Глава 11. Реакция цепи
Утром Адель проснулась с чувством, что наступил новый день — и новая жизнь. То, что вчера казалось страшным, сегодня выглядело просто очередным вызовом. Она привыкла к вызовам. В конце концов, кто она? Адель Шайбакова, третье место в «Пацанках», танцовщица, девушка с короткими кудрями и вечной броней. Если она справилась с переломом мизинца на полусогнутой ноге, она справится и с этим.
Она повернула голову и увидела Лауриту, которая спала на соседней подушке. Без макияжа, с растрёпанными волосами и чуть приоткрытым ртом она выглядела не как модель с обложки, а как обычный человек. Уязвимый. Реальный. Адели захотелось защищать её. Всю жизнь.
Она тихо встала, прошла на кухню и включила чайник. Телефон взорвался уведомлениями — сотни сообщений в соцсетях, пропущенные звонки, комментарии. Она открыла самое популярное — и увидела, что за ночь ситуация изменилась.
Лаурита выложила пост. Короткий, без фото, просто текст:
«Да, это правда. Я встречаюсь с Адель. Я не планировала делать заявление, но раз уж слухи разлетелись — хочу сказать прямо. Мне плевать, что обо мне думают те, кто не знает меня. Я счастлива. И это главное. Спасибо тем, кто поддержал. Остальным — удачи в поиске своего счастья, но не за счёт чужого.»
Адель перечитала три раза. Сердце колотилось где-то в горле. Она не ожидала, что Лаурита сделает это без неё. Не то чтобы она была против — но они договаривались вместе. Впрочем, прочитав пост ещё раз, Адель поняла: Лаурита защищала не только себя, но и её. Не давала хейтерам возможности врать.
В комментариях под постом было всё: от «ты моя героиня» до «позор семье». Но преобладало первое. Неужели мир стал чуть добрее?
— Доброе утро, — раздался сонный голос из-за спины.
Лаурита стояла в дверях кухни, кутаясь в плед. Её глаза были ещё заспанными, но в них читалась тревога.
— Ты видела? — спросила она.
— Видела. Ты могла бы предупредить.
— Прости. Я проснулась в три часа ночи и не могла уснуть. Думала, думала... и написала. Надеюсь, ты не злишься.
— Не злюсь. — Адель подошла и обняла её. — Но в следующий раз делаем такие вещи вместе. Договорились?
— Договорились.
Они пили кофе на кухне, обсуждая, что делать дальше. Лауритин агент звонил пять раз и требовал «прояснить ситуацию», но Лаурита сказала, что всё уже прояснено. Кое-кто из рекламодателей уже отказался от сотрудничества — «не подходит по имиджу». Но нашлись и новые предложения — из неожиданных источников.
— Мне написала организатор ЛГБТ-фестиваля, — сказала Лаурита, листая телефон. — Приглашает выступить. Не как модель, а как спикер. Рассказать о том, как быть открытой в шоу-бизнесе.
— И ты поедешь?
— Не знаю. Я не активистка. Я просто... живу.
— Этого достаточно. — Адель сжала её руку. — Ты никому ничего не должна. Ни активистам, ни хейтерам, ни агенту. Только себе.
В этот момент пришло сообщение от Виолетты:
«Вы сумасшедшие. Я вас люблю. Но Дарья в бешенстве. Она говорит, что Лаурита её предала, выставив пост без её ведома. Будьте осторожны.»
Адель показала сообщение Лаурите. Та прочитала, вздохнула и убрала телефон.
— Пусть говорит, — сказала она. — Я не её собственность. И никогда не была.
Дарья Каплан действительно была в бешенстве. Она сидела в своей квартире, окружённая подушками и пледами, с чашкой зелёного чая, который давно остыл. Напротив неё — Виолетта, которую она вызвала «на разговор».
— Ты видела этот пост? — Дарья ткнула пальцем в телефон. — Она даже не спросила у меня!
— А зачем ей спрашивать у тебя? — спокойно ответила Китана. — Это её жизнь.
— Мы подруги! Мы всегда всё обсуждали!
— Даша, послушай себя. — Виолетта подалась вперёд. — Ты обижена не потому, что она не спросила. Ты обижена потому, что она сделала что-то без тебя. Ты хочешь контролировать всех вокруг.
— Неправда!
— Правда. Ты слила информацию о них в эфире. Зачем? Чтобы привлечь внимание? Чтобы навредить? Или просто потому что не умеешь держать язык за зубами?
Дарья покраснела. Не от смущения — от злости.
— Ты не смеешь меня так обвинять.
— Я имею полное право. Я знаю тебя лучше, чем ты сама. Мы были вместе, помнишь? Я видела, как ты манипулируешь. Как играешь людьми. Сначала со мной, теперь с ними.
— Если бы ты не была такой слабой, мы бы до сих пор были вместе! — выкрикнула Дарья.
Виолетта замерла. Эти слова ударили больнее, чем она ожидала.
— Слабой? — тихо переспросила она. — Я ушла от тебя, потому что ты душила меня. Потому что каждый мой шаг был под контролем. И сейчас ты делаешь то же самое с Лауритой.
— Я забочусь о ней!
— Ты её душишь. И если ты не остановишься, потеряешь её навсегда. Как потеряла меня.
Дарья отвернулась к окну. Её плечи дрожали — от злости или от слёз, Виолетта не могла разобрать.
— Уходи, — сказала Дарья.
— Уйду. Но запомни: ты можешь быть счастливой, если перестанешь всех контролировать. Но это твой выбор.
Виолетта вышла из квартиры, оставив Дарью одну. В коридоре она прислонилась к стене и выдохнула. Разговор вымотал её до предела. Но она сделала то, что должна была. Не ради Адели или Лауриты — ради самой Дарьи. В надежде, что та когда-нибудь одумается.
Тем временем в социальных сетях разгоралась настоящая буря. Пост Лауриты набрал сотни тысяч просмотров за ночь. К нему подключились блогеры, новостные паблики, даже несколько «жёлтых» изданий.
Заголовки пестрели:
«Звезда "Пацанок" Адель Шайбакова и модель Лаурита: тайный роман раскрыт!»
«Лаурита сделала каминг-аут: реакция сети»
«Адель и Лаурита: любовь или пиар?»
Адель читала это, стиснув зубы. Особенно бесили те, кто писал про «пиар». Как будто она, человек, который ненавидит внимание к своей личной жизни, вдруг решил устроить шоу.
Она собралась было написать гневный пост, но Лаурита остановила её:
— Не надо. Не корми их.
— Но они же врут!
— Пусть врут. Те, кто знает нас — знают правду. Остальным всё равно не докажешь.
Адель с трудом, но согласилась. Вместо гневного поста она выложила короткое фото — свою тень на стене, без подписи. Этим она сказала больше, чем тысячей слов. «Я здесь. Я есть. И мне плевать».
Ответ не заставил себя ждать. Тысячи лайков, сотни комментариев. Кто-то писал «с тобой скучно», кто-то — «ты мой герой». Но Адель уже не читала. Она убрала телефон и вернулась к Лаурите, которая ждала её на диване.
— Ты как? — спросила Лаурита.
— Нормально. А ты?
— Тоже. Знаешь, когда я написала тот пост, мне было страшно. А сейчас... не знаю. Как будто гора с плеч.
— Это потому что ты перестала прятаться.
— Наверное. — Лаурита улыбнулась. — Спасибо тебе.
— За что?
— За то, что не сбежала. За то, что ты есть.
Адель ничего не ответила. Она просто поцеловала её — в этот раз не торопясь, не боясь. И в этом поцелуе было обещание. Не навсегда — никто не знает, что будет навсегда. Но хотя бы на завтра. И на послезавтра. А дальше — видно будет.