Театр абсурда
Оливия
Сидеть за этим столом было всё равно что добровольно залезть в террариум. Я чувствовала на себе тяжелый, давящий взгляд отца и липкое, тошнотворное внимание Марко Россети. Марко пах дорогим одеколоном, за которым скрывался запах трусости. Он смотрел на меня так, будто я была новым лотом на аукционе, который он уже мысленно перепродал. - Вы стали... экзотическим цветком, - выдавил он, пытаясь коснуться моей руки. Внутри меня всё сковало льдом. «Цветок?» Этот кретин серьезно думает, что я буду цвести в его саду? Я видела, как Вильям стоит у стены - темная, напряженная тень. Его присутствие странным образом придавало мне сил, хотя его наглая ухмылка бесила не меньше, чем усы Марко. Когда я начала ставить условия, я видела, как лицо Марко меняет цвета: от нежно-розового до багрового. Это было истинное наслаждение - методично уничтожать его эго прямо на глазах у моего отца. «Спим в разных постелях... Остановить сердце за три секунды...»Я наслаждалась тишиной, которая воцарилась после моих слов. Это была тишина моего триумфа. Я встала, бросив напоследок взгляд на Вильяма - он смотрел на меня с каким-то странным, диким восторгом. - Ужин был... посредственным, - бросила я и вышла, чеканя шаг. Ночью сон не шел. В голове крутились слова отца о браке и лицо Марко. Около двух часов ночи, накинув шелковый халат поверх тонкой сорочки, я спустилась на кухню за водой. Дом спал, погруженный в густые тени, но в баре у кухни горел тусклый свет. У барной стойки сидел Вильям. На нем были только спортивные штаны, повязка на боку белела в полумраке, а в руке он крутил стакан с янтарной жидкостью. - Не спится, невеста? - прохрипел он, не оборачиваясь. - Видимо, мечты о первой брачной ночи с Россети слишком будоражат кровь? - Твои шутки становятся всё более плоскими, Вильям. Как и твои шансы дожить до старости с таким языком, - я прошла к холодильнику, стараясь не смотреть на его обнаженную грудь. - Ой, брось. Ты же сама получила кайф от того, как размазала его. Признайся, тебе нравится быть стервой. Я налила воду в стакан и повернулась, чтобы уйти, но он внезапно оказался рядом. Слишком быстро для раненого. Вильям преградил мне путь, упершись руками в стол по обе стороны от моих бедер, зажимая меня в капкан. - Ты переходишь границы, - я приставила стакан к его груди, чувствуя жар его кожи.- Границы существуют для того, чтобы их нарушать, Ливви, - его голос стал низким, почти шепотом. Он наклонился так близко, что я чувствовала запах виски. - Расскажи мне, ты правда собираешься выйти за него? Или ждешь, когда кто-то более... достойный украдет тебя прямо из-под венца? Его взгляд метался между моими глазами и губами. Внутри меня вспыхнуло пламя - смесь ярости и чего-то еще, во что я боялась верить. - Убери руки, - процедила я. - Сейчас же. - А то что? - он ухмыльнулся, подаваясь еще на миллиметр вперед. - Снова бросишь меня на маты? Давай. Мне понравилось. Я резко толкнула его в грудь, выплескивая остатки воды из стакана ему на живот.- Ты псих, Вильям! Самодовольный, озабоченный придурок! Занимайся своей раной и не смей ко мне прикасаться! Я буквально проскользнула под его рукой и почти бегом бросилась к лестнице. Сердце колотилось в горле. Я слышала его тихий, довольный смех за спиной, и это бесило меня больше всего на свете. Утро началось в семь. Я проснулась с четким планом. Отец может планировать свадьбы, Вильям может играть в свои игры, но я собираюсь строить свою империю. Я выбрала строгий серый костюм-тройку и туфли на шпильке. Минимум макияжа, максимум холода в глазах. Сегодня я еду смотреть здание под офис, которое присмотрела еще в Англии через подставных лиц. И, что более важно, сегодня я встречаюсь с Софи - моей единственной подругой детства, которая, в отличие от меня, осталась в городе и знала всё о каждом движении клана Россети. Я спустилась вниз. Вильям уже ждал у машины, на этот раз полностью одетый и подозрительно серьезный. - Куда едем, босс? - спросил он, открывая дверь. - По делам, которые тебя не касаются, - я села в салон. - Просто крути баранку и старайся не дышать в мою сторону. У меня сегодня важный день, и я не позволю тебе его испортить.- Как скажешь, Оливия, - он поймал мой взгляд в зеркале заднего вида. - Но помни: я единственный, кто прикроет твою спину, когда твои «дела» пойдут ко дну.
Дорога к деловому центру города тянулась через живописное побережье, но я едва замечала мелькающие за окном пальмы. Всё моё внимание, вопреки здравому смыслу, было сосредоточено на человеке за рулем. Вильям вел машину уверенно, одной рукой придерживая руль, а другую небрежно положив на колено. Солнечные блики играли на его острых скулах и на щетине, которая за ночь стала еще отчетливее, придавая ему вид опасного хищника, выбравшегося из джунглей в цивилизацию. Я поймала себя на том, что изучаю его профиль. Сильные челюсти, прямой нос, едва заметный шрам у брови, которого раньше не было... Его белая рубашка была слегка натянута в плечах, и я невольно вспомнила, каким горячим было его тело ночью в баре. В нем не было лоска Россети - в нем была первобытная, грубая сила, которая пугала и притягивала одновременно. - Долго будешь дыру во мне протирать, Ливви? - его голос, с хриплыми утренними нотками, заставил меня вздрогнуть. Он даже не повернул головы, но я видела в зеркале, как его губы тронула та самая самодовольная ухмылка. - Я просто пытаюсь понять, сколько еще ты протянешь, прежде чем твои швы разойдутся от чрезмерного самомнения, - я быстро отвела взгляд к окну, чувствуя, как щеки предательски розовеют.- Мои швы в порядке, - он бросил на меня быстрый, обжигающий взгляд. - А вот твой пульс, кажется, частит. Я чувствую его даже отсюда. Что такое, принцесса? Оксфорд не научил тебя скрывать интерес к «плохим парням»? - Ты не плохой парень, Вильям. Ты просто невоспитанный наемник с раздутым эго. - И всё же, ты не можешь перестать на меня смотреть, - он внезапно перестроил машину в крайний ряд и прибавил скорость, заставляя меня вжаться в кожаное сиденье. - Это искра, Ливви. Маленькая такая, но если дунуть - полыхнет так, что твой офис сгорит, не успев открыться. - Следи за дорогой, - процедила я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. - Мы опаздываем. Мы припарковались у панорамного бизнес-центра. Вильям вышел первым и, к моему раздражению, всё-таки подал мне руку. Его ладонь была шершавой и горячей, и когда мои пальцы коснулись его кожи, по руке пробежал ощутимый разряд тока. Я быстро отдернула руку, поправляя пиджак. - Жди здесь, - бросила я. - И не надейся. Твой отец сказал: ни шагу без меня. Так что я буду твоей очень большой и очень ворчливой тенью. Мы поднялись на сороковой этаж. В уютном кафе с видом на залив меня уже ждала Эвви. Она была полной моей противоположностью: копна рыжих кудрей, яркое платье и вечная улыбка, за которой скрывался ум одного из лучших информационных брокеров в этом городе. - Оливия! - она вскочила, заключая меня в объятия. - Боже, ты выглядишь как богиня возмездия! Лондон пошел тебе на пользу. Она отстранилась и тут же перевела взгляд на Вильяма, который замер за моей спиной, сложив руки на груди и сканируя зал на предмет угроз. - А это кто? Твой новый аксессуар? - Эвви игриво подмигнула. - Если все телохранители у Моретти такие... то я, кажется, выбрала не ту профессию. - Это Вильям. Он вместо мебели, - сухо ответила я, присаживаясь за столик. - Вильям, это Эвви. И постарайся не напугать её своим пещерным обаянием. Вильям лишь коротко кивнул, присаживаясь за соседний столик так, чтобы слышать каждое наше слово, но сохранять дистанцию.- Итак, - Эвви посерьезнела, придвигаясь ближе ко мне. - Я слышала о Марко Россети. Ливви, это катастрофа. Весь город гудит о вашем союзе, но... есть кое-что, о чем твой отец тебе точно не рассказал. Марко не просто ищет жену. Он ищет способ закрыть свои карточные долги, и твоё приданое - его единственный шанс не оказаться на дне залива в бетонных ботинках. Я почувствовала, как пальцы сжали край стола. Вильям за соседним столом заметно напрягся, его взгляд стал ледяным. - Долги? - переспросила я. - Насколько всё серьезно? - Настолько, что он готов на всё, чтобы эта свадьба состоялась как можно скорее, - Эвви понизила голос. - И, Оливия... ходят слухи, что он уже начал «продавать» контракты твоей будущей фирмы людям, с которыми тебе точно не захочется иметь дел. Я медленно выдохнула, чувствуя, как внутри закипает холодная, расчетливая ярость. Значит, Марко решил использовать меня как банкомат еще до того, как мы обменялись кольцами? Я посмотрела на Вильяма. Он встретил мой взгляд, и на этот раз в его глазах не было сарказма. Только негласный вопрос: «Ну что, кошечка, теперь ты понимаешь, в какую игру мы играем?»
Разговор с Эвви затянулся до вечера. Она вывалила на меня столько грязи о Россети, что к моменту, когда мы вышли из кафе, небо уже окрасилось в тревожные багрово-фиолетовые тона. Весь путь до поместья я молчала, глядя на угасающий горизонт. В голове, словно детали часового механизма, со щелчком вставали на свои места фрагменты плана. Безумного. Самоубийственного. Идеального. Вильям вел машину медленнее, чем обычно. Он чувствовал мое состояние, и, к его чести, на этот раз не вставил ни одной пошлой шутки. Но напряжение в салоне можно было резать ножом. Когда мы въехали на частную дорогу, ведущую к особняку Моретти, и свет фар выхватил знакомые кованые ворота, я заговорила. Мой голос был ровным, как лезвие скальпеля.- Вильям, останови машину. Здесь. Он послушно нажал на тормоз, и мы замерли в тени вековых дубов, не доезжая ста метров до камер охраны. Он заглушил мотор, и в наступившей тишине стало слышно только наше дыхание. - Женись на мне, - сказала я, не поворачивая головы. Секундная пауза. А затем салон наполнился его резким, раскатистым смехом. Вильям откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза рукой. - Черт, Ливви... - он вытирал выступившую слезу, всё еще содрогаясь от смеха. - Я знал, что Россети довел тебя до ручки, но не думал, что настолько. Ты что, решила наказать папочку, выйдя за его «пса»? Или тебе просто не терпится увидеть, как Лучано сделает из меня решето? - Я серьезно, Вильям. Смех оборвался мгновенно. Он медленно повернулся ко мне, и я увидела, как его лицо каменеет. В полумраке его глаза казались двумя темными провалами, в которых отражалось недоверие. - Ты бредишь, - отрезал он.- Послушай меня, - я развернулась к нему всем телом. - Марко - банкрот. Он уже торгует моей репутацией. Отец не отменит свадьбу, потому что для него «честь семьи» важнее моей жизни. Единственный способ сорвать это - поставить его перед фактом. - И ты выбрала меня? - он подался вперед, сокращая дистанцию. - Почему? Чтобы потом выкинуть, когда пыль усядется? - Потому что ты единственный, кто не боится моего отца. И единственный, кто не боится меня, - я смотрела ему прямо в глаза. - Это будет контракт. Юридически защищенный, с прописанными условиями. Мы поженимся втихую, завтра или послезавтра. Ты получишь статус в семье, который Томас тебе никогда не даст официально, и защиту моих денег. Я получу свободу от Россети и телохранителя, который не сможет меня предать, потому что его судьба будет связана с моей. Вильям молчал. Я видела, как на его челюсти ходят желваки. Его взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах, а затем снова вернулся к глазам. - Контракт? - прохрипел он. - А как насчет... супружеских обязанностей, Ливви? Или это тоже будет прописано мелким шрифтом? - Никакого секса, Вильям. Никаких чувств. Это бизнес-сделка, прикрытая кольцами. Мы просто станем самой опасной парой в этом городе, против которой отец не сможет пойти. Вильям внезапно протянул руку и схватил меня за затылок, притягивая ближе. Его дыхание обжигало мою кожу. - Ты играешь с огнем, принцесса, - прошептал он. - Ты думаешь, что сможешь удержать меня на поводке из бумажек? Если я надену это кольцо, я не буду просто «партнером по контракту». Я буду твоим мужем. И в этом доме все должны будут в это верить. Включая тебя. - Так ты согласен? - я не отвела взгляд, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди. Он долго смотрел на меня, и в его взгляде я впервые увидела не сарказм, а нечто пугающее - решимость хищника, который наконец поймал добычу, о которой не смел и мечтать. - Готовь свои бумаги, Моретти, - его голос стал низким и вибрирующим. - Посмотрим, кто из нас первый запросит пощады в этом «браке».