Стефан недостаточно нас ненавидит! — паникует Елена. — Мы едем туда.

— Всё ещё есть хороший шанс, что мы ему не нравимся, — напоминаю я. — Нам правда нужно его беспокоить?

— Похоже, он больше злится на Деймона, — усмехается она. — Кроме того, мы не можем оставить его с Тессой.

— Что она сделает? — пытаюсь я успокоить сестру. — Снова поджарит его мозг?

— Ты слышала её! Похоже, они...

— Не наше дело, — напоминаю я. — Но, может быть, они этого не делали. Даже у Стефана с амнезией есть стандарты.

Елена качает головой, останавливаясь посреди шага.

— Я не доверяю ей, и тебе тоже не стоит.

— Я и не доверяю, — быстро рявкаю я и издаю вздох, пытаясь придумать план. Мы не можем просто забрать Стефана, его вообще удерживают против воли? Но это не похоже на него — не обнадёжить нас. Хотя он сейчас не совсем собой. — Ладно, ты права. Заберём его.

— Хорошо, — выдыхает Елена, хватая сумочку. — Я не хотела идти одна.

Я закатываю глаза, когда она уходит вперёд.

🩸

Тесса живёт в милой маленькой хижине недалеко от города. Елена стоит рядом со мной, скрестив руки, пока я стучу в дверь.

Проходит несколько мгновений, прежде чем ведьма открывает дверь. Она смотрит на нас скучающим взглядом, ничуть не удивлённая нашим приходом.

— Что ж, если это не предназначенная любовь Стефана, — протягивает она, затем бросает взгляд на меня. — И ты. Как восхитительно.

— Где он? — требует Елена раньше меня. Я почти показываю своё удивление. С каких пор она стала запугивать?

Тесса улыбается и издаёт лёгкий смешок.

— Входите. — она открывает дверь шире, позволяя нам обеим войти. — Кто я такая, чтобы стоять на пути судьбы?

Предназначенная любовь? Судьба?

Елена странно смотрит на неё, а я скрываю своё замешательство. Возможно, это ещё одна из тех вещей, о которых «забыли рассказать Габби».

— Елена? Габриэлла? — я почти морщусь от звука моего полного имени, произнесённого им. Стефан входит в главную комнату как раз вовремя, чтобы поприветствовать нас. Он заканчивает застёгивать рубашку.

— А вот и наш маленький амнезийный друг, — приветствую я с улыбкой. — Пошли, нам нужно разблокировать твою память о приготовлении смузи.

— Вам двоим не следовало переступать этот порог, — говорит он вместо этого, заставляя нас с Еленой остановиться. Я не могу сдержать хмурого взгляда от такого холодного приёма. Он ведь не ненавидит нас, да?

Елена вздыхает, и я вижу, что она думает о том же.

— Прости, — извиняется она от нас обеих. Она подходит ближе. — Я бы не позволила Деймону сделать то, что он сделал с тобой...

— Конечно, позволила бы, — горько перебивает Стефан. — У тебя есть эта раздражающая привычка делать всё, что он тебе скажет.

Мы с Еленой обе немного ошеломлены его горечью.

— Я не психолог, — комментирует Тесса из-за нас. — Но это звучит как созависимость.

— Ты права, — рявкаю я, не отрывая глаз от Стефана. — Ты не психолог, так что не лезь не в своё дело. — я приподнимаю бровь. — Я понимаю, ты расстроен на всех, но, правда? Тесса? Ты переспал с ней?

Стефан хмурится в замешательстве.

— Кто говорил о том, что я спал с Тессой? — Стефан спрашивает, хмуря брови. Елена и я поворачиваемся, чтобы посмотреть на неё.

— Я так плохо передаю сообщения, — вздыхает она, выглядя довольной нашей реакцией. — О, смотрите! Двойники звонят. Они оба хотят знать, почему ты здесь. — Тесса подходит ближе к нам, постукивая по телефону Стефана. — Возможно, я приукрасила для эффекта.

Елена усмехается и качает головой. Она снова смотрит на Стефана, который, кажется, раздражён всеми.

— Ладно, — вздыхает Елена. — Мы пришли только чтобы убедиться, что она не применила к тебе какое-то «роковое влечение» заклинание, но теперь, когда я знаю, что ты в порядке, мы уходим.

Елена поворачивается и направляется к двери. Я делаю медленные шаги назад, чтобы встретиться взглядом со Стефаном.

— Ты более чем можешь вернуться с нами? Мы скучаем...

Елена издаёт удивлённое: «Уф!» Я поворачиваю голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как она прижимает руку к пустому пространству перед собой. Что-то её останавливает.

Заклинание.

— Да, — вздыхает Стефан, пока я смотрю на Тессу с ненавистью. — Вам действительно не стоило заходить внутрь.

Елена медленно поворачивается на месте, сверля Тессу взглядом, когда та прикусывает губу в предвкушении.

— Значит, вот что Сайлас имел в виду, когда сказал, что у них есть время до заката, — понимаю я со вздохом. — Я виню тебя, — замечаю я, указывая на Тессу. Я сажусь на диван, пока ведьма выдавливает улыбку.

— Мне так больно, — бесстрастно говорит она. Она перестаёт вертеть телефон Стефана и вместо этого начинает им пользоваться. Все неловко молчат, пока мы ждём, кто ответит.

— Ну, разве это не приятный сюрприз? — голос Деймона приветствует.

— Ты ещё ничего не видел, — раскрывает себя Тесса, ухмыляясь нам троим. — Поскольку я сейчас занята, мне нужно, чтобы ты пошёл и убил Сайласа за меня.

Мы трое смотрим на Тессу в шоке, пока она небрежно машет нам.

— С удовольствием, но он такой контрол-фрик, что хочет убить себя сам.

— Ты имеешь в виду, после того, как он уничтожит тот свет? — она улыбается. — Да, этого не случится. К тому же, я хочу, чтобы он умер до того, как у него будет удовольствие найти якорь.

Деймон вздыхает на другом конце.

— Да, я не понимаю.

— Убей его. Сейчас.

— Деймон... — начинает Елена, но её прерывают угрозы Тессы.

— Я упоминала, что заманила твою девушку и её близнеца сюда ко мне? — быстро отвечает она. — Я использовала старейший трюк в книге — ревность. К Стефану! Думала, тебе стоит знать. — Тесса указывает на Елену, заставляя мою сестру замереть на месте.

— Ах! — кричит Елена, хватаясь за голову, пытаясь облегчить боль. Я встаю при звуке, надеясь, что смогу что-то сделать.

— Тесса! — восклицает Стефан, бросаясь к сестре.

— Эй... — импульсивно хватаю я её за предплечье крепкой хваткой, но она отбрасывает меня прочь взмахом запястья.

Стекло от картины в рамке, как и ожидалось, разбивается, когда моё тело врезается в него. Я чувствую, как большой осколок вонзается мне в плечо.

Я поднимаю голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Стефан размышляет, как он может помочь кому-то из нас сейчас.

— Прекрати! Прекрати это! — шипит Деймон в трубку. Елена внезапно издаёт ещё один крик боли, и я вижу, что это потому, что рука Тессы теперь сжата в кулак. Елена падает на одно колено. — Я не могу убить его сейчас. Ему нужно кое-что для меня сделать.

— Это что-то важнее твоих двойников? — шипит Тесса. — Сайлас наложил заклинание на этот дом и привязал его к солнцу, что означает, что мы заперты здесь до заката, а это значит, что у тебя есть время до заката, чтобы убить Сайласа, или я убью их обеих. — Тесса опускает руку, заставляя Елену вздохнуть с облегчением. Её глаза темнеют, когда она смотрит на лицо Елены. — С лицом, как у Амары, это может быть катарсисом. — Она внезапно оживляется, чтобы сказать: — Пока!

Деймон не успевает ответить, прежде чем она вешает трубку. Тесса кладёт телефон на стол экраном вниз и переводит взгляд между нами троими.

🩸

Закат не может наступить достаточно скоро.

Это так... раздражающе — слушать, как Тесса разговаривает сама с собой. Особенно когда она говорит вещи, которые должны вывести из себя Елену или меня. Думаю, в этом и смысл, и это работает.

— Посмотри на все невероятные вещи, которые они придумали делать с едой, — комментирует Тесса, листая кулинарную книгу. — Ананас на пицце?

— Хм, — согласно хмыкает Стефан рядом с ней.

Вот ещё что. Стефан решил устроиться поудобнее с Тессой, пока мы в ловушке. Они оба на диване, игнорируя нас с Еленой, сидящих на полу.

— Подожди, — бормочет Елена из-за меня. Я слежу, чтобы мои волосы были закинуты на плечо, чтобы ей было лучше видно мою спину. — У тебя есть ещё один маленький... Здесь. — я не морщусь, когда она выдёргивает крошечный осколок. Чёрт, я едва чувствую его. Однако я чувствую, как маленькая царапина быстро заживает.

— Это всё, — вздыхает Елена, отодвигаясь назад, чтобы дать мне пространство.

— Спасибо, — говорю я, снова натягивая рубашку.

Я чувствую взгляд Тессы, прежде чем она успевает что-то сказать. Я пытаюсь не застонать от мысли о ещё одной насмешке.

— Так грустно, — надувает она губы. — Дай угадаю, без глютена?

Елена бросает на неё взгляд.

— Как ты сюда попала? — спрашивает она вместо этого, перенаправляя разговор на что-то полезное.

— Прошу прощения?

— Сюда. Живая. С того света. Как ты вернулась к жизни?

— О, да, это. — она отмахивается. — Можешь винить в этом свою подругу Бонни. Она открыла дверь, затем отвлеклась, когда вернула к жизни твоего младшего брата, так что я просто прошла, когда она умерла.

— Что ж, сегодня Сайлас собирался вернуть её к жизни после того, как получит якорь, но ты сказала моему парню, который никогда не ставил чью-либо жизнь выше моей, включая свою собственную, убить Сайласа до того, как он это сделает, — внезапно рявкает она. — Так что нет, мне не грустно из-за пиццы.

Неловкая тишина окутывает комнату.

— Как насчёт того, чтобы забыть о пицце? — пытается отвлечь Стефан. — Что скажешь, если я что-нибудь приготовлю?

— Жареную утку? — улыбается Тесса.

— О, — соглашается он, и ему нравится это звучание. — Подожди, у тебя есть утка?

Тесса замолкает, чтобы подумать.

— Нет, но, возможно, я смогу заманить одну внутрь? Заманила Елену и Габриэллу. Насколько умнее может быть утка? — Она смеётся, Стефан следует за ней. Я не могу сказать, искренне ли он это делает. Она снова смотрит на нас, и на этот раз я не сопротивляюсь желанию застонать от раздражения. — Елена, ты считаешь своё пребывание здесь судьбой? Или ты тоже отрицаешь это?

— Ты продолжаешь говорить о судьбе и предназначенной любви, — рявкаю я, устав слышать то, о чём я ничего не знаю. — Либо объясни, либо оставь это.

Тесса дарит забавный взгляд.

— Ты не знаешь? — Она смеётся. — Даже твой друг с амнезией знает об этом.

— О чём ты говоришь?

— Игнорируй её, — вместо этого быстро говорит Елена. — Она просто пытается промыть тебе мозги.

Мои подозрения, что это одна из тех вещей, о которых «забыли рассказать Габби», были развеяны быстрым ответом Елены. Что бы это ни было, она не хотела, чтобы я знала.

— Я... — Стефан замолкает, вставая. Он начинает двигаться к кухне, явно не желая участвовать в разговоре. Тесса пользуется возможностью, чтобы переползти дальше по дивану, ближе к нам.

— Ты хочешь рассказать ей, или мне? — она усмехается на Елену. Я бросаю взгляд на сестру, которая не выглядит так, будто собирается что-то говорить. Она интенсивно смотрит на Тессу. — Веками я наблюдала, как версии Елены и Стефана находят друг друга — как магниты.

— Заткнись, — рявкает Елена.

— Это одна и та же история, — продолжает Тесса, ничуть не обеспокоенная Еленой. — Преодоление трудностей, влюблённость, и так далее, но всегда одно и то же. Судьба всегда пыталась свести двойников вместе.

Правда? Вот что Елена не хотела, чтобы я знала?

— И что? — усмехаюсь я. — Прости, что разочаровываю, но я не влюблена в Стефана, и моя сестра тоже. Теперь, если бы речь шла о Кэтрин, возможно...

— Именно, — прерывает Елена. — Это чушь.

— Как думаешь, почему тебе всё лето снились эти сны? — спрашивает Тесса. — Тебе не кажется странным, что только двойники могли видеть эту фантазийную жизнь со своим предназначенным партнёром?

— Да, — комментирую я, поднимая руку. — Без снов здесь. Опять же, мой лучший друг Стефан — не более чем друг.

Эта новость, кажется, ошеломляет Тессу, но только на мгновение. Я не думала, что её любопытная улыбка может стать шире.

— Без снов? — повторяет она, прикусывая нижнюю губу. Я сдерживаю желание поморщиться. — Вселенная работает загадочными путями.

Я усмехаюсь, вставая, чтобы по крайней мере смотреть на эту сучку сверху вниз.

— Ты собираешься туманно намекать на моё существование или будешь полезной?

— Что? — хмурится Елена, не слышавшая этого раньше. Она смотрит на Тессу с ненавистью. — Что ты ей сказала?

Я отмахиваюсь.

— Расслабься, у неё просто были небольшие проблемы с пониманием того, что на этот раз нас двое. — я снова смотрю на сестру. — Думаю, две тысячи лет на том свете действительно повредили её мозг.

Тесса издаёт хмыканье через плотно сжатые губы.

— Что-то в этом роде. — она встаёт. Поскольку она выше меня, мне приходится слегка поднять глаза, чтобы посмотреть ей в глаза. Это довольно унизительно. Я слежу за ней взглядом, пока она медленно обходит журнальный столик, проходя через пространство между мной и Еленой, открыто глядя на меня. — У меня есть теория.

— Мне всё равно. — ложь.

— Ты уверена? — мы с Еленой молчим, потому что она права. Я не могу сдержать любопытство. — Веками я наблюдала, как двойники влюбляются друг в друга, каждая история драматичнее предыдущей. Это как... Мыльная опера — только я не могу переключить канал или убавить громкость.

— Звучит как твоя проблема. — она останавливается передо мной, протягивая руку, чтобы покрутить один из моих локонов. Я отталкиваю её руку в тот момент, когда она касается моих волос. Она не выглядит шокированной и не выглядит злой.

Вместо этого она усмехается мне.

— У каждого человека своя роль в каждой истории. Деймон и я — препятствия. Мы делаем историю гораздо интереснее. Я пыталась понять твою роль.

— Да? Что, я просто какая-то посторонняя? Не думаю, что мне нужна вселенная или ты, чтобы объяснять это.

— Даже не это. — её усмешка не исчезает. — Ты никто.

Она выходит из поля зрения, чтобы дать мне время переварить это.

— Не слушай её, — говорит Елена, наконец вставая после всего, что произошло. — Она просто пытается забраться тебе в голову.

— Я только сказала, что это теория, — признаёт Тесса. — Но ты должна признать, улики против тебя. То, что твоя первая любовь бросила тебя ради твоей близняшки? После того, как она бросила свою предназначенную любовь? Это драма.

— Ты говорила так, будто я источник драмы. Это не «никто».

— А? — Тесса спрашивает с приподнятой бровью. — О, милая, всё это было не о тебе. Ты просто какая-то жертва ошибки вселенной — космическая оплошность. Моя теория в том, что я не думаю, что ты должна существовать.

— Потому что никогда не было двух двойников, и я пострадала? Твоя логика глупа, — усмехаюсь я.

Но... Почему это звучит логично? Большая часть важных аспектов моей жизни всегда казалась просто вброшенной. Мы с Деймоном никогда не боролись против обстоятельств. Я даже не была нужна для жертвоприношения. Самая драматичная или болезненная часть моей жизни была потому, что казалось, будто все против меня. Часть меня должна верить, что она несёт чушь, потому что я не хочу думать об этом, если это реально.

— Правда? — спрашивает она, и я знаю, что она знает, что задела меня.

Не думай об этом, — говорю я себе. Она лжёт, она просто хочет вывести тебя из себя.

— Я сделал соус, — объявляет Стефан с кухни. Он входит в комнату, держа маленькую кастрюлю за ручку, и смотрит на Тессу. — Попробуй это и скажи, что думаешь.

Тесса бросает на нас с Еленой взгляд, прежде чем пройти мимо нас к нему.

— Не слушай её, — говорит Елена, теперь стоя рядом со мной. Она кладёт руку мне на плечо, заставляя посмотреть на неё. Я знаю, она чувствует моё беспокойство. — Помни, она ненавидит нас, потому что мы похожи на её врага.

— Что ж, — комментирует Тесса. — Я думаю, ваши характеры тоже отстойны, но я предвзята.

Стефан слегка смеётся над шуткой, и это, кажется, становится последней каплей для Елены.

— Ладно! — выдыхает Елена. — Я поняла. Ты нас ненавидишь. У тебя может не быть воспоминаний, Стефан, но у нас есть. Этот человек... — она неопределённо указывает на Тессу. — Она не тот человек, который тебе бы понравился.

Не туда я бы пошла с этим, но ладно.

— Это не очень мило, — фальшиво надувает губы Тесса. — Особенно учитывая, что я позволила вам обеим остаться в живых до заката. — Она смотрит в окно, и её выражение лица светлеет, когда небо окрашивается в тёплые цвета. — О! Почти закат.

Она берёт телефон Стефана со стола, предположительно, чтобы позвонить Деймону.

— Елена, Габби, — шепчет Стефан достаточно тихо, чтобы мы обе услышали. Я стараюсь не выглядеть слишком удивлённой. — Ни слова. Я понял. Я знаю, вы думаете, что я вас ненавижу, но это не так. Я не позволю ей причинить вам вред. Обещаю.

— Что? — раздражённый голос Деймона приветствует.

— Он уже мёртв?

— Вот ты где. Возьми себя в руки. На нас напали. Нет, он ещё не мёртв. На меня только что напали какие-то твои двоюродные братья по инбридингу. Есть идеи, почему странники, которые ненавидят Сайласа, хотели бы помешать мне убить его?

— Они, вероятно, хотят его кровь, — вздыхает Тесса.

— Зачем?

— Сайлас выпил лекарство от Кэтрин. Теперь его кровь — это лекарство.

— Но они не бессмертны, так кому они его хотят?

— Подумай, Деймон, — командует Тесса, закатывая глаза на его невежество. — Странники не фанаты бессмертия, и мне пришлось привязать тот свет к чему-то, чему-то, что будет длиться вечно, что-то, что Сайлас не сможет уничтожить.

— Что? Его любимые детские сани? — парирует Деймон.

— Что-то немного ближе к его сердцу. 2000 лет, бессмертное, неразрушимое. — Она усмехается. — Ты сообразительный парень, Деймон. Догадайся сам.

У меня нет времени переварить, что она имела в виду под всем этим. Как только она вешает трубку, она поворачивается лицом к Стефану — который встречает её ножом в живот.

Она издаёт стон боли, но протягивает руку к нам.

— Бегите! — командует Стефан, прежде чем швырнуть её в стену.

Поскольку солнце наконец село, мы втроём легко вылетели из той ужасной хижины.

🩸

Мы втроём устало входим в дом Сальваторе. Был изнурительный день, и я не хотела бы ничего больше, чем поспать.

— Ну, эм, спокойной ночи, — неловко пытается отделаться Стефан.

— Спасибо, — говорю я, заставляя его посмотреть на нас. — За то, что спас нас. Приятно знать, что ты всё ещё ты... даже без воспоминаний.

— Что ж, Тесса собиралась убить вас обеих, и ни одна из вас не выглядела так, будто заслуживает этого, так что я просто действовал по инстинкту. Это всё, — вздыхает Стефан.

— Именно, — улыбается Елена. — Твои инстинкты всегда были направлены на защиту людей. Спасибо, что был собой, наверное.

Стефан кивает, переводя взгляд с Елены на меня. Он колеблется секунду и решает остаться на месте.

— Ты не выглядишь как кто-то с бессмысленным существованием.

Слышать это вслух было гораздо лучше, чем просто думать об этом. Моя грудь стала легче просто от этого подтверждения. Я не могу сдержать своего удивления.

Я дарю благодарную улыбку.

— Спасибо, Стефан.

Он кивает, затем неловко отводит взгляд от меня.

— Спокойной ночи. — он уходит от нас и не оглядывается.

— Он прав, — говорит Елена, интенсивно глядя на меня. — Я знаю, что слова Тессы действительно задели тебя. Я чувствую это.

— Не волнуйся, — отмахиваюсь я, сдерживая желание заплакать. Мои глаза слегка щиплет. — Я переживу это. Я знаю, она просто несла чушь.

— Несла, — соглашается Елена. — Но это не делает её менее болезненной. Ты не бессмысленна, Габби. Не для нас.

Я не отодвигаюсь, когда она тянется за объятием. Я не могу заставить себя обнять её в ответ, но ей явно всё равно.

— Мы любим тебя, — подтверждает она. — Я люблю тебя. Пожалуйста, не забывай этого.

— Спасибо, — хрипло выдыхаю я, потому что если попытаюсь сказать больше, то могу заплакать.

Она отстраняется, позволяя мне увидеть её влажные глаза и натянутую улыбку.

— Деймон и Джереми в кабинете. Хочешь присоединиться?

— Да, — выдыхаю я. — Мы должны посмотреть, что случилось с Сайласом и якорем.

— Вероятно, ничего хорошего, — вздыхает Елена. Я бросаю на неё многозначительный взгляд, прежде чем последовать за ней в кабинет.

Когда мы добираемся до кабинета, я вижу Деймона и Джереми, сидящих напротив друг друга. Джереми держит едва наполненный стакан бурбона, а Деймон — бутылку.

— Стефан Сальваторе сегодня спит в своей кровати, — объявляет Деймон со своего места. Он бросает взгляд на нас с Еленой, когда мы садимся. — Значит ли это, что он перестал нас ненавидеть, или сила вселенной предназначенных двойников толкнула его в машину?

Елена вздыхает, садясь близко к нему.

— Он спас нам жизни, так что я предполагаю, что это не ненависть, — отвечает она.

— Победа в день, иначе омрачённый неудачей. — он и Джереми поднимают свои стаканы. Елена смотрит на напиток Джереми.

— Мы не смогли вернуть Бонни, — печально объясняет Джереми. — Мне можно. — он встряхивает свой напиток, бросая вызов сказать что-то противоречащее.

— Ты не услышишь от нас жалоб, — заверяю я.

— Нет, — внезапно рявкает он, и моё сердце разрывается от того, насколько он несчастен. — Нет, я не буду, потому что это не так.

Он бросает взгляд через плечо, показывая, что Бонни здесь.

— Что она сказала? — спрашивает Елена, садясь чуть прямее.

Джереми усмехается.

— Она хочет, чтобы мы не волновались.

— Беспокойство — это наше всё, Бонни, — говорю я с лёгкой улыбкой. — Мы вернём тебя.

— Мы продолжим пытаться, Бонни, — говорит Елена. — Это ещё не конец. Мы справлялись и с худшим.

Деймон усмехается, и это заставляет меня задуматься, насколько мы на самом деле влипли.

— Что ж, Сайлас пропал без вести и на свободе, что довольно плохо, а Амару вылечили, что ещё хуже, потому что теперь её легко убить. Так что судьба того света, где сейчас находится Бонни, зависит от живого дышащего человека, которого мы теперь должны защищать. — Деймон отпивает свой напиток.

— Мы должны защищать? — спрашивает Елена. Деймон встаёт, отпивает ещё из бутылки, затем использует её, чтобы указать на дверь.

Он ничего не говорит и начинает уходить. Елена и я быстро встаём, чтобы последовать за ним.

Мы добираемся до его стороны как раз вовремя, чтобы он открыл багажник своей машины. Наши глаза расширяются при виде моего двойника (хотя, технически, я её), связанного и с кляпом во рту в багажнике.

Она взъерошена и всё ещё в одежде двухтысячелетней давности. Она и есть якорь, — понимаю я. Как бы я ни ненавидела Тессу, она была действительно умна с этим.

— Познакомьтесь с Безумной Незнакомкой, — вздыхает Деймон, отпивая ещё глоток.

Амара смотрит и на Елену, и на меня, её глаза расширяются от страха. Она пытается кричать, но бандана, обёрнутая вокруг её рта, не даёт ей шуметь. Её реакция оправдана, полагаю.

— У этой ненормальной есть лекарство? — я смотрю на Деймона, надеясь, что он раскроет, что это сложный трюк.

— Ага.

— Мы в полной заднице.