Я твой Айдол

Время близилось уже к восьми вечера. Как и было запланировано, ITZY полностью уложились в свой график, в связи с чем у девушек получилось закончить раньше со всеми пунктами плана, и теперь они были официально свободны на этот вечер. После изнурительных тренировок по хореографии и репетиций по вокалу мышцы ныли и требовали долгожданного покоя, а горло просило залить в себя что-нибудь горячее, чтобы немного забыть о боли. Пот градом лился с женских тел. Йеджи, Рюджин, Черён и Юна были утомлены, но в то же время были и счастливы, что они успели уложиться в срок.

— Хух. Как же я устала....— с перерывали еле выговорила Черён тяжело дыша и еле стоя на ногах.

— Согласна. Мне даже показалось, что мы успели все отрепетировать на 10 лет врепед. — подхватила мысли подруги Рюджин, не упуская возможности вставить какую-то из своих фирменных шуток.

— Я на столько устала, что буду рада уснуть прямо в этой студии...— сонно протянула Юна, громко зевая и откидываясь на небольшом диванчике.

— Так. Отставить нытье. Нужно еще успеть все подготовить до приезда Лии. — тут же наставила девушек Йеджи, на что остальные участницы устало, но довольно кивнули.

Тишина в зале стала другой, не такой давящей, а какой-то тёплой, почти домашней. Четыре пары глаз встретились, и в каждой читалось одно и то же: «Мы справимся. Мы всегда справлялись».

— Ладно, давайте распределяться, — Йеджи взяла инициативу в свои руки, как и подобает лидеру. Она выпрямилась, откинула влажную чёлку со лба и окинула подруг взглядом. — Нам нужно купить еду и напитки. Много. И быстро, пока магазины не закрылись. Кто с кем?

— Я пойду с Юной, — тут же вызвалась Черён, поправляя сбившуюся резинку на запястье. — Она без меня купит одни чипсы и забудет про нормальную еду.

— Эй! — возмутилась Юна, но беззлобно, даже с улыбкой. — Я между прочим ответственная!

— Вот именно поэтому ты идёшь со мной, — парировала Черён, и девушки обменялись лёгкими толчками локтями.

— Тогда мы с Рюджин берём на себя сладкое и напитки, — кивнула Йеджи, взглянув на Шин. — Ты как? Доедешь до маркета?

— Пф, легко, — Рюджин небрежно пожала плечами, но в её глазах загорелся азарт. — Только предупреждаю, если увижу те пирожные с вишней, которые она любит, я куплю всё, что останется на полках.

— А если не останется ? — прищурилась Юна.

— Значит, поедем в другой магазин, — отрезала Рюджин тоном, не терпящим возражений. — Лия заслуживает всего самого лучшего.

Йеджи едва заметно улыбнулась. Вот оно, то самое молчаливое единство, которое держалось на таких мелочах как желание угодить, готовности ехать через полгорода ради обычного вишнёвого пирожного.

— Хорошо. Тогда так: мы с Рюджин едем в супермаркет на Чхондам-ро, там большой выбор выпечки. А вы, — Хван повернулась к Черён и Юне, — Берите такси и дуйте в круглосуточный магазин у общежития. Купите что-нибудь сытное: рамен, кимпаб, рис, может, закуски какие. И не забудьте про сок, — добавила она, вспомнив, что Лия всегда предпочитала соки газировке. — Апельсиновый. Она любила апельсиновый.

— Любит, — тихо поправила Черён. — Она любит апельсиновый.

На секунду повисла пауза. Каждая из них поймала себя на мысли, что всё ещё говорит о Лии в настоящем времени. Не «любила», не «хотела», а «любит», «хочет», и «вернётся».

— Так, — Йеджи хлопнула в ладоши, разрушая повисшую было грусть. — Время — деньги. Точнее, время — вечер, а вечер — Лия. Идём в душ, переодеваемся и через пятнадцать минут на выходе. Вопросы?

— У меня один вопрос, — подняла руку Юна, и все посмотрели на неё.

— Какой?

— Мы купим торт с клубникой или с шоколадом? Потому что я, конечно, всё понимаю, но если мы возьмём оба, никто же не умрёт?

Рюджин закатила глаза, но улыбнулась:
— Покупаем оба. И шоколадный, и клубничный. И ещё какой-нибудь, на всякий случай. Пусть у неё будет выбор.

— Ладно, боевой отряд, — Рюджин первой направилась к выходу из танцевального зала. — Моемся, переодеваемся, и в бой за вкусняшками. Через пятнадцать минут у выхода. Опоздавших оставляем без пирожных.

— Ай, нееет! — простонала Юна, но уже рванула за ней, смеясь.

Через несколько минут, после быстрого душа и смены промокшей спортивной формы на обычную одежду, четыре девушки стояли у выхода из здания JYP. Свежий июньский ветер трепал ещё влажные волосы, а в воздухе пахло вечерней прохладой и предвкушением.

— Встречаемся в общежитии через час, — Йеджи коротко кивнула, садясь в такси вместе с Рюджин. — Не теряйтесь. И присылайте фото того, что берёте, чтобы мы не купили одно и то же.

— Есть, капитан ! — Черён отсалютовала и потянула Юну за руку к другой машине. — Погнали, пока магазины не разобрали всё вкусное.

Машины разъехались в разные стороны, а в салоне каждого такси царила одна и та же атмосфера — нервная, но тёплая. Кто-то листал ленту в телефоне, высматривая рецепты простых блюд. Кто-то смотрел в окно на вечерний Сеул, который медленно зажигал свои огни. И каждая думала об одном: «Успеем. Должны успеть. Лия возвращается домой».

***

Приехав в супермаркет, Рюджин и Йеджи первым делом полетели в отдел выпечки. То, что говорили было правдой, так как от предложенного разнообразия разных кондитерских изделий.

— А вот и пирожные ! — воскликнула радостная Шин, помчавшись на всех скоростях к холодильнику. Открыв стеклянную дверцу Рю хватала все коробочки с любимыми пирожными Лии, не собираясь оставить ни одной коробки в магазине.

С этой картины Йеджи не могла не усмехнуться. Хоть её график был плотнее, чем у остальных участниц, так как помимо тренировок и репетиций, на плечах Хван лежали ещё и организационные моменты, поэтому полноценный отдых для неё было чем-то роскошным, что девушка позволить себе не могла. Да и признаться честно, Йеджи последние 8 лет и ненавидела отдыхать. Ведь стоило Джи закрыть глаза, как перед собой она видела её.
Лидер ITZY подняла взгляд, чтобы позвать Рюджин, которая судя по всему, слегка увлеклась шоппингом. Но тут, вместо Шин, она увидела совершенно другой силуэт. Эта массивная фигура, волосы и это желание утолить голод, предварительно перед этим скупив почти все сладости в магазине. Потерев глаза, Хван снова посмотрела на стоявшую перед ней полную девушку, которая тщательно рассматривала аппетитные тортики за стеклом.

— Это невозможно. Ты мертва. Тебя нет. — шептала про себя Йеджи, стараясь убедить свой мозг и вернуть себя в реальное время реального мира.

Но та толстая девушка никуда не исчезала. На этом этапе Йеджи сдалась окончательно и сделала шаг на встречу. Она столько ждала, когда снова сможет обнять свою белочку, которая так ненавидела себя из-за своего тела.

— Джису.....— тихо позвала подругу Хван, но толстушка, которая стояла перед ней не обернулась, словно ничего и не услышала.

Джи протянула руку, чтобы легонечко дотронуться до плеча Су, таким образом, обращая на себя внимание. Хван уже почти дотянулась, как вдруг кто-то сзади положил руку ей на плечо, заставляя лидера группы забыть о своем желании привлечь внимание толстушки и обернуться. Перед ней стояла Рюджин с двумя огромными пакетами шоколадных пирожных с вишневой начинкой и другим сладостями, которых скорее всего уже нет на полках магазина.

— Чего не отзываешься ? Уже двадцатый раз кричу Йеджи, Йеджи. — недовольно надула губы Шин, вплотную стоя рядом с Хван.

— Да....прости, я хотела.....то есть, я отвлеклась на девушку.......— неловко начала оправдываться Йеджи, снова оборачиваясь в сторону, где стояла толстушка. Но на этот раз там никого не было. Джи ничего не могла понять. Буквально секунду назад у витрины стояла девушка, а куда она пропала сейчас Хван не могла понять, так как выход был всего один, и девушке пришлось бы пройти рядом с Джи и Рю.

— Какую ещё девушку ? Ты о чем вообще ? Здесь кроме нас никого. — подметила Рюджин, так как когда они с Йеджи вошли в супермаркет, людей было меньше обычного, от силы человек десять или пятнадцать, а в отделе выпечки вообще не было ни души, кроме них.

— Да как же никого. Там, стояла девушка и смотрела на витрину. — настаивала Хван, стараясь убедить подругу в своей правоте, но с каждым сказанным словом лицо Рюджин все больше приобретало гримасу удивления.

— Так, пойдем. Ты скорее всего слишком устала и твой мозг таким образом просит тебя хотя бы немного забыться. — отрезала Шин, беря Хван за руку и таща ту на кассу, чтобы расплатиться за покупки, словно Йеджи была маленьким ребёнком, который убежал от мамы, но вскоре был найден и дома будет отчитан за такой проступок.

Смысла что-то ещё говорить не было. Если Рюджин права, то та толстушка ей просто померещилась, и сознание Йеджи выдает желаемое за действительное. Все-таки ей нужно было принять правду, какой бы страшной и горькой она ни была. Джису умерла в 2016 году. На этом все. И восстать из живых она никак не могла. 8 лет прошло, а Джи все еще надеялась, что это — просто страшный сон, и она все никак не может проснуться. И если честно, не хотела просыпаться. Когда она лишилась Джису, она лишилась части своей жизни. Со смертью Джису, умерла и часть её, и девушка сошла с ума от горя.
Услышав тогда по новостям о смерти подруги, у Йеджи началась самая настоящая истерика. Родители и сестра пытались привести их любимую малышку в чувства, но младшая Хван никого не слышала и не хотела слышать, потому что её мир был разрушен. Господину Хвану пришлось пойти на крайние меры. Как бы сильно ему не хотелось, но отец Йеджи позвонил своему другу, который работал психиатром и что Джи совершенно вышла из под контроля.
После той истерики Йеджи несколько месяцев посещала психиатра, который помог усмирить её боль, но надолго ли.

— Спасибо большое. До свидания. — поблагодарила продавщицу Рюджин.

Голос Шин снова выдрал Хван из её мира воспоминаний. На этот раз Йеджи решила сфокусироваться на подготовке к их посиделке. Джи не очень хотелось, чтобы Рю снова поймала её в таком состоянии, ибо она потом засыпет ее вопросами, на большую часть из которых она была еще не готова отвечать.
Рюджин тоже не стала пытать подругу ненужной информацией, так как будет лучше, если Йеджи расскажет ей обо всем сама.
Выйдя из магазина, девушки вызвали такси. Не смотря на пробки и огромное количество машин на дорогах, машина приехала достаточно быстро. Оставшийся путь до общежития девушки проделали в тишине.

***

Яркий свет прожекторов вспыхнул в сопровождении с щелчком, который прозвучал как выстрел. Лия стояла посреди сцены. Девушка плавно подняла голову и посмотрела в зрительный зал. Сердце тут же забилось в четыре, а то и в пять раз быстрее нормы. Тысячи взглядов были прикованы только к ней одной. Но в них уже не было восторга, чем в то время, когда они с девочками только начали их путь в индустрии. Обычно фанаты были просто в восторге, когда на сцене появлялись их кумиры и были готовы продать душу самому дьяволу, лишь бы быть поближе к сцене или при возможности потрогать своего биаса. Но сейчас лица людей были похожи на лица киллеров, которые в любой момент были готовы убить Ким самыми различными способами.
Лия поднесла руку и немного постучала пальцем по микрофону. Инструмент издал неприятный громкий звук, что заставила зрителей ещё сильнее нахмуриться. Ким не могла понять, что она уже успела сделать не так. Она только-только вышла на сцену и сразу же такой холодный приём.

— Я... — её голос дрогнул — Я спою для вас.

Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и попыталась взять первую ноту. Но из горла вырвался только жалкий, тоненький писк, как у забитого щенка, как у той самой девочки, которую она похоронила восемь лет назад.

Тишина. В зале стояла гробовая тишина. Даже дыхания не было слышно. Тысячи пар глаз смотрели на неё с холодным презрением. Никто не хлопал, никто не кричал «ITZY», никто не улыбался.

Лия опустила голову. Пальцы сами собой нервно, судорожно сцепились в замок как в детстве, когда она молилась, чтобы её не заметили. Девушка сжала их так сильно, что костяшки побелели, а ногти впились в кожу.

— «Пожалуйста... только не это...» — пронеслось в голове.

Она открыла глаза и посмотрела на свои руки. И замерла. Её руки были полными. Не теми тонкими, изящными, которые она видела каждое утро в зеркале последние восемь лет. Нет. Это были руки той девочки — толстые пальцы, мягкие складки у запястий, короткие обкусанные ногти.

— Что... — прошептала Лия, не веря своим глазам.

Она медленно, с ужасом перевела взгляд на своё тело. Огромный живот натягивал ткань платья. Тяжёлые бёдра распирали юбку. Под грудью собирался липкий, противный пот, тот самый, от которого она так старалась избавиться.

— Нет... нет, нет, нет...

Голос девушки срывался на хрип. Она отступила на шаг назад и почувствовала, как подошвы новых туфель, которые она купила на свои первые гонорары, сжимают расплюснутые, толстые ступни. Она снова была ею. Снова Чхве Джису — жирухой, над которой все смеялись.
Повернув голову в поисках выхода, она заметила за кулисами огромное, в полный рост зеркало, то самое, из гримёрной, где она привыкла любоваться своим новым отражением. Но сейчас из него смотрела не Ким Лия. Из него смотрела Чхве Джису. Та самая девочка с пухлыми щеками, засаленными волосами, с двойным подбородком, с обвисшими плечами и безразмерным телом, которое не могла скрыть никакая одежда. Девочка, которую все ненавидели, над которой издевалась собственная сестра, в которую плюнул тот человек, кого она так любила и была готова отдать жизнь, лишь бы с ним все было хорошо.
Девочка, которая должна была умереть ещё в 2016 году.

— Это не я... — прошептала Лия, закрывая рот руками. Но её руки были полными, живот был огромным, а лицо было тем самым лицом, которое она так ненавидела — ЭТО НЕ Я! — Ким  закричала, но крик утонул в вое, который поднялся в зале.

Зрители взревели. Не восторженно или радостно, а злобно и кровожадно.

— Ты не достойна быть здесь !— закричал кто-то из первого ряда.

— Уродина!

— Жирная свинья!

— Ты всех обманула!

— Лгунья ! Ким Лия — просто фальшивка ! Это всё пластика !

В неё летели гнилые фрукты и овощи. Лия чувствовала, как каждый удар был больнее другого. Даже больнее, чем порез от ножа и проникновение пули.

— Жируха! Жируха вернулась!

— Сожри это, корова!

— Сдохни, сдохни, СДОХНИ!

Голоса сливались в один оглушающий рёв. Десятки, сотни, тысячи голосов. Они требовали её смерти. Они смеялись. Они снимали Лию на телефоны. Их лица были искажены гримасами ненависти и веселья одновременно.
Ким упала на колени. Платье, мокрое и грязное, облепило ноги, одна туфля слетела и куда-то откатилась. Девушка сжала голову руками и закрыла уши, но крики всё равно пробивались сквозь пальцы, разрывая барабанные перепонки.

— НЕ НАДО! ПОЖАЛУЙСТА! — закричала Лия, но её голос утонул в ненависти толпы.

Она подняла глаза и снова посмотрела в зеркало. Из отражения на неё смотрела та самая девочка — Чхве Джису. Но сейчас она не плакала и не кричала, а просто спокойно и даже расслабленно смотрела на Лию.

— Я же говорила, — шепнуло отражение одними губами — От себя не убежишь.

Лия хотела что-то ответить, но вместо этого из её горла вырвался только беззвучный всхлип. Она медленно сползла на пол, сворачиваясь в позу эмбриона. Сладкие, липкие капли стекали по её лицу, смешиваясь со слезами и тушью.
Вокруг неё взрывался хохот. Тысячи людей сходили с ума от удовольствия, наблюдая за её агонией.
И в этом хаосе, в этом аду, где её снова уничтожали, Лия вдруг подумала:
— «А может, они правы? Может, я действительно не достойна? Может, всё, что я сделала — это просто побег? Я не стала новой. Я просто спряталась.»

Девушка закрыла глаза и провалилась в темноту. А потом....резкий толчок. Ким открыла глаза и осмотрелась. Она все ещё в салоне автомобиля. В панике Лия взглянула на свои руки и панически начала щупать свое тело. Никаких лишних жиров и складок.

— Фух...просто сон. — облегченно выдохнула Лия. Но сердце девушки продолжало бешено биться, словно она вовсе и не спала, и этот кошмар произошел с ней на самом деле.

На всякий случай Ким взяла свой телефон и через выключенный экран снова посмотрела на себя. Все такое же худощавое лицо с острыми скулами и V-образным подбородком. Идеальное лицо. То что надо, чтобы подходить под корейские стандарты красоты, чтобы люди слушали, чтобы тебя просто элементарно любили.

— Никто никогда не узнает. Не позволю. Нужно все сохранить любой ценой. — прошептала Лия, сжимая свой телефон насколько сильно, что казалось кожа вот-вот порвется. Артистка снова собиралась погрузиться в свои мысли, как телефон завибрировал, а на экране высветилось имя "Ли Черён". На секунду сердце Лии замерло и она забыла как дышать. Она столько месяцев не общалась с группой, столько игнорировала звонки и сообщения от других участниц, которые не на шутку волновались о ней и ее здоровье. В этот раз, Лия не стала медлить и сразу подняла трубку, так как понимала, что ей все равно придется снова общаться и контактировать с девочками — Да, Черён. Привет.

— Наконец-то, принцесса нашей группы Ким Лия решила все-таки поднять трубку и заговорить. — с небольшим сарказмом ответила Черён, как можно тщательнее скрывая обиду, но Лия все слышала и понимала. Ли злилась на неё, за то, что она так сбежала не попрощавшись, и за то, что она вот так вот исчезла и не выходила на связь.

— Ой, да ладно тебе. Проехали. — отмахнулась Лия, стараясь направить разговор в другое русло.

— Ладно. Сейчас не буду поднимать эту тему, но не думай, что я не вернусь к этому разговору. — Рён ответила как можно спокойнее, ставя подругу перед фактом, а затем спросила — А ты скоро приедешь ?

Лия посмотрела в окно, чтобы посмотреть в каком районе Сеула она уже находится. Увидев знакомые улицы, Ким слегка улыбнулась:
— Уже через три минуты буду подъезжать.

— Отлично. Мы с девочками будем тебя ждать.

— До встречи.

И звонок прекратился. Лия откинулась на спинку кресла и тихо простонала. Завтра ей предстоит вернуться в индустрию. Снова можно будет забыть, что такое полноценный сон и прогулки в уединенных местах с утра до вечера, ведь теперь она снова с утра до ночи будет занята тренировками, записями песен и походами на шоу и интервью, где ведущие будут всеми возможными способами не упустят шансов копнуть глубже, чтобы хоть немного выставить на всеобщее обозрение что-то из жизни её и девочек.

— Все хорошо, Лия. Просто улыбайся и делай вид, что все в порядке. Обычная процедура. — напоминала Ким себе каждый день, когда она вышла из больницы в своей новой оболочке, стараясь оставить прошлое в прошлом. С этими мыслями Лия провела остаток своего пути, пока машина, наконец, не остановилась.

***

Около десяти минут Лия просто стояла напротив общежития и просто смотрела на дверь. Несколько раз Ким тянула руку к дверной ручке, чтобы войти внутрь и, наконец-то, увидеть девочек, которых она не видела около года. Люди, которые были рядом с ней и всячески, не спрашивая, делились своим теплом, когда это было так нужно.
Сердце девушки начинало наполняться теплом, когда участницы заботились о ней и интересовались все ли с ней хорошо и не беспокоит ли её ничего. С 2019 года она участница группы «ITZY», и за все это время она все никак не смогла привыкнуть к такому фактору, как простая человеческая доброта. Лия все время ждала подвоха от девушек, но те ещё ни разу не заставили усомниться в себе. Но сколько бы другие участницы не показывали, как им можно доверять, Ким всё также держала дистанцию, не давая никому залезть к ней в душу и снова разрушить осколки ее маленького мира, который уже давно был сломан.
Даже сейчас Лию мучали разные мысли. А если она сейчас войдет, а её возвращению никто не будет рад, а если девочки скажут, что продвижение группы стало лучше без неё и ей не стоит возвращаться. Столько картин нарисовала её тревожная фантазия, которые заставляли Ким ещё больше сжирать себя изнутри.

— «Ну соберись же ты. Ты просто возвращаешься...........в общежитие. Ты просто возвращаешься в общежитие, даже не на сцену. Чего тебе бояться то ?» — мысленно ругала себя девушка за такую бесхребетность и трусость — «Трусихой была жирдяйка Чхве Джису. Но она умерла, и тебе непозволительно бояться как она.»

Раздался скрип и хлопок входной двери. Еле как Лия приволокла свой чемодан на нужный этаж. Тело гудело от многочасовой поездки в машине и неудобной позы, в которой Ким и спала. Но сейчас она, наконец-то, сможет лечь и отдохнуть в нормальной кровати с мягкой подушкой и теплым одеялом, которые обеспечат ей качественную обстановку для сна.

— Я дома ! — громко объявила Лия, сразу почувствовав жжение после сказанного.

Это место, это общежитие, которое выделила им компания, она не считала его своим домом. Хоть обитатели и были классными соседками и подругами, почувствовать себя своей у Лии так и не получилось.
Первые секунды было тихо. Лия облегченно выдохнула, думая, что девочки уже давно отдыхают ибо время уже позднее, а завтра им всем надо рано вставать и идти в агентство, но уже скоро послышался топот ног, словно сюда неслось стадо быков. Рюджин, Йеджи, Юна и Черён, увидев Лию, тут накинусь на неё с крепкими объятиями. Девушки немного увлеклись, в связи с чем все пятеро грохнулись на пол прихожей. Но никто не возмутился и не заплакал. Подруги просто дружно рассмеялись ещё теснее прижимаясь друг к другу, словно боясь потерять.

— С возвращением, Лия Онни. — воскликнула радостная Юна, которая все никак оторваться обнимать Ким, по которой она так успела соскучиться за время её отсутствия.

— Я так рада вас видеть........— начала свою речь Ким, но тут же поймала себя на мысли, что ей следовало бы объяснить, почему она не отвечала никому из них — И.....простите, что в буквальном смысле исчезла. Просто я........мне нужно было переварить все и просто побыть одной. Я не хочу, чтобы вы злились на меня из-за этого, но я правда не видела других вариантов, кроме как игнорировать все пространство. Но теперь я полностью готова вернуться и вместе с вами преодолевать этот путь. Как мы с самого начала поклялись «Вместе навсегда, не смотря ни на что».

От такого трогательного монолога остальные ITZY даже прослезились, настолько это было трогательно, и обняли Лию ещё крепче, словно боялись, что она исчезнет навсегда, если они её отпустят.

— Ну всё, хватит соплей — первой пришла в себя Йеджи, вытирая глаза тыльной стороной ладони. — А то мы так до утра проторчим в этой прихожей. Пошлите уже на кухню, у нас там целый пир горой.

— Да, да! — подхватила Юна, подскакивая на ноги — Мы столько всего купили! Ты не представляешь, какой там торт!

— Даже два торта. — поправила Рюджин, поднимаясь с пола и протягивая руку Лии, чтобы помочь ей встать — Клубничный и шоколадный. Плюс твои любимые пирожные с вишней. Я лично скупила все, что было в магазине.

— Все? — удивилась Лия, принимая руку Рюджин и неловко улыбаясь.

— Почти...— скромно ответила та, но в её глазах плясали чёртики. — Ладно, все. Но там было всего пять коробок, это не считается.

Девушки рассмеялись и потянулись в сторону кухни. Пространство общежития было небольшим, но уютным — на кухне уже горел мягкий свет, на столе красовались пакеты с едой, разложенные по тарелкам, и в центре возвышались два огромных торта в прозрачных коробках.

— Вау... — выдохнула Лия, останавливаясь в дверях — Вы правда постарались.

— Ещё бы, — Черён уже заваривала чайник, ловко орудуя заваркой — Это же твой возвращенческий ужин. Он должен быть идеальным.

— А где чай? — спросила Юна, заглядывая в пакеты — Я же купила апельсиновый сок. И чай. И ещё сок. И вроде рамен...

— Рамен мы потом сварим. — остановила её Йеджи — Сейчас давайте просто посидим, попьём чаю, поговорим. Без лишней суеты.

Все расселись вокруг стола. Лия оказалась в центре между Йеджи и Черён, напротив Рюджин и Юны. Чайник закипел, и Черён разлила горячий напиток по кружкам. В воздухе запахло жасмином и корицей, так уютно, по-домашнему, так, как не пахло в больничной палате и в гостиничных номерах во время гастролей.

— Ну, за возвращение! — подняла кружку Йеджи. — За то, что ты снова с нами.

— За нашу Лию ! — подхватили остальные.

— Спасибо, девочки, — тихо сказала Ким, чокаясь с каждой. — Честно... я скучала по такому, по теплым посиделкам и по вам.

Они пили чай, ели пирожные и болтали о всякой ерунде. Рюджин рассказывала, как на прошлой неделе чуть не упала на сцене во время выступления, но вовремя удержалась и сделала вид, что это был элемент хореографии. Юна жаловалась, что менеджеры опять заставляют её сидеть на диете, но она тайком съела шоколадку, спрятав обёртку в карман Рюджин.

— Ты что, подставила меня? — возмутилась Шин.

— А ты меня, когда на прошлом фансайте сказала, что я сплю с открытыми глазами. — парировала Юна.

Черён и Йеджи засмеялись, а Лия впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему, не контролируя мышцы лица. Здесь, в кругу этих четырёх девушек, она почти забыла о кошмаре, который приснился ей в машине. Почти.

— Лия, а ты чем занималась всё это время? — спросила Черён, аккуратно откусывая кусочек пирожного — Ну, кроме отдыха, конечно. Читала что-то? Смотрела? Мы же ничего о тебе не знали.

Лия на секунду задумалась. Сказать правду? Что она просыпалась каждую ночь в холодном поту от кошмаров, что ходила к психологу, что боялась выходить на улицу? Нет. Не сейчас.

— Много спала. — ответила она с лёгкой улыбкой. — И смотрела дорамы. Заодно пересмотрела все наши старые выступления. Знаете, я даже соскучилась по сцене. Немного.

— Немного? — поддела Рюджин — Да ты, наверное, места себе не находила !

— Может быть, — призналась Лия, опуская взгляд в кружку — Но сейчас уже всё позади. Я вернулась и готова работать на полную.

— Вот это наш боевой настрой — одобрительно кивнула Йеджи. — Завтра с утра в агентство, так что готовься. Нас ждёт много всего.

— Знаю, — вздохнула Ким, но в её вздохе не было страха, только решимость.

В этот момент телефон Йеджи, лежавший на столе, коротко завибрировал. Хван бросила взгляд на экран и нахмурилась.

— От кого это ? — спросила Юна, заметив её выражение лица.

— От господина Кана, — ответила Йеджи, открывая сообщение. — Он пишет, что завтра утром, перед репетицией, генеральный директор хочет видеть нас всех в своём кабинете. Сказал, что дело срочное и важное.

По кухне пробежал холодок. Все знали, что внеплановые встречи с директором редко сулили что-то хорошее.

— Может, он хочет обсудить возвращение Лии ? — предположила Черён.

— Или новый альбом ? — добавила Рюджин. — В любом случае, узнаем завтра.

Йеджи кивнула и отложила телефон:
— Ладно, не будем портить вечер. Сегодня мы празднуем, а завтра будем решать оставшиеся проблемы.

Но напряжение уже повисло в воздухе. Лия тоже вздохнула, и тут её собственный телефон издал тихий, едва слышный сигнал. Сообщение. Она наклонила экран, чтобы никто не увидел, и пробежалась по тексту.

«Ну привет, Ким Лия. Соскучилась небось по мне ? Я вот по тебе очень. Задержись завтра после работы и приходи ко мне в гости кабинет. И не советую опаздывать, или сильно накажу😏. Господин Кан.»

Сердце убежало в пятки. За все эти месяцы перерыва Лия была так счастлива, что все эти люди были далеко от неё на несколько тысяч километров от Сеула и никто не будет просить ее кого-то ублажать. А теперь то, от чего она отвыкла и так старалась забыть снова возвращается, но уже новой, более сильной и разрушительной волной.

— Лия? — голос Черён вывел её из ступора — Что-то не так ? Ты так побледнела.

— А? — Ким подняла голову и постаралась выдавить улыбку — Нет, ничего. Просто... устала с дороги. Поездка была долгой, я почти не спала.

— Ой, точно — спохватилась Юна. — Ты же только приехала. А мы тебя заговорили совсем.

— Может, уже пойдём спать? — предложила Рюджин, взглянув на часы — Время уже позднее. Завтра рано вставать.

— Да, пожалуй, — согласилась Йеджи, поднимаясь из-за стола. — Вы идите, я сама всё уберу.

— Я помогу, — вызвалась Рюджин.

— Точно? — удивилась Йеджи.

— Точно. Спорить со мной бесполезно, ты же знаешь.

Хван улыбнулась и кивнула. Остальные девушки начали расходиться.

— Ну, тогда спокойной ночи всем — сказала Черён, обнимая Лию на прощание — Я очень рада, что ты вернулась. Правда.

— Я тоже рада, — тихо ответила Лия.

— Завтра увидимся, — Юна чмокнула Ким в щёку и потащила Йеджи в их общую комнату — Спокойной ночи всем!

Лия и Черён разошлись в разные стороны — Черён направилась в комнату, которую делила с Рюджин, а Лия в свою, одноместную.

Ким открыла дверь, включила свет и замерла. Всё было как прежде: её вещи аккуратно сложены, кровать застелена свежим бельём, на тумбочке стоит её любимая кружка с котом — та самая, которую она купила ещё в дни дебюта. Комната пахла пылью и чем-то родным и знакомым. Лия закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, медленно сползая на пол.

— «Господи. Когда же это все закончится ? Когда наконец-то в моей жизни будет хоть что-то хорошее и исчезнет то, что заставляет меня бояться ?» — пронеслось в голове.

Она зажмурилась и провела руками по лицу. Ответов не было, а просить помощи совершенно не у кого. Девочки думают, что она просто устала с дороги и хорошо. Пусть так и остаётся. Пусть не знают. Они не должны лезть в эту грязь и платить за те ошибки, которые она сделала сама того не осознавая.
Лия не могла им рассказать, не могла признаться, что её прошлое всё ещё держит её за горло. И тот, кто когда-то вытащил её из грязи — господин Кан, теперь снова тянул за ниточки, которые она так старательно обрывала.
Лия поднялась на ноги, подошла к кровати и упала на неё, не раздеваясь. Включила ночник, взяла телефон в руки и ещё раз перечитала сообщение.

«Задержитесь после работы». Не «пожалуйста», не «если вам удобно». Просто сухая инструкция, которая больше походила на приказ. Девушка вздохнула и накрыла лицо подушкой.

— «Завтра будет новый день. Завтра разберусь. А сегодня... сегодня я хотя бы не одна.»

Где-то за стенкой слышались приглушённые голоса Рюджин и Йеджи, кажется, заканчивали уборку и тихо пересмеивались, Черён, вероятно, уже читала перед сном, а Юна наверняка уснула, едва коснувшись подушки.
И в этом шуме, в этой обычной, почти семейной атмосфере, Лия почувствовала себя чуточку спокойнее. Только чуточку. Но и этого было достаточно, чтобы закрыть глаза и позволить усталости наконец взять своё.

— «Я справлюсь, — прошептала она в темноту. — Я должна».

Ночь опустилась на общежитие, укрывая его тишиной и редкими звуками города за окном.
А завтра....завтра начнётся новая глава. Какая именно — пока не знал никто.

***

Ночь, как это обычно и бывает, пролетела так незаметно, словно и не начиналась. Едва показались первые солнечные лучи, а ITZY уже сидели в кабинете генерального директора в присутствии менеджера. С самого входа девушек окатила атмосфера холода, который исходил не только от кондиционера. Этот холод был совсем другим. Йеджи, Лия, Рюджин, Черён и Юна сидели неподвижно словно статуи и боялись даже дышать. Мало ли за это им тоже прилетит замечание.
Директора не было довольно долго. От назначенного времени прошло уже полчаса. За это время девушки едва не поседели. Лия смотрела на свои руки и чувствовала взгляд их менеджера на себе. Без преувеличений мужчина смотрел только на неё и так, словно вот-вот прожжет в ней дыру. Ким бы сейчас в открытую запаниковала и сбежала бы, как дверь резко распахнулась и в кабинет вошёл генеральный директор, да только не один, а в сопровождении женщины средних лет, за которой вошла мужская группа — всеми известные Stray Kids. ITZY моментально подскочили и поклонились в знак приветствия.
Парни встали напротив девушек. Все смотрели друг на друга как ни в чем не бывало. Точнее, почти все. Внутри Лии моментально что-то с громким треском сломалось, как только её взгляд упал на одного из участников.

— «Нет ! Нет ! Нет ! Этого просто не может быть. Пожалуйста, пусть это будет просто обычным страшным сном.» — мысленно молилась про себя Лия, закрывая глаза. Девушка надеялась, что как только она откроет глаза, то сразу проснется в кровати в своей комнате, а все это будет просто обычным страшным сном.

Но открыв глаза, ничего не поменялось. Ким по-прежнему стояла в этом чертовом кабинете, а напротив стоял бойсбэнд и прожигал каждую из девушек взглядом. Лия не могла смотреть ни на кого больше, кроме как на Ли Ноу, он же Ли Минхо. Человек, который её сломал, человек, из-за которого она попала в ад, человек, которого она когда-то так любила и которому собиралась отдать свое сердце, не просто безжалостно разбил его, но ещё с растоптал. Каждый раз Лию преследовала картина, как Хо плюнул ей в лицо, чтобы просто всех повеселись. Девушка не знала как сейчас, но тогда он точно не испытывал даже капельку сострадания к ней. А зачем ? Она же была просто толстушкой Чхве Джису, которая и была рождена, чтобы быть объектом для всеобщего веселья.
Йеджи испытывала не меньше эмоций. При виде Ли, пальцы Хван агрессивно сжались в кулаки. Все выглядело так, что Джи сейчас просто набросится на этого человека, совершенно забыв, что с того момента прошло уже восемь лет, но сдерживалась, потому что сейчас была не одна. Как этот человек был безжалостен по отношению к её умершей подруге, также безжалостна будет и она по отношению к нему. Нервы были уже на пределе, поэтому девушка осторожно нащупала кулон, ту самую половинку сердечка ярко-красного цвета.

— Итак, юноши и девушки, как вы поняли мы собрали нас здесь не просто так. — начал говорить директор, разрушая эту напряженную игру в молчанку. Обе группы внимательно посмотрели на своего босса. Директору было приятно, что группы проявляют к нему такое уважение, поэтому немедля продолжил — Для начала, хотел бы сказать, что я, наконец-то, рад видеть ITZY в полном составе.

Все взгляды сразу же впились в Лию, что заставило её засмущаться, но держать маску. Но это было сложно, как только Ким зацепилась за холодные глаза Минхо, в которых не было ничего, кроме равнодушия.

— Как вы помните, год назад на одной из репетиций произошел маленький инцидент, за который мы отдали не маленькие деньги, чтобы оригиналы и его копии как-то ещё мелькали в интернете.

Участниц женской группы как током ударило. Айдолы их агентства начали забывать о том приступе паники Лии, как директор снова напомнил об этом одной из групп. Теперь слухов на работе точно будет не избежать.

— Так вот. В связи с убытками и другими проблемами, агентство может быть на грани банкротства, и вы как группы с самыми высокими рейтингами наш последний шанс. Вы должны будете сделать все, чтобы компания  и ваши группы не потеряли все, к чему шли столько времени, начиная от записи совместного трека до участия в совместных интервью и других мероприятий.

— То есть....— первой нарушил молчание группы Stray Kids Бан Чан.

— Вы хотите сказать....— подхватила Йеджи.

— Да. С этого дня в связи работы над совместным проектом ваши тренировки в зале и в студии звукозаписи будут совмещены, пока не закончится процесс. Но также я напомню, чтобы вы не переступали черту. Вы все поняли ?

— ДА ! — ответили хором парни и девушки, хоть и не все были рады этой затее. Но спрашивать их естественно никто не будет, так как в этом и заключается вся жизнь айдола, которая включала в себя пункт полного подчинения руководству.

Лия была просто на грани истерики и слёз, так как не смогла бы изменить то, в чем она так не хотела учавствовать из-за присутствия в этом же проекте самого ненавистного ей человека. Верным решением будет снова одеть ту самую привычную маску, которую Лия носила уже столько лет. Холодность и равнодушие на лице именно то, что может помочь Лие избежать призраков прошлого, которые вновь настигли её.