Я твой Айдол

Тёплый ветер трепал страницы глянцевого журнала, который Йеджи держала на коленях. Они сидели за спортзалом, куда никогда не заглядывала учительница физкультуры. Последний урок был официально прогулян и это было их маленьким ритуалом.
Солнце светило сквозь кроны деревьев, рисуя золотистые узоры на асфальте. Где-то вдалеке кричали вороны, а с открытого окна спортзала доносились приглушённые свистки и топот ног одноклассников, которые послушно бегали круги. Но здесь, в их маленьком убежище, время текло иначе.

— Смотри, какое платье, — Йеджи ткнула пальцем в фотографию модели на развороте. — Если я когда-нибудь разбогатею, я куплю тебе такое же. Мы будем ходить одинаково и всех бесить.

Хван усмехнулась своей шутке, переворачивая страницу.

Джису сидела рядом, поджав ноги и положив подбородок на колени. Её взгляд скользил по картинкам без интереса. Красивые девушки. Идеальные фигуры. Яркие улыбки. Платья, которые никогда не налезут на неё. Туфли, в которых её толстые ноги будут смотреться смешно.

— Су, — голос Йеджи стал тише. — Ты чего?

— Что? — Джису подняла голову, пряча глаза.

— Не ври. Я вижу.

Йеджи закрыла журнал и повернулась к подруге всем телом. Она знала это лицо. Опущенные плечи, сжатые губы, тот самый пустой, усталый взгляд, какой появлялся у Джису, когда она оставалась одна со своими мыслями. Но она не была одна, Йеджи была здесь.

— Скажи, — мягко попросила она. — Что случилось?

Чхве молчала несколько секунд, потом перевела взгляд на журнальную обложку, где улыбалась очередная фотомодель, и её голос сорвался на шёпот:

— Они такие красивые.

— Кто?

— Все они. Модели, актрисы, да даже те девчонки из параллельного класса, которые красятся на переменах и крутят задами перед старшеклассниками. Все. — Джису шмыгнула носом. — Ты тоже.

Йеджи замерла.

— Ты красивая, Су. У тебя так волосы блестят на солнце, и глаза такие... глубокие. Ты даже не представляешь, как ты выглядишь со стороны, когда смеёшься. Я всегда завидовала твоей улыбке.

— Не надо, — голос Джису дрогнул — Не надо меня утешать. Я знаю, как я выгляжу. Я вижу себя в зеркале. Вижу, как на меня смотрят другие. Я не слепая, Йеджи.

Толстушка обхватила колени руками, сжимаясь в комок. Слёзы уже текли по щекам, и она не вытирала их.

— Я огромная жирная бегемотиха, которую никто не любит и никогда не полюбит. Я просто... занимаю место. Везде: в школе, дома, в этом мире. Меня не должно быть здесь. Я лишняя.

— Не смей так говорить ! — голос Йеджи стал твёрже. Она отбросила журнал в сторону и обхватила лицо подруги ладонями, заставляя Джису посмотреть на неё. — Слышишь меня? Никогда не смей так говорить.

Слёзы капали на её пальцы, горячие и солёные.

— Для меня ты самая красивая, Джису, — сказала Йеджи, и в её глазах не было жалости. Только боль. Только любовь. Только та самая искренность, которую не подделать. — Ты мой самый любимый человек на этой планете. И если кто-то не видит, какая ты на самом деле — это их проблема, а не твоя. Ты поняла?

Джису всхлипнула, уткнулась лбом в плечо подруги и разрыдалась. Йеджи обняла её, прижала к себе так крепко, как только могла, и зарылась лицом в её мягкие, пахнущие ванилью волосы.

— Не бросай меня, — сквозь всхлипы прошептала Джису. — Пожалуйста. Не бросай. Все бросают. Все уходят. Только ты осталась. Если и ты уйдёшь...

— Не уйду, — перебила Йеджи, гладя её по спине круговыми движениями, как делала мама, когда дети обычно маленькими. — Никогда. Слышишь, Джису? Никогда.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Йеджи погладила подругу по макушке и закрыла глаза. Ветер снова пошевелил страницы брошенного журнала, пролистывая их как ненужные. А они сидели втроём — две девочки и их дружба, которую, казалось, ничто не могло разрушить.

— Я никогда не отвернусь от тебя, — прошептала Йеджи одними губами — Никогда. Что бы ни случилось. Обещаю.

***

Йеджи проснулась в холодном поту тяжело дыша. На часах было время 4:23. В комнате на соседней кровати, мило посапывая, спала макнэ их группы Юна. Джи посмотрела на мирно спящую соседку и не могла не улыбнуться. Когда Шин спала, она обычно мило открывала рот во сне.
Лидер ITZY перевела взгляд с Юны на свои вспотевшие руки, которые неимоверно тряслись, словно девушка вышла в лютый мороз в легкой одежде. Кроме рук, Йеджи и сама тряслась, но причиной тому был не холод, а необратимое чувство вины, которое и по сей день сжирает Хван заживо.

— Я не сдержала слово. Я отвернулась и оставила тебя. Из-за меня ты умерла. Прости меня, Джису....... Прости..... — Йеджи зарылась пальцами в свои длинные рыжие волосы и потянула руками пряди в разные стороны, едва ли не выдергивая их с корнем. После смерти лучшей подруги Джи стала делать себе больно физически, так как это ненадолго, но спасало девушку от душевной боли.

Йеджи еще полчаса просидела на кровати. Ложиться спать она Хван уже не стала, так как через 7 минут нужно было уже просыпаться и идти готовить завтрак для остальных участниц. Это была одна из ее обязанностей как лидера, заботиться об остальных участницах. Да и спать Джи уже не хотелось. Хван боялась, что если снова закроет глаза, то ей снова привидится ее малышка Чхве Джису. Поэтому сначала, зайдя в телефон, Йеджи отключила будильник, вышла из комнаты и пошла в ванную. Хван быстренько умылась и пошла на кухню готовить завтрак.

Йеджи бесшумно передвигалась по кухне, стараясь не звякнуть ни одной ложкой. В 5:20 утра даже собственное дыхание казалось слишком громким в этой тишине. Где-то за стеной, в комнате, которую она делила с Юной, продолжала тихо посапывать макнэ. В остальной части общежития было тихо и темно.
Хван включила подсветку над плитой — мягкий, приглушённый свет, который не слепил и не проникал в комнаты. Достала сковороду с антипригарным покрытием и поставила на тихий огонь. В холодильнике нашлись яйца, цельнозерновой хлеб, авокадо и греческий йогурт. Идеальный набор для того, чтобы сделать что-то быстрое и полезное.

Йеджи начала с йогурта. Открыла банку, переложила белую, густую массу в пять пиал. Одну для Юны (она любила с мёдом и бананом), вторую для себя (с ягодами, которые она нашла в морозилке). Черешня, клубника, голубика — замороженные, но всё ещё яркие и аппетитные. Она посыпала сверху семенами чиа, которые всегда держала на полке «для здоровья». Всё аккуратно, без лишнего шума. Третья была для Рюджин, которая тоже обожала йогурт с ягодами, особенно с малиной или ежевикой. Четвертая была для Черён. Ли особенно любила йогурт с орешками или хрустящими шариками. Пятая — для Лии. Это заставило лидера ITZY задуматься. Джи не знала, что можно было придумать особенного для Ким. Хоть группа и существует с 2019 года и они все плывут в одной лодке на протяжении 5 лет, Лия так и продолжала оставаться закрытой книгой для остальных участниц. Как бы девочки не старались, Лия не раскалывалась и при попытках узнать друг друга получше все время откалывалась от остальных.

Пока йогурт «отдыхал», Йеджи занялась тостами. Достала две сковороды — на одной обжаривала хлеб до золотистой корочки, на второй — готовила яичницу-глазунью. Масло девушка почти не использовала, только сбрызнула сковороду оливковым из пульверизатора. Жир не капал, не шипел и практически не пах.
Авокадо Йеджи разрезала пополам, извлекла косточку, размяла мякоть вилкой в миске и добавила соль, перец, чуть-чуть лимонного сока, который держала в маленькой стеклянной бутылочке. Всё аккуратно, почти как в кулинарном шоу. Йеджи любила готовить, это успокаивало её и помогало собраться с мыслями.

— «Джису тоже любила авокадо» — пронеслось в голове Хван — «Она говорила, что оно вкусное и похоже на масло, но полезное.»

Хван замерла на секунду, сжимая нож в руке. Глаза защипало. Джи быстро моргнула и продолжила резать банан для Юны, стараясь не думать о том, что та самая девочка, которая любила авокадо и улыбалась ему на завтрак, больше никогда не сядет напротив неё за столом.

Тосты были готовы. Золотистые, хрустящие, с румяной корочкой. Йеджи разложила их по тарелкам на одну положила пасту из авокадо и яйцо-глазунью, на вторую просто с авокадо и томатами черри, которые она разрезала пополам. Юна любила красное. Почему? Йеджи не знала, просто запомнила.
Когда всё было готово, лидер группы поставила тарелки на стол, рядом пиалы с йогуртом и пять кружек зелёного чая, который уже заварился в большом керамическом чайнике.

Йеджи села на стул, положила руки на столешницу и посмотрела на то, что приготовила. Идеальный завтрак. Красивый, полезный, ровно такой, какой должны есть айдолы. Она потянулась к тарелке с авокадо-тостом, но остановилась, понимая, что аппетита нет. Вообще.

— «Я накормлю их.» — подумала она. — «Юна проснётся через час. Черён и Рюджин минут через сорок. А Лия... Лия, наверное, опять не придёт. Она всегда уходит позже всех, чтобы никто её не видел. Но сегодня нам нельзя опаздывать, поэтому придется потревожить Лию».

Йеджи перевела взгляд на дверь комнаты Лии — ту, что была закрыта наглухо со вечера. Что-то в этой девушке тревожило её. Не лицо, не манера говорить. Здесь было что-то глубже, что-то, что она не могла объяснить словами.
Джи тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли, взяла в руки кружку с чаем и немного отпила горячей жидкости. Горьковатый, тёплый, терпкий. Настоящий вкус утра, от которого внутри разливалась пустота.

— «Сегодня первая тренировка со Stray Kids. С ним. С Минхо. Я не знаю, как я выдержу это. Я не знаю, как я буду смотреть на него и не злиться.»

Чашка в её руках задрожала. Йеджи поставила её на стол, боясь, что тонкий фарфор не выдержит. Потом провела ладонями по лицу, глубоко вдохнула. Выдохнула. Ещё раз. И ещё.

— «Я справлюсь. Я должна. Ради неё. Ради нас. Ради той ночи, когда я обещала, что не отвернусь. Я не отвернулась. Я просто... я не знала. Я не знала, что она уйдёт. Я не знала, что она...»

Она не договорила. Слова застряли в горле, как кость.

Лидер ITZY встала, подошла к маленькому зеркалу, висевшему на стене в коридоре у кухни и посмотрела на своё отражение, бледное, с красными глазами, с опухшими веками, с усталостью, которую не скрывал даже тонкий слой утреннего увлажняющего крема, лицо.

— «Ты должна быть сильной. Ты — лидер. Ты держишь всех. Ты не имеешь права падать.»

Йеджи поправила влажные после умывания волосы, заправила их за уши и одёрнула футболку. Потом вернулась на кухню и начала накрывать на стол для остальных.
Где-то в комнате послышался тихий звон будильника, потом сонный голос Юны, которая что-то бормотала в подушку. День начался.
Как по команде в разные промежутки времени проснулись оставшиеся участницы в группе. После сна Юне, Черён и Рюджин неимоверно хотелось покушать, чтобы снабдить свои организмы энергией на такой длинный день. А он ведь обещал быть длинным.

***

Как только первые солнечные лучи упали на город и начали ласкать его в своих золотых и теплых объятиях, Лия кое-как успела добежать до общежития и проникнуть в свою комнату до того, как проснутся девочки. С многочисленными побоями и ранами быстро сделать дело с каждым разом было все труднее и труднее. Но, тем не менее, девушка прекрасно справлялась со своей задачей, ведь если все всплывет наружу, цена будет очень высока. Поэтому, Лия и смирилась со своей двойной жизнью. Точнее, она смирилась ещё со времен, когда стала Айдолом и должна была быть одной перед фанатами и совершенно другой перед группой. Но и тут спокойно жить Ким не удавалось. Каждый раз, когда девочки хотели подольше посидеть и пообщаться друг с другом с идеей узнать друг друга и стать еще ближе, Лия отказывалась и уходила «к себе в комнату». На деле же девушка бежала к господину Кану, чтобы в очередной раз поблагодарить его за всё то, что он сделал для неё.
Лия часто благодарила мужчину сексом, хоть некоторые разы были и самые болезненные. Менеджер Кан с ней играл. Его призом была полнейшая покорность Джису, с которой он с радостью игрался словно с тряпичной куклой. Мужчина просто так мог дать пощечину Лие или вообще избить её, без какой-либо на этой причины. Просто потому что ему так захотелось. А Лия.......Лия не могла ему противиться, ведь если она это сделает, то вся её жизнь и карьера рухнут словно карточный домик.
Забравшись в комнату, Лия бросила в угол ненавистные ею туфли, которые до крови натерли ей ноги, что девушке было больно ходить даже босиком. Тоненькие, как веточки, руки покрывали огромные сине-бордовые пятна, которые невыносимо болели, стоило даже легонько дотронуться до них. Ножки Ким тоже нисколько не отличались от рук. Подойдя к зеркалу, Лия сняла порванное красное платье и бросила его на пол как тряпку для мытья полов. Девушка подошла к зеркалу и осторожно дотронулась до живота. Стоило маленькой ладошке Джису лечь на живот, как синяк тут же загудел. Су согнулась пополам и ещё больше сморщилась от невыносимой боли.
На эти случаи Лия всегда одевала на тренировки спортивные штаны и спортивные кофты с длинными рукавами. Все что угодно, лишь бы ее синяки остались только её тайной.
За дверью слышались голоса. Это означало, что остальные участницы уже проснулись.

— «Твою мать. Они уже не спять. Как мне проскользнуть в ванную, чтобы они не заметили ?» — думала про себя Ким, проматывая в голове разные вариации плана.

Лия подошла к комоду и достала оттуда пижамные штаны и кофта с высоким горлом и длинными рукавами. Идеально. Скрывают все синяки. Но размазанную косметику на лице одежда точно не скроит. Выхода нет. Нужно как можно скорее проскользнуть и запереться в ванной, чтобы смыть этот ночной ужас и заодно успеть принять все водные процедуры, пока девочки завтракают. Да. Именно так она и поступит.

— Лия, ты там ? — неожиданно раздался из-за двери голос Йеджи — Ты надолго ?

— Не переживай, Онни. Я скоро выйду. — как ни в чем ни бывало ответила Ким, стараясь не вызвать у Хван подозрений.

— Поняла. Поторопись. Не только тебе нужно в душ. Сегодня нам нельзя опаздывать. У нас совместная репетиция хореографии со Stray Kids.

— Я помню. Я недолго.

Больше вопросов не последовала. Лия так хотела надеяться, что этот совместный проект — просто дурацкая шутка или обычный дурной сон, который оборвется в любой момент и на самом деле девушка просто будет лежать в кровати.

***

Машина ITZY подъехал к зданию агентства ровно в 7:45. Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы заливать стеклянные стены JYP ярким, почти ослепляющим светом. Девушки выходили из машины одна за другой сонные, но собранные. Юна зевала, прикрывая рот ладонью. Рюджин поправляла спортивную сумку на плече. Черён проверяла телефон. Йеджи, как всегда, шла первой, задавая тон.
Лия вышла последней. Длинные штаны свободного кроя, объёмная спортивная кофта с высоким горлом и длинными рукавами, капюшон натянут так, что почти скрывает глаза. В такой одежде она была похожа на человека, который хочет быть невидимым. И, возможно, именно этого девушка и добивалась.

— Ты чего так укуталась? — спросила Рюджин, взглянув на неё с лёгким удивлением — На улице жара.

— Мне не жарко. Я даже замерзла. — коротко ответила Лия, опуская взгляд — Кондиционер в машине слишком холодный.

Рюджин хотела что-то добавить, но передумала. Шин давно заметила, что Лия не любит лишних вопросов. Все в группе это знали, но никто не давил.

ITZY вошли в здание. Прохладный кондиционированный воздух встретил их привычной стерильной прохладой. В коридорах уже сновали сотрудники, стажёры, техники. Везде царила деловая атмосфера.
Их путь лежал в новую танцевальную студию — ту, которую выделили для совместных репетиций. Но, как назло, в коридоре, ведущем к раздевалкам, их путь пересекся с другим потоком.
Stray Kids шли им навстречу. Восемь парней в спортивной одежде, с сумками, с лёгкой утренней расслабленностью, которая бывает только у тех, кто привык к такому режиму. Лидер группы Бан Кристофер Чан шел впереди, с лёгкой улыбкой и приветливым взглядом. Минхо чуть сзади, с каменным лицом, погружённый в свои мысли. Джисон, Хёнджин, Феликс, Сынмин, Чанбин, Хан и Чонин — все они выглядели так же профессионально, как и ITZY.

Две группы встретились в центре коридора. Повисла та самая неловкая тишина, когда все знают, что нужно что-то сказать, но никто не хочет начинать первым.

Йеджи взяла инициативу в свои руки.

— Доброе утро, — сказала девушка ровным,
уверенным голосом, слегка поклонившись в знак приветствия и уважения к собеседнику — Хорошо, что мы встретились перед репетицией. Надеюсь, мы сработаемся.

Бан Чан ответил ей лёгким поклоном и такой же профессиональной улыбкой:
— Доброе утро. Для нас большая честь работать с ITZY. Вы — легенды четвёртого поколения. Мы много слышали о вашей дисциплине и таланте. Будет интересно.

— Взаимно, — Хван слегка улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз — Stray Kids — одна из самых сильных групп в индустрии. Мы рады, что проект именно с вами.

Чан внимательно посмотрел на неё. Он чувствовал в её голосе лёгкую напряжённость, но списал это на обычное волнение перед совместной работой. В конце концов, он сам был лидером и знал, как это бывает.

— Тогда встречаемся в танцевальном зале через двадцать минут? — предложил Кристофер — Как раз успеем переодеться и размяться.

— Договорились, — кивнула Йеджи.

Группы разошлись, направляясь к своим раздевалкам. Никто не заметил, как Лия при уходе буквально вжалась в стену, стараясь стать меньше. Никто не заметил, как взгляд Минхо, скользнув по фигуре главной вокалистки ITZY, задержался на ней на долю секунды дольше, чем следовало бы. Никто, кроме самой Лии.

— «Только не смотри. Пожалуйста, не смотри.» — пронеслось у неё в голове.

Но как бы против девушка не была, он смотрел.

***

Внутри женской раздевалки было прохладно и чисто. Светлые стены, деревянные скамейки, кабинки для переодевания. Девушки разошлись по своим местам, привычно скидывая сумки и распаковывая спортивную форму.
Лия, не говоря ни слова, сразу направилась в туалетную кабинку. Защёлкнула замок, прислонилась спиной к холодной пластиковой двери и закрыла глаза.

— «Дыши. Ты справилась. Ты дошла. Осталось только переодеться, и ты снова будешь в безопасности.»

Ким начала медленно стягивать с себя уличную одежду. Кофта, штаны — каждое движение отдавалось болью в синяках. Руки, живот, ноги — всё было покрыто сине-бордовыми пятнами, которые при малейшем прикосновении пульсировали тупой, ноющей болью.
Лия достала из сумки спортивную форму. Длинные чёрные штаны, свободная футболка с длинным рукавом и высоким горлом — специально купленная для таких случаев. Джису натянула её медленно и осторожно, стараясь не касаться ткани слишком сильно.

— «Никто не увидит. Никто не узнает. Я просто уставшая айдолка, которая плохо спала. Вот и всё.»

Она уже застегнула молнию, когда в дверь кабинки постучали.

— Лия? — голос Черён был мягким и обеспокоенным — С тобой все в порядке?

Лия замерла. Её и без того раненое сердце пропустило удар.

— Да... да, всё хорошо, — ответила Су, стараясь, чтобы голос звучал ровно — Просто... немного устала. Сейчас выйду.

— Точно? — Рён не уходила — Ты как-то странно выглядишь сегодня. Мы с девочками переживаем за тебя.

Лия открыла дверь. Её лицо было абсолютно спокойным. На нем не было ни следа боли, ни следа тревоги. Маска. Только ее идеальная маска.

— Правда, всё хорошо, — улыбнулась она. — Просто не выспалась.

Черён смотрела на неё несколько секунд, пытаясь прочитать что-то в глазах подруги. Но там была пустота. Привычная пустота, которую Лия научилась носить так же естественно, как свою новую кожу.

— Ну, если что, я рядом — тихо сказала Ли, надеясь, что когда-нибудь Лия сможет открыться хотя бы ей — Мы все рядом.

Ким кивнула и вышла из кабинки, поправляя рукав футболки.

— «Если бы ты только знала... — пронеслось у Лии в голове — Если бы вы все только знали...»

***

В мужской раздевалке царила привычная суета. Парни перекидывались шутками, проверяли телефон, даже уже разминались прямо у скамеек. Минхо же сидел в углу, натягивая спортивную кофту, но его мысли были далеко.

— «Ким Лия... Где я тебя видел?»

Он перебирал в голове образы. Школа ? Университет ? Фансайты ? Может быть. Но он никогда не интересовался женскими группами настолько, чтобы запоминать лица.

— «Может, она была трейни? Когда я тоже только пришёл в JYP?»

Воспоминания путались. В те годы в агентстве было слишком много стажёров. Сотни лиц, десятки имён. Но это лицо... оно было другим. Оно было связано с чем-то... неприятным. С чувством, которое он не мог описать. Будто он сделал что-то плохое. Будто он должен помнить, но не хотел.

На соседнюю скамейку плюхнулся Феликс.

— Эй, ты чего такой задумчивый? — спросил он, завязывая шнурки на кроссовках — Выглядишь так, будто пытаешься решить уравнение с тысячей неизвестных.

Минхо вздохнул:
— Ты когда-нибудь чувствовал, что видел человека раньше, но не можешь вспомнить где?

Феликс удивлённо поднял бровь:
— Ты про кого?

— Про Ким Лию, — Минхо понизил голос. — Вокалистку ITZY. Я её раньше видел. Не на концертах, не в клипах. Раньше. До того, как она стала айдолом.

Феликс задумался, потом пожал плечами:
— Ну, может, ты видел её, когда она была стажёром. Многие из них годами тренируются в стенах JYP. Мы могли пересекаться в коридорах или в столовой. Столько лиц, что не запомнишь всех.

— Я запомнил бы её. — настаивал Хо — Тут что-то другое. Что-то... неприятное. Чувство вины, что ли. Я должен помнить, но не могу.

Феликс похлопал друга по плечу:
— Слушай, не забивай себе голову ерундой. Это всего лишь совместный проект. Ты сюда работать пришёл, а не расследовать тайны прошлого. Сосредоточься на хореографии, хорошо?

Минхо кивнул, но внутри него эта мысль не отпускала.

— «Ты прав, Феликс.» — подумал Ли — «Но я всё равно узнаю. Придёт время — и я вспомню. Кем бы ты ни была, Ким Лия... я докопаюсь до истины.»

Минхо встал, поправил спортивную форму и вышел из раздевалки, готовый к тренировке.
Но в глубине души он знал, встреча с Лией не была случайностью. Она была началом чего-то большего. Того, что он пока не мог понять, но уже боялся узнать.