Глава 8
Утро выдалось солнечным, но Лиза чувствовала, как внутри всё дрожит от непривычного волнения. Она стояла перед зеркалом, в который раз оглядывая себя. На ней было чёрное шёлковое платье — облегающее, с глубоким V‑образным вырезом и разрезом до середины бедра. Ткань струилась при каждом движении, подчёркивая силуэт.
Амелия, вошедшая в комнату с чашкой кофе, застыла на пороге:
— Лиз… — выдохнула она. — Ты что, с ума сошла?
— В смысле? — Лиза повернулась, и шёлк мягко скользнул по коже.
— В прямом! Это не «пойдём выпьем кофе», это «я собираюсь сразить его наповал». Ты же всегда в джинсах и футболках!
Лиза слегка покраснела:
— Просто захотелось чего‑то нового.
— Нового? — Амелия поставила чашку и подошла ближе. — Лиз, ты выглядишь… потрясающе. Но ты уверена, что готова к тому, к чему это может привести?
— Я просто иду на встречу, — Лиза поправила прядь волос. — Не надо из этого делать событие вселенского масштаба.
— Да, конечно, — Амелия скептически подняла бровь. — Просто встреча. С мужчиной, который смотрит на тебя так, будто ты — единственное настоящее в его жизни.
Лиза вздохнула:
— Эм, я… боюсь. Но в то же время мне хочется рискнуть. Впервые за долгое время.
Амелия обняла её за плечи:
— Тогда иди. И будь собой. Даже в этом платье. Просто помни: если что — я всегда на связи.
— Спасибо, — Лиза улыбнулась. — За всё.
«Кофейная гавань» встретила Лизу ароматом свежесваренного кофе и приглушённым светом. Она огляделась: Марк уже сидел за столиком у окна, листая меню. При виде неё он замер.
Лиза подошла, чувствуя, как сердце пропускает удар.
— Привет, — она села напротив.
Марк медленно поднял глаза — и в них промелькнуло что‑то, что она не смогла сразу распознать: восхищение, удивление, едва уловимая тревога.
— Лиза… — он запнулся. — Ты выглядишь… невероятно.
— Спасибо, — она слегка наклонила голову, стараясь скрыть смущение. — Просто решила немного сменить стиль.
— Удалось, — он улыбнулся. — Очень удачно.
Официант подошёл принять заказ.
— Капучино с корицей, — сказала Лиза.
— Двойной эспрессо, — добавил Марк.
Когда официант ушёл, повисла короткая пауза.
— Ты правда хорошо себя чувствуешь? — Марк слегка наклонился вперёд. — В смысле, после нашей последней встречи ты много думала об этом?
— Думала, — Лиза посмотрела ему прямо в глаза. — И поняла, что хочу перестать бояться. Хочу попробовать. Просто… быть здесь и сейчас.
Мысли Лизы: «Он смотрит так, будто видит меня насквозь. Но не осуждает. Принимает».
Мысли Марка: «Она такая разная: сильная и ранимая, бунтарка и мечтательница. И сейчас, в этом платье, она кажется ещё более настоящей».
— Знаешь, — Марк провёл рукой по краю чашки. — Я тоже много думал. О том, как редко встречаешь кого‑то, кто не пытается что‑то от тебя получить. Кто просто… есть.
— А ты? — Лиза чуть подалась вперёд. — Чего хочешь ты?
Он помолчал, подбирая слова:
— Понять, что это такое — доверять. Не бизнесу, не партнёрам, а человеку. Тебе.
В этот момент принесли кофе. Лиза сделала глоток, чувствуя, как тепло напитка успокаивает нервы.
— Доверие — это риск, — тихо сказала она. — Но, кажется, я готова его разделить.
— Тогда давай начнём с малого, — Марк улыбнулся. — Расскажи мне что‑нибудь. Что никто о тебе не знает.
Лиза задумалась.
— Когда мне было десять, я нарисовала феникса на стене в бабушкиной спальне. Она не ругала меня. Сказала: «Раз ты выбрала эту птицу, значит, в тебе уже есть сила возрождаться».
— Мудрая женщина, — Марк кивнул. — Теперь я понимаю, откуда в тебе эта… цельность.
— А ты? — она подняла бровь. — Что никто о тебе не знает?
Он усмехнулся:
— В детстве я мечтал стать астрономом. Смотрел на звёзды и думал, что там, за горизонтом, есть что‑то большее. Потом мир показал мне, что за горизонтом — только новые границы. Но сейчас… — он посмотрел на неё. — Сейчас мне кажется, что я снова вижу звёзды.
Лиза почувствовала, как внутри разливается тепло.
— Значит, мы оба ищем своё возрождение, — она улыбнулась. — Только ты — через звёзды, а я — через линии на коже.
— И, кажется, наши пути пересеклись не случайно, — Марк поднял чашку. — За начало.
— За начало, — Лиза чокнулась с ним краем своей чашки.
За окном шумел город, а за столиком в «Кофейной гавани» два человека, каждый со своим грузом прошлого, делали первый шаг к чему‑то новому. И чёрное шёлковое платье, и холодный взгляд Марка, и его шрамы — всё это вдруг стало частью одной истории. Истории, которая только начиналась.